Красный флаг на горизонте!

По спальной комнате раздалось громкое и противное пиликанье будильника на электронных часах. Чёрт, уже утро! Вчерашней ночью мне никак не удавалось уснуть, возможно час проворочался в кровати. Зато сейчас раскрыть сладко слипшиеся глаза для меня — целое испытание. Я недовольно сморщил лицо и медленно поднял веки, а также своё вялое, какое-то очень тяжёлое тело. Мне нужно только переползти на другой конец кровати, нажать рукой на кнопочку и вот — я бы уже избавился от шума будильника, нагло бьющего по ушам. Мда, легче сказать, чем сделать. Я совсем не выспался. Чувствую себя даже более сонливо и устало, чем до того, как лёг спать. Вот тебе и последствия ночных переписок по телефону допоздна! Я вяло потёр глаза, нежелающие открыться. Будильник всё так же звенел. — Бесит! Переборов своё унылое состояние, я всё-таки выключил гремящий на всю комнату будильник. 6:02 — показывал электронный циферблат. Я стянул с себя теплое одеяло и тут же пожалел. Угх, прохладно то как! В комнате было довольно темно, несмотря на то, что утро уже наступило. Может открыть шторы? Я подошёл к окну и раздвинул черную плотную ткань, покрывавшую окно. Но особо светлее в комнате не стало. Потому что таковы здесь особенности климата: холодрыга, от которой вечно нужно спасаться, и долгие тёмные ночи, не дающие толком проснуться по утрам. Я поднял с прикроватной тумбочки свой телефон, идентичный шторам по цвету, и включил: заряда на нём было совсем немного, что впринципе не удивительно, ведь ночью он на зарядке не был. Не страшно — на работе заряжу. Я надел на ноги тапочки и быстренько потопал на кухню, мечтая согреться обратно. Жаль, возвратиться в тёплую мягкую кровать нельзя. Включив свет, от его яркости я резко зажмурил глаза, успевшие привыкнуть к темноте, и постепенно открыл. Правда только один, второй так и остался полностью зажмуренным. Вздрогнув от холода, нежелающего меня отпускать, я подошёл к столешнице на краю кухни и включил электрический чайник. — Ой. Я же не проверил, есть ли там вода. Блин. Крышка чайника быстро открылась, когда я нажал на кнопку. — Так, вроде немного, но на кофе должно хватить. Не теряя времени, пока чайник закипит, я достал из ящиков кружку и ложку. Открыл второй глаз. Градус обзора мгновенно увеличился. — О, так удобнее. На другом конце столешницы стояла сахарница, я подтянул её к себе. Банка с растворимым кофе уже была поблизости — это хорошо. Я открыл холодильник, чтобы достать молоко. — Ну блять. Никакого молока там не было. Я забыл, что ещё позавчера оно закончилось. Надо будет сегодня в магазин зайти. — Значит кофе отменяется. Я не могу пить крепкий кофе, совсем не выношу его горького вкуса. Потянувшись к дверце ящика сверху, я взял её за круглую деревянную ручку и открыл. —Значит будем пить чай. Я достал из ящика коробочку с чаем в пакетиках. На ней написано, что он ягодный. Правда помимо запаха в нём ничего ягодного нет, даже какой-нибудь малиновый краситель не удосужились добавить. Что уж говорить о вкусе? Чай как чай. *клик* — О, чайник вскипел… Так, а на чай то воды мне уже не хватит. Ну, ладно, значит долью некипячёную воду. Выполнив несколько нехитрых операций я получил кружку теплого сладкого чая. Надеюсь, достаточно, чтобы согреться. Но одного его для завтрака маловато. — Что там в холодильнике есть? О, плов. Пойдёт! Я нашёл кастрюлю с остатками плова, который готовил пару дней назад. Вроде ещё достаточно свежий; если хорошо погреть, будет очень даже вкусно. Выложив плов на тарелку, я засунул её в микроволновку, а кастрюлю убрал в раковину и залил в неё немного воды — пусть замачивается. Наверное, я помою её уже вечером, когда вернусь с работы, так как делать это сейчас у меня нет времени. Я сонливо потёр лицо рукой. Что-то в туалет захотелось, заодно схожу умоюсь. Может хоть так проснусь? Ох уж эти утренние бегания туда-сюда…

***

Центр города: улицы полны крупных офисных зданий, стоящих вплотную друг к другу чтобы не пропускать морозный сквозняк. Строения имеют замысловатое строение, позволяющее им крепко держаться на земле во время землетрясений или ураганов. А как иначе? На сейсмически активных территориях дальнего востока не положено строить обычные высокие коробки, как в европейской части — их же снесёт у чертям! Правда, хоть всё и должно быть по правилам, людям остаётся только надеяться, что строители и вправду добросовестно выполняли все требования безопасности. В противном случае будут ужасные последствия. На дворе стоит март — первый месяц весны, но это только если послушать календарь. Температура воздуха стабильно отрицательна. К счастью, она редко достигает отметку ниже -10 градусов. Белый блестящий снег стоит по колено, даже не думая таять. Вот дети вышли на улицу, одетые в толстые курточки и укутанные в вязанные длинные шарфики. Конечно же, не обошлось без тёплых варежек, не дающих маленьким и нежным детским ручкам замёрзнуть от долгой игры со снегом. Дети выдыхали мутноё тёплое дыхание и наблюдали: куда улетит маленькое облачко пара. За ними вышла женщина, тоже одетая очень тепло, она несла на своей спине их школьные рюкзачки. Дружной группой люди пошли к автобусной станции. По дороге, правда, дети не могли не поиграть. Они отрывали из сугробов кусочки снега и, скатав их в снежки, кидались ими друг в друга. И никакие уговоры мамы не могли остановить детишек. Кто-то из непослушных малышей подскользнулся на бегу и упал на дорожку лицом. Ну и поделом тебе. Асфальтированные дороги улицы покрыты невысокой массой из грязного снега, который специально растопили с помощью какого-то химического раствора. По ним едут машины различных типов: легковые внедорожники, грузовики и автобусы, подготовленные к плохим погодным условиям, УАЗы. О, а вот по левую сторону еле заметной сквозь грязь белой разметки проползает снегоуборщик. Вот только после него особо чище не стало, жаль. Правда, здесь вы не увидите простенькие автомобили. На таких машинах в подобных условиях далеко не уедешь — застрянешь в снегу или скользкой массе на дороге. В общем, не годятся они для такого места. Солнце до сих пор не поднялось. Небо сверкает сероватой голубизной, на нём все ещё висят маленькие белые точки — звёзды. Вдоль дороги стоят высокие чёрные фонари и освещают её. Вот красивый чёрный внедорожник, и, судя по внешнему виду, недавно вымытый, едет по дороге, мельком отражаясь в стёклах зданий. А в нём, на переднем пассажирском сидении сижу я и тихо перебираю пальцами по внутренней части дверцы, под окошком. Моя рука в чёрной тёплой перчатке с интересным звуком стучала по пластиковому корпусу. Лицом я повёрнут к окну. Стоило мне только медленно выдохнуть — стекло тут же потеет. Не желая видеть перед собой мутное пятно, я протёр запотевшую область и вновь смотрел на улицу в хорошем качестве. Судя по всему, мы сейчас едем прямо в основной офис. Так, стоп, а почему за ним не заехали? Я повернулся к шофёру. — Ёширо, а Усаги что, не забираем? — У него там какой-то контуз случился, сказал заехать за ним на 20 минут попозже. Вряд-ли это что-то сверхъестественное. Наверное, случайно уронил на себя завтрак или помял костюм каким-нибудь странным образом. Ты ж знаешь, что для него это не редкость.  — И то правда, — проговорил я и обратно повернулся к окну. Тут мне вспомнился один такой случай и я не смог сдержать смешок. — А помните, как он приехал в офис в домашних тапочках? — я ехидно напомнил коллеге. — Блин, было дело, — он тоже не сдержал смеха. — Мне тогда тоже было стыдно, что не заметил, как он зашёл в машину в них. — Да, ладно. Это не ваша вина. А я никак не мог выкинуть из головы этот смешной образ. Молодой мужчина в солидном костюме весь такой из себя крутой заходит в офис в розовых пушистых тапках с зайчиками. Если бы я не успел его вовремя прикрыть и вывести за дверь, то весь отдел залился бы громким смехом. Через некоторое время машина остановилась — доехали. — До встречи, — сказал я и вышел. — Ага, — пронеслось в ответ. Я снял с себя верхнюю одежду сразу, как зашёл, ведь отопление здесь что надо. У соседней ко входу стены есть панорамные зеркала, к которым я повернулся, ожидая увидеть там своё отражение, но передо мной был какой-то кусок цвета стен между двумя нормальными зеркалами. — Не понял. А где? Я, находясь в некотором в шоке от пропажи, встал как истукан, даже лицо у меня окаменело в замешательстве. Рядом не было никого, кто мог бы мне ответить. — Ладно, потом разберёмся. С этими словами я подуспокоился и подошёл к другому зеркалу, уж с ним то всё в порядке. В отражении на меня глядел мужчина среднего роста и крепкого телосложения. Костюм, вроде, нигде не помят и сидит нормально. Я специально ношу свободный размер; чувствую себя неловко, когда одежда облегает тело. Воротник пришлось поправить, ведь он упал, приоткрыв мою шею. Тонкие шрамы на ней совсем не годятся для обозрения. Я глянул на свою голову. Резкий, бледный шрам лежит на ней, чуть залезая на правый висок. Он проходит меж коротких черных волос и прячется за ухом. Если отрастить волосы на несколько сантиметров, можно будет его полностью закрыть, но такая длина будет мне мешать. — Вау! Он так вырос. Почему ты так редко его показываешь? — раздался из офиса весёлый и звонкий женский голос. Я зашёл в кабинет и сразу увидел за рабочим столом свою коллегу, разговаривающую по телефону. Это девушка, на несколько лет моложе меня. Её волнистые каштановые волосы собраны в аккуратный низкий хвост, падающий на спину. — Доброе утро, Кофуку Александровна, — я негромко её поприветвовал. Она услышала меня и обернулась. — О, кто пришёл. Поздоровайся, тут Осаму и Акихико. Она повернула в мою сторону свой телефон, на экране которого были мужчина с маленьким ребёнком. Осаму — тоже омега и охранник, который работал до меня. По чесноку, я работаю здесь лишь пока он в декрете, а как только он вернётся, лишусь работы. Я сам согласился на такие условия, поэтому не чувствую себя ущемлённым. Осаму — славный парень. Кофуку постоянно поддерживает с ним общение, часто ему звонит. Но реже это происходит по видеозвонку. — Привет, — сказал я. Перед этим я постарался сделать лицо как можно дружелюбнее, чтобы произвести на ребёнка хорошее впечатление. Один раз я его случайно напугал, с тех пор стараюсь этого не делать. Я встал рядом с Кофуку, аккуратно положив руку на спинку офисного кресла (не того, на котором она сидела). — Привет! — донеслось из телефона. Мужчина с чёрными прямыми волосами показательно помахал мне рукой. Мелкий заметил это и тоже помахал мне своей маленькой детской ручонкой. Он улыбнулся, показав мне несколько маленьких белых зубок. Насколько мне известно, говорить он ещё не умеет. — А сколько ему уже? — весело спросила Кофуку. — Недавно год с половиной стукнул. — Как время летит! А ведь недавно только годик отмечали. Она так звонко восклицала, что её было слышно на весь офис. Ох уж наша эмоциональная секретарша. — Он уже крепко ходит? — раздался очередной вопрос девушки. — Нет, пока не привык. Уже месяц опирается руками о мебель, — спокойно ответил Осаму. — Ну, он ещё маленький, научится. — Да, конечно. Хи-хи. Он же у нас сильный мальчик! — У! — буркнул малыш. Видимо, он понял, что она ему сказала. Он с серьёзным лицом сжал кулачки, показывая, какие у него мышцы. Кофуку снова залилась весёлым смехом. Ребёнок подхватил её и тоже засмеялся. Минут пятнадцать они ещё о чём-то болтали, но долго я за этим наблюдать не мог: уж очень не люблю подобный шум. А ещё я не люблю детей, за что часто получал упрёки от окружающих. А что я могу поделать? Я вообще-то не только детей не люблю. Давно сложилось у меня отрицательное мнение о людях одного класса — альф. Но это слишком долгая и болючая история, не хочу вспоминать. Зато об одном забывать не приходится, главная моя заноза в заднице — обеспечить себе нормальный завтрашний день. Вот же! Пацану уже полтора года, значит я на этом месте долго не пробуду. Сколько ещё осталось? Месяц, два? Пора бы задуматься о том, где работать дальше. Как быстро пролетели эти два года, я и глазом моргнуть не успел. Вот только мои размышления прервал чей-то голос. — Доброе утро всем! В комнату вошёл молодой мужчина, который несколько ниже и мельче меня. На голове у него солидно красуются светлые пушистые волосы средней длины, очень не характерные для этого региона, уложенные на бок. Серые глаза выглядят как-то напряжённо, но как и всегда, живо блестят. Лицо белое, изящное; нос маленький; губы розовые как клубничный коктейль. Тело стройное, одетое в дорогой костюм кофейного цвета. Типичный омега из богатой семьи. Долго размышлять о том, кто же это, мне не пришлось. Ведь это — главный председатель этого филиала- Акирович Усаги Широи. Для которого в свою очередь я — телохранитель, а Кофуку — секретарша. Именно его я почему-то не встретил в машине. Однако, это всё уже не важно. — Доброе утро! — от неожиданности громковато и быстро ответила Кофуку, потом что-то проговорила в телефон и закончила звонок, сразу убрав телефон на край стола. —Доброе утро, Усаги Акирович — проговорил я спокойным тоном. — Корпоратив решили устроить, называется! — очень недовольно сказал светловолсый. Ох уж эти корпоративы, где коллеги собираются вместе только чтобы выпить. Ещё одно моё больное место, ведь я на дух не выношу алкоголь. Я не то чтобы очень быстро пьянею, всё гораздо хуже. Меня начинает тошнить. И чем сильнее запах спиртного, тем хуже. Ужас, не иначе. Во время подобных мероприятий мне ничего не остаётся, как прятаться в самом углу стола и надеяться, чтобы всё закончилось побыстрее. Благо коллеги знают о моей реакции на выпивку, так что мне никто её не предлагает. — Что-то случилось? — спросила девушка. — А ты что, не видела, что в коридоре зеркала не хватает? — недовольно буркнули ей в ответ. — После того, как все вроде ушли, кто-то вылез из туалета и побрёл, шатаясь из стороны в сторону. За ним не углядела охрана, и он испортил зеркало. Придурок, надо же было так постараться! И куда они вообще смотрели? Поувольнять всех надо нафиг! О, так вот в чем было дело. Знал бы он, как я удивился, не обнаружив того несчастного зеркала. Ещё что примечательно: такой характер для него не типичен, обычно он довольно спокойный. Видимо зеркало было очень дорогим, раз он так бурно реагирует. Но такой его вид показался мне немного смешным и я ехидно улыбнулся. Я подумал, что мою ухмылку могут заметить и отвернул голову. Взгляд убежал куда-то на стол. Куча бумаг, лампа, пенал с ручками и карандашами, а также прочая канцелярия вразброс лежали на нём. В самом углу одиноко лежит чёрный телефон Кофуку. Вечно тут «творческий беспорядок». Но, пока он никому не сильно мешает, его не убирают. Где-то в другой стороне кабинета должен стоять большой деревянный шкаф с документами, но не вне моего поля зрения.  — Ладно, с этой проблемой я уже разобрался. Кофуку, что у меня там по сегодняшнему расписанию? В нашем кругу из меня, Кофуку и господина Усаги принято называть друг друга по именам. Кофуку считает слишком угрюмым обращение по имени и отчеству, Усаги её подхватил и говорит мне, чтобы в неформальной обстановке я звал его по имени. Я же просто решил не выделяться, так что тоже отзываюсь просто на имя. — Если вы не забыли, сегодня на 10:40 назначена встреча с представителями дружеской компании для решения вопроса о рекламе. Там должны присутствовать вы и ..., — девушка подняла со стола бумаги и начала перебирать. — Понятно, это я помню. Далее? — Далее улаживание мелких проблем отдела, озвучить список? — Да, конечно. Ну, пока они обсуждали дела на сегодня, я усердно пропускал всё мимо ушей. Почесав глаз, я глянул в окно. На нём полосатые шторы из красного сетчатого материала. Из-за него в солнечные дни кабинет наполняется красноватым светом. Но сейчас свет в помещение не проникает из-за пасмурной погоды. Его мягко освещают лампы из люстры минималистичного дизайна. Я достал из кармана телефон и взглянул на время. 9:23. Кстати, я же собирался его зарядить. Я взял со стола зарядное устройство, воткнул одной стороной в розетку, а другой в гнездо телефона и положил его на стол. Телефон издал характерный звук перед тем, как начать заряжаться. Он оказался неожиданно громким. Усаги и Кофуку резко и одновременно обернулись на меня. Я неловко глянул на них в ответ поставил телефон на беззвучный. Они отвернулись и продолжили говорить. Картинка, того, как они говорили напомнила о вчерашней переписке. Кстати, с этой же Кофуку. Аж до самой полуночи она рассказывала мне о какой-то книге, которую недавно прочитала. Я даже подумал: а может и мне её прочесть? Но сразу же вспомнил, что у меня совсем нет времени, и передумал. Всё равно она мне весь сюжет пересказывает, так какой смысл? Хм, но я сидел в телефоне примерно три часа. Она не могла так долго рассказывать о книге. Значит, было что-то ещё. Но что? Я никак не могу вспомнить… Хмм… Ладно, не буду насиловать свой сонный мозг. Я включил телефон и зашёл в Ватсап. Полистал, полистал беседу и, о! Нашел, наконец-таки: < О, и ещё < Пхахахах < Когда Хагане уезжал, он чуть телефон не оставил <А ведь ещё чуть-чуть! Кто?> <А? Кто такой Хагане? > < Ааа <Ой < Я тебе наверное не рассказывала <Блин, извиняюсь <Это мой брат <Он старше меня на три года Понятно> Да, точно. Помню, что уже читал это. У Кофуку есть старший брат… Ну, это не редкость, а вполне нормальное явление. Удивляться нечему, кроме как моей дырявой памяти. Может, таблетки какие-нибудь купить? Была по телеку реклама с такими, на днях видел, если не ошибаюсь. Я выключил телефон. Всё, надо уже оставить его в покое, там всего двенадцать процентов. Теперь надо переключить своё внимание обратно к работе. Кофуку всё ещё говорила о чём-то с Усаги. Я всё ещё пропускаю слова мимо ушей. Сосредоточиться сложнее, чем думалось. Мгм… — Ох, сегодня утром снова были землетрясения. Впринципе, это не особо почувовалось, но всё-таки очень тревожное явление, — сказала Кофуку, приложив руку к лицу. — Да, есть такое. Девушка ненамеренно отвела взгляд, её глаза вдруг встретились с моими. Ох, эти голубые глаза. Обычно, на них не обращаешь внимания, но стоит лишь встретиться с ними взглядом и непременно остаёшься под впечатлением. Они светлые как лёд, но тем не менее довольно тёплые и мягкие. У людей с карими глазами всё не так, они будто толще и глубже, как почва… Такие родные и близкие. Хм. Странное сравние. Ещё, если коричневая радужка довольно темна, она сливается со зрачком, особенно это заметно на фотографиях. Чёрные глаза — совсем иная тема. Хоть я и живу с азиатами, но никогда этих глаз не видел. Ну, может я и встречал черноглазых людей, но никогда не обращал внимания на их глаза, никогда не давал себе отчёт, что у человека глаза чёрные. Я совсем не представляю. Какое ощущение от их взгляда? Серые глаза я тоже не разбираю, у Усаги они часто прикрыты волосами и длинными ресницами. Да и я не заглядываю ему прямо в лицо, это же наглость. У маленьких детей поначалу глаза тоже серые, пока не набрались пигмента. Они живые и горящие, как и следует детям, которые видят во всём лишь хорошее, лишь светлое… В кабинете раздался вздох. Я оторвался от своих мыслей и глянул, что же там происходит. Усаги сделал страдальческую мину. — Ох, мать начала мне заводить шарманку про тикающие часики. Мне всего лишь 25! А она говорит, что я должен выйти замуж, родить ей внуков. Я ничего не сказал, но меня аж злость взяла. Она это заметила и тут же начала перечислять «выгоды» замужества. Я смог открыть свою компанию и вести бизнесс без этого всего. Ну так зачем? Я же знаю что все мужики хотят запереть свою бестию в доме, чтобы сидела на кухне, как там говорят? Ах да, варить борщи, рожать детей. Пока светловолосый дулся и топал ногой, Кофуку согласно покачала головой. — Слава богу, ко мне родители пока ничего не предъявляют. Но я уже неоднократно слышала от подружек, что их тоже пытаются выдать замуж. Ох уж это старое поколение, их бесполезно пытаться менять. Я тебе сочувствую. Она тоже удручённо вздохнула и глянула в телефон. — Ох, совсем заболтались, пора приниматься за работу. — Да, согласен. Я снова безучастно за всем наблюдал. Зачем я вообще тут нужен? Такой вопрос меня посещал неоднократно, потому что Усаги пользуется услугами телохранителя даже внутри своего офиса, где совершенно безопасно. Трусишка. Своих эмоций я на лицо старался не передавать, выглядеть будет странно. Но на меня всё равно толком не обращают внимания, можно не стараться. Иногда кажется, что меня тут и нет. Очень удобно, если они тоже так думают.