Спишь?

... — Зай? ... — Хм-м-пф... — Ленчик? — ... Чего тебе? — Спишь? ... — Ты, блин, издеваешься? — Почему сразу «издеваюсь»? ... — Это вопрос с подвохом? — Где подвох-то? С каких пор «спишь?» стало странным вопросом? ... — Может, перестанем ими перебрасываться и начнём на них отвечать? — А чего ты такая злюка? Не могла просто ответить «не сплю»? ... — М-м-пф-ф... Анохина, ты перед тем, как смартфон отложить, на время посмотрела? — Нет... Ну 22:22 — допустим. Вообще не поздно. 22-ое февраля 2022 года... П-ха-х, прикольно, надо скрин сделать. И чего-нибудь пожелать... — Пожелай мне спокойной ночи. — Зачем? Я и так каждый вечер тебе её желаю. А ты — вечно со своим «ага, споки» в ответ. — Ага, есть такое. Зато потом ты «полулунатишь», пихая меня до края кровати. Хоть раз бы обняла что ли. — Ну-у... Мне ничего не мешает сделать это не во сне. ... — Такие «обнимашки на ночь» подойдут? — М-м-м... Да, неплохо. Хотя с шеи ручку лучше убери. — Почему это? — Я заметила, как ты в наушниках смотрела боевик. Опасаюсь, что твоё подсознание захочет повторить кое-что из приёмов главного героя. — Блин, зай, ты серьёзно? Я тебе что — Джон Уик с грудью? — Что-то вроде того. И без щетины. Хотя тогда уж — Джоанна Уик. Как тебе? — ... Сойдёт как псевдоним для автора остросюжетных историй. А вообще — обидно, знаешь ли. — Ну прости, Насть, ляпнула, не подумав... Эй, а с живота зачем руку убирать? Она мне ничего не сделает. — Ну мало ли. Вдруг я его тебе, не знаю... Расцарапаю во сне, потому что буду убивать наёмника в Континентале карандашом. — На территории Континенталя убийства запрещены. — Ну я же «Джоанна Уик», мать её. Мне можно. — И правда. ... — Насть? — Чего тебе? — Спишь? ... — Сплю. — Вот значит как? Так быстро уснула? ... — Да. Тёплое молоко с «Несквиком» наконец на меня подействовало. — То бишь сейчас со мной разговаривает твоя... «Теневая сторона»? ... — Д-да... Детка. — «Теневая» в плане скрытности, а не резко-дерзкого характера. — Н-не вижу взаимоисключений... Моя сладкая. ... — Окей, поняла тебя, «альтер-Анохина». Раз уж ты так внезапно объявилась — можем договориться, чтобы ты больше не сталкивала меня с постели? От твоих пинков уже копчик побаливает — боюсь однажды проснуться и не почувствовать всё своё ниже поясницы. — Да-а-аже не знаю... А что ты можешь предложить? ... — Могу пообещать реже «изгонять» тебя по утрам в воскресенье ради уборки. Раз в две недели. — Хм, подожди-ка, а разве мы... Ой, то есть вы с Настей... не убираетесь раз в две недели? ... — Ладненько, тебя не так уж и легко провести. Твои предложения? Только без покупок халявных вкусняшек по велению левой пятки. — Чёрт, тогда мне нужно подумать... Как насчёт поцелуев на ночь? Они меня очень даже задобрят. ... — «Задобрят», говоришь? Не раззадорят с требованием чего-то большего? — Н-нет, с чего это? По-твоему, я похожа на суккуба? — Суккубы работают по другому принципу. И с другим полом. — Ну блин, помнишь же, что я... что мы с Настей... не сильны в древнегреческой мифологии. — Суккубы — из средневековой европейской. — О-один чёрт. Короче: или поцелуй, или ночные удары ступнёй по копчику. ... — Первый, думаю, будет немного поприятнее. — Чего? С хрена ли только «немного»? — Повернёшься? Или хватит поцелуя в твою макушку? Собственно, почему бы и нет — ты ведь не уточнила, куда тебя чмокнуть. ... — Э-эй, нет! Какая, блин, макушка? В губы! Поцелуй в губы! — Ой, Насть, ты проснулась? Наш разговор с твоим подсознанием тебя разбудил? — Ам-м, ну... Видимо, да. — Жаль. Не успела договориться с ним, чтобы не спихивало меня с кровати. Ладно, спокойной ночи. ... — Что такое, котик? ... — Как ты поняла, что я продолжаю на тебя смотреть? — Ощутила повышенное давление в атмосфере. — «Давление»? Ты на финансового аналитика учишься или на метеоролога? — Я влюблённый в тебя человек, Анохина. Для определения «погоды» между нами мне не нужно знать направление воздушных масс. ... — Ты расстроилась, что я тебя не поцеловала? — Ну-у... Чутка злюсь. — Мне кажется, ты не способна злиться. По крайней мере — на меня. — Почему это?! Я для тебя плюшевая какая-то? Очень даже я умею злиться! — Да ладно? Поджатые губы и разочарованный взгляд — твой «rage mode»? — «Rage mode»? — «Режим ярости». ... — И откуда я должна знать перевод? Я не такая уж и поклонница файтингов. — У тебя в утреннем «заряжающем» плейлисте до универа — сплошные «Слипкноты». Слово «ярость» по отношению к ним — чуть ли не группообразующее. ... — Всё равно, я... — Ладно, мишка. Иди-ка сюда. ... — Ну как? Твоё подсознательное задобрено? ... — Думаю, что да. Но... почему я «мишка»? — Это к вопросу о том, считаю ли я тебя плюшевой. Плюс — ты любишь чай с мёдом и малиной. — И что? Все его любят. — Даже в летнюю жару около тридцати градусов? ... — Просто хочу выводить больше внутреннего тепла. Потеть не вредно. — Ясненько. В таком случае — застегни верхнюю пуговицу на пижаме, накройся пледом и наиспокойнейшей тебе ночи в твоей махровой берлоге, Анохина. ... — Никакая я не плюшевая.