Oh No! Now We Actually Need Therapy

Относительно и логически у Таббо все в порядке! Шлатт в тюрьме (Суд Л’Мэнбурга даже не судил его. Они просто закинули его в камеру и не оглянулись). Томми наконец-то дома, и Ранбу чувствовал себя хорошо. Он все еще бродит по ночам, и время от времени Таббо ловит его за бормотанием, но больше у него не было сильных панических атак, так что всё хорошо! Томми ходит на приемы к Паффи каждый четверг и Таббо был счастлив за него. Он действительно счастлив. Это было просто— это была глупая вещь, на самом деле. Он знает это. Потому что он в безопасности, и Фил добр, и Томми с Ранбу счастливы. Любые негативные чувства, которые он испытывал, живя здесь, казались неуместными, потому что они не должны существовать, когда физически у него все отлично. Он буквально получил что хотел! Хороший дом, любящую семью, безопасность и его отец в тюрьме. И что то что Таббо чувствует себя не в своей тарелке каждый раз когда Фил треплет его по волосам, или когда Уилбур обнимает его сбоку. Всё нормально. Это не важно. Он должен быть в порядке. Он в порядке. Точно в порядке. (Ему трудно поверить самому себе.) ------------------------------------------ Сейчас Таббо сидит на диване-но-не-на-диване (Вроде бы это называется лавсит, но это ужасное название и Таббо ненавидит его) и возится с кусочком старого костюма Томми. Сам же гибрид енота не собирался возвращаться к своей работе линчевателя, но Таббо скучает без дела. По крайней мере, бегство от отца давало ему что-нибудь поделать. Устройство должно было быть самонаводящимся маяком, но из-за того что когда он впервые его сделал у него не было нужных материалов, оно стало больше похоже на самонаводящуюся телепередачу Сейчас, спасибо постоянному беспокойству Квакити, у Таббо есть все необходимые материалы и несколько сотен материалов которые ему не нужны. Серьезно, зачем Таббо незер-кварц? Тем не менее, простая возня занимала его покрытые шрамами уродливые руки. Обычно он просто обматывал руки бинтами, но они стали раздражать не совсем восстановленную кожу. Филл заставлял давать коже отдых от бинтов, чтобы она дышала. Таббо ненавидит, ненавидит смотреть на это. Хуже того, он знает, что он не единственный. Иногда Таббо смотрит на Фила только для того, чтобы увидеть, что другой избегает смотреть ему в глаза. Иногда он даже не смотрит на его лицо. Томми просто неловко, а Таббо полагает, что он оправдан, потому что он резок с ним, но все, кто относятся к Таббо как к бомбе замедленного действия, действительно начинают раздражать. Он тот же Таббо, которым был до того, как его похитили. Он не знает, действительно ли они борются со своим отвращением к нему, или просто случайно (Он действительно надеется, что это так) являются мудаками. Один раз Таббо зашел в гостиную после душа, его волосы не закрывали лицо, показывая шрамы. Вилбур отвел взгляд. Техно ушел из комнаты. Он понимает. Действительно понимает. Но это не делает это менее обидным. Он сказал бы, что это заставляет его чувствовать себя отвергнутым и ненавистным, и, хоть это правда, это не особо помогает. У Филла есть другие вещи, о которых ему стоит беспокоиться. Сеансы Томми и Ранбу у Паффи (Так-то Филл предложил посетить сеансы всем троим, но Таббо отказался. Он в полном порядке.) шли хорошо, но они все еще просыпались по ночам из-за кошмаров и иногда панических атак, так что Таббо действительно не знал насколько это помогало. Техно сказал ему какую-то чушь о том, что «исцеление требует времени», но Таббо подумал, что это глупо. У него есть все, что ему нужно, и даже больше, так что он в порядке. Он должен быть в порядке. Ради Томми и Ранбу. — Эй, приятель, — говорит Фил, взъерошивая волосы Таббо, когда тот проходит мимо. Он подавляет желание вздрогнуть, вместо этого заставляя себя вести обычно. Он знает, что Фил не причинит ему вреда. Нет необходимости во всех этих драматизмах. — Над чем работаешь? — Переделываю некоторые части костюма Томми. — Я думал он взял отпуск от своей работы героя? Таббо не упускает формулировку. Работа героя вместо линчевателя. «Ага. Мне просто скучно.» Фил поднял бровь: «Тебе больше не над чем работать?» Таббо отрицательно качает головой. Взгляд Фила устремляется к ноутбуку, брошенному на кофейный столик. — Совсем не над чем? — Нет. — Значит, ты закончил свои занятия на сегодня? Таббо стонет: «Почему я должен снова посещать эти занятия? Я уже знаю продвинутую математику и умею читать, а история Л’Менбурга скучна как черт. Кого волнует, что этот тупой город технически является страной, которая преуспела в своем восстании? Не меня точно!» — Я знаю, история чертовски скучна, но я хочу, чтобы ты взял хотя бы один год реальной школы, даже если она онлайн. — Но это отстой. Это займет целую вечность чтобы прочитать, потому что у меня эта диске—бля—дис. — Дислексия. — Дислексия, — Таббо щелкает пальцами, — она делает буквы волнистыми, и это отнимает так много времени. Я могу заниматься гораздо более важными вещами. — Например, лежать на диване и возиться с трекером своего брата, потому что тебе скучно? — Например, работать над проектами. — О? — Говорит Филл, и Таббо думает, что ему кажется его раздраженный тон, но его сердце все равно подскакивает к горлу. — А что насчет моего сада? — У меня кончились дела в саду. — Прополка? — Сделано. — Пересадка растений? — Сделано. — Сбор урожая? — Сделано. — Господи, блять, малыш, — хихикает Фил, и напряжение покидает плечи Таббо. — Мы с Техно едва могли справиться с этим вдвоем, а потом приходишь ты и делаешь все сам. Таббо пожимает плечами: «Легко сосредоточиться на том, чтобы делать что-то одно. Иногда я просто занимаюсь садоводством весь день.» — Ты можешь заниматься домашним заданием? — Нет, — хмурится Таббо, скрещивая руки на груди и лениво откидываясь на спинку дивана. — Я никогда не выберу домашнее задание. Фил просто фыркает от смеха, нежно качая головой, и уходит. Таббо на самом деле не знает, что он делает в течение дня. Филл дал себе месяц отдыха от работы героя, чтобы «эмоционально восстановиться» от пребывания со Шлаттом и «быть с мальчиками, пока они проходят свое восстановление». Таббо подумал, что в этом нет необходимости. Он мог бы сделать больше, вернувшись к работе и поддерживая чистоту города, а не присматривая за Таббо. Томми и Ранбу нуждались в дополнительном внимании, очевидно, они прошли через гораздо более худшее, чем Таббо. Таббо все еще чувствует себя виноватым, из-за того что от одного вида его рогов, Ранбу иногда начинает впадать в панику. Но все в порядке. По крайней мере, для Таббо. (Это не так. Всякий раз, когда он ловит проблески себя в зеркале, рога на дисплее, он не хочет ничего больше, чем оторвать их от своего черепа.) Но все в порядке. У Ранбу меньше панических атак, и Томми перестал смотреть на всех, как будто если он уйдет на мгновение, они исчезнут. Он также перестал пытаться подстричь белую прядь в волосах. После того, как она отросла в четвертый раз, гибрид енота сдался. Он все еще одевается так, как будто сейчас разгар зимы. Он сказал Таббо приглушенным шепотом, когда тот пришел чтобы утешить Томми после очередного кошмара, что после смерти у него постоянный озноб, от которого Томми видимо никогда не избавится. И если Томми нашел старую пуховую куртку Таббо на своей кровати на следующее утро, это точно не заслуга Таббо. (У Таббо не все хорошо. Он просыпается с остатками крови и бомб за глазами, руки дрожат и царапают его лицо, потому что он просто хочет, чтобы это прекратилось—) Сейчас у него все гораздо лучше чем тогда, когда он был у Шлатта, и Томми с Ранбу счастливы Вот что важно. Вот что имеет значение.