Портрет

Тридцатое июля две тысячи девятого года. Через день будет день рождения его отца, а сейчас — день получения первого его письма, в котором говорилось, что он волшебник и поступает учиться в школу магии и волшебства Хогвартс. Нуар Сириус Реддл, так звали мальчишку. Он знал, что является магом, причем сыном сильнейших. Он приходится сыном самому Тёмному Лорду и Мальчику-который-выжил. Хоть он и был их сыном, он не считал себя лучше других. Сейчас он, в двенадцать часов ночи, крадётся в кабинет отца. Именно в кабинете висит портрет его умершего папы. Тёмные стены были в объятиях луны, из-за этого атмосфера в доме была мистически чарующей. Пол, покрытый мягким серым ковром, делал шаги мальчика тихими. Из-под двери, рядом с которой он остановился, лил мягкий свет. Он тихо открыл дверь отцовского кабинета и остановился в проёме. Над рабочим столом, который находился напротив двери, висел портрет мужчины. Гарри улыбался мягкой ласковой улыбкой и смотрел на черный кожаный диван, на котором расположился Том. Мужчина посмотрел на мальчика, улыбнулся и поднял указательный палец ко рту, показывая, чтобы тот шел тихо. Нуар кивнул, тихонько закрыл дверь и на цыпочках дошёл до портрета. Он достал из кармана пижамы письмо и показал его отцу. Тот улыбнулся и тихо сказал: — Поздравляю. Наур улыбнулся в ответ. Гарри продолжал смотреть на своего сына и так же тепло улыбаться. На диване послышался шум, шуршание одежды. Том открыл глаза и посмотрел на картину, которая встала перед его глазами. Гарри и Нуар улыбаются искренними улыбками. Он также невольно, поднял уголки губ. Супруг поднял взгляд на Тома и махнул рукой, чтобы тот подошёл поближе. Нуар вздрогнул, когда почувствовал на себе руки. — Чего не спим, молодой человек? – спросил у сына отец. — С папой хотел увидеться, чтобы он порадовался, — спокойно сообщил он. Том выдохнул. — И почему же ты пришел ночью? — Обычно ты сидишь в кабинете, я не хотел тебя беспокоить… Том почувствовал на себе недобрый взгляд. Гарри смотрел на него с упрёком. — А в спальню ты и вовсе запрещаешь ходить даже эльфам… — добавил он. Том посмотрел на портрет мужа. — Марволо, я понимаю, что ты не любишь, когда тебя беспокоят, — ласково начал Гарри, — но можешь повесить портрет там, где Нуар может спокойно со мной общаться? — он улыбнулся сыну. — Я подумаю, куда лучше повесить, — кивнул он задумчиво. — Спасибо, — сказал сын, вот только кому? Отцу, который согласился повесить портрет, или папе, который настоял на этом? — Нуар, а ты уже ходил на Косую аллею? — поинтересовался Гарри. — Нет ещё. Мы завтра с Вистаном пойдем туда. — Хорошо туда ходить с друзьями… Эх… Помню свой первый раз на Косой Аллее, будто это случилось вчера… — выдохнул Гарри. — Кстати, сын, — начал он. — Можешь уговорить отца на покупку метлы на втором курсе? — в его словах чувствовался искренний восторг. — Только через мой труп, — отчеканил каждое слово Том. — Том Марволо Реддл! Серьёзно? — возмутился Гарри. — Как можно запрещать то, что детям нравится! Том посмотрел на сына. — Ты рассказал папе о том, что тебе понравились метлы? — устало вздохнул он. — Ну, да… Это же так красиво выглядело, когда Жошуа Санкара сделал перехват пламптона! Папа, ты бы это видел! Том покачал головой. — Именно благодаря этому приёму и выиграла команда Буркина-Фасо! — Твои гены, Гарри… — упрекнул Том. Он никогда не понимал смысла этого опасного вида спорта. Лучше бы читали больше. — Вот, я не жалуюсь! Прекрасный способ отвлечься от учебы, — сообщил Гарри. — Я не знаю, говорили ли тебе, но я был самым молодым ловцом в истории, — он подмигнул сыну. — Гарри! Не надо провоцировать его на бездумный поступок, — возмутился Том. — Том, я не думаю, что наш сын унаследовал только мои гены. В некоторых аспектах, особенно во внешности, он был похож на Тома. — Не сомневаюсь в этом, — пробурчал муж. — Но это не меняет того факта, что твоё безрассудство передалось ему. — С твоим умом и моим безрассудством он станет прекрасным змеем или грифоном! — как ребенок обрадовался Гарри. — А почему грифоном? — спросил мальчик, который молчал как рыба. — Мне говорили, что ты был на Слизерине. — Тебе не говорили, что ли? — спросил Гарри. — Твой папа выходил из рода чистокровных гриффиндорцев. — Нет, мне крестные не рассказывали… — задумался он. — Кто из крёстных? Теодор Нотт или Полумна Лавгуд? — уточнил тот. — По всей видимости, Теодор, — сказал Том. — Ну конечно же… Чего я ожидал? — выдохнул Гарри. — Хотел, чтобы я не попал на Гриффиндор.. — задумался Нуар. — Развит не по годам! — Гарри улыбнулся сыну и мужу, и они улыбнулись в ответ. — С днём рождения меня, — прошептал Гарри и кивнул на календарь. — С днём рождения, дорогой, — с грустью поздравил Том. — С днём рождения, папа, — сказал Нуар спокойно. Не в первый раз он поздравляет отца. И он знает, как грустно улыбался Гарри, когда он поздравил его с радостью.