Лес

1991. Зима. Арсений, которую ночь не спит. Опасаясь встречи со старыми добрыми приятелями, он отсыпается только днём. При свете солнца Ангелы не имеют власти над его снами и над ним в целом. Уж лучше так, чем под страхом кошмаров не спать вовсе. Ему хватило первой ночи, когда Ангел явился к нему с насмешками, а-ля, видишь, что случилось, а я предупреждал. Больше на такой самоотверженный поступок он не решится. Поэтому, от нечего делать и от клейкого чувства вины в кромешной темноте он старательно вырисовывает буквы на клочке бумаги: «...и поскольку ты единственный, кто о них теперь знает, я прошу тебя, будь осторожнее. Я просил тебя забрать кое-какие вещи из моего дома, помнишь? Не ходи туда. И даже близко к Лесу не подходи. Я волнуюсь...». Арсений не знает, чем вызвана такая осторожность, но чувствует, что, если не предупредит Влада сейчас, с ним может случиться что-то плохое. Подписав письмо и указав адрес, Арс кладёт его на стол и укладывается на койку. Через крохотное окошко камеры на его лицо светит луна, и усыпанное мелкими звёздами небо погружает в транс. Арсений смотрит на дорожку мерцающих ему огоньков и следит за вальсирующими в морозном воздухе снежинками. Скоро Новый Год. Было бы замечательно провести его вместе с друзьями... В размышлениях о свободе, Арс закрывает склеивающиеся глаза и ненарочно засыпает. Осточертевший холод и слёзы. Вот она – точка невозврата. Теперь либо немедленно проснуться, либо взглянуть в глаза своему кошмару. Но, несмотря на все старания, проснуться у Арса никак не получается. Из чёрной пустоты появляется Ангел. — Что? Что ещё тебе нужно? — кричит Арсений у себя во сне. — Я вытащу тебя отсюда. И стремительно разгоравшееся пламя гнева потухает так же резко, как и зажглось. Арсений не находит слов, чтобы описать непонимание. — Зачем это всё нужно было? Чёрный, зачем?! — Мы говорили на эту тему, Арсений. Не заставляй меня разжёвывать тебе всё как младенцу. Воцаряется гробовая тишина. Арс, спустя мгновение разрушает её вздохом: — Всё же, я хочу знать, к чему всё это? Что не так с моим домом, и, чёрт возьми, можно было как-то обойтись без тюрьмы?! — Я тебя предупреждал, но ты опять не посчитал нужным прислушаться. — Ангел говорит с грустью в голосе. На остальные вопрос он отвечать не собирается. — Когда наступит весна, я дам тебе знак, и выведу отсюда. Мои друзья позаботятся о том, чтобы тебя больше никто не видел. Ты не волнуйся, план продуман до мелочей. Арсений недоверчиво пыхтит. — Разве я когда-то тебя обманывал? — Да, — не раздумывая кивает Арс. — Хочешь дальше гнить в тюрьме? Я ведь могу и не помогать, — скалиться Ангел. Арс вздыхает: — Что требуется от меня? — Просто жди, — Ангел таинственно-театрально смахивает рукой, и растворяется в пустоте. Дни после этого сна тянутся неумолимо долго. Каждый длиннее и скучнее предыдущего. За это время Арсений успевает надумать много всего: представить, как Ангел вызволяет его из тюрьмы и, неся на руках, проносит над спящим, ничего не подозревающим городом; поразмыслить над тем, кому же достанется его дом, а если и не достанется, зачем тогда он понадобился Ангелам; и осознать, насколько же ему хочется спать в своей кровати. Ближе к марту Ангел навещает его чаще, а к его концу окончательно вводит в курс дела. План оказывается донельзя банальным и скучным, но кажется эффективным. *** 1992. Весна. И вот настаёт день «X». Арсений под лучами заходящего солнца как на иголках доедает свой ужин и ждёт возвращения Чёрного. Долго ждать не приходиться. В обещанный час – «как только румяное солнце спрячется за горизонтом, забрав с собой весь свет», – Чёрный вихрем влетает в маленькое окошко, ломая железные прутья как вафельные трубочки и, кружась, приземляется в середину камеры. В одиночку, без своей свиты, чем довольно сильно удивляет Арсения. Не успев появиться, Ангел щёлкает пальцами, и свет во всей тюрьме потухает. Рядом за стенкой, и на втором этаже и ещё где-то далеко начинают охать, вздыхать и ругаться. Ангел щёлкает ещё раз и голоса замолкают. Арс хочет спросить, что Чёрный с ними сделал, но не решается. — Где остальные? — всего лишь спрашивает он. — Караулят снаружи, — отвечает Ангел и хватает Арса за руку, — Не отставай. Арсений ойкает от такого прикосновения и бежит следом. Как только Ангел справляется с замком и выводит подопечного из камеры, он превращается в маленького чёрного воронёнка, забирается Арсу за воротник и командует оттуда. Арсений, поражённый уровнем конспирации, сообщает об этом Ангелу, и умилённо гладит его по крохотной хрупкой головке. Тот лишь клюёт его в палец. — Не отвлекайся! Миновав остальные камеры и отвлечённых чарами охранников, Арсений пробегает ещё пару комнат, путаясь в тюремных коридорах, чем вызывает у Ангела приступ ярости, и выбегает на свежий воздух через пожарный выход. Там воронёнок сообщает ему, что бы он бежал к своему дому. — «Интересно...» — думает Арс. Воронёнок спархивает с его плеч, взмывает ввысь, сливаясь с ночным небом, и превращается обратно. — Мы ждём тебя там! Путь обещает быть долгим. Арсений не сразу соображает, где находится и куда нужно идти, и лишь обойдя здание с другой стороны, он, наконец, сориентировался. *** У его дома парят в воздухе все три Ангела, как и обещали. Заметив их издалека, Арс бежит к ним ещё быстрее. Он искренне надеется, что, добежав до родного дома, сможет передохнуть. — Забирай только необходимые вещи, и побежим дальше. — К чему такая спешка? — удивляется Арс. — Ну, ты интересный! — усмехается Ангел. — В любой момент могут заметить твою пропажу. Мы конечно постарались сделать всё возможное, чтобы отсрочить этот момент, но ведь не можем же мы совсем стереть тебя с лица земли. — Мы? — переспрашивает Арсений. — Неужели ты задействовал в моём спасении весь свой народ? — Не весь, но ради тебя старается не один десяток, так что не подведи. Арсений недоумённо смотрит на Ангела. Как будто успех операции целиком и полностью зависит от него! — У тебя есть десять минут, прежде чем мы отправимся в твой новый дом, — поторапливает его Ангел. — Неслыханная щедрость, Чёрный! — из Арса вырывается нервный смешок. — Ты всё-таки позаботился о моём жилье! — Ещё одна фраза подобной окраски и я перестану тебе помогать. — Понял. — Арсений элегантно кланяется и, увернувшись от чёрных искорок, со злости выпущенных в него, улыбаясь, вбегает в дом. В доме всё точно так же, как и тогда ранним утром. Никаких оружий и орудий убийств. Арс грустно оглядывается, и напущенная манерность и услужливость слетают с него, как шелуха. — Была же необходимость — шепчет он, — Помощь, помощь... Какая к дьяволу помощь! Но Ангелу приходится потакать, раз ему обещали новое жильё. Хочешь не помереть на улице и не загнить в тюрьме? Беги домой через весь город! Хочешь получить свои апартаменты? Не паясничай, веди себя тихо и слушайся спасителей своих! «Не забывай, без нас ты не справишься! Без нас ты никто!». Арсению хотелось спокойствия, чтобы от него, наконец, все отвязались и оставили одного. Он взрослый мужчина, а как маленький ребёнок бегает за неведомыми существами! Которые доставляют проблем больше, чем помогают их решить. — «Не встречать бы мне их вообще...» — с горечью думает Арс, роясь в шкафу с одеждой. Пока он мысленно проклинал Ангелов за всё на свете, он успел уже перерыть весь дом и собрать всё необходимое ему. Арс задумчиво смотрит на кучу, возвышавшуюся посреди комнаты, вспоминая, не забыл ли он чего. — Как мне всё это унести? — он высовывается из окна и кричит Чёрному. — Я же сказал, только необходимое! — Это и есть необходимое! Ангел вздыхает, щёлкает пальцами и горка вещей, приготовленных для переезда, исчезает. Все мелкие штуки, по типу зубных щёток, расчёсок, значков, зачем-то понадобившихся ему, и т.д. Арсений распихивает по карманам. — Главное ничего не забыть, — бормочет он, носясь по дому как угорелый. До предела набив карманы всякими безделушками, Арсений выходит на улицу, вновь натягивая непринуждённую маску. Лёгкая ткань тюремной формы оттягивается вниз под тяжестью, и Арс постоянно подтягивает штаны. — Камень взял? — Обижаешь! — Тогда за мной. Они вчетвером бегут довольно долго. Вернее, бежит только Арс, Ангелы просто левитируют над землёй. Арсений с трудом за ними поспевает. — Чёрный, прошу, чуть помедленней! Я уже не так молод! — Брось, ты в отличной форме, — безо всякого энтузиазма в голосе подбадривает его Ангел. — Не отставай. Когда Ангел сообщает что они пришли на место, Арсений совсем запыхался и почти падает на землю, стараясь отдышаться. — Но здесь нет никакого дома. Ты же не предлагаешь мне спать на земле? Ангел щёлкает пальцами и рядом с Арсом появляются доски, не очень свежие на вид. — Строй. Всё твоё. — Это всё? — изумляется Арсений. — Да этого только на собачью конуру хватит! Да и какой из меня строитель! — Ты как маленький! — фыркает уставший возиться со своим подопечным Ангел и снова щёлкает. Возвышается деревянная коробка, размерами которой Арс до придела возмущён. — Я тебя сейчас ударю, — убедительно грозится Чёрный, и щелчком размещает внутри его вещи. — С новосельем, — и испаряется вместе с другими.