страшилка на ночь

за окном многоэтажного дома уже давно стояла темень, даже если долго вглядываться ты все равно ничего не разглядишь, только слышен редкий гул машинного мотора. и, в этой ситуации в которой так и веяло той самой атмосферой, где можно забраться под пледик, свернуться калачиком, и хлебать из недавно купленной кружки чёрный чай со смородиной и пачку эмэмдемсов захавать под просмотр страшного фильма —какого-то там года. так и решил акума на сегодняшнюю ночь, она обязана быть страшной,разве что после той, где он пошёл в туалет и увидел чёрный сидящий силуэт в углу коридора, оказалась брошенная курседом куртка, которую он так ленился повесить, грозила сереже сердечный приступом и ночными кошмарами по ночам. итак постоянные сирены не давали нормально спать, нервная система была измотана в край, и сегодня он решил её добить. найти фильм было не сложно, да и выбор был невелик, все что было — давно посмотрел, разве оставались какие-то два по мелочи, которые не должны быть страшными. и вот, завернувшись в свое одеяло, что грело хрупкое тело и душу такого милого мальчика акумакукуе. подобные мгновения добавляли счастье в однотонную рутину жизни, до того момента, когда началось затишье перед бурей. гробовая тишина настала в самый неподходящий момент, все звуки пропали, будто кто-то накрыл сережу банкой вакуума, даже заебавший холодильник который по ночам издавал жуткие вещи заткнул свой механический рот. главный герой тупого фильма остановился около двери, ведущая к чердаку. сердце пропустило несколько ударов, он знал что будет скример, но когда именно? быстро вытащив один наушник и поставив кружку на пол. очень тихий скрежет, еле слышный, доносился из комнаты за стеной. ебало скукурузилось, глаза стали по пять копеек, а дыхание сперло, кир же давно спит, мог ли он проснуться? да нет же, он обязан спать как убитый,после того как несколько дней орал на всю хату свои кринжовые треки, с которых он каким-то образом получал кэш. а может просто показалось? в голову сразу пришли разнообразные фантазии, при которых акуму во всех случаях затаскивают под кровать и разрывают на части даже не успев пискнуть. будто он стал главным героем дешёвого ужастика. из тёмного коридора, в который так тщетно вглядывался сережа, никакой монстр вылезающий из ванны так и не появился, значит можно дальше продолжить просмотр фильма, оставив уже остывший чай и полупустую пачку шоколадного драже в покое, сережа уместился обратно, как можно комфортнее. стуки по стеклу окон, так и не дали покоя акуме, резкий дождь как из ведра не приносили уют в маленькую квартирку, которую они снимали за бешеные деньги, где блять ебаные тараканы могли тебе в кровать залезть по приколу. свист за дверью квартиры, видимо в подъезде кто-то оставил окно открытым. на кухне не было штор, что укрыли бы от сверкающих молниях, чей грохот раздавался где-то далеко-далеко. атмосфера ещё более угнетала, как по заказу. внезапный звук из наушника заставил заорать на всю хату, но быстрые руки закрыли свой рот. резко подскочил адреналин в крови, а сердце начало стучать как сумасшедшее. ебаные обосраные скримеры в этих ебанных фильмах для долбаебов. если кир проснётся тогда мне уже точно пиздец, и никакие монстры уже не будут казаться такими страшными. после минутной тишины, акума понял что слишком везуч для этой жизни, или это только кажется? заметив краем глаза высокий силуэт в проёме между коридором и кухней, кажется, все органы в этот момент перестали работать, и мозг в первую очередь, он же блять ничего не слышал, что это ещё за хуйня стоит перед ним? вспышка очередной молнии показали знакомые очертания, но было уже поздно. громкий вопль окатил холодной водой воспаленный разум недосыпом и недавно принятый адреналин шприцом в сердце. курсед кинулся на акуму как хищник на беззащитную добычу со своей безумной улыбкой, которой может позавидовать даже джокер. третий крик пронёсся по всей квартире, блять их выселят уже завтра, хули они ночью разорались. ноутбук, что был удачно спизжен у курседа из под носа упал на пол с небольшим треском, не дай бог он его сломал. непрошенные слезы скопились на уголках глаз, вот-вот грозясь прыгнуть камнем вниз по щекам. —буу! блять, —смеясь кричал кир, держа за плечи, а вот акуме было не до смеха. —ты че блять тут орёшь пока я сплю? неловкая тишина не удовлетворяла ответ на вопрос. —так ответишь мне или нет, — вглядываясь в лицо человека, что буквально три минуты назад разбудил своим писклявым криком. поза акумы кричала о том, что киру стоило бы съебать уже отсюда, и оставить его в покое, но он никак не унимался, и пытался убрать зажатые ладони у лица. опять тишина застала в расплох. —ты что заплакал? —сказал как отрезал. убрав за запястья руки что так тщетно пытались закрыть свое мокрое от слез лицо. нервный смешок сверху, который сподвигнул почувствовать себя еще никчёмнее чем он был вчера, или позавчера, скорее за всю жизнь. мокрые дорожки на фарфоровых щеках вызывали лишь смех и создавали новые шутки для издёвок, что кажется будут преследовать его до конца своих дней. было ужасно неловко и перед киром и перед собой в первую очередь, как можно было заплакать от ебаного вопля курседа, хотя кажется тут любой бы расплакался. —та ну че, я так сильно испугал, что ты разрыдался? —с насмешкой твердил нависщее пред ним чудовище со сплитом. —отъебись, я не разрыдался. —как можно увереннее пытался сказать акума, но предательские голосовые связки заставили дрогнуть и почувствовать себя жалким в еще большей степени. хотелось просто провалиться сквозь землю и чтобы тебя никто не видел и не слышал. большие тёплые ладони легли на мягкие щеки акумы, которые покрылись розовым румянцем, большой палец левой руки нежно убрал дорожку слез. —если тебе страшно, можем вместе поспать, в обнимку, голые. —блять, ты долбаеб?— рассмеялся акума, своим заразительным смехом, тупая шутка от гениального человека чуть разбавила атмосферу, уже не так стыдно. —ты думаешь я прикалываюсь? шанс один на миллион, соглашайся. —с сарказмом твердил курсед, убрав руки с щёк сережи. —ну тогда хорошо. — вытирая уже самостоятельно закончившиеся слезы с уголков глаз. и он будет поистине благодарен, что эта ситуация осталась только между ними, они никогда не будут об этом говорить, это что-то личное, даже интимнее, после тех слов, что курсед говорил перед сном, до того как сережа купил отдельный матрас, чтобы наконец съебать от этого долбаеба с его гейскими подкатами, которые так любил акума, хоть и не признавал этого.