Неизбывные случайности

Когда раны затянулись, и многострадальная свадьба Руневского наконец-то состоялась — на этот раз без поджогов чего-либо и внезапных «гостей» — Свечников пожалуй был искренне рад за него. Алина Сергеевна по-отечески вызывала у него симпатию, да и огромному имению Руневского вместе с его хозяином, по мнению старого вампира, давно требовалась волевая женская рука. С новым семейным положением названного сына, впрочем, появились и некоторые нюансы. Значительную часть времени Руневский теперь ожидаемо проводил с женой. И если в свете новоявленные супруги держались согласно этикету, из проявлений чувств позволяя себе разве что галантный поцелуй руки, то в домашнем кругу маски условностей сбрасывались: Владимир Михайлович вскоре почти привык к томным держаниям за руки в своем присутствии, перемигиваниям пары и Алине, по вечерам то и дело сидящей на коленях у Руневского. Однажды на радостях от какой-то новости из газеты она вбежала в гостиную, где беседовали вампиры, и горячо поцеловала мужа прямо в губы. Свечников несколько смутился и лишь с улыбкой отвел взгляд. Что тут скажешь — любовь и в горе, и в радости! Иногда, надо сказать, любовь разделивших друг с другом почти вечность стала выливаться в ситуации более деликатные. Как-то раз князь заехал в отстроенное заново имение Руневского с новыми материалами по делу, порученному вампирам дружиной. В доме никого не было, однако Ионыч в ответ на расспрос церемонно ответил: «В гараж удалились, барыня снова авто изволила чинить сама». Очевидно, барыню сопровождал и сам Руневский. Пораскинув умом, Свечников направился туда же, дать о себе знать: дела у князя на вечер еще были, но кто знает, насколько затянется возня с этой шайтан-машиной. Пройдя часть парка и очутившись на месте, вампир ни о чем не подозревая толкнул ворота гаража и устремил взгляд в полутьму. — Саша… Слегка пахнуло мазутом, и…О! «Баре» действительно находились в гараже и предстали взору Свечникова в весьма не двусмысленном положении: Алина сидела на боку капота стоявшего наискосок авто с задранной юбкой и обнимала ногами Руневского, который, в свою очередь, был крайне увлечен лицом жены. Ворот женского платья был заметно расстегнут. В момент когда голос князя нарушил тишину, вампирша уже отклонилась назад подставляя чужим губам шею, но тотчас перевела взгляд и взвизгнула при виде Свечникова. От неожиданности поднял голову и Руневский, непередаваемо изменился в лице и судорожно отпрянул от Алины. — Ба! Владимир Михайлович! — мужчина нервно хохотнул, стремительно стараясь поправить измятую одежду. — Какой сюрприз, а мы просто тут…ну… Повисло молчание. Сказать по правде, Свечников тоже не знал что сказать и куда себя деть. Ну разве мог он подумать! — …Автомобиль чинили! — вдруг выпалила Алина из-за плеча Руневского и покраснела. Пряталась она чтобы поспешно опустить юбку. — И починили! — Это замечательно, Алина Сергеевна, — князь выдавил улыбку. — Вы извините меня за бесцеремонность, ради бога. Я с новостями по делу! Смущенная Алина так и осталась в гараже, наедине с полюбившимся ей железным конем. Руневский всю дорогу до особняка молчал, и Свечников подумал, что видимо в ближайшее время ему стоит реже беспокоить названных детей, особенно не предупреждая — как никак молодожены всегда охвачены пылом друг к другу. Поначалу.

***

Для супружества Алины и Александра прошло почти десять лет, когда смытые волной хаоса революции они, вместе со Свечниковым и десятками других потерянных душ, оказались в Париже. На счастье, у князя еще со старых времен осталась в городе квартира, в которой он радушно приютил «детей». Время шло, и жизнь в эмиграции понемногу налаживалась. Вампиры так и поселились втроем — все же в чужом городе держаться вместе казалось комфортнее. Да и жилье было довольно просторным, так что на тесноту жаловаться не приходилось. Ну разве что… Разве что шумы, скрип кровати и глухие вздохи за стеной бывало долетали по вечерам из соседней со спальней Владимира Михайловича комнаты. По иронии судьбы последнего они всегда заставали именно там, отходящим ко сну. Что ж, в тесноте да не в обиде, верно ведь? В такие моменты бывшему князю ничего не оставалось делать, кроме как закрыть глаза и, игнорируя отголоски чужих бурных чувств, праведно стараться уснуть. Вечерами однако дело вскоре не ограничилось. В одной из комнат квартиры Руневский с позволения Свечникова обустроил небольшой кабинет с вполне приличным резным дубовым столом, раздобытым где-то на распродаже чужого имущества, и маленьким шкафчиком для книг. Отличное место для того чтобы сосредоточиться и посвятить себя делам. Войдя в дом после прогулки прозрачным весенним утром, Владимир Михайлович полагал, что Алина уже ушла в ювелирный салон, куда устроилась манекенщицей, а Саша занят бумагами в кабинете. Кабинет действительно был не пуст, потому что оттуда вдруг послышался странный звук, похожий сначала на рычание, а затем на плач. Ничего не подозревающий Свечников с недоумением направился к двери и тихо приоткрыл ее. Может быть он не успел разглядеть все, но, о, его глазам открылось достаточно, чтобы увидеть руки молодой вампирши, судорожно цепляющиеся за край стола, ее прикрытые глаза и мужскую руку, пытающуюся зажать ей рот. И — боже, за какие грехи — осоловелый взгляд находящегося за ее спиной Руневского (кажется, полуодетого), который на мгновение пересекся с его собственным. Глаза сверкнули, тотчас отражая хаотичное смятение и, наверное, шок от того, кто его сейчас увидел и самое главное — от того, что он сейчас невольно увидит и больше. Откровенно говоря, Свечникову не оставалось ничего, кроме как напрячь вампирскую силу и за долю секунды ретироваться от двери кабинета ко входной двери. Сейчас ему определенно нужно было снова посмотреть на парижское небо и серые воды Сены. Вечером за ужином Руневский заговорил об их с Алиной переезде в съемное жилье.

***

С тех пор утекло много воды: жизнь и война разбросала вампиров в водовороте событий, в конечном итоге вернув чету Руневских и теперь уже бывшего князя Свечникова в родную страну, ныне страну Советов. После войны мужчины не на одно десятилетие снова нашли свое призвание на службе государству — теперь уже в КГБ. Руневские поселились в Москве, тогда как Свечников из ностальгии вернулся в Северную столицу. Впрочем, иногда старый вампир наведывался в златоглавую: по службе и навестить «детей». Теперь пара жила в добротной квартире внушительного дома новой архитектуры и каждый раз радушно приглашала Владимира Михайловича остановиться у себя. Тот в свою очередь каждый раз тактично отказывался — не хотел, по его словам, мешать их распорядку дня да и вообще хоть как-то стеснять. Несмотря на это, в один из визитов от Алины Свечникову была вручена копия дверных ключей с заверением: если что, тот всегда может чувствовать себя здесь как дома. В тот день он договорился, что зайдет за Руневским, и вместе они поедут на служебное собрание. Решив таки воспользоваться ключами, мужчина прошел на порог гостиной, но обнаружил ее пустой. — Товарищ Руневский! — шутливо громогласно произнес он и сделал несколько широких шагов в центр. — Прибыл забрать вас на дела ратные! Свечников оглядел комнату: никого не было, но как ни странно до него долетало довольно слышимое дыхание. Вдруг раздался нечеловеческий (да и откуда бы ему) грохот, ойканье и за его спиной что-то мощно обрушилось на пол с четырехметровой высоты монументального советского потолка. Вампир вздрогнул от неожиданности и резко развернулся. На полу, к немыслимому удивлению, растянулись друг на друге Александр и Алина, заметно растрепанные и перепутавшиеся ногами и руками. Взгляд девушки был слегка расфокусирован. Волосы Руневского падали ему на лоб. — Бог ты мой, Саша? Алина Сергеевна? — сначала Свечников звучал встревоженно. — Вы целы? Как вы вообще там… Тут он вспомнил о способности вампиров передвигаться не только по наземным поверхностям. Задержав взгляд, на Алине можно было заметить светлое неглиже. Ткань смялась, а лямка была спущена. На самом же Руневском была полностью распахнут китель, и, судя по всему, не только он. К его собственному сожалению, до Свечникова увы начало доходить, что именно сейчас происходило на высоком потолке. Алина приподнялась и уже было открыла рот, чтобы что-то сказать. Лямка от резкого движения сползла еще больше. — О…- мужчина спешно отвернулся в сторону, старательно отводя взгляд. — Саша, я подожду тебя в другой комнате. Несколько позже Свечникову подумалось, что ситуация определенно могла бы быть более драматичной, если бы он стоял на полметра ближе к дверному проему. *** Время летело, но по какой-то причине чета Руневских, к концу столетия не единожды сменившая жилище, сохраняла чудной обычай вручать своему названному родителю запасные ключи. «Мало ли экстренный случай, ну или просто вы захотите сделать нам сюрприз», — так говорил Руневский каждый раз. Пользоваться этой возможностью Свечников не спешил — кто знает чем будут заняты хозяева? Потому приезжал он, все же всегда возвещая о себе. Тем не менее, однажды, сюрприз устроить пришлось: в одно из его коротких пребываний в столице по службе погода за считанные минуты превратилась в настоящий конец света, и находясь поблизости к адресу ныне видного искусствоведа и аукционера Руневского, почтенный вампир решил зайти к «детям» — при таком ливне ехать в гости потом, с другого конца города, было бы весьма непросто. Хозяев дома не обнаружилось — на дверные звонки никто не отвечал. Тогда Свечников, уже купивший по случаю визита недурной торт, рискнул воспользоваться гарантированным ему гостеприимством и вошел сам. Квартира была просторная и действительно пустая. Спустя полчаса раздался скрежет ключей в двери. Свечников встал на выходе из комнаты и уже был готов приветственно улыбнуться, когда в открывшуюся дверь буквально влетел ураган. Ураган из двоих, в данный момент очень увлеченных друг другом людей, а точнее вампиров, которые голодно целовались прямо на ходу. Кажется, войдя они не собирались продвигаться дальше коридора. Пиджак упал на пол, рубашка на мужчине уже была расстегнута. Впечатав Алину в стену напротив двери, Руневский рыча подхватил ее под бедра и поднял на руки. Женские руки вцепились в его волосы. Супруги возвращались домой после удачно заключенной Руневским сделки и, охваченные ажиотажем, были полны решимости отметить это как следует. Нет, не то чтобы Свечников совсем не был готов увидеть что-то подобное — за почти век он уже понял, что «активный период» брака у вампиров (ну или во всяком случае у одних конкретных вампиров) видимо не имеет свойства заканчиваться, и даже выработал в отношении этого некоторую флегматичность. Но все-таки, зайдя в пустую квартиру, такой встречи он не ожидал. Каждого настигает свое проклятие, бессильно пронеслось в голове. На глазах все происходило так стремительно, что он не успевал даже открыть рот и найти что сказать, чтобы обратить на себя внимание. Двое перед ним, в свою очередь, упорно не замечали ничего вокруг и переходили к еще более активным действиям. Нечто темное приземлилось на пол в аккурат к ногам мужчины: это был бюстгальтер. Только трехсотлетняя выдержка удержала Свечникова от того, чтобы сейчас не взвыть, и отчаявшись он лишь кашлянул. Алина и Александр резко замерли, не меняя своего положения. Лица их, будто пораженные громом, медленно повернулись в сторону откуда донесся звук. Стало видно, что лицо Руневского измазано помадой. — Вла-Владимир Михалыч…? — первой опомнилась Алина. — Вот это...Вот это неожиданность! Муж неловко поставил ее на пол, и девушка быстро натянула на себя остатки одежды. — А я и не знал, что вы в столице, — Руневский глуповато улыбался и отчаянно старался не смотреть прямо в глаза старому вампиру. — Да я вот…сюрприз хотел устроить, Саша! — эти слова как-то сами собой слетели у Свечникова с уст. Воцарилась выразительная пауза. — Может тогда чаю? — смущенно хихикнув, нарушила тишину Алина. Тем же вечером Владимир Михайлович решил для себя, что все-таки наведываться в гости к «детям» без предупреждения — даже с их активного согласия — не стоит. Во все ближайшие пять веков.