The best friends

- Привееет! - раздался на том конце провода веселый голос Мервана, отчего Со невольно отодвинул трубку от уха. - И тебе не хворать. Хотя, чувствую ангина тебе уже не страшна, - Лоран усмехнулся и откинулся на спинку кресла, стоящего у него в гостиной. Время близилось к вечеру, и сейчас Солаль умиротворенно наблюдал за закатом солнца из собственной квартиры. - Хаха, - передразнил его алжирец уже более спокойно, а потом добавил. - Чем занят? Давно не виделись. Может встретимся? - Машину брать?.. *** Уже довольно долгое время два этих, казалось бы, далеко непохожих друг на друга человека как не разлей вода. И кто бы мог подумать, что они станут такими хорошими друзьями… Если у одного возникнут проблемы, второй обязательно придет на помощь, если одному нужно будет выговориться, второй с удовольствием, и заметьте, не из-за приличия и не из-за того, что друзья должны поддерживать, а совершенно с искренним желанием выслушает его. Принесет бутылку виски и выслушает. И так было и сегодня. Мужчины встретились в баре. Точнее, когда Лоран пришел. Мерван уже сидел за стойкой и крутил в руке стакан. Подойдя ближе, Со положил руку на дружеское плечо и сел рядом. - Опоздал, мон ами, - с улыбкой сказал Рим, посмотрев на прибывшего. - Ну так две ноги это не четыре колеса, - Солаль махнул бармену, и тот принес бутылку. – Ну-с, чего стряслось? – мужчина вопросительно взглянул на алжирца. - А разве друзья не могут встретиться просто так? – несколько удивленно спросил Мерван. - Да…ты прав… Просто уже начинаю забывать, что на встречах необязательно решать какие-то дела и проблемы, - Лоран залпом выпил содержимое своего стакана. Затем мужчины обсуждали повседневность, возмущались отсутствием времени и просто болтали о пустяках. За такими разговорами они выпили сперва одну бутылку, потом вторую, третью и, кажется, даже четвертую. Впрочем никто из них не считал. Да и зачем? *** - Плас…же пас! – запевали далеко нетрезвые актеры, нещадно путая слова и идя по улице в обнимку. - Я тебя провожу, - заявил Солаль. - Нет, я тебя провожу, - упрямо ответил Мер и мотнул головой. Но Лоран, как человек более опытный и взрослый, все же сумел заговорить алжирца так, что тот и не заметил, как они направились прямиком к его дому. И вот уже подъезд, лестница, ибо лифт они почему-то проигнорировали, осталось несколько ступенек до нужного этажа и… Мерван запинается и чуть не падает. Правда вовремя успевает вцепиться в перила. - Ооо, ну давай еще покалечимся, приедут беленькие дяди, - увидев непонимающий и вопросительный взгляд Рима, решил пояснить, - в белых халатах и на белой машине, увезут тебя в белый дом…всмысле в больничку…т.е в реанимацию, мне придется сидеть в коридоре, переживать, я поседею, покроюсь морщинами раньше времени и… - Тебя сейчас самого в больничку увезут, - буркнул алжирец, поднимаясь на ноги и сжимая губы, - а если ты думаешь, что у тебя нет морщин и ты уже не седеешь…то ты очень наивный, Солалюшка, - Мер улыбнулся и попытался достать из кармана ключи. Сделать это удалось не сразу, но когда ключи сдались и дверь со скрипом «отступила», в квартиру ввалились музыканты. Да, именно ввалились, т.к Мервана повело в сторону, и он чуть не снес тумбочку в коридоре, а Лоран уже с порога воскликнул: «Да здравствуют люди в белых халатах. Да здравствует мой родной дом!». После этого он кому-то низко поклонился, а Рим был готов покрутить пальцем у виска. - Вообще-то это мой дом…хотя…после сегодняшнего и после того, сколько мы выпили, я ни в чем не уверен, - алжирец посмеялся и закрыл дверь, но тут же почувствовал, что за его рубашку кто-то дергает. - Ты что, в таком виде по улице разгуливал? – поинтересовался Со и подпихнул друга к зеркалу, который только теперь заметил на своем боку…т.е на рубашке большую дырку. - Нет…все целое было. Это я, наверное, на лестнице порвал. Ну вот. Хорошая вещь была, - шмыгнув носом, проговорил алжирец, но уже через секунду вздрогнул и, вскинув брови, посмотрел на Солаля, который, как истинный друг, не смог остаться в стороне. - Так! Неси иголку и нитку. Будем тебя зашивать. *** Через две минуты француз медленно зашел из коридора в комнату, держа в руках нитку и иголку, щурясь и пытаясь первую воткнуть во вторую. В данном состоянии дело это было просто бесполезным, и Со понял это. Поэтому убрал все на место, но тут увидел другую иглу уже с ниткой. - О! Нашел… - с какой-то детской радостью произнес «папочка» и как-то странно посмотрел на «клоуна». - Что? Что ты так на меня смотришь? – возмутился алжирец и медленно стал отступать, отходя дальше от наступающего Солаля. – Не надо в меня иголки втыкать! Я же не кукла Вуду! - Я не буду в тебя ничего втыкать. Я рубашку зашивать буду, - успокоил Лоран Мервана. - Но рубашка-то на мне! - Так ты сними ее! После этого Рим буквально завис на месте, неотрывно глядя на мужчину. - Черт. Логично, - хозяин квартиры усмехнулся и попытался расстегнуть пуговицы, но пальцы не слушались, а в глазах вообще двоилось, когда он старался сфокусироваться на маленьком предмете. - Что ты там копаешься? Дай сюда, - уверено шагнув к алжирцу, Со сделал пару манипуляций, и все пуговицы были расстегнуты, но вот самая последняя оказалась очень вредной, и, невольно дернув, француз оторвал ее. – Упс…ну ничего. И ее пришью. Лоран махнул рукой и, собираясь отойти в сторону, вдруг запнулся, и упал на пол, озвучивая тихие матерки и возмущенно бормотание. - Ты как так-то? Кто ж спотыкается на ровном месте? Или тебе собственные ноги помешали? – Рим хмыкнул и присел рядом, дабы помочь другу подняться. Но тот не торопился принимать помощь и спокойненько лежал, глядя на Мервана, а после не спеша взял того за ворот расстегнутой рубашки и резко дернул, роняя алжирца на себя. Но то ли по случайности, то ли по расчету, Мер упал, коснувшись губами губ Солаля. А вместо того, чтобы отстранить Рима, «папочка» продолжил этот мимолетный поцелуй, а уже через пару секунд скользнул рукой по обнаженному торсу алжирца. Пальцы его, едва касаясь гладкой кожи, прошлись по ребрам, боку, спине и задержались на последней на некоторое время. Мерван хотел приподняться и отстраниться, чтобы вдохнуть воздуха, но ему не позволили, властной рукой прижав к себе. Правда оставлять друга без доступа к кислороду было бы эгоизмом, поэтому Со сам прервал поцелуй и коснулся губами щеки, потом шеи. Приподнявшись на локте, Лоран не спеша стал покрывать мелкими поцелуями плечо друга. За окном уже давно была ночь, а комната освещалась лишь тусклым светом ночника, ибо выключить его было просто некогда. Француз нависал над Римом, лежащем на диване, и тщательно исследовал его тело своими губами. И как он раньше всего этого не замечал? Глупец. Грудь алжирца тяжело вздымалась, а сам он то и дело закусывал губу, запрокидывая голову, сжимая руки в кулаки и зажмуриваясь. Такая близость была впервые, и в какой-то момент в голове Мервана пробежала мысль о том, что как-то странно, почему они не пришли к этому раньше. Впрочем, такие мысли наверняка возникли под действием четырех выпитых бутылок. Но сейчас это совершенно никого не волновало… *** Утро потревожило сперва хозяина квартиры. Он поморщился от яркого света, пробивающегося в окно, и потер переносицу. Держась за голову, он сел на край дивана, не обращая внимания на мирно спящего рядом Солаля. Голова трещала, словно сотни маленьких тараканов, живущих в ней, стучали в барабаны. Алжирец тихо простонал от боли и поднялся с дивана, дабы пойти и поискать таблетки. Но не успел он сделать и нескольких шагов, как по квартире разнеслось громкое «Ааа!» и пара нецензурных слов. А после, стоя на одной ноге и пытаясь вспомнить подробности вчерашнего вечера, Рим вытащил из второй иголку.