Ханахаки

— Ань?! Ань, ты дома? Аня! — не преставая тарабанить в дверь, пыталась достучаться девушка. Дверь открылась. Бледное лицо, синяки под глазами, ватные ноги и...и она падает. Её подхватывают, берут на руки и несут в спальню. — С..Саш? — шатенка очнулась на своей кровати, укутанная в тёплое одеяло. — Анют, ты как? — Уже лучше. А что ты здесь делаешь? — Ты не пришла на тренировку, никто не знал где ты. Даже Этери Георгиевна. Ты не брала трубку, я тебе раз двадцать звонила, да и не только я. Кстати, нужно позвонить девочкам, сказать, что я тебя нашла. — Мне утром как-то плохо стало, я решила не идти на тренировку, хотела позвонить Э.Г., но заснула. — Я ей позвоню. У тебя голова кружится? — Ага... Я вот когда тебе открывала, она таак закружилась, что я и не помню как я здесь оказалась. — Твои родители скоро вернутся? — Через неделю. Они в командировке. — Охх, вот это тебе повезло. Значит я буду тебя лечить. У тебя, кстати, температура 38,5 — сказала Саша, достав градусник, при этом отодвигая немного одеяло. — Ого, сама Александра Трусова будет меня лечить? Да я везунчик. Девочки засмеялись, после чего Саша ушла на кухню. — А ты чего так раскрылась? Температура слишком маленькая? Рекорд побить хочешь? — серьёзно спросила она у, уже сидевший на кровати, девушки. — А почему бы и нет, не только ж тебе рекорды бить. — Я смотрю, ты уже здоровее всех здоровых? После этих слов Трусова подошла к кровати и взяла за конец одеяла. Она плотно укутала Аню и обняла. Опрокинув её на кровать, она легла вместе с ней, продолжая обнимать. — Саш, а что это за запах? — Ой блин! Это ж я тебе завтрак готовлю. — Она вскочила и побежала на кухню. Через пару минут "ракета" вернулась с яичницей на первой тарелке и небольшим салатом во второй. — Знаю, что уже обед, но завтрак ты проспала. — А сколько я спала? — Часа четыре. И как я вижу, тебе это пошло на пользу. А теперь нужно покушать, силы появятся — Саша присела рядом и поправила одеяло. — Ты смотри, какая заботливая. А ты случаем не заболела? — Аня приложила руку ко лбу и слегка погладила. — Так вот какого ты обо мне мнения? Всё с тобой ясно. — в шутку сказала Саша и уже хотела встать, но Щербакова схватила её за руку и посадила на место. — Ну Сааш, прости — она села и обняла её со спины, положив голову на плечо — мне очень приятно, что ты так обо мне заботишься. — Давай ешь пока не остыло. Ты всё ещё бледная и с температурой. Я пойду схожу за лекарствами. Саша ушла, а Аня принялась за завтрак. — Ань, я взяла лекарства и немного продуктов — крикнула с порога Саша Она положила продукты в холодильник и направилась в комнату. Когда зашла, то увидела милейшую картину. Аня сладко посапывала, а на столе стояла пустая тарелка. Даже приход Саши не смог разбудить этого ангелочка. "Ракета" тихо подошла к столу и выложила лекарства, после чего присела на кровать и увидела, что шатенка дрожит. Она плотнее укрыла девушку и убрала прядь волос, которая лежала на лице. — Саш, мне холодно — дрожащим голосом прошептала Аня и повернулась в сторону гостя. — Тогда укутаем тебя ещё теплее. Где тут у тебя тёплые вещи? — она подошла к шкафу и достала оттуда самую тёплую, как ей казалось, кофту — Так, ну давай одеваться. Саша помогла приподняться девушке и натянула на неё кофту. После чего уложила её обратно и укрыла тем же тёплым одеялом. — Чего ты так смотришь? — Ты очень милая, когда заботишься о ком-то. Останешься на ночь? — Куда ж я денусь, я тебя одну не могу оставить. Где я могу лечь? — Ложись со мной. — Аня отодвинулась к стенке, давая место "ракете". — Ух-ты, Анна Станиславовна, а вы, я посмотрю, шалунья — Девочки рассмеялись и Саша всё же легла рядом. Трусова обняла больную и та уткнулась носом куда-то в шею, пытаясь согреться, от чего рыжеволосая перестала дышать. Когда Аня перестала дрожать и немного согрелась, Саша решила заняться делом. — Слушай, ну спать ещё рано, ты ещё не обедала и не ужинала. Да и сейчас только 4 часа дня. Я пойду займусь едой, а ты пока выпей лекарства. Вот это и это. — она положила две таблетки на прикроватную тумбочку. — Я сейчас принесу воду. Аня, как послушная девочка, дождалась воды и выпила таблетки. Саша же пошла готовить ужин, совмещённый с обедом. Это был куринный суп, который она, к счастью, умела готовить. Вернулась Трусова к моменту, когда Щербакова опять заснула. Она тихо подошла к кровати и приложила руку ко лбу, температура всё ещё была. От этих действий шатенка начала просыпаться. — Тихо, тихо, Анют, спи дальше, тебе нужно как следует поспать. — она аккуратно поглаживала шатенку по спине и поправила одеяло. Как вдруг чья-то нежная рука сплела их пальцы. — Саш, полежи со мной, пожалуйста — Я с тобой ночью лягу, а сейчас мне нужно за супом следить — Ну Сааш — Солнце, я скоро прийду — рыжеволосая поцеловала руку больной и удалилась на кухню. — А ты чего не спишь? — Кушать хочу. Да и тебя рядом нет — Ну, это мы сейчас исправим — через минуту девушка опять зашла в комнату с тарелкой супа. Аня вяло села на кровати и взяла её в руки. — Ой, а где же это наша энергия подевалась? — Ну вот сейчас мы её и найдём, когда поем Пока Аня ела приготовленное Сашей блюдо, вторая сидела рядом и наблюдала. Когда тарелка осталась пустой, "ракета" унесла её на кухню и вернулась через несколько минут. Когда, зайдя в комнату, девушка обнаружила её с открытым навстеж окном, возмущению небыло предела. Саша по полной отчитала девушку и завернула её в одеяло. — Ну Сааш, я же просто хотела проветрить — Проветривать нужно, когда тебя в комнате нет — Слушай, ну до сна ещё часа 3. Что мы будем делать? — Я тебе ванну наберу, горячую, чтобы согреться Собственно это Саша и сделала. — Так, ну что? Силы идти-то есть? Аня начала вставать и голова опять закружилась. Саша подхватила её и помогла дойти. — Дальше, я надеюсь, справишься? — Да, спасибо Пока Аня принимала ванну, "ракета" прибралась в её комнате и на кухне. И вот уже десять часов вечера, шатенка выходит из ванны, к ней подбегает Саша и, придерживая, ведёт в комнату, укладывая на кровать и ложась рядом. Аня обнимает её и она делает то же самое. Ночь, проведённая в обнимку, дала обеим хорошо поспать. На утро температуры уже небыло и Аня чувствовала себя намного лучше и, можно сказать, практически была здорова. Это не назвать простудой, обычное переутомление, которое по-разному влияет на каждого. Для Саши смысла находится там уже небыло и она уже собиралась уходить. Они лежали на кровати в обнимку и разговаривали. — А ты когда-то влюблялась? — Й-я? — неожиданный вопрос поставил Сашу в неловкое положение. Она влюблялась, причём один раз. Она до сих пор влюблена. Влюблена в Анну Щербакову — Нуу да, думаю, влюблялась — Я тоже. И знаешь, кажется это взаимно. Этот человек вчера очень беспокоился о моём состоянии. Мне кажется, я ему не безразлична — у Саши внутри всё замерло. Неужели это про неё? Она ведь давно хотела признаться и решилась это сделать сейчас. Решилась бы, если бы не одно "но" — Как думаешь, я нравлюсь Жене? — Жене? — внутри всё рухнуло — Да, Семененко — Не знаю. Слушай, раз ты уже здорова, я пойду. Встретимся на тренировке Саша быстро вскочила, взяла вещи и ушла под непонимающий взгляд. Аня пыталась что-то сказать, но "ракета" её уже не слышала. Последующие дни тяжело проходили для юной "ракеты". Ещё пару месяцев назад её начала тревожить боль в груди, но она не обращала на это внимания. С Аней этой боли небыло. До того дня. После произошедшего, боли стали сильнее и задыхаться она стала чаще. Цвет лица стал бледнее, а из-под одежды пытались выбраться цветы. Кожа вся исколота и проткнута шипами, кашель вперемешку с лепестками. Ханахаки. Болезнь влюблённых. Разве это реально? Оказывается, что да. На девушке закрытая одежда, видно только голову и ладони рук. Тренировки проходили как обычно, не считая расспросов про самочувствие и частые отпросы выйти. Она всегда говорила, что всё хорошо, просто устала. Но, когда Этери Георгиевна попросила зайти в кабинет после тренировки, смысла врать уже небыло. Да и не получилось. Тренер без лишних слов отодвинула рукав ученицы и увидела цветы. Ничего не нужно было говорить, она всё сама поняла. С сочувствием она обняла девушку как в последний раз. — Не взаимно? — Она любит другого — Откроешь секрет? Кто это? — Аня. Любит Семененко Тутберидзе плачет. Вы когда-либо видели это? — Родители знают? — Про болезнь или про Аню? Про первое да, про второе - нет. Они с уважением отнеслись к тому, что я не хочу говорить. Так они и простояли в обнимку. Отстранились только когда в дверь постучали. Саша закатала рукав, а Этери начала вытирать слезы. Дверь открылась и зашла Камила. Она увидела тренера и подопечную в слезах и сказала, что зайдёт позже. Трусова же тоже решила пойти переодеваться. Девушка, с момента появления цветов, не переодевалась со всеми, а уходила в спортивной одежде под обычной. Зайдя в раздевалку, она словила взгляды всех присутствующих. В том числе и Ани. Она, к слову, начала встречается с Женей. Скрывать было уже бессмысленно. Она без слов закатала рукав и сказала только "безответно". К ней один за другим молча подходили и обнимали. Потом начинали плакать. В раздевалке остались только они с Аней. — Почему ты мне ничего не сказала? Я думала, что мы лучшие подруги — со слезами на глазах девушка подошла почти вплотную, пытаясь заглянуть в глаза. — Лучшие подруги? Были. Но за всё это время ты ни разу не написала мне, не поговорила со мной, ничего не заметила. Разве это дружба? Ты была для меня всем. Но я для тебя, увы, ничего не значу — из глаз полились слезы, она развернулась и ушла. Вы не подумайте, Аня очень дорожила своей подругой, очень любила её. Но как подругу. Все эти дни её разум был затуманен Семененко, с которым всё сложилось, но сейчас уже это не имело значения. Её подруга скоро умрёт. К тому же, она сильно провинилась перед ней. Щербакова долго думала и решила пойти к ней домой. Как бы там ни было, они лучшие друзья, а скоро её уже не будет. Она бежала со всех ног. На пороге её встретила поникшая мама Саши, она дала ей пройти и сама ушла на кухню Аня, зайдя в комнату, увидела лепестки на полу и на кровати, возле "ракеты". Она тихо подошла и села рядом, взяла её руку в свою. — Я не знаю в кого ты влюблена, но я просто хочу быть рядом. Ты была рядом когда мне было плохо. Всегда была. И я это делаю не из чувства долга, а потому, что ты мне очень дорога. Я люблю тебя — она не сдержала слëз. — Хочешь знать кто этот человек? — в ответ последовал кивок. — тогда скажи, ты любишь Женю? — Люблю — А меня? — Тоже, очень люблю — Но как подругу, верно? — в ответ кивок. — А я люблю тебя не как подругу. Я влюблена в тебя уже давно. Теперь прошу, просто уйди. Я не злюсь и не обижаюсь на тебя. Я очень рада, что ты счастлива. Но мне так же очень больно видеть тебя. Я не могу заставить тебя полюбить меня, я сама виновата в случившемся. Ты мне очень дорога, но от этого легче не становится. Всё так же больно. Обе девушки не сдержали слез. Аня в последний раз обняла её. Сердце перестало биться.