Объвини меня в честности

Шли недели Том отсутствовал за границей и все дела перешли ко мне в руки. Что бы вы понимали я немного отстал от плана и вновь втягивался в рутину. Тем более Том скоро приедет примерно через неделю и найдёт своё сокровище разорённым, а меня он просто уничтожит. Кошмары и не думали заканчиваться и я уже перестал принимать успокоительное и чисто висел на алкоголе. Моё состояние было похоже на протухший сендвич, почему такое тупое сравнение? Я сам не знаю, но я просто не мог жить спокойно. Однажды ночью примерно послее полуночи в мою дверь постучали. Стук был громким и настойчиво торабанил по моим перепонакам. В ту  минуту я лежал на диване в гостиной. Подойдя к двери я посмотрел в дверной глазок и увидел, то что сильно меня напугало. По ту сторону стоял мужчина в бейсболке и чёрт! Я узнал бейсболку Френка ту самую, он в ней был на пекнике в Чарльзтауне. Видел я только головной убор, а лицо человека было зловеще затемненно. В дверь постучали снова и снова и ещё более настойчиво. Я попятился назад и побежал в ванную комнату, сев на пол и поджав колени я повторял - По стучит и уйдёт, по стучит. И так я просидел до рассвета. Днём я оделся и отправился в компанию, там я пробыл до вечера, и после поехал в  бар куда я уже протоптал себе дорожку и скидку на виски после десяти. Набравшись до стадии "переждать" я качаясь направился в туалет, но ноги не послушались и я чуть не упал, но к счастью меня подхватил молодой парень, очень улыбчивый и называл меня всё время - дружок, как собаку. Он проводил меня до туалета где я намочил себе туфли своей не меткой струёй. После я узнал что его зовут Бени Или Бил, он всё говорил и говорил в частности хвалил меня и этот новый знакомый просто поразил меня. К утро за это меня наградили, но до этого рановато. Вообщем я уже считал Бени или Била своим братом и приглашал его в свою кампанию. Он очень интересовался компанией и в особенности клиентурой.  И после того, как мне стало уже совсем плохо, он вывел меня на свежий воздух. - Что значит Том подставил Френка? - Ох Билии он не просто его подставил, ты... ты знаешь. - Что? - Ты знаешь кто я? Я босс этой компании если бы не я то всё бы рухнуло! А Том он довёл Френка до самоубийства, когда связался с этим ублюдком, наркодиллером. А я не чего не сказал. Ты бы видел, как на меня смотрела его жена на похоронах! А Тома не было видимо деньги считал. Погода хорошая может ещё по одной? - А где сейчас Том? - Этот пидор уехал, бросил всё на меня и уехал к другим... что бы яйца у него отсохли- В этот момент я два раза икнул и начал блевать. - Я поймаю такси. Что говорил я ему в такси не помню. На утро я проснулся в гостиной на диване. Голова трещала и расскалывалась по швам. Вспомнив, что сегодня в одиннадцать собрание я за стонал. Приняв душ и аспирин, поехал на работу на автобусе. Как давно я на них не катался. Выйдя на остановке я купил кофе и газету. До собрания ещё час. И Том должен приехать сегодня после полудня. Сев на лавочку напротив высокого здания мне захотелось сперва полюбоваться пейзажами. Я бы хотел описать, как прекрасна эта улица и этот век, что окружало меня и какие виды. Но когда я бегло посмотрел на газету, моё желание описывать вам свои впечатления тут же исчезли. На жёлтом фоне, чёрными большими буквами было напечатано. БИЗНЕС НА КРОВИ! КОМПАНИЯ FAT И ЕЁ ТАЙНЫ. ЧТО СКРЫВАЕТ ЧИСТЫЙ БИЗНЕС НАРКОТИКОВ И РЕКЛАМНОГО СЛИЯНИЯ. Мне стало плохо и я отодвинул газету. Потом жадно прочитав всё до конца я не мог сдержаться от смеха. То был истерический смех. Там было всё преукрашенно настолько, что небыло правдой. Что мы торгуем живым товаром и органами людей и вешаем конкурентов. Ну и было, то что я рассказывал про Френка. И моя голова снова начала болеть. Имя Томаса  было везде, моё имя упоминалось как мученика и заложника ситуации и не часто. Этот Бил или Бен был репортёр жёлтой газеты и работал на конкурента, долго пас меня и ждал когда я нажрусь в стельку. Мало того это самая популярная газета. Конкуренты разорвут нас, а клиенты заберут активы и перестанут сотрудничать, а новые откажутся иметь с нами дело. Хуже всего, что Том прочитает это и всё поймёт. Мне хотелось бежать и спрятаться. Черная тень от здания офиса давила на меня и я уже видел её руины. После собрания, где все были шокированы тем, что звонки об отказе сотрудничества предоставлялись чаще чем через две, три минуты. А после того, как все увидели газету которую я предоставил, члены совета начали выкрикивать ругательства. У некоторых был свой экземпляр газет. Том приехал и молча ушёл в свой кабинет. Секретарша отнесла ему кофе и отчёт и конечно же газету. Мои ноги дрожали при любом шорохе и я ждал когда Том ворвётся в мой кабинет, но этого не происходило до самого вечера, позже мне сообщили, что он уехал. Я не видел его, но все говорили, что он загорел и был одет в белый костюм. Мне хотелось его увидеть, но я боялся посмотреть ему в глаза, хоть всё равно презирал. Этой ночью я спал очень хорошо. Даже без таблеток и виски. Можно сказать я чувствовал некое облегчение, как монах который бьёт себя плёткой по спине и рассекая её до крови чувствует, что его грехи прощены. Мои грехи были увелечины, хотя в газетной статье я выглядел ангелочком. Весь урон который я причинил компании я почувствовал через неделю, когда большая часть сотрудников написали заявление об увольнении. Том пытался писать в газеты, что это всё скомпроментированно, подстава и даже пробывал подать в суд на редакцию, но Жёлтый цвет излюблен и Том проиграл. Деньги уходили от нас и наше общение тоже. Я и Томас словно чужие и не враги и не друзья. Меня мучил его безразличный взгляд и почему он не выгонял меня как Иуду, я не понимал. Однажды вечером я приехал к нему в квартиру, потому что мучила совесть и я хотел сказать правду о том что произошло. - Что тебе ? - Холодно ответил Том. - Я напился и не знал что говорю и не управлял собой, этот вечер, чёрт он долго следил за мной и когда понял, послушай, куда ты пошёл? - Я пил кофе, когда ты постучал, и хочу его до лакать, с твоего разрешения. Я последовал за ним на кухню. - Он видимо привёз меня домой, а на утро я проснулся и после уже купил эту...эту чушь. Правда Том я не хотел. - Хотел. - Что? - Ты хотел этого, с того самого момента когда Фрэнк покончил с собой. Хочешь я расскажу что узнал недавно? Его жёнушка как оказалась давно крутила роман с Боби нашим курьером помнишь? Часто она приносила кулинарные шедевры в наш маленький офис. Не так давно я видел их вместе. Они поженились, я навёл справки и вообщем они одноклассники, юношеская любовь. Сосед Фрэнка сказал, что в ту ночь был сильный скандал и много шума. Жёнушка грозилась разводом, а Фрэнк буйствовал. Он покончил с собой из-за этого. И я сложил два и два. Думаю он их застукал, голубков. Я стоял открыв рот и думал о записке, что вручила мне она, на кладбище там было всё размыто, не может быть, что бы она сделала это намеренно. А может хотела оправдаться? Или ей было плевать и она просто хотела избавится от записки и в качестве урны предпочла мою ладонь. Я стоял и молча смотрел как Том с ненавистью в глазах взял стакан с водой и разбил его об моё лицо. Глухая боль пронзила меня и потом я скатился по стенке на пол. Всё таки я не ожидал удара из щеки прыснула и засала кровь и я смотрел, как Том мечется в поисках аптечки и салфеток. Он не извинялся и не тельмишил, оказал мне первую помощь и велел уйти. - Я уйду и пойду на трассу и брошусь под колёса первого встречного грузовика- Сказал я ему возле выхода. Том схватил меня за куртку и швырнул за порог. Я побрёл и правда на трассу. Мимо проезжали автомобили и слепили меня фарами. Я шёл шатаясь рана не сочилась, но щека саднила. Я обдумывал свои дейсвия и сожалел много сожалел, но не жалел себя. Мне хотелось, что бы Том видел, как я хочу всё исправить, хоть и не знаю как. Почему меня так волнует Том? Почему его злой взгляд причиняет мне боль? Так не должно быть. Мне надо уехать? Или умереть? Что же мне сделать? Как мне жить? Я увидел в далике за перевалом быстро двигающийся красный фургон или мини грузовик, так как я не рассмотрел. Я остановился и мне захотелось сделать шаг. Шаг на встречу тёмному покою, где не кто не будет знать, что я сделал. И было ещё кое что, что могло исправить только могила. Я в этом себе признался. По этому он волнует меня. Пусть обвинят меня, пусть осудят меня в моей правоте. Я был в предубеждении. Свет приближащихся фар озорил дорогу ярким жёлтым светом.