Разгул стихии. Часть 1
13 июня 2024 г., 17:29
— Всё равно, — пропуская через себя удары от двух хрупких блондинок, ворчал Джиба, — Усаги, я тебе развод не дам! Мы с тобой связаны пророчеством!
— К чёрту пророчество! Я люблю Сейю и у меня будет от него ребёнок!
Услышав это, Мамору от неожиданности сразу же захлопнул свой рот. Его самолюбие явно было уязвлено.
— Будет тебе развод, сучка! — одними губами прошептал. — Только Чибиусу хрен увидишь, запомни! Я все сделаю, что бы ни ты, ни мать твоя не имели даже самой крошечной возможности общаться с малышкой!
Кое-как уворачиваясь от ударов Минако, Мамору убежал на второй этаж и закрылся в своем рабочем кабинете, а Минако вопросительно уставилась на Усаги, ожидая от неё объяснений.
— Я не беременна, — выдохнула Усаги, — я специально обманула его, чтобы Мамору дал мне развод.
Усаги пока ещё не знала, что её обман оказался совсем не обманом и сама судьба решила пошутить над ней — ведь её постоянные занятия любовью с Сейей без должной контрацепции не прошли бесследно. Но пока ещё было слишком рано для каких-либо кардинальных изменений в её самочувствии, кроме, пожалуй, небольшого недомогания, и Усаги, конечно же, ни о чём не догадывалась.
Закончив собирать чемодан, Усаги набрала номер Сейи, но к её удивлению, он был вне зоны действия сети.
«И куда же я поеду? Сейя пообещал заехать за мной, но…»
Делать нечего. Усаги вынуждена была позвонить маме и сказать, что приедет с вещами в её дом, так как у них с Мамору со дня на день должен был начаться бракоразводный процесс.
— Я могу некоторое время пожить в твоём доме, мам? — заискивающе попросила Усаги. — Я должна была ехать к Сейе, но не могу дозвониться до него…он недоступен.
Вскоре она приехала в дом матери, и к своему удивлению — приятному, застала там и отца.
Общее горе сблизило бывших супругов и Кенджи Цукино решил пожить пока в Токио, понимая, что его бывшей жене сейчас очень непросто.
И когда на пороге дома появилась его дочь, он очень удивился; впрочем Усаги была только рада такому раскладу событий, так как искренне беспокоилась за хрупкое душевное равновесие матери после гибели Шинго.
А сам Сейя в это время только освободился из студии, и поскольку он выключил свое мобильное устройство, то совсем и не подозревал о том, что Усаги потеряла его.
Но, к счастью, по дороге домой он вспомнил об этом и тут же включил свой мобильный. Его зоркий взгляд тут же узрел множество пропущенных вызовов: Сейя, припарковавшись на обочине, набирал номер Усаги, однако теперь уже она не брала трубку.
«Это так странно. Мы же договаривались с ней. Уж не случилось ли чего?»
Сейя вновь и вновь набирал номер любимой, однако в динамике телефона лишь раздавались противные длинные гудки.
И вдруг…земля словно зашаталась под ногами, а затем начались первые подземные толчки — начиналось землетрясение.
На улице в срочном порядке заработали системы экстренного оповещения, призывающие граждан найти хорошее укрытие и быть наготове, чтобы в критической ситуации найти другое место для пребывания.
Внимание, внимание! Повышенная сейсмологическая опасность, объявляется красный уровень! Всем срочно в укрытие!
Сейя как раз был в это время в машине, когда его автомобиль резко развернуло, слегка подбросило вверх, а затем вынесло на обочину, где его транспортное средство влетело в дерево, но задом, и поэтому Сейя отделался только сильным ударом, разбив нос.
— Проклятье! Усаги… Куколка моя! — Сейя стал лихорадочно шарить по карманам, пытаясь найти телефон, но всё было напрасно.
Тогла мужчина, не желая играть с судьбой в русскую рулетку, покинул свой автомобиль и направился к ближнему торговому центру — трехэтажному зданию, стараясь избегать несущихся на него автомобилей, то и дело врезающизся друг в друга.
***
В это время Ятена Коу, самочувствие которого хоть и было стабильным, но всё ещё оставляло желать лучшего, готовили к очередной операции, когда нежданно-негаданно вдруг началось землетрясение. Разумеется, операцию пришлось отменить в срочном порядке, так как землетрясение было мощным, стены госпиталя тряслись так, что казалось они вот-вот рухнут, а кое-где на них пошли трещины. Хирург дал указания Ятену и анастезиологу срочно покинуть помещение и немедленно отправиться к посту старшей медсестры, которая и организует эвакуацию в безопасное место. Однако это не особо помогло — Ятен сумел отскочить в сторону, когда вдруг на одной из стен медицинского учреждения появилась огромная ужасающая трещина и та плавно начала разрушиться. Однако, паниковать было не время, Ятен, увидев ужас и отчаяние во взгляде хрупкой девушки-анестезиолога, немедленно схватил её за руку и поволок к выходу на лестницу, чтобы подняться на верхний этаж и уж потом добраться до ближайшего поста медсестры. Меньше всего сейчас он думал об операции, которая должна была сегодня состояться. «Только бы было как можно меньше жертв… Хотя, я был бы не против если бы этого жирного старого ублюдка Тэйко завалило чем-нибудь очень тяжёлым! И сразу бы всем жить стало намного легче!» Но толчки и не думали стихать. Наоборот, стихия разбушевалась ещё сильнее — так природа демонстрировала людям свой гнев, являя свою истинную силу и мощь. Что касается Усаги, то она тоже оказалась застигнута врасплох этой стихией. И первое, о ком она подумала — была её любимая единственная дочка, малышка Чибиуса, которая в данный момент времени находилась в детском садике. Усаги немедленно собралась туда ехать, но её остановила собственная мать, сказав, что она сама поедет за внучкой. — Моя жизнь уже не так ценна, как твоя, дочка, — нервным и тревожным голосом воскликнула миссис Цукино, прижимая к себе взрослую дочь, — а тебя надо поберечь. — Мама… — не удержавшись на ногах, Усаги вдруг упала, когда вновь появились толчки и вся мебель на кухне угрожающе зашаталась. — Не говори так. Езжай и побыстрее, пожалуйста. Будьте очень осторожны с Чибиусой. А я останусь с отцом! После непродолжительной дискуссии Икуко Цукино уехала за Чибиусой, а Усаги осталась в родительском доме вместе со своим отцом. Прошло чуть менее получаса, когда всё произошло. Кенджи Цукино в этот момент был в гостиной, когда на него обрушилась часть деревянной мебели — Усаги в самый последний момент успела оттащить отца, но тем не менее всё лицо у него было в крови, а правая рука совсем не шевелилась. — Да что же это?! — на глазах Усаги вновь заблестели слёзы. — Папа! Взволнованная хрупкая девушка обратилась к отцу, пытаясь помочь ему встать на ноги, прежде чем раздастся новый подземный толчок, однако её опасения были отнюдь не напрасными — тряска вновь началась и Усаги и сама упала на пол, инстинктивно прикрывая голову обеими руками, опасаясь что осколки от разбитого стеклянного стола могут поранить её. «Проклятье. Ну что за непруха! Только бы с мамой и Чибиусой всё было в порядке! И с Сейей… интересно, как он там? И где он сейчас?» Наконец, по прошествии ещё пятнадцати минут подземные толчки прекратились и наступило столь желанное и долгожданное затишье. Усаги немедленно поднялась на ноги и подбежала к отцу, который сидел на полу возле стены и опустошенным взглядом смотрел в одну точку — сказывалась недавняя потеря сына. Кенджи Цукино выглядел неважно — нос был разбит, правая рука была сломана, но в целом его жизни ничто не угрожало. — Папочка! — испуганно выдохнула ему в самое ухо взрослая дочь. — Тебе как можно скорее надо в больницу! Я сейчас вызову такси и мы с тобой поедем в больницу. И вдруг раздался звук дверного звонка, и вполне закономерно, что она ожидала появления матери и дочери. Открыв дверь, Усаги увидела на пороге Сейю. Около тридцати секунд она побыла в лёгком ступоре, так как не ожидала такой встречи, но затем кинулась в его объятия и прижалась всем своим существом. — Сейя! Сейечка… Слава Богам, с тобой всё в порядке, — нервно бормотала Усаги, всё ещё обнимая любимого. — У нас проблемы! То есть у меня. Моему отцу срочно надо в больницу, как бы хуже не стало! И словно в ответ на причитания дочери, к Сейе и Усаги медленно приблизился Кенджи Цукино, слегка прихрамывая и совершенно не двигая правой рукой, и сказал, что это всё пустяки, однако Усаги была в корне не согласна с мнением отца. Спустя ещё полчаса ожиданий в дом миссис Цукино вошли Икуко Цукино и её внучка Чибиуса Джиба. Девочка, очевидно, была очень напугана землетрясением и крепко прижималась к бабушке. Увидев мать, девчушка, сверкая пятками побежала в её сторону, направляясь в тёплые и родные объятия мамочки. — Детка, — Усаги с трудом сдерживала эмоции, — наконец-то ты дома! Мы вместе! Заметив Сейю, малышка поприветствовала и его, сказав, что помнит его и что хочет с ним поиграть. — Как-нибудь обязательно поиграем, зайка! — нежно потрепав её за оданго, убедительно произнёс. — Солнышко, ты не против, если я украду твою маму на часик? Мне нужно о многом с ней поговорить. Несмотря на небольшие возражения Усаги, Сейя всё-таки забрал её к себе, сказав, что им нужно ещё раз всё обговорить. Ближе к вечеру Усаги вернулась домой — за вещами, но Чибиусу пока забирать не стала, подумав, что малышке потребуется время, чтобы принять Сейю и привыкнуть к нему. — Завтра мы с Мамору идём в ЗАГС — подавать заявление на развод, — оповестила Усаги свою мать, получив соответствующую смс-ку от супруга, — с кем будет жить ребёнок, мы пока ещё не определились. — Думаю, это решение будет приниматься в суде, — справедливо заметила Икуко Цукино, расплетая маленькие розовые хвостики своей внучке, — и скорее всего, оно будет в твою пользу. Ещё немного пообщавшись с Чибиусой и матерью, Усаги ушла, отправившись домой к Сейе и ощущая некоторое волнение перед завтрашней встречей с Мамору возле дверей ЗАГСа. Уже находясь в доме Сейи, физически ощущая тепло его рук и объятий, Усаги нервничала и не находила себе места, вдобавок ко всему прочему её стало сильно тошнить и женщина не понимала, что происходит. — Всё в порядке? — с лёгкими нотками беспокойства в голосе спросил Сейя, придерживая блондинку за плечи. — Не знаю… — Усаги судорожно сглотнула, ощутив неприятный ком в горле. — Кажется, мне срочно надо в уборную. Еле как дойдя до туалета, Усаги пошатнулась и её резко вырвало. После чего приступ повторился, но после этого ей немного полегчало. «Неужели это то, о чём я думаю? Кажется, надо прикупить тест! Чёрт, эта беременность — если это она, так не вовремя. Хоть иди и аборт делай!» — Куколка?! — дверь уборной приоткрылась и в проёме показалась голова старлайта. — Что с тобой? — Ерунда. — Умывшись, ответила. — Через девять месяцев само рассосётся всё! Просто… кажется, я беременна. — Это что, шутка такая, Оданго? — Сейя почему-то решил, что его возлюбленная разыгрывает его. — Хотя я был бы рад, если это бы оказалось правдой. Хочу, чтобы у нас с тобой был общий ребёнок. — Сейчас не время, Сейя, — уставшим голосом воскликнула, — мне надо выходить на работу, зарабатывать себе на жизнь. И… — Я тебя всем обеспечу, сладкая! Тебе нет нужды работать! — уверено заявил ей Сейя, прижимая к себе самую дорогую и любимую в мире женщину. — Я подумаю, Сейя… Возможно, мне действительно стоит сохранить беременность, — Усаги с нежностью провела по плоскому животу, выходя из санузла, — я хочу этого ребёнка. Просто я боюсь трудностей. Боюсь, что моя психика не выдержит всего, что за последнее время на меня свалилось. Сейя уверил её в том, что будет для неё опорой и поддержкой, самым крепким щитом, который никто и ничто не сможет сломать. Усаги улыбнулась и присела к нему на колени.***
Мамору возвращался в пустой дом в северном настроении. Брак с Усаги пошёл прахом, Чибиусу временно отняли, беременная любовница трагически погибла, на работе тоже дела шли хуже некуда, особенно после того, как Нехеления разнесла слух по офису о том, что заразилась гонореей от босса. Естественно, теперь за спиной Мамору шушукались его подчинённые, что его ещё больше злило и приводило в бешенство. Проклятая курица! Она сделала это специально, чтобы насолить мне! Ничего…я ей в трудовую напишу такое, после чего эту клячу никуда уже не возьмут! Я ей уж устрою, — мстительно думал Джиба, открывая бутылку виски и ненавидящим взором рассматривая частично разбитые окна на втором этаже дома — последствия землетрясения.
