Жизнь под маской

2 года спустя — Мистер Грин! — я ворвалась в кабинет. — Пациент буйный там. Нужна помощь! Он сейчас там перебьет всех! — Что случилось? — Мистер Грин подскочил, на ходу натягивая бирку. — Вкратце только. — Отказывается идти на кардиограмму и говорит, что с ним все в порядке. Но там прединсультное уже состояние. Напал на Сьюзи, Джек еле успел схватить его. Мы выбежали из кабинета. По дороге я продолжала рассказывать о происшествии. — Убери свои руки, идиот! — кричал пациент. — Со мной все в порядке!!! Нет проблем с сердцем! Вам лишь бы деньги сосать со всех! — Мистер Джексон, — сказал мистер Грин. — Во-первых, успокойтесь, иначе мы вколем успокоительное. А во-вторых, — он показал жест, дабы пациент замолчал, — ваше состояние на данный момент очень неудовлетворительное. И если сейчас мы не посмотрим ваше сердце, то в скором времени его будет смотреть уже патологоанатом. Ну как вам перспектива? — Доктор! — продолжал брыкаться пациент, злобно сверля всех присутствующих яростным взглядом. — Я не даю согласие на обследование! — Ну, тогда до встречи на столе осмотра. Отпусти его, Джек. Всего доброго! Энни и Джек, за мной. Джек отпустил пациента, и мы пошли за Грином. Зайдя в кабинет, он сел, потер виски и проговорил: — Ребят, вы же понимаете, что быть врачом — это равносильно быть психологом? Только в вашем случае рычагов больше. Порой, чтобы убедить пациента, надо стать на мгновение манипулятором и взять всю ситуацию под контроль. Вам же диплом сдавать уже весной. Вы чего! — Простите, мистер Грин, — тихо произнесла я. — А что делать в таких случаях, как этот? Он и убить мог. Сьюзи сидит в сестринской. Ее отпаивают, чтобы она могла продолжать… — Энни, — он поднял уставший взгляд на меня. — В таких случаях вызываются санитары. В более худшем — полиция. И у вас не просто так есть красные кнопки на бирке. А что касается убеждения данного пациента, то мы предупредили об опасности. Мы не можем насильно взять человека и отвести на процедуру. В нашем гуманном мире на все нужно соглашение. Но у меня тут проскочила мысль, а почему он отказался? Ведь дело далеко не в деньгах. Для этого есть страховка. Есть идеи, почему был отказ? Я задумалась, Джек тоже. В один миг мысль пришла нам обоим в голову, и мы хором сказали: — Наркотики! — Бинго. Это его второй отказ, как вы помните. Он отказался от анализа крови. Мы ставим диагноз, упираясь лишь на жалобы. Вот именно поэтому 2 года назад я взял вас к себе. А теперь можете идти. Мы вышли из кабинета, и Джек сказал: — Я боюсь представить, что нас ждет уже после диплома. На моей памяти, это 5 пациент, который такой буйный. — Ох, не говори. Мне тут одна медсестра рассказала, что было реальное нападение на работника этого заведения. Но там прям полиция была, и пострадавшего еле спасли. Мы пришли в наше отделение, как позвонили из приемного отделения. — Джек, Энни, Лиззи, в приемку бегом. Там хаос! — И как мы дальше будем? — застонал Джек. Мы спустились в приемку. Там была «запара». Все бегали куда-то, кричали, возмущались, по громкой связи вечно кого-то вызывали. — Да сколько можно? — кричала женщина крупных размеров. — Я тут помереть должна??? — Действительно! Я за что плачу, скажите мне? — вторил ей мужчина среднего возраста. Мы побежали к стойке информации. — Кэти! Мы тут! — сказала Лиззи. -Куда нам? — Ура! Дополнительные руки, — чуть не плача, сказала Кэти. — Лиззи и Джек в ассистенты, а Энни со мной, — ребята ушли, а Кэти продолжила. — Ты будешь заносить в базу всех людей. А я буду, основываясь на это, вызывать. — Можешь не продолжать, — ответила ей и взяла стопку бумаг со стола. На работу ушел час. Кэти начала активно вызывать людей, подтянулись врачи с отделений на помощь, и работа пошла. — Ну что, — подошла ко мне регистратор. — Пора обедать. Ты отлично справилась. — Ну да, — улыбнулась я. — Не то, что в первый раз. Мы захохотали. — Ну, Грин, ну чудак, — смеялась Кэти. — Это ж надо было додуматься, посадить тебя в самое пекло. Ну ты хоть схватываешь все быстро, уже хорошо. А то еще время бы потратили, которое и так в дефиците. — Ой, я проклинала его. А он еще приходил, помнишь? «Энни, почему вы тормозите весь процесс?», — я начала изображать его, Кэти смеялась еще сильнее. — Ну, слушай. Вы у самого лучшего врача в команде. Это дает свои минусы, как и плюсы, — она подмигнула мне, и мы отправились на обед. До конца дня я в свое отделение так и не поднялась. На стоянке меня ждала Сьюзи. — Прости, дорогая, — бежала к ней со всех ног, — работы море было! Как ты? — Да нормально. Это же работа. В нашей профессии — все возможно. — О, ты говорила с мистером Грином? — поинтересовалась я, открывая дверь машины. — Ага, — ответила та, залезая в машину. — «Сьюзи, это наша работа. Бывает всякое. Помните о кнопке!» Но он забывает, что когда у тебя паника, и чьи-то руки на шее, то о кнопке ты вспомнишь в последнюю очередь! Но он назначил мне курс у психолога. Благо, что на халяву, — она засмеялась. — А ты как день провела? — В хаосе, — выводя машину с парковки, ответила ей. — Сидела за компьютером и вводила в базу данные пациентов, потом пошла в ассистенты и им была уже до конца. — Неадекваты были? — Если бы их не было, то я б подумала, что умерла. В последнее время их стало еще больше или мне кажется? — Нет, просто скоро весна, а это обострение. Ладно, скоро практика окончится и начнется ад под названием «Защита дипломной работы». — Кстати, ты уже отправила макет? — Да, утром сегодня. Жду ответ. — А мне пришел. Надо исправить содержание и все, отдаю в печать. — А быстро ты, однако! Ты спала? Ты вообще человек? — засмеялась Сьюзи. — Я только ночью последнюю точку поставила в нем. — Ну вот ты и ответила на свой вопрос, — произнесла я и остановалась на светофоре. — Это было сложно, но это уже сделано. Ты в кампус? Или ко мне? — Поехали к тебе. Хоть высплюсь. Слава богу, что завтра выходной. Через 30 минут мы уже были дома. Я пошла в душ и оставила Сьюзи на хозяйстве. — Энни! — услышала я ее. — Ужин готов! И выходи уже! Я тоже хочу попеть в шампунь. — Уже одеваюсь, — сквозь смех ответила я. — Шампунь и мочалка ждут тебя. Поужинав и обсудив наши планы на завтра, мы улеглись спать.