Я горжусь тобой

Альбедо не был интровертом, нет. Он умел и любил общаться с людьми, вопрос был в несколько другом. Очень редко он по-настоящему сближался с людьми. Он спокойно подпускал их к себе, был вежлив и искренне заинтересован в общении. Но редко кто-то оставался в кругу общения надолго. Со всеми сохранялись хорошие отношения, но практически всегда они уходили в пассивную стадию. По всей видимости, из-за стиля общения Альбедо не всем было понятно, что у него на уме. Многим казалось, что он слишком холоден, некоторым и вовсе казался жутким. Мало кому нравится отстраненность, все мондштадтцы привыкли к открытости и легкости в общении, Альбедо же таким не был. В неширокий круг общения алхимика входили рыцари Ордо Фавониус, Сахароза и Кли. Некоторое время назад к ним присоединилась и Люмин, но она не задерживалась в Мондштадте надолго. Лиза довольно часто завязывала с ним диалог в библиотеке, куда алхимик приходил за новой книгой или в поиске тишины. Сахароза чаще задавала ему вопросы об алхимии и слегка боялась лезть в личную жизнь. Кли же просто была самой собой. За маленькой девочкой было не уследить, да Альбедо и не стремился. Он просто знал, что удержать её на месте невозможно и не имеет какого-либо смысла. С Джинн и Кэйей Альбедо обычно обсуждал дальнейшие перспективы Ордена, часто они обращались к нему за советом в некоторых областях. Как-то раз Альбедо даже пришлось провести инструктаж для новобранцев на Драконьем Хребте при помощи Кэйи, и тот день запомнился ему надолго. Капитан кавалерии вел себя как настоящий профессионал, был в меру строг, а новобранцы с открытыми ртами и вдохновением в глазах смотрели на него. Альбедо сам с интересом наблюдал за Кэйей, ожидая своей очереди выступить. Тот был очень энергичным и открытым, и его настроение легко передалось Альбедо. На этой волне алхимику даже стало легче найти общий язык с рыцарями и он, проводя их по ключевым местам хребта, меньше уходил в себя и стремился больше контактировать с каждым из них. Под конец дня в глазах Кэйи, непрерывно наблюдавшем за Альбедо весь день, помимо усталости читались удовлетворение и даже гордость. Он знал, как иногда сложно бывает алхимику сойтись с людьми, и был рад, что день прошел настолько хорошо. Правда он не знал, что сам послужил источником вдохновения и сил для Альбедо.

***

С того дня прошло много времени. Жизнь текла своим чередом, но что-то незаметно поменялось. В жизни капитана кавалерии стало больше алхимика, и наоборот. Совместные вылазки на Хребет «за компанию» и «для безопасности», предложения помочь и посиделки в лаборатории в городе. На общих собраниях Ордена Альбедо уже не сидел в задумчивости, лишь выхватывая для себя по-настоящему важную информацию. Кэйя садился ближе к нему и пытался втянуть в разговор, часто спрашивал его мнение, глупо шутил и подсматривал в блокнот алхимика, в котором тот что-то вырисовывал. - А меня нарисуешь? Альбедо улыбался. Если бы его спросили, как бы он изобразил Кэйю, то он скорее всего просто бы отшутился – хватит трёх штрихов: кружок - это лицо, вторая линия - это ремешок повязки... и третья - сама повязка. Но на самом деле ему очень хотелось рассмотреть каждую деталь на его лице и запечатлеть её с особой точностью… И это желание ощущалось ужасно непривычно и странно. Альбедо не мог сказать, что когда-либо думал о том же в отношении другого человека. В Кэйе было что-то загадочное, как тайна в алхимии, которую необходимо было раскрыть, и в то же время что-то очень знакомое. - Нарисую.

***

И он нарисовал. Тот день отложился в памяти очень скомкано, было очень сложно выделить хотя бы одну ясную мысль. Было решено встретиться на удаленном от города берегу Сидрового озера во второй половине дня. Это давало Альбедо не так много времени на работу, ведь солнце и единственный источник освещения быстро уйдет, но ему хотелось изобразить Кэйю именно в свете заката. У самой воды Кэйя нашел лилию калла и Альбедо решил использовать её, как реквизит. Капитан оказался терпеливой моделью – легко мог сидеть без движения и старался поменьше говорить и шутить, хотя в его глазах плескались озорные искорки. Да, он сдерживался, но если бы не обстоятельства, то точно сыпал бы шутками во все стороны. Альбедо же полностью углубился в работу. Он старался игнорировать собственные мысли и не отвлекаться от рисования, но несколько раз ловил себя на том, что слишком долго смотрит на Кэйю, замерев с кисточкой в руке, а краска капает в траву. И он был уверен, что и для Кэйи эти моменты не остались незамеченными. К счастью, портрет удалось закончить до полной темноты, и когда солнце окончательно скрылось за горизонтом, они двинулись обратно в город. Кэйя всю дорогу нахваливал работу Альбедо, на что тот неловко улыбался и негромко говорил что-то про хорошую модель. Пару раз Кэйя радостно хлопнул алхимика по плечу, а когда они добрались до дома Альбедо, Кэйя крепко стиснул того в объятьях, ещё раз очень эмоционально поблагодарив за портрет. Альбедо с улыбкой аккуратно приобнял его в ответ, а затем поспешно ретировался в дом. На душе было тепло, а в голове была каша.

***

Прошло несколько дней. В целом ничего не поменялось, но было ощущение, что изменилось всё вокруг. Всё те же собрания, те же эксперименты, лаборатория и Кли. Занятия с Сахарозой, посиделки в библиотеке и Кэйя, снующий туда-сюда. Вот кого стало много. Но не физически, нет. Его стало много в голове алхимика. Альбедо все чаще и чаще ловил себя на мыслях о капитане кавалерии, чаще ловил себя следящим за каждым движением и словом Кэйи на собраниях, в то время как обычно он бы смотрел в пустоту или свой блокнот. Блокнот. После того портрета Кэйи в блокноте Альбедо помимо зарисовок пейзажей Мондштадта и случайных заметок появилось очень много набросков Кэйи. Это слегка пугало и вводило в замешательство самого алхимика, и ему стало даже неловко показывать свои работы, когда кто-то этого просил. А Кэйя это делал на регулярной основе. И, конечно же, от его взгляда не укрылась неуверенность Альбедо. На неловкое «покажу позже» Кэйя лишь с интересом прищурился и кивнул. В какой-то из вечеров капитан заглянул в лабораторию, чтобы встретиться с Кли, и застал Альбедо свободным от экспериментов. Тот сидел за столом вместе с Кли, задумчиво смотря в окно. На столе были разбросаны карандаши, девочка рисовала каких-то человечков, а перед Альбедо лежал его блокнот с новым наброском. Лишь мельком заметив рисунок, Кэйя сразу же понял, кто именно на нём изображен, но решил не акцентировать на этом внимания. Что-то ему подсказывало, что пока лезть в это не стоило. Но интерес и какая-то надежда разгорелись в его душе. Алхимик предложил выпить чаю, и Кэйя с радостью согласился. Вот только разговор совершенно не клеился. Кли слишком углубилась в рисование, почти полностью копируя задумчивость Альбедо, и Кэйя начинал чувствовать себя не в своей тарелке. Он любил поговорить, а сейчас в воздухе как будто висел ком из мыслей, которые никто не был способен разобрать. В конце концов ему удалось разговорить Альбедо, но беседа не несла в себе никакого смысла, это всё были слова обо всём и ни о чём одновременно – какие-то дежурные вопросы о прошедшем дне и планы на завтра, пустые сплетни и чертова погода. За окном было пасмурно. - Кэйя, как разобраться в собственных мыслях? Это было первое, что сказал Альбедо за последние несколько минут, и Кэйя даже вздрогнул от неожиданности. Он мягко улыбнулся. - Иногда не стоит копаться слишком глубоко в своей голове. Чаще всего ответ, который ты ищешь, находится на поверхности. Возможно, стоит просто говорить, что первым приходит в голову. Иначе можно утонуть и потеряться в мыслях. Альбедо лишь потерянно кивнул, как будто бы так и не понял сказанное, и снова ушел в свои мысли. Вскоре чай закончился, а день подошел к концу. Кэйя крепко обнял Кли на прощание, попрощался с Альбедо, но не услышал ответа и направился к выходу. Уже у двери в ответ послышалось: - До встречи, Кэйя. И было в этом что-то обнадеживающее.

***

Альбедо нахмурился. И как люди понимают, что они чувствуют? Как осознать, настоящие это чувства или что-то надуманное запутавшимся мозгом? Придуманное, чтобы избежать чувства одиночества и ощущения того, что ты не вписываешься? Кэйя прочно засел в жизни Альбедо и его голове. И постепенно Альбедо начинал понимать, что к чему. И это не могло не пугать. Это чувство было похоже на то, что он испытывал перед финальным этапом очередного эксперимента. Или когда только отправился в своё путешествие в Мондштадт. Воодушевление? Похоже, но всё равно не то. Но также Альбедо понимал, что слишком долго ворошит мысли в голове, не давая им выхода. Это никогда не заканчивалось чем-то хорошим, тут Кэйя был прав. Кэйя. Он был главным вопросом и в нём же содержался ответ. А значит, нужно было с ним встретиться. И вот… К счастью (и из ниоткуда взявшемуся страху) Альбедо, Кэйя не был занят и согласился поговорить, когда тот выхватил его у выхода из штаба Ордена. Схватив капитана за запястье, Альбедо с непривычной настойчивостью потянул того за собой, заходя за стену здания, подальше от чужих глаз. Правда, к вечеру людей на улице в этом районе и так практически не было. Отсюда открывался вид на озеро за городом, и несколько мгновений алхимик просто смотрел вдаль, мгновенно потеряв весь запал. Кэйя с интересом смотрел на Альбедо, слегка наклонив голову. Алхимик, казалось, выглядел еще более задумчивым, чем обычно. Кэйя уже привычно опустил руку на плечо Альбедо, стараясь вернуть того в реальность. Это работало в большинстве случаев, и этот не оказался исключением. Альбедо вздрогнул, выныривая из своих мыслей, повернулся и поднял голову, смотря прямо на Кэйю. В его глазах неуверенность смешивалась с интересом и некой решимостью. Но он по-прежнему ничего не говорил. - Альбедо? Помнишь, что я говорил? Не уходи в себя, скажи, что у тебя на уме. Алхимик сделал осторожный шаг вперёд, все также смотря на капитана. - Кхм, Кэйя, - Альбедо было далеко не просто сказать такое, - Это может прозвучать несколько неожиданно и даже странно. Я пойму, если ты откажешь, потому что… В общем, можно тебя поцеловать? Я… Альбедо запнулся, увидев улыбку Кэйи и легкий кивок. Протянув руку вперёд, Альбедо осторожно притянул лицо Кэйи ближе к себе и встал на носочки. Не отводя взгляда, он мягко прикоснулся своими губами к губам Кэйи и замер, пытаясь понять самого себя, будто изучая. Кэйя же издал тихий смешок и, обхватив рукой талию алхимика, прижал его ближе к себе, отвечая на поцелуй. Теперь отступать точно было поздно, и на самом деле, не хотелось. В голове разом всё прояснилось. Альбедо обнял Кэйю за шею и уже более уверенно поцеловал того во второй раз, прикрыв глаза. Он почувствовал, как Кэйя улыбается в поцелуй, и улыбнулся в ответ. Затем Кэйя оторвался от него и еще крепче стиснул в объятиях, положив голову на плечо. Он чувствовал, как колотится сердце алхимика. - Кажется, я разобрался, - с неловкостью в голосе произнёс Альбедо. Кэйя в очередной раз усмехнулся. - Я горжусь тобой, - с теплотой в голосе ответил он, - Теперь покажешь мне, что ты там нарисовал? - Обязательно.