we will meet again

—Как у тебя дела с друзьями, Сал?—Постукивая по столу подушечками пальцев, произнес Фил. —Всё нормально, почему ты спрашиваешь?—В недоумении ответил Фишер. —Не хочешь мне ничего рассказать, милый?—Нервозно, сведя брови к центру, молвил Биддер. —Что ты имеешь ввиду?—Опустив глаза в пол, испугавшись пробубнил Сал. —Не строй из себя идиота, Сал.—Сжал ладонь в кулак—Я всё знаю. —Что ты зн…—Не успев договорить, Салли почувствовал жгучую боль по всему телу—Филипп! Струйка крови полилась из его носа, создавая неприятный металлический привкус во рту. —Тебе что-то не нравится, малыш?—Улыбаясь как псих, произнес Биддер.—А любезничать с какими-то мудаками тебе по душе? Сал догадывался, о чем идёт речь, но молчал. —Что ты молчишь, маленькая шлюха?!—Уже кричал Фил.—Как ты смеешь общаться с кем-то, кроме меня?! Сал поднял красный взгляд на парня, а по щеке катилась горячая слеза. —К..какое п..право ты имеешь запрещать мне общаться с к..кем-л..либо?—Заикался Фишер. Парень вновь замахнулся на Сала, оставив на его щеке красные ссадины. Не ответив на вопрос Фишера, Фил пригрозил: —Ещё раз увижу с тобой хоть одного сучонка, я убью тебя.

***

—А что было дальше?—Приближаясь к камере, сказал Ларри. Сал сидел с опущенной головой, не желая вспоминать дальше тот вечер, ведь он точно отразился на его психике, оставив за собой огромный и неисправимый след. Фишер сидел перед камерой с пластырем на носу, закрывая остальные раны огромной чёрной толстовкой. —Салли, ты слышишь меня?—Чуть громче проговорил Джонсон. —Я не хочу дальше вспоминать.—Отрезал Фишер. —Почему? Я ведь хочу тебе помочь.—С надеждой пробубнил Ларри. —Ларри, я перезвоню.—Всё также заикался Сал. Салли сбросил трубку, закрывая ноутбук. Фишер откинул голову назад, скрестив руки на груди и томно вздыхая. Весь оставшийся день парень провёл дома в кровати, изредка перебинтовывая свежие раны. После того вечера, Салли не мог нормально разговаривать, постоянно запинаясь и заикаясь в предложениях. Ему было страшно сделать лишний шаг. Он больше не был свободен, а лишь окутан тяжелыми цепями, под названием абьюзивные отношения.

***

—Заткнись, Фишер, не хочу ничего слышать!—Прижимая хрупкого парня к стене, надрывал голос Биддер. —Отпусти меня, урод! Что ты творишь?!—Уворачиваясь от очередного удара, закрываясь руками, молвил Салли. —Тише, тише, малыш..ты же послушный мальчик?—жутко улыбался Фил. Жуткий мудак и тиран, как могли бы подумать многие, но это не совсем так…В самом начале отношений, Фил был очень чутким и внимательным парнем. Постоянно заботился о Салли, делал так, чтобы Фишеру было комфортно. Но было одно «но». Биддер скрывал то, что психически он не был уравновешен, от слова «совсем». Постоянные посещения сеансов психолога и препараты, выписанные психотерапевтом были обязательны для парня, но сам Фил никак не хотел осознавать того, что без своих таблеток его жизнь будет не яркой сказкой, а мрачным кошмаром. Биддер стоял на учете, а это означало, что очередной пропуск приёма лекарств был всегда замечен. Но совсем недавно, Фил ощутил свободу и некую легкость позади, как будто бы с его плеч сняли груз, который он тащил за собой последние два года. Психотерапевт сказал, что парня можно снять с учёта, но приём таблеток будет обязателен, ведь без них тому сносит крышу, чем череваты огромные последствия. Биддер ощущал себя как заключённый, вышедший из тюрьмы и не о каких препаратах не могло идти и речи, ведь они так отравляли парню жизнь своим каждодневным напоминанием. И вот, Фил живет без таблеток, смотря на мир трезво, без розовых очков уже целый месяц, даже не вспоминая о своей болезни, ведь так долго ему хотелось наконец представить, что он здоровый и полный сил юноша. Но, кажется, он перегнул палку, ведь теперь от его жизнерадостности страдает и его парень-Салли. Хотя..может Фил и никогда не любил Фишера? Может это просто порыв эмоций под таблетками? Желание наконец-то стать любимым, чтобы не знали о твоём заболевании, в тот момент, как все друзья Биддера издевались над ним за его проблемы с ментальным здоровьем.

***

—Сейчас я научу тебя быть верным, сукин сын! Филипп толкнул Салли на кровать, прижимая к матрацу. Биддер зарылся руками в голубых волосах, усиляя хватку, неприятно оттягивая его волосы. Вцепившись в губы Сала, с силой кусая их, Фил сорвал любимую футболку паренька, отбрасывая её в другую сторону комнаты. Фишер вырывался, пиная Биддера в грудь и отталкивая от себя, но всё было бесполезно, ведь физически он был гораздо слабее. Салли никогда раньше не приходилось сталкиваться с подобным и естественно, он бы хотел провести свой первый раз в абсолютно другой обстановке и, конечно, тогда, когда пожелал бы этого сам. Парень испугался ещё больше, когда ощутил прикосновения к нему. Не просто прикосновения, а прикосновения сопровождающиеся жгучей болью по всему телу, которая, наверняка, в последствии приведёт к ссадинам и гематомам. Филипп касался шеи Сала, сильно покусывая в некоторых местах, оставляя за собой следы от зубов. —Теперь ты будешь знать, что ты только мой, сученыш.—Хрипел Биддер. Фил избавился от брюк, расстёгивая ремень и отбрасывая их в другой угол комнаты, не задумываясь, где потом будет их искать. Парень снял с себя и рубашку, от чего по его коже пробежали мурашки из-за резкой смены температуры. Биддер не пытался быть нежным с Фишером, он не хотел доставить ему удовольствие, он просто хотел спустить свой спермобак, но не понимал того, что Салли ещё морально не готов к такому, ведь неоднократно просил отложить первый раз до того момента, как сам к этому морально подготовится. Фил стянул с себя боксеры, попутно проделывая тоже самое с нижним бельём Фишера. Биддер перевернул парня и шлёпнул его по упругим ягодицам, оставляя за собой красный след. Рядом не оказалось никаких смазочных средств, которые просто обязательны при первом разе, поэтому парень резко вошел в Фишера на сухую, даже не смазывая его узкий проход слюной, которая бы хоть как-то снизила ту боль, что сейчас испытывал извивающийся Сал. Толчки Фила были смазанные, жёсткие, приносящие лишь дикую боль и ни капли удовольствия. Хотя тут дело даже не совсем в физическом сближении, но ещё и в моральных эмоциях и ощущениях, ведь осознавать то, что тебя трахают против твоей воли-не самое приятное чувство. Тем временем Биддер стал ускоряться в темпе, полностью закрыв глаза на то, как сейчас под ним вопит от боли Салли. Он углублялся с каждым толчком, но так ни разу и не попал в нужный угол. Парень обхватил бёдра Сала, прижимая ближе к себе и поправляя его положение, подтягивая колени. Этот секс не приносил удовольствия обоим, он лишь доставлял дискомфорт, в последствии чего никто не испытывал желанное для Биддера удовлетворение. Начиная трахать паренька ещё сильнее, дабы поскорее излиться, Филипп почувствовал, как что-то стекает по ногам Салли, капая и на матрац. Это была кровь. Фил порвал Сала. Он сделал всё, чтобы юный Фишер его возненавидел. В этот же миг Биддер излился в парня и с испугом натянул на себя боксеры, смотря на истекающего кровью Салли. Темно красная жидкость бежала струйкой по ногам Фишера, неприятно стекая, оставляя за собой засыхающие красные следы. Сал не ощущал ничего, даже не испуг, лишь некое чувство опустошенности. Фишер всегда боялся показывать себя со слабой стороны, он боялся показывать свои слёзы, ведь не хотел, чтобы другие думали, что он слабый. Но сейчас..сейчас эта скрытность не имела никакого значения, поэтому Сал дал волю эмоциям, а слёзы уже давно лились рекой по его щекам…

***

—Ну что же было дальше…Почему же ты умолчал, Салли?—бубнил себе под нос Джонсон, отходя после часового разговора с Фишером. —Фамилия Филиппа.