1 апреля

1 апреля - день смеха. В этот день никому нельзя верить, поэтому Вэй Ин решил, что это идеальный день, чтобы признаться в любви объекту своих чувств. Ну а что? Ведь если тебя пошлют, то можно сказать, что это шутка, "1 апреля - никому не веря!", засмеяться и убежать, сверкая пятками. Вэй Ин ожидал чего угодно: "Убожество", холодный взгляд, отвод к директору, пощёчина... Но он никак не ожидал, что на его взволнованное "Лань Чжань, я... тебя люблю" его возьмут и поцелуют! Нет, он совершенно не против такого расклада дел! Но... А если Лань Чжань тоже решил над ним пошутить? (Хотя Вэй Ин не шутил, он серьёзно влюблён в Ванцзи.) За все его доставания, нарушения правил, да ещё и этого признания... Усянь убежал. Не поверил. Подумал, что над ним насмехаются. Теперь он сидел, ел мороженое из ведёрка, плакал и сморкался в рукав платья Цзян Яньли. — Шицзе, лучше бы он меня ударил... Зачем так-то?! Больно-о-о-о... Та только качала головой и гладила его по голове. Раздался звонок в дверь. — Это, наверное, А-Чэн. Видимо, ключи забыл. Девушка оторвала от себя А-Сяня и пошла открывать дверь брату. Какое же было её удивление, когда она увидела не свою маленькую грозовую тучку, а Лань Ванцзи. — Вы Цзян Яньли? Она медленно кивнула. — Где Вэй Ин? В глазах молодого человека виднелось беспокойство. Прямолинейно и по делу. В какого же хорошего человека влюбился Сянь-Сянь! Да ещё и вправду очень красивого. Цзян Яньли, окинув взглядом парня, подумала, решила, что Вэй Ин зря себя накручивает, и указала направление в гостиную. — Привет, Чэн-Чэ... Лань Чжань?! Что ты тут делаешь?! Ты, наверное, из-за этого признания? Извини, это была шутка... Ладно, не шутка, я не шути... мфмх! Договорить ему не дали, а просто прижали к спинке дивана и атаковали поцелуем. Усянь сначала напрягся и пытался отбиться от Ванцзи, но через 3 секунды сдался и ответил на поцелуй, обвив его шею руками. Лань Чжань на секунду оторвался от Вэй Ина и, пробормотав "Я люблю тебя", вовлёк в поцелуй снова. В это время Цзян Чэн, вернувшись домой и увидев, что входная дверь открыта, заволновался. Он вошёл в квартиру, закрыл дверь и тихо направился в сторону кухни. По дороге он увидел сестру, которая стояла возле гостиной и подглядывала внутрь помещения из-за угла, прикрывая рот ладошкой, сдерживая радостное хихиканье. Она была вся красная, видимо от смущения, как сычуаньский перец, который Вэй Усянь всегда добавлял в любое блюдо. Цзян Чэну стало любопытно, что же происходит? Он подошёл к сестре и высунул голову из-за угла... — ЁБ ТВОЮ МАТЬ, ВЭЙ ИН!