Быть осторожной — скучно

День как день. Всё те же учителя, которые монотонно рассказывают о своём «невероятно важном» предмете. Всё те же унылые одноклассники, не интересующиеся ничем, кроме как после урока пойти за школу покурить, так ведь и всю жизнь покурить можно. Не сказать, что я отличаюсь чем-то, я, по сравнению с ними, очень скучная и жизнь моя идёт спокойно — без ночных прогулок, без парня, да и подруг у меня особо нет, знакомые разве что, с которыми можно поговорить на перемене, а после школы забыть о существовании друг друга. Хотя, вот после школы меня не ждёт покой из-за младшей сестры, которая, как говорят, «с шилом в заднице». Какой же жизнерадостный ребёнок, удивляюсь всегда. Возможно, это потому что она ещё не увидела «всей» жизни. Поражаюсь её рвению в школу, видите ли, «взрослой» быть хочет. Потом она будет вспоминать и жалеть о своих словах... Если ей в следующем году в первый класс, то мне нужно будет сделать выбор: остаться учиться до одиннадцатого класса, либо уйти в колледж. Второй вариант мне нравится больше, ненавижу школу, может, если уйду, то начну жизнь с нового листа. Может, у меня даже появятся настоящие друзья. Но до этого надо дожить ещё. И определиться на кого идти вообще... Как я могу в пятнадцать лет решить дальнейшую судьбу своей жизни? Уроки кончились. К нашему счастью, алгебру, которая стоит последним уроком, сняли, математичка уехала на курсы. Нам же лучше. По дороге домой я задумалась о выходных, мать сказала сводить мелкую в океанариум, уж сильно она туда просится, и мне полезно будет прогуляться, а не сидеть, цитирую, «в своей конуре». Попутно здороваясь с другом нашей семьи — у него есть своя пекарня, в которую я иногда захожу купить что-нибудь мелкой — я направилась к пешеходному переходу, после которого до моего дома рукой подать. Ещё с детства в меня вдолбили, что сначала нужно смотреть по сторонам — сначала налево, а уже потом направо —, поэтому у меня выработался рефлекс. Посмотрев на дорогу и увидев машины только вдалеке, я со спокойной душой начала идти через дорогу надев наушники. Я немного замедлила шаг, как услышала справа от меня шум машины. Красивая такая, красная, будто только из салона. Она быстро ехала прямо на меня, но ноги словно приросли к земле и не подчиняются мне. Бежать, бежать, бежать! В следующую секунду чувствую ужасную боль и слышу хруст своих костей. Эта боль пронзает каждую клетку моего тела. В глазах начинает темнеть и я слышу визг скользящих по асфальту шин и крик. Темнота. Неужели я просто так умерла?! Быть не может... Странно... Почему я чувствую своё тело? Неужели меня спасли и я нахожусь в больнице? Получается, что я всё таки жива. Нужно лишь открыть глаза, что выходит с трудом. Чëрт, ну же! Однако, открыв глаза, я их тут же закрываю. Всё слишком яркое. Ладно, попробую ещё раз... Так, получилось! Но... Что-то это место совсем не выглядит как больница! Вокруг были дорогие на вид картины, рамы которых были сделаны, предположительно, из золота, и огромные окна. Тогда... Где я? Но на мой вопрос быстро ответили, когда я повернула голову вправо и увидела младенца. Мои глаза чуть из орбит не вылетели... Опустив глаза вниз я, как и ожидала, увидела такое же маленькое тельце. Так, значит, я переродилась. Это полный пиздец. Внезапно в моей голове появилась мысль, что я, получается, больше не увижу ни маму, ни младшую сестру, ни отца, и в груди защемило. Я слишком быстро поняла, что больше не увижу свою семью, не свожу мелкую в океанариум, не увижу, как она пойдёт в первый класс... В горле появился ком, а по щекам полились слëзы. Я всё потеряла... Почему я вообще здесь оказалась? Ребёнок рядом тоже начал хныкать. Поддержать меня, что-ли, решил? — Принцессы, хватит плакать! Вы же недавно ели, поспите уже и дайте мне отдохнуть. Почему Лили вообще повесила на меня заботу о них?! Делать мне нечего! Пусть сама возится с этими детьми, — заговорила внезапно появившаяся рядом женщина, из еë голоса так и сочилось недовольство. Погодите... Принцессы?! У меня слишком много потрясений за несколько минут. Уйдя из виду, она вернулась с игрушками. С золотыми игрушками. — Больше игрушек нет, поэтому играйте с ними, успокаивать вас, если заплачете, я не собираюсь, — и усевшись в кресло начала шить. Почему горничная, судя по её одежде, так обращается с принцессами? Вместо того, чтобы играть я решила попробовать осмотреться. Я повернула голову в сторону лежащего рядом ребёнка. А ведь я и не сразу заметила его топазовые глаза... Ва-ау! Никогда такие не видела! Младенец повернул голову на меня и улыбнулся. Милашка! А куда я попала то?