Возвышение к прециозу

Я умело затягивалась ментоловой сигаретой в туалетной кабинке. – Ты это видела? Господи, она такая дура, – до меня донесся чей-то голос. – Ну знаешь, такого подлого поступка от Лоусон вполне можно было ожидать. Довольно отсиживаться тут. Это уж точно не моё дело, а выслушивать от них что-то про Доминику, вообще не хотелось. Как только я со всей силы распахнула дверцу, на меня уставилось несколько любопытных взглядов. – Фостер, ты должна это увидеть, – одна из девушек обратилась ко мне и протянула к моему лицу телефон с уже открытым чатом. Можно назвать это забавой для элиты. В этой беседе вообще много всего обсуждали. Обычно это был акт презрения в сторону абсолютно любой живой души. Друг друга высший класс в глаза никогда не смел оскорблять, но за спиной они копались в чужом дерьме в попытках найти что-то постыдное или ужасное про своих же товарищей. Я увидела своё имя на экране. Как и стоило ожидать, писала про меня Лоусон. К посту были прикреплены мои фотки. Те, которые она как-то сделала на свой крутой фотоаппарат. Увидев одну из фотографий, мне захотелось исчезнуть. Самый прекрасный снимок из наших летних каникул. На нём я сижу на красивой поляне и держу в руке тюльпан, а Мика обнимает меня сзади и дует на мои волосы. Мы попросили незнакомого парнишку сфотографировать нас и получилось на удивление красиво. Я даже распечатала эту фотографию в небольшом формате и носила у себя под чехлом, но потом она пропала. Теперь понятно кто же украл изображение и с какой целью. Не думала, что люди могут опуститься ещё ниже, но у неё это прекрасно получилось. С каждой минутой я всё больше осознавала какая лицемерная тварь скрывалась за маской бедняжки Доминики. – Ты не волнуйся, я вот точно за тебя буду. – Мне уже плевать на мнение избранных, так что можете не стараться помочь. Нужно выйти на свежий воздух. Да, точно, а потом пойти в столовую и останется только перетерпеть ещё три мучительных урока, один из которых, пройдёт у сатаны Симмонса. Дерьмовый день.

***

За столиком, где раньше было моё место, сидели незнакомые мне девушки. Они тыкали в меня своими длинными пальцами с ярким маникюром и будто насмехались. Эти люди напоминали мне стаю диких гиен, а я была скорее одинокой, старой львицей. Когда на одного старого представителя прайда нападает стайка хитрых падальщиков, в большинстве своём, львицу никто не будет спасать. И как бы истошно она не кричала, помощи не будет. Сейчас я чувствовала себя на месте погибающего хищника. Никто не придёт меня спасать. Ни один человек даже пальцем не пошевельнёт. Вот так за день, из высшего класса, я стала низшим слоем общества. Набрав на поднос еды, если овощной салат из скудных помидоров и огурцов, а также безвкусный чай, вообще можно назвать пищей, мне пришлось столкнуться с новой проблемой. Как только я проходила мимо столика в поисках места, незнакомые для меня люди в панике клали рядом сумки или другие предметы, создавая видимость того что место занято. Что-ж, как минимум место возле задротов точно будет свободным. Кто-то сзади схватил меня за локоть. – Лисса, садись ко мне, – Кейтлин повела меня к одну из столиков. – Прости, что так поздно, я только пришла в буфет, а тут такие новости. Ты как? – Ты меня спасла, Кейт, – на глаза даже слёзы радости навернулись. – Спасибо. – Мы с тобой подруги, а слухи, для меня - ложь, – нежная улыбка расцвела на её лице, и я тут же прижалась к ней, скрывая лицо от любопытных глаз. Маршал, понимая ситуацию, гладила меня по голове и прижимала ближе к себе. – Я, конечно, всё понимаю, но на нас смотрят слишком много глаз, – наконец глянула вперёд и увидела… Кевина!? – Почему ты здесь? Ты же сейчас должен быть с Дженнифер, она между прочем за тем столом, – я указала взглядом на столик верхушки. Осталось только услышать едкие замечания от этого парня, и путевка в психиатрическую больничку с нервным срывом мне обеспечена. – Вообще-то, мы с Дженни расстались ещё перед первым уроком. Я рассмеялась. Для Кева какие-то жалкие несколько часов после расставания были сродни чуть ли не целой жизни без женского внимания. – Да уж, ты умеешь смешить. – Рад что тебе это нравится, детка, – он улыбнулся своей самой сногсшибательной улыбочкой, а мне от его обращения захотелось извергнуть из себя только что съеденный невкусный салат. – Это было не очень, да? – он вновь задал глупый вопрос. Мы с Кейтлин переглянулись и одновременно начали хохотать, надрывая животы. День перестал быть дерьмовым и даже превозмог отметку нормальный.

***

– Господи, Маршал, твой выбор парней меня убивает, – мой осуждающий взгляд повеселил Кейт. – У него сексуальный пресс, а ещё чудесные руки. Кевин идеал мужчины. Кстати, какой же тип парней у тебя? Тут мне пришлось задуматься. Почему-то в голову приходили описания характера, нежели внешности, что изрядно удивляло, потому что меня сложно назвать человеком с высокими ценностями. Но всё же, иногда под оболочкой бывает гораздо больше дерьма и лучше учитывать это. – Пожалуй, главное это симпатичное личико, не слишком смазливое, но всё же. Важно, чтобы он был серьезным в отношении своего будущего, чтобы имел цели, а самое главное - наши жизненные позиции должны совпадать. – Честно говоря, Мелисса, думаю такого мужчину тяжело сыскать не только в нашем Род-Айланде, но и во всём мире. Её слова заставили задуматься. Разве сложно иметь планы на будущее и любить котов, больше чем собак? Ах да, ну и не быть уродом, конечно. – Ты не против поехать со мной на автобусе? – на автомате задала вопрос я, чувствуя неприятные взгляды на затылке. Люди, узнавшие обо мне от Лоусон, изрядно трепали нервы своими идиотскими улыбочками и насмешками в мою сторону. Мне же было не смешно. – Конечно, не против! Я только за, – поправив выбившую прядь она взяла меня под руку, и мы зашагали в унисон. Я чувствовала себя защищённой, когда была с Кейтлин. От неё исходила аура добра и света. Думаю, она бы никогда не смогла поступить так мерзко, как Лоусон. Кстати, эта змея наблюдала за мной в течение дня. Возможно ей прельщал тот факт, что она меня прилюдно унизила, но на самом то деле сейчас стало абсолютно плевать. В своём кубке Доминика извивалась и негодовала. Проклинала мою стойкость, а может даже рыдала из-за собственной глупости. Единственное словосочетание, коим сейчас можно верно описать для меня эту предательницу – продажная шваль. – Малышка, как тебе школа? До меня донёсся только короткий обрывок его слов. Но в них ощущалась легкая насмешка. Позже на шее этого парня повисла Маршал. Странно, мне казалось ей нравится Кев. – Кстати, познакомься, это моя подруга… – Болельщица? – подняв глаза, мне стало ясно кто это. – А, неужто это ты, кретин?