Отметка на руке

      Аскольду было 3 года, когда он случайно заметил на своем левом запястье знак. Это было ни имя, ни фраза, ни рисунок как у детей и воспитателей в детском саду, ни как у родителей и друзей. Это была буква «А». Такая необычная, красивая, аккуратно нарисованная на его руке, словно эту букву рисовал сам художник. Даже несмотря на странность этого знака, мальчик очень обрадовался. Но когда он показал свое запястье всем своим, те в ответ посмотрели на него с неким недоумением и сочувствием, но ничего не сказали. Это очень сильно озадачило маленького Аскольда.       Спустя только несколько лет Аскольд понял, почему тогда на него так смотрели. Эта буква могла обозначать все что угодно: имя, фамилию или отчество соулмейта; город, страну, улицу, заведение и так далее по списку, где они могут встретится. Это очень затрудняло поиски истинного спутника жизни. Аскольд был не единственным у кого подобный знак, но таких людей по пальцам можно посчитать. Поговаривали, что такие люди и вовсе не находили своих вторых половинок и умирали в одиночестве. Но такая новость мальчика не пугала. Он от этого еще больше обрадовался, он почувствовал себя не таким, как все. Каждый день он представлял различные варианты встречи со своим соулмейтом, начиная от легкой комедийной и заканчивая самой эпичной и приключенческой встречи.       Но с возрастом постепенно эти фантазии теряли свои яркие краски. Ему этот знак постепенно не казался таким невероятным, когда он видел, как люди находили своих соулмейтов и радовались жизни, а он нет. Ребята смотрели на него с сочувствием, особо же умные над ним подшучивали, что он останется один навсегда, отчего Ник выходил из себя, а потом забивался где-то темном месте и плакал от обиды.       В 15 лет он заинтересовался педагогикой, мечтал стать учителем физкультуры. Никто не имел ничего против, учителя даже одушевились, услышав такое, и предложили работать ему в детских лагерях для повышения навыка. И тогда Аскольд познакомился с одним парнем. Это был невысокий челкастый паренек с недлинными светло-рыжими волосами и серо-зелеными глазами. Именно тогда парень почувствовал некое тепло при виде его. Парня звали Максим, а когда Аскольд узнал, что фамилия у него Абрамов, то и вовсе подумал, что это его соулмейт.       Они проводили большое количество времени. Много болтали, смеялись. И в одну прекрасную летнюю ночь на пляже у них произошел первый поцелуй. Для Аскольда это было больше, чем просто волшебно или превосходно, такое счастье словами было передать невозможно. Хоть это и не была какая-то из встреч, который он представлял в детстве, но его и такой расклад устраивал. Парень был уверен, что это его соулмейт. Был уверен в том, что нашел свое счастье и что он не умрет в одиночестве, как ему говорили некоторые в детстве. В это время он испытывал облегчение и радость.       Но вскоре его постигло разочарование.       Через месяц после их поцелуя, Максим исчез, ничего не сказав. Тогда Аскольд сильно переживал, что хотелось плакать, рвать и метать все вокруг. Он пытался найти его через друзей и знакомых, но безуспешно. А потом однажды после Нового года друзья сообщили парню, что Максим сейчас живет в столице со своим соулмейтом, с которым он, как оказалось, и уехал. Такого разочарования парень никогда не испытывал. Но разочарован он был больше в своей наивности, чем в парне, который вообще не был его судьбой. Вот тебе и счастье нашел.       Когда Аскольду исполнилось 37 лет, он окончательно перестал верить в то, что найдет своего соулмейта. За такое время он уже смирился со всем этим, плывя по течению своей жизнью, которая полна работой учителем-физкультурником в начальных классах, скукой и депрессией, новыми знакомыми, с которыми он спал, а потом через 2-3 дня бросал. Семья уже пыталась познакомить его с какими-нибудь милыми и веселыми людьми, которые и вовсе не являлись его истинными, но те даже и не производили на него впечатления. Даже друзья ничем помочь новыми знакомствами не могли. — Вы же все сами прекрасно понимаете, что я в одиночестве подохну, — невесело проговорил Аскольд, попивая баночку Кока-колы. — Да ладно, тебе пока еще 37, еще успеешь найти своего соулмейта, — пытался поддержать его друг. — Ключевое слово «пока». В душе Аскольд до черноты завидовал своим друзьям. У них были знаки, как у всех людей, и они уже нашли своих соулмейтов. У них все просто: услышал ту фразу, что на запястье написано — нашел своего соулмейта; на запястье рисунок — он начнет пульсировать, когда появится соулмейт; написано имя на запястье — в разы легче, просто ищешь человека с таким именем. Аскольж за все эти 22 года успел познакомиться со многими, у кого начиналось хотя бы отчество на букву «А», побывал в разных местах своей страны, которые начинались на букву «А», но это никак не приносило свои плоды. Семья и родственники тяжело вздыхали, но со слабой улыбкой говорили, что он вскоре найдет того, с кем он разделит жизнь, ведь как говориться: «Уж лучше поздно, чем никогда». Он улыбался им в ответ, хотя не верил в эти слова.