мурчание

      Баджи не мог назвать себя фанатом милых вещей, но мальчишка на кухне выглядит слишком в его вкусе. Он действительно был слишком милым и определённо не являлся вещью, так что Баджи мог со спокойной совестью пялиться на него через окно на балконе. У него только что появилось достойное оправдание, которое разбивает Казутора с тихим идиот.       Шумная вечеринка, на которой Баджи оказался из-за друга, была одной из тех вещей, что входили в выдуманный список Избегать. Со всеми этими дурацкими танцами, пьяными разговорами и отвратительно-популярной музыкой из шипящих колонок. Ханемия находил их забавными, но, чтобы окончательно не заслужить клеймо худшего друга, утягивал Кейске на балкон каждые полчаса. Чтобы не бесился и не портил настроение остальным. Баджи исправно соглашался на протянутую сигарету и план Казуторы работал подобно часам — Баджи молчит. Ровно до того момента, когда Кейске застывает, а пепел с его сигареты падает на носок Казуторы.       Сигарета все ещё тлеет меж его пальцев, глаза в панике бегают по всей кухне, впитывая каждое движение мальчишки. Тот наливает себе воды и смеётся, глядя в телефон — возможно поэтому он ещё не заметил глупого выражения лица Баджи через окно. Кейске готов поклясться: этот мальчик выглядит как грёбанный ангел. И дело не только в его желтовато-блондинистых волосах. Весь он — мягкий и неземной. В своём (наверняка колючем) свитере, порванных джинсах и глупых носках с кошачьей мордочкой; с отвратительно-невероятными глазами цвета пасмурного неба и мелкими морщинками вокруг улыбчивых губ. Баджи теряется — мягкие ли его волосы или жесткие после осветления, но ловит за хвост мысль, что хочет лично попробовать их наощупь.       Баджи отвлекается от мальчишки на секунду — на кухню, недовольно виляя пушистым хвостом, вваливается белоснежный кот. Казутора всё ещё смотрит на него как на идиота, сердце Кейске вот-вот пробьёт свой последний удар. Баджи знает этого кота и прекрасно помнит, как мелкий засранец расцарапал ему руки от кончиков пальцев до локтей в их первую встречу. Если бы не Митсуя, вовремя забравший своего питомца, на лице Баджи также не осталось бы живого места. Этой встречи Кейске боялся больше всего — слова Казуторы у дверей квартиры не помогали. Как бы сильно Баджи не любил животных, кот Митсуи так же входил в список Избегать. Такими темпами вся квартира Такаши станет иллюстрацией этого списка.       Кот громко мяукает, привлекая внимание даже Казуторы, и тут же оказывается на коленях мальчишки за окном.       Баджи нервно затягивается и отмахивается от смеющегося друга.       Всё ещё не заметив соседей, мальчишка вновь улыбается в телефон и что-то актвино печатает, другой рукой играясь и поглаживая улёгшегося кота. Он поправляет свои волосы, трясёт головой и быстро чмокает животное на своих коленях, меняя телефон в руках на стакан с водой. Баджи видит, как тот скользит глазами по кухне и что-то ищет, но всё внимание вновь собирается вокруг кота. Этот маленький гаденыш не отпускает мальчишку даже на секунду. Баджи отсчитывает последние секунды своей жизни под тихий пьяный смех Казуторы.       — Просто выйди и поговори с ним, — наконец говорит Ханемия. Совет звучит логично, но Баджи смотрит на него как на придурка, качая головой.       — Я не хочу его спугнуть, — Казутора начинает смеяться громче, получая пинок по ноге, и затихает, тихо крякнув. — Да заткнись ты, идиот.       Мальчишка резко поднимает голову (Баджи на секунду думает, что это вина Казуторы), но на кухню врывается ещё один парень. Он растрепанный, запыхавшийся и что-то очень активно рассказывает, жестикулируя и забирая стакан с водой из рук знакомого. Баджи даже завидно — это же целый упущенный косвенный поцелуй! О чем он вообще думает. Кейске вертит головой, прогоняя тупые мысли из головы. Боже, он напоминает себе влюблённую школьницу, хотя даже имени этого парня не знает. Будь он на месте Казуторы, то даже из приличия не смог бы сдержать смех глядя на самого себя.       За осуждением самого себя Баджи не заметил, как мальчишка вновь остался один.       — Я сейчас замёрзну нахуй, Баджи, думай быстрее. — Встревает Казутора. Он действительно выглядит замёрзшим, обнимая себя руками и подёргивая плечами. — Ну? Идёшь, нет?       — Да отвали от меня, Казу. Хочешь — иди, только отъебись.       К ужасу Баджи — Казутора действительно уходит. Хлопает дверью балкона, бросив на него насмешливый взгляд — не будь они так близки, Кейске мог бы даже обидеться. Он и так старается держать себя в руках и сохранять хоть каплю уверенности, насмешки друга последнее, что ему нужно. Следующее, что делает Казутора — разговаривает с милым мальчишкой, указывая на Кейске сквозь окно и выбивая из него дух. Хуже быть не может. Но нет, кажется может — парнишка оборачивается, выглядит удивлённым и машет Баджи ладошкой. Баджи хочется исчезнуть в эту самую секунду, но он находит в себе силы выбросить окурок в окно и выйти, наконец, на кухню.       — Привет, — голос у парня такой же мягкий, как его вид. Он тихий, хрипло-нежный и улыбчивый. Баджи вот-вот сойдёт с ума.       — Ну, пойду я, оставлю вас, — Казутора усмехается, прячет пачку сигарет в карман и уходит, тактично закрыв дверь. Он тут же присылает Баджи сообщение, предупреждая что проверит их через полчаса.       Виснет глупое молчание. Баджи осматривает кухню, словно находится здесь первый раз, и переминается с ноги на ногу. В нем всё ещё не хватает смелости взглянуть в глаза напротив — он уверен, что утонул бы в них по доброй воле, даже не пытаясь выбраться. Его ладони предательски потеют, и он прячет их в карманы.       — Твой друг сказал, что ты хотел познакомиться, — О, он точно убьёт Казутору. Мальчишка наклоняет голову, аккуратно подталкивая — к разговору или в пропасть Баджи не уверен.       — Нет, — Отлично, придурок, так держать. — Вообще-то, я хотел тебя поцеловать, — Просто потрясающе. — Но думаю, да, сначала действительно нужно узнать твоё имя.       Голос у незнакомца приятный, но его смех — приятнее в разы. Баджи тает на месте, наконец сталкиваясь с ним глазами и замечая мягкую улыбку на губах.       — Меня зовут Чифую.       Баджи незаметно щипает самого себя, чтобы хоть немного прийти в чувства и убедиться, что всё это — не его больная фантазия. Отлично, он знает его имя. Когда можно целовать?       Кот, словно понимая, что тут происходит, важно спрыгивает с нагретого места и трется о Баджи, заставляя его окончательно замереть. Пушистый хвост едва касается его ног, когда кот останавливается около балкона, вынуждая Кейске открыть дверь и пропустить животное. Они остаются на кухне совершенно одни.       — А твоё имя? Я, знаешь ли, с незнакомцами не целуюсь, — Чифую приводит его в чувство тактичным вопросом, чтобы напомнить о своем присутствии, и тихой усмешкой.       — Кейске. Баджи Кейске, — Баджи ловит себя на том, что он действительно нервничает.       — Очень приятно, Баджи Кейске. Не хочешь уйти отсюда?       Баджи выдыхает с облегчением; всю неловкость словно рукой сняло. Кейске слегка нахально, но привычно усмехается, поправляя волосы.       — Думал, никогда не спросишь.       Чифую двигается первым, поднимаясь со стула и подмигивая излишне игриво. Он выходит с кухни и напролом идёт к двери. Кейске вылетает следом, выискивая Казутору. Когда они сталкиваются, Баджи жестами пытается показать, что уходит — Ханемия усмехается, потягивая своё пиво, но кивает и втягивается в разговор с кем-то из рядом стоящих парней.       Когда они выходят на улицу, их встречает летний ветер, путающийся в волосах и холодными пальцами пробирающийся под одежду. Чифую кутается в тонкую джинсовку, доставая из кармана пачку сигарет. Он медленно закуривает и Баджи, кажется, теряет дыхание. Тонкая сигарета идеально лежит в его пальцах, дым бесформенным облаком срывается с губ, глаза блаженно прикрыты. Баджи не замечает дрожи в своих пальцах, не замечает воющего ветра, не замечает ничего.       Только Чифую перед ним затягивает свою то ли арбузную, то ли вишнёвую сигарету.       Он выдыхает дым вверх, когда нервы Кейске начинают сдавать. Он вытягивает из чужих пальцев сигарету, затягивается и фокусирует взгляд на глазах напротив. Лопнутая кнопка отдаёт вишней, Баджи получает свой пропущенный косвенный поцелуй и ему чертовски этого мало. Он движется ближе, не моргая и не отрывая глаз.       — Можно? — Чифую оказывается экстремально близко. Он отвлекается только чтобы опустить взгляд на губы Кейске и едва заметно кивнуть.       Баджи выдыхает дым ему в лицо, наконец касаясь его губ.       Чифую целуется так же мягко, как выглядит, но, отрываясь, роняет несколько ругательств, и — держите Баджи семеро — это слишком горячо. На их языках вишнёвая горечь, — Баджи мычит в поцелуй, когда нагло-ловкие руки Чифую пробираются в его волосы, сжимая у корней. Дыхания катастрофически мало, и они отрываются друг от друга, слизывая с губ чужой вкус. Это происходит одновременно, на автомате — Баджи готов упасть от вида чужого рта. Губы колет ветром, ему жизненно необходимо согреть их прямо сейчас. И он точно знает, кто ему поможет.       Чифую не выдерживает первым, хватая запястья Кейске и рывком укладывает их на свою талию. Это властно, грубо и очень, очень горячо. Баджи вновь целует его, чувствуя, как Чифую начинает подёргивать. У него вяжет в животе, в груди трепыхается стон, мысли уносит из головы. Когда Чифую отстраняется опять, Баджи чувствует себя брошенным и пустым. Ему нужна минутка, чтобы прийти в себя — вид Чифую говорит, что ему тоже.       Баджи хочет ещё, ему всё ещё мало, он голоден и прямо сейчас он готов сожрать этот комок сладкой ваты, на которую похож Чифую. Но мальчишка прижимается к нему ближе всего на секунду, скользя рукой по спине и цепляя телефон из заднего кармана Кейске. Он оставляет по-детски невинный чмок на губах, возвращая телефон хозяину, и улыбается покрасневшими губами. (Баджи очень сильно тормозит, глядя на морщинки вокруг и отражение ближайшего фонаря на блестящих от слюны губах).       — Мне пора, но звони, если захочешь повторить, Баджи Кейске.       Кейске почти падает, когда Чифую ему подмигивает и уходит.       Казутора скажет Баджи быть более благодарным, а Чифую получит сообщение уже на следующее утро. И да, он всё ещё не против повторить. А может и попробовать что-то большее.