Безмолвное прощание

Казалось, это был конец. Печальный, разумеется, но проложивший новое начало. Начало, ставшее толчком к новой жизни, где нет места прошлому. Отпускать прошлое тяжело. Для многих это считается почти невозможным, ведь не так просто забыть всю ту боль и страдания, что причинили в прошлом. Кто-то их преодолевает, прощаясь навсегда, а кто-то углубится в события прошлого настолько, что оно само их поглотит навсегда. Психика - удивительная вещь, ведь способна вытеснить все самое неприятное и страшное в нашей памяти. Однако, оно не способно это сделать, пока само сознание человека не захочет отпустить эти воспоминания. Ведь кто-то просто не хочет прощаться с обидами. Пройдет хоть десять лет, хоть двадцать, но скопившаяся боль и злость никуда не денутся. Другого пути словно уже не найти, но остается один - побег. Побег - простое решение, но кто давал гарантии, что рано или поздно вы не столкнетесь с призраками прошлого, от которых так стараетесь скрыться? *** Ночь была тяжелой. Маки Такаяма и не помнит, сколько алкоголя приняла на самом деле. Голова кружилась, а ноги и вовсе перестали ее держать. Неравнодушные коллеги довели ее до дома и уложили на диван. Хотя бы это она смогла вспомнить отчетливо, в отличии от остальных моментов прошлой ночи. Помятая одежда, пропахшая алкоголем, спутанные волосы и невероятная усталость намекали о событиях прошлого дня. В горле пересохло, а глаза опухли, впрочем как и все лицо. Она встает с дивана, еле перебирая ноги, и направляется прямиком в ванную комнату. Глядя в зеркало, ей трудно было узнать саму себя. Алкоголь никогда не был чем-то веселым, скорее саморазрушающим. Сначала вы пьете бокал за бокалом, переходите на рюмки, а дальше… А что дальше? Вы, будучи в опьянении, не осознаете что творите. Разум настолько затуманен, что слова вырываются сами собой. А на утро вы понимаете насколько это было жалко. Насколько жалко было нести бред в пьяном угаре. Насколько жалко было наблюдать за всем этим цирком всем свидетелям. И Насколько же жалко было сопровождать такую «инфантильную» особу, беря на себя ответственность за чужую ошибку. Вы хватаетесь за голову, вспоминая весь бред, который наговорили и сколько же неудобства принесли окружающим. Вас съедает чувство вины за ущерб. Вы боитесь смотреть в глаза этим же людям, а они тактично молчат. Однако, спустя несколько дней, недель или месяцев вы снова притронетесь к бутылке. Воспоминания о стыде сойдут на нет, а мысль, что «от одного бокала ничего не случится» сделает свое дело. Потому что убежать таким образом от проблем легче, чем столкнуться с реальностью в здравом уме. Такаяма в это утро испытала весь спектр эмоций, начиная с раздражительности, заканчивая паникой, и стыдом в том числе. Тот своеобразный «корпоратив» среди коллег был лишь «одноразовой акцией». Ведь прямо сейчас ей нужно на работу. На завтрак совсем не было сил, как и на уборку, а темные круги под глазами и вовсе не желали перекрываться консилером. Зато были и плюсы. Она успевала на автобус и не пришлось заказывать такси. Дорога до офиса словно была до ужаса длинной, но стоило ей попасть в пункт назначения, как день ей показался совершенно испорченным. Раздражающие стуки каблуков, удары сотни клавиш об клавиатуру и громкие разговоры - все это в точности описывало карикатурный офис любой компании. Таким же был и офис Маки, где она занимала не самую важную роль. Отучившись в столь престижном университете, она ожидала большего от работодателей, но ожидания не оправдались. Когда-то она была молодой девушкой, что всегда мечтала о большем. С самого детства она верила в лучшее и перед сном представляла свою идеальную жизнь. В университете ее жизнь, казалось, только началась и ничто не могло испортить эти прекрасные годы свободной юности. С первого рабочего дня она ощущала себя не в своей тарелке. Все было таким незнакомым, новым и странным, что пугало вдвойне. Нервозность сделала свое дело, заставив ее молчать. Ей выделили рабочее место, компьютер, отдали пропуск и сразу же отдали перечень работы, которую «приказали» доделать до следующего дня. Все коллеги походили на роботов. Каждый из них ловко управлялся со своими делами и самое главное - никаких личных бесед. Переговаривались они исключительно о рабочих моментах. Окружение было серым. Никаких ярких красок, лишь мониторы одинаковых компьютеров пестрили разноцветными баннерами и рекламными заявками, чем и занимался их маленький отдел по продажам. Но и тогда она не хотела отчаиваться, ведь ко всему можно привыкнуть, а это место не такое уж и плохое. И вот, она уже работает здесь год, а привыкнуть не удалось до конца. Яркие эмоции растворились в рутине офиса, а мечты были забыты навсегда. «День сурка» происходил изо дня в день в течении года. Что произошло за этот период?… Разве что-то радикально менялось? «Вот она какая… Взрослая жизнь.» – с некой грустью подмечала она всякий раз, выходя на перерыв. Молодость будто бы уже прошла, хотя ей нет даже двадцати пяти. «Нелепые» мечты о карьере и любви были заменены размышлениями о том, как бы поскорее оплатить аренду за квартиру. Маки повзрослела быстро, хотя выбор был исключительно ее, но что было бы, выбери она совсем другую профессию? Университет? Другую компанию? Уже поздно размышлять о несбывшемся. В своей жизни она все равно не готова что-то менять, какой бы унылой она не была. Этот день уже был обречен на провал с прошлого дня. Голова болела, а про таблетки она совсем забыла. Ей бы сейчас приступить к делам, но все мысли занимало лишь одно происшествие. Эта встреча так и не дала ей покоя даже на следующий день. Ран ведь совсем не изменился… Все те же уставшие глаза, ленивая улыбка, непринужденное выражение лица и приятный голос. В нем изменилась лишь стрижка, которая сделала его намного старше, чем он казался на первый взгляд. Похоже, она настолько упорно работала, что совсем позабыла о всей той боли, что она пережила в свои двадцать лет. Как думала она, боль исчезла без следа, а воспоминания отложены в старый ящик. Никаких надежд о внезапной встрече. Это была лишь нелепая случайность, что растормошила этот хрупкий замок из песка в ее душе. Остается лишь надеяться, что эта встреча уж точно была последней. Маки раздраженно опускает голову на рабочий стол и прикрывает глаза. – Такаяма-сан? – зовет ее коллега, дергая за плечо. Маки тут же реагирует на нее, пытаясь сфокусироваться на начальнице отдела, отвлекшей ее от раздумья. – Да, Ямада-сан? – торопливо отвечает она. – Ты собралась ворон считать на рабочем месте? – строго выдает женщина, поправив очки на переносице. – Н-нет. – виновато опустив голову, отвечает Такаяма. – Выполняйте свою работу, Такаяма. – начальница вновь бросает недовольный взгляд, прежде чем уйти. Маки глубоко вздыхает, прежде чем откинуть навязчивые мысли и приступить к работе. «Вот бы этот день кончился быстрее.» – думает она, хватаясь за надежду поскорее вновь забыть обо всем, как о страшном сне. *** Ран очнулся у себя на диване в кабинете. Он же собирался домой, разве нет?… По-видимому, не только Маки перебрала с алкоголем той злосчастной ночью. После выходки Такаямы, он поистине вышел из себя, на этот раз не скрывая своих эмоций. Он вернулся в вип-комнату быстрыми шагами, хлопнув дверью. Присутствующие замолкли, провожая взглядом старшего Хайтани. «Вроде бы ушел на перекур, а младший увязался за ним. Прошло буквально минут двадцать, а вернулся только Риндо. Что так разгневало Старшего Хайтани?» – размышляли они, поглядывая на Младшего Хайтани, который также встревоженно наблюдал за братом. Тот притянул к себе стакан с виски и осушил его залпом, чем вызвал неподдельный шок у присутствующих. Но на этом Ран не остановился. Он продолжал постепенно принимать бокал за бокалом, не замечая пристальных взглядов со стороны. Риндо догадывался, что послужило причиной такого поведения у брата, но он все еще сомневался. Та самая бывшая девушка, с которой они столкнулись, никак не могла вызвать у Хайтани настолько бурные эмоции. Ведь по рассказам брата, он быстро к ней остыл, а последние пять лет он и вовсе не упоминал ее. Рин знал далеко не всех его бывших, так как их было столь много, что он и не пытался запоминать каждую. Однако, Маки Такаяму он запомнил отчетливо. Ведь первая их встреча была довольно неожиданной, да и в квартире Рана. К тому же, в отличии от других девушек, она обладала вежливостью и уважением, пусть даже и натянутой. – Рин? – отдергивает его от размышлений, Санзу. – Чего это с ним? Он никогда так не напивался. – Сам не знаю. – шикнул Риндо, намереваясь поговорить с братом первым. – Ран? – дергает его за плечо младший. – С тобой все хорошо? – Отвали. – огрызнулся он, отряхнув руку брата. Риндо глубоко вздохнул, унимая нарастающую агрессию. Он ведет себя так лишь под действием алкоголя. На утро ведь попросит прощения. Брата он знает слишком хорошо… – Не обращайте на него внимания. – махает рукой Риндо, пытаясь сгладить обстановку. И все послушно сделали вид, будто рядом с ними не сидит озлобленный Старший Хайтани. Рин больше не пил в ту ночь. Он приглядывал за братом, опасаясь за его состояние. И время приблизилось к рассвету, клуб опустел за исключением персонала и самих хозяев клуба. Риндо посапывал в кресле, после того как уложил пьяного брата на диван. Он хотел о многом его спросить, поговорить и помочь, но сейчас ему стоит дать время. *** Катализатором его бездумного распития алкоголя была не то чтобы Маки, а ее поведение, которое частично разрушило его представление о многих вещах. Как только она ушла, а вслед за ней и Риндо, он успел подумать о многом. Почему большинство из его бывших пытались вернуться, забывая о гордости? Почему в их число не вошла Такаяма Маки? Ведь от нее это было ожидаемо. Но нет… Маки оказалась одной из тех немногих, кто действительно позабыл его. Раньше его это забавляло. Эти случайные встречи с легким флиртом, а затем резкий холод. А девушки, поглащенные надеждой, вдребезги разбивались от унижения. А Ран лишь холодно произносил: «Я не давал тебе никаких обещаний, милая.» – эта фраза каждый раз повторялась, а реакции девушек были самые разные. Кто-то начинал беззвучно реветь, а кто-то бросался на него с кулаками. Несмотря на это, Хайтани чувствовал себя прекрасно, наблюдая за их резкими переменами в настроении. Каждая была похожа на предыдущую не просто внешне, а характером и поведением. Он заведомо знал, что выиграет в каждом своем нелепом спектакле, но этот раз стал роковым исключением. Ведь все пошло не по плану с самого начала. «Да как она могла?! – мысленно возмущался Ран, не зная, куда еще выплеснуть все свое негодование. – Чтобы я оказался ей не важен? И ничего в ее сердце не кольнуло, увидев меня вновь?! Это какая-то глупость! Быть такого не может!» Его задетое эго никак не могло успокоиться. Нет, его никак не мучила совесть, по крайней мере он не хочет признать это нелепое чувство в себе. Его мучали эти мысли настолько, что он почувствовал себя ничтожеством. Так и провел он всю ночь, пытаясь понять хоть что-то и прийти к выводу, но ничего не вышло. Он так и продолжил отлеживаться на диване, пока Риндо отсыпался в сидячем положении. Ран прекрасно помнил все до мельчайших подробностей, лишь момент с погружением в сон был упущен. Паршивое чувство в области груди вновь дало о себе знать. Ран только успел открыть глаза, но уже пожелал, чтоб этот день закончился быстрее.