Осколок памяти

— Павел Алексеевич, да, я, здравствуйте. Я готов принять ваше предложение, — решился парень на довольно-таки сложный и недостаточно хорошо обдуманный звонок. — Замечательно, жду тогда тебя завтра у себя в кабинете, зайди перед уроками, пожалуйста, — сказал директор и положил трубку. Арсений лежал на протяжении двадцати минут и думал, правильно ли он поступил. Из головы всё не выходило произошедшее вчера. Антон. Так и крутилось на языке имя этого сорванца и мысль о том, что он несёт за него теперь ответственность, настораживала его. Но какое-то странное чувство, впервые появившееся за ближайшие восемь лет, пугало его. Впредь он никогда не ощущал его, жизнь стала гораздо сложнее после ухода, смерти отца. Сергей Александрович — единственный, кому парень доверял себя. Арсений до сих пор сожалеет, что так и не вымолвил ему самый главный факт о его жизни. Он не сказал ему самого главного, чего так ждал отец, но парень не смог. Он боялся, что отец отвергнет его, но больше и не сможет этого сказать. На следующие утро парень чуть было не проспал свой первый рабочий день. Будильник проиграл в пол шестого утра в первый раз, а когда Арсений его услышал, было около четверти седьмого. Он вскочил и побежал собираться. Зайдя в ванную, он обнаружил двухдневную щетину на своём лице, она мерзко кололась, но у парня совершенно не было времени ни на душ, ни на побриться, он итак уже опаздывал, что не успевал дойти пешком. — Придётся ехать на общественном транспорте, — с разочарованием сказал мужчина и уже побежал одеваться. Он схватил первые попавшиеся брюки, как оказалось позже, они были те самые, "любимые", как парень их называл. Он не любил свободные штаны, так и в придачу древесного цвета, но чёрт, выглядел он сногсшибательно во всём. На верхнюю часть туловища учитель нацепил тщательно выглаженную рубашку молочного цвета. На ногах красовались чёрные форсы сорок первого размера. Выйдя из квартиры, Арсений столкнулся со своим соседом‐алкашом. Он невероятно его раздражает — в прошлый раз, буквально неделю назад, этот пидор разбил ему машину, из-за чего парню и приходится ехать на работу на транспорте. — Здравствуй, пидорок,— любезно поздоровался сосед. — И вам доброе утро, любимый сосед, — ехидничал сосед. Стас. Именно так звали этого злосчастного сожителя по лестничной площадке. Несколько месяцев назад он увидел, как Арсений целовался со своим "другом", после этого и стал называть его "пидорком". В этом было мало приятного. Знать, что какая-то сволочь подглядывала за тобой и знает больше, чем покойный отец, убивала парня. На улице, на удивление, не было холодно. Солнце, пригревая своими лучами, светило ярко. В две минуты восьмого подъехал нужный автобус. Он был невероятно полный, но выбора не было и парню пришлось ехать на нём. Дорога до школы стала самым настоящим адом, она была невероятно изнуряющая. На улице по прежнему шёл дождь, при этом он лил как из ведра. Арсению пришлось всё же развернуть свой зонт и смириться с погодой. У крыльца школы стоял парнишка, за которого Арсению вчера было страшно и он потратил на него свой день, чтобы тому полегчало, — Антон. На нём была мешковатая кофта тёмно‐кофейной цвета с необычным принтом, текст которого гласил : "Не стоит стесняться того, что естественно". Что имелось в виду, Арсений так и не понял, он все ещё думал о произошедшем вчера, сегодня. Нет, неправильно это. Думать о человеке весь день, всю ночь, который в конце недели станет твоим подопечным, очень подло. Парню неловко за это, он хочет понять, что же является причиной его раздумий. — Ну привет, Антошка, — с небольшой ухмылкой поздоровался учитель, — как твоё самочувствие? — Сойдёт, спасибо за помощь, — парню было неловко, не столько от того, что ему помог незнакомец, а больше с того, что он не помнит имя этого "незнакомца". — Ладно, я к Павлу Алексеевичу, увидимся, — кинул Арсений и поспешил ко входу в здание. До кабинета директора пришлось чуть ли не бежать: будущий преподаватель опаздывал. А Павел Алексеевич опозданий не терпит, поэтому пришлось ускориться. Арсений, стоя возле двери в злополучный кабинет, привёл дыхание в норму и тихо постучал, а после, когда получил разрешение, вошёл. — Павел Алексеевич, добрый день, — еле выговорил мужчина, тяжело опираясь на стул. Всё же, такой быстрый бег на большую дистанцию, при чём по лестницам, в его-то возрасте очень утомляет и теперь правый бок даёт о себе знать, отдаваясь неприятной болью. — Здравствуй, — кивает Воля, оценивающе смотря на своего растрёпанного знакомого. — Неужели бежал? — с усмешкой интересуется старший по званию, приглашая Арса сесть. — Бежал, — подтверждает Попов, благодаря за разрешение присесть и отдохнуть. — Я всё же решил. Я хочу преподавать в вашей школе. — Ты точно уверен в этом? — дождавшись уверенного мотания головой, директор начинает рыться в ящиках. — Тогда давай оформим нужные документы. Бумажная работа заняла не очень много времени. Арсений, пока Паша ставил подписи и задавал вопросы, в мыслях обдумывал своё поспешное решение. Не выльется ли это в большие проблемы в будущем? Сможет ли Попов вообще работать с детьми и найти с ними общий язык, чтобы они понимали его предмет? Кажется, стоило лучше подумать перед тем, как звонить Воле и неожиданно соглашаться на его предложение. Но уже, в любом случае, поздно что-то менять, так как на бумаге появилась последняя печать и Арс поставил свою подпись. — Отлично. С сегодняшнего дня можешь приступать к работе, — улыбнувшись, проговаривает директор, похлопав своего нового подопечного по плечу. — Возьми первым 10 «Б», будь так добр. От них недавно учитель отказался, но окно нельзя ставить: определённое количество часов должно быть. — Хорошо. Спасибо и до встречи, — выдаёт Арсений и идёт к выходу из кабинета, провожаемый взглядом Паши. — До встречи. Как только он зайдёт в класс, его жизнь перевернётся с ног на голову.

***

Когда Попов соглашался на проведение своего первого урока в 10 «Б», он даже как-то не вспомнил, что там учится парнишка, которому он недавно оказал помощь, и его знакомая. Какого же было его удивление, когда он увидел два знакомых лица среди всех учащихся. Однако он быстро взял себя в руки, возвращая себе всю серьёзность и выметая удивление с лица. — Доброе утро, класс. Меня зовут Арсений Сергеевич и с сегодняшнего дня я буду преподавать у вас физику, — на одном дыхании произносит мужчина, пробегаясь взглядом по застывшим учителям. — Сегодня первую половину нашего занятия займёт знакомство, а вторую — проверка ваших знаний по моему предмету. Давайте начнём с переклички, чтобы я знал, как зовут каждого из вас. Потом вы сможете задать мне любые интересующие вас вопросы. Учеников в классе было достаточно много. Из двадцати семи человек отсутствовал только один, — заболел, — что очень удивило Попова, ведь обычно подростки в их возрасте любят прогуливать занятия. Перекличка прошла успешно и Арс даже запомнил большее количество ребят. Теперь, как и обговаривалось, пойдут вопросы относительно мужчины. — А почему вы решили преподавать в школе? — первый вопрос, но уже загнавший Арсения в тупик. А ведь и правда, почему? Душа к преподаванию не особо лежала, если честно, но работать с детьми мужчина любил. — Сначала я хотел работать воспитателем в детском саду, но ввиду отсутствия опыта в этой сфере мне отказали, однако предложили альтернативу в лице учителя физики. Я согласился, так как мне очень нужна была работа и привередничать не было возможности. — Поня-я-я-ятно. — А сколько вам лет? — а этот вопрос уже явно легче. По крайней мере, Попов знает ответ на него. — Мне двадцать шесть. — Вау, вы ещё такой молодой! — восторженно воскликнула женская половина учащихся, чем очень смутили преподавателя. — Спасибо… Вопросы валились на Арса крупным градом, но ему это нравилось. Он понял, что понравился ребятам и что у них, определённо, будут хорошие отношения. За двадцать минут до конца урока преподаватель плавно перешёл с темы о его жизни на учебный материал. Знаний у ребят было достаточно, что тоже радовало. Всё шло хорошо, вот только… Арсений постоянно чувствовал на себе чей-то заинтересованный взгляд, но когда он пытался найти его источник, странное чувство исчезало, а стоило ему отвести взгляд — снова появлялось. Однако мужчина решил всё свести к паранойе и стрессу. Всё же, только первый рабочий день и он сильно нервничает, не стоит так остро реагировать на какой-то взгляд. К обеду Арс очень вымотался: у него было шесть классов не первой смене и теперь его память перегружена новыми именами и фамилиями. Но Попов старался запоминать всех своих учеников, пусть их и было слишком много. Хвала небесам, что его рабочий день подошёл к концу. Мужчина надеется, что ему не всунут под крыло ещё и вторую смену — он просто не выдержит. Когда Арсений выходил из школы, на его телефон поступил неожиданный звонок. Взяв вибрирующее сенсорное устройство, Арс посмотрел на включённый экран и удивился. Дима. Его очень хороший друг и собутыльник. Удивительно, что он решил позвонить, они ведь давно не общались. Попов отвечает на входящий вызов. — Арсю-ю-ю-юшка, привет! — радостно тянет Дима на том конце провода. Мужчина странно косится на экран, отодвинув смартфон он уха. Такое настроение товарища настораживает. — Позов Дмитрий Темурович, по какому поводу звоните? — До брось, куда так официально, — фыркает Позов, смеясь с реакции собеседника. — Может встретимся и выпьем? Как в старые добрые. — Сегодня среда, а ты пьёшь обычно по пятницам. Что за повод? — с нескрытым подозрением в голосе спрашивает Арсений. — Хотя неважно. Мне завтра на работу с утра, не смогу с тобой выпить. — Да брось, мы же не в стельку набухаемся! Завтра спокойно утром встанешь и пойдёшь на свою работу. А повод есть, важный даже. — О-о-о, — красноречиво выдает Попов, понимая, что напьются они как раз-таки сильно, причём очень. — И что же это за повод такой? Ладно, чёрт с тобой, не отстанешь ведь. Можешь выезжать ко мне. — Уже мчусь на всех порах!

***

Мужчины много выпили: на столе стояли три пустые бутылки, в которых ещё недавно было полно вина. И как только они влили столько в себя? Теперь Попов вряд ли сможет нормально работать завтра, но это уже проблема, которую он решит позже. Сейчас же он стоит на балконе и курит месте со своим другом, вдыхая едкий дым и выслушивая жалобы товарища на личную жизнь. Дима недавно расстался со своим парнем, и теперь именно Арсению приходится выслушивать множество оскорблений, например: «Мудак он эдакий, да чтобы я ещё раз с ним связался!» Сам Попов не очень его понимает — у него не было отношений, поэтому он не мог особо ничем помочь, дать совет тоже. Он мог только выслушать и сказать: «Всё наладится». Даже если он знает, что нет, не наладится, он всё равно скажет так, потому что другие слова в такие моменты в голову не лезут. — Так, хватит. Давай я уложу тебя спать, — алкоголь более менее выветрился, давая хотя бы немного исправно думать, так что Арс решил воспользоваться этим. — Я завтра предложу тебе решение твоей проблемы, но сейчас, пожалуйста, идём спать. Мне вставать в пять тридцать, а уже перевалило за час ночи. Разумеется, Позов сопротивлялся, начав покрывать не самыми приятными словами ещё и своего друга, но его быстро угомонили и теперь он спал на диване. Сам Попов же прошёл в свою комнату и с тяжёлым вздохом повалился на кровать. Завтра определённо будет тяжёлый день.