Часть 9
3 апреля 2022 г., 02:29
Сима уже который час ворочалась на постели, но заснуть так и не получалось. В голове постоянно вертелся последний разговор с Максом. Неужели ее и правда отпустят? Верилось в это слабо, но вдруг? И на что пришлось пойти брату, ради этого? Он всю жизнь, в любой ситуации, старается сохранять позитивный настрой, особенно перед ней, но сейчас его оптимизм дал трещину, это видно даже невооруженным глазом, тем более Симе. Сказал уходить без нее, что потом догонит… он сам-то в это верит? Вряд-ли, Макс все-таки не настолько наивен. А если она все-таки сможет его тут бросить, вдруг они больше никогда не увидятся?
Ее размышления прервал звук открывающейся двери. Сима по привычке замерла, боясь повернуться на звук. Неужели опять опыты? Раздался стук каблуков, приближающийся к ней. Это что-то новенькое. Раньше никто из руководства не удостаивал ее своим визитом, а тут, Анна Александрова, вторая по старшинству здесь, собственной персоной.
Звук каблуков, тем временем, стих возле кровати Симы. Матрас прогнулся под весом присевшей на него женщины. Сима боялась даже вздохнуть.
— Твой брат обманом привел сюда двоих, в обмен на твою свободу, — раздался негромкий голос женщины. — Довольно трогательная забота о сестре. Жаль, что напрасная.
Едва до Симы дошел смысл этих слов, как женская рука закрыла ей рот, а в руку впилась игла шприца, и все вокруг померкло.
***
После ухода Макса, Инна еще некоторое время стояла под дверью, сама не понимая, зачем. То ли хотела попытаться снова выломать ее, то ли расслышать, что происходит снаружи. Потерпев поражение и там и там, она все-таки решила вернуться на кровать и обдумать все, что только что услышала. Однако, тут Инну тоже ожидало фиаско, так как от усталости мысли путались, глаза закрывались и в конце концов, она провалилась в сон. Разбудил ее звук шагов в ее камере. Разлепив глаза, Инна увидела того самого охранника, который был с Максом. Тот уже собирался уходить, но заметив, что она проснулась, остановился. — Целых пять часов покоя, — произнес он с улыбкой, взглянув на часы. — Что, даже стулом в меня не швырнешь? Инна, смотрела на него немного ошалело, то ли от того, как спокойно и доброжелательно он это сказал, то ли еще не отойдя ото сна. А голос у него оказался приятный. Да и на вид он… приятный. Похоже, что ровесник Макса, высокий, светлые, немного вьющиеся волосы, ярко-голубые глаза, открытое лицо… — «Так, Инна, соберись, он же твой тюремщик!» — тут же дала себе внутреннюю пощечину девушка, проморгалась, и наконец, ответила: — Макс сказал не цапаться с тобой. — Разумный совет, — ответил парень. — Особенно учитывая, что я тот, кто приносит тебе еду. Инна только сейчас заметила поднос, стоявший на стуле. Моментально почувствовав зверский голод, она подлетела к нему и тут же накинулась на еду, едва услышав вежливое «Приятного аппетита» над головой. — Фпафибо, — немного подумав ответила она, не отрываясь от еды. Охранник снова улыбнулся и направился к двери. — Подожди! — окликнула его Инна. Тот обернулся. — Сколько сейчас времени? Почему-то узнать это было для нее крайне важно. — Восемь тридцать семь утра, — ответил он, сверившись с часами. — Тридцать первое августа, если интересует. Инна кивнула, и вернулась к еде. Охранник еще пару секунд с интересом смотрел на нее, и вышел. Закончив с едой, Инна вернулась на кровать, решив, наконец, все обдумать, тем более, ничего другого ей и не оставалось. Итак, что мы имеем: Макс продал их с Полиной в обмен на спасение своей сестры, которую держат здесь из-за того, что у той иммунитет к херне, которую тут разрабатывают. Полину и еще пятерых человек причисляют к каким-то кандидатам, более того, она сама согласилась на сотрудничество с теми, кто устроил весь этот локальный апокалипсис. Расклады так себе, как ни посмотри. Саму Инну держат тут непонятно зачем, не выдвигая ни требований, ни условий. Если бы ее собирались убить, то сделали бы это сразу, а не стали бы приводить сюда, но что-то ей подсказывает, что смерть — это далеко не самое страшное, что может с ней тут произойти. С такими невеселыми мыслями она просидела пару часов, пытаясь вспомнить все, что ей довелось услышать и увидеть по прибытии в это место, чтобы хоть как-то разобраться в происходящем. После собственной участи, Инну больше всего волновало, что же все-таки происходит в голове у ее подруги. Зачем она согласилась в этом всем участвовать? Конечно, ей могли не оставить выбора, но по словам Макса, она согласилась добровольно. Может быть, ей что-то рассказали? Но что такого она могла узнать, чтобы согласиться работать с этими людьми? Чем дольше Инна задавала себе эти вопросы, тем глубже погружалась в уныние. Из оцепенения ее выдернул звук открывающейся двери. Инна подняла голову и увидела все того же охранника. — Что-то ты совсем притихла, — сказал он, заходя с новым подносом и ставя его на стул. — Да неужели? — буркнула в ответ Инна. — Притихнешь тут. Долго меня тут еще будут мариновать? — Мне нельзя это с тобой обсуждать, — ответил тот, отходя к двери. — А что можно? — спросила Инна, беря поднос и идя с ним к кровати. — Список мне не предоставляли, — с улыбкой ответил охранник. — Ладно. Как зовут-то хоть? — хмыкнула Инна, приступая к еде. — А то, судя по всему, ты тут моя единственная компания. — Артур, — ответил тот, подходя к стулу и садясь на него. — Что, будешь смотреть как я ем? — глянула на него Инна. — А нельзя? Все равно потом за подносом возвращаться. — Как хочешь. От Макса что-нибудь слышно? — спросила Инна, в общем-то, не надеясь на ответ. — Ничего, — все же ответил Артур. — Хотя, какие новости могли появиться за ночь? — Ну, да… — протянула Инна. Прошла всего ночь, а ей уже кажется, что она тут несколько дней сидит. Чтобы хоть как-то отвлечься, она решила немного разговорить этого Артура, может все-таки удастся выяснить что-нибудь еще? — Как ты сюда попал? — начала Инна с наиболее безобидного вопроса. — Через дверь, — ответил тот, явно издеваясь. — Шутник, прямо как Макс, — ответила Инна, насупившись. — Ладно, что конкретно тебя интересует? — все-таки ответил тот, закинув ногу на ногу. — Как ты сюда попал? — повторила Инна. — Почему работаешь на них? — Просто, так вышло, — коротко ответил он. — Что, и все, так вышло? — Инне показалось, что он снова над ней издевается, но взгляд Артура был серьезен. — Просто так или случайно, сюда не попадают, — вкрадчиво ответил он. — Не могу сказать, что у меня был выбор. — Тебя, что, приволокли сюда и заставили работать охранником? — спросила Инна. — Нет. Но они сделали все, чтобы я сам сюда пришел. — Всмысле? — Я вырос в детском доме, — начал Артур. — Родители отказались от меня, как только я родился. Когда мне было лет пять, к нам в детдом пришли какие-то люди и забрали нескольких человек, меня в том числе. Нас привезли в место, похожее на это, только… не знаю, поуютнее, что ли? Тоже где-то в глуши. Там нас кормили, одевали, воспитывали, одним словом, заботились. В общем, еще один приют. Думаю, разве что наша школьная программа немного отличалась от обычной. Вряд-ли ли детей сейчас с первого же класса учат стрелять и драться. — Детей такому вообще не учат, — вставила, немного шокированная его рассказом, Инна. — Вот и я об этом, — продолжил Артур. — По окончании обучения, нас распределили по местам работы. Точнее, службы. Меня определили сюда, а где остальные с моего курса, я не знаю. — И ты так просто согласился? — недоумевала Инна. — Меня особо и не спрашивали, но если честно… эти люди меня вырастили, воспитали и обучили, у меня не было причин им не доверять или сомневаться в их мотивах. Когда до меня стало доходить, чем именно они занимаются и чего хотят от меня, было уже поздно что-либо менять. Мне довольно ясно дали понять, что мое место только здесь. Все это он рассказывал так непринужденно и обыденно, что Инна даже не могла понять, пожалеть его или продолжать презирать. С одной стороны, выбора у него и правда не было, можно сказать с самого рождения, но с другой стороны, он не видит во всем этом дурдоме ничего плохого. По крайней мере, раньше не видел. — Ладно, — Инна собралась с мыслями. — И что ты собираешься делать теперь, когда понял, что это за организация? — Я уже несколько лет ничего не собираюсь делать, так как в этом нет смысла, — он грустно улыбнулся. — Отсюда мне не уйти, да и куда? За пределами центра у меня нет никого. Однокурсники? Я понятия не имею где они, да и отношения у нас с ними, были, прямо скажем, не очень родственные. Мы не были семьей, скорее, соперниками. Так уж нас воспитали. Так что, все что мне сейчас остается, это следить, чтобы ты не сбежала, и развлекать подобными беседами. Пока Инна судорожно думала, о чем еще спросить Артура, пока он не ушел, тот забрал у нее поднос и уже направился с ним к двери. — Подожди! — Инне жутко не хотелось опять оставаться в одиночестве. — Я и так уже слишком засиделся тут с тобой, — ответил Артур с улыбкой, открывая дверь. — Потом еще поболтаем. Дверь захлопнулась, и Инна снова осталась один на один со своими тревожными мыслями.***
После разговора с доктором Кристофом Войтом, я пробыла в каком-то оцепенении пару дней. Периодически вырубалась, но в основном пыталась осознать всю ту информацию, которая на меня свалилась. Жуткий вирус, опыты на людях, тайная организация… все это звучит как довольно банальный сценарий очередного постапокалипсиса, но в действительности, все обстоит куда хуже, чем можно себе представить. А самое жуткое, что чем больше я обо всем этом думаю, тем меньше меня это пугает. Эксперименты на людях? Ужасно, аморально, бесчеловечно, да-да, но кого мне тут обманывать? Они меня совершенно не трогают. Наоборот, как еще получить самые наглядные результаты? Физиология лягушек, мышей и кроликов близка к человеческой, но если препарат или, тот же вирус, разрабатывается не для них… разве не логичнее было бы испытывать его на конечных носителях, чтобы получить более точные результаты? Эта мысль крутилась у меня в голове, примерно, курса с третьего, но окончательно оформилась только сейчас. Что касается самого этого вируса, так я, в общем-то, всегда знала, что человечество уничтожит не астероид, глобальное потепление или гибель экологии, нет, люди сами себя истребят. И вот, пожалуйста, все что сейчас происходит, в точности соответствует моим ожиданиям. Биологическое оружие, что же еще? Ясно, откуда у этой организации столько ресурсов. Гонка вооружений между странами — это просто золотая жила, ведь нет ничего прибыльнее войны, особенно для тех, кто поставляет для нее оружие. И как всегда, во главе всего стоят деньги и власть, которую они дают. Хотя, мне показалось, что этого доктора Войта, все-таки больше интересуют сами исследования. Неуемная жажда знаний и болезненное любопытство, желание узнать, как далеко может зайти наука, причем не во благо цивилизации. Например, тоже самое ядерное оружие. После первого удачного испытания, одному из его создателей, собственно, руководителю «Манхэттенского проекта», доктору Роберту Оппенгеймеру, вспомнилась строчка из древнеиндийских текстов: «И теперь я — Смерть, разрушитель миров». В итоге, человечество обрело практическое применение реакций термоядерного синтеза и горы трупов. И вот теперь, доктор Кристоф Войт, создает этакую экологичную альтернативу, которая будет также смертоносна, но только не для окружающей среды. Планету, видимо, бережет. Ясно, почему он выбрал именно вирус. Не выявить основными органами чувств, и это куда более живучая форма жизни, чем, те же самые бактерии, особенно если учесть, сколько сейчас существует антибиотиков, при том, что конкретно против вирусов препаратов нет. В общем, проект был бы прекрасен ровно настолько, насколько и чудовищен, если бы не та ошибка в расчетах. Куда же без нее. Мне, почему-то, слабо верится, что в организации, подобной этой, могли допустить банальную ошибку в расчетах. Естественно, этот доктор Войт рассказал мне не все, а может где-то и приврал. Например, та девушка с иммунитетом к их, только что синтезированному, вирусу. Какая невероятная удача, что ее и искать-то почти не пришлось. Что-то слабо верится. Может, и вакцина уже готова? Пока придется довольствоваться той информацией, что мне предоставили, но при этом, допускать то, что любая ее часть может оказаться враньем. Примерно в таких мыслях я провела дня два. Три раза в день мне приносили еду, но больше никто не заходил. Я ела, проваливалась в неспокойный сон, просыпалась, прокручивала в голове все дерьмо в которое влипла, и так по кругу. Мне даже было все равно, заперта ли дверь, на мысли о побеге моих сил уже просто не хватало. Вместе с последним ужином мне принесли стакан воды. Последнее, о чем я успела подумать, было то, что у нее какой-то странный вкус, после чего я провалилась в крепкий сон. Не знаю, сколько я спала, но проснулась я отдохнувшей. Судя по всему, меня вырубило мгновенно, так как я даже одеялом накрыться не успела. И хорошо бы уже в душ сходить. Я встала с кровати и направилась прямиком туда. Проходя мимо зеркала и краем глаза заметив свое отражение, я вздрогнула. Оттуда на меня смотрело нечто всклокоченное, опухшее и изрядно помятое, не говоря уже об отпечатке подушки поперек того, что должно было быть лицом. Так, пора намотать сопли на кулак и взять себя в руки. В конце концов, все не так уж и плохо — я жива, руки, ноги на месте, сижу тут в чудесном номере с личным душем, еще и еду приносят три раза в день. И опыты на мне, вроде как ставить не собираются. Даже снотворное подложили. Зачем-то… Плескалась в кипятке я долго, и вышла из душа в уже более-менее адекватном состоянии духа и тела. На столе уже по обыкновению стоял поднос с едой. Едва его увидев, я поняла как сильно хочу есть. Не успела я проглотить последний кусок, как в комнату вошла та самая стервозная женщина. Я аж поперхнулась. Как ее там? Анна, вроде. — Наконец-то проснулась, — без предисловий, резко сказала она. — Я уже думала, что тебе дали слишком большую дозу. Я понятия не имела, что на это ответить, так что просто продолжила жевать, глядя на нее. Она же, так же молча приподняла одну бровь. — Доброе утро… — выдала зачем-то я, наконец прожевав. Боже, ну и дура, что я вообще несу? Какое, нахер, доброе утро? Примерно тоже самое я прочитала в ответном взгляде Анны. Заметным усилием воли взяв себя в руки, она все же продолжила: — С сегодняшнего дня тебе разрешается перемещаться по комплексу, но только в сопровождении охраны. Если попытаешься сбежать, пройти туда, куда не следует, или создавать любые проблемы, охрана уполномочена применить против тебя силу. Как только выходишь из этой комнаты, надеваешь это, — она указала на белый сверток, лежащий на кровати, который я не заметила, выйдя из ванной. — Позже получишь дальнейшие указания. Вопросы? — Который час? — спросила я первое, что пришло в голову. Анна снова приподняла бровь, но ответила: — Почти шесть вечера. Мда, доброе утро. — Четвертое сентября, если интересует, — добавила она и вышла из комнаты. Дата мне ни о чем не говорила, так как счет дням я потеряла уже давно. Вместо того, чтобы заморачиваться на этом, я подошла к свертку на кровати и достала из него… За кого же меня здесь держат, раз выделили лабораторный халат? Самый обычный, такой знакомый, белый халат. Даже размер мой, а на воротнике пришита красная полоса. Какой-то отличительный знак? Я, по привычке, застегнула его на все пуговицы, кроме последней. Раз уж мне разрешено шататься по зданию, надо этим воспользоваться. Едва я вышла из комнаты, по бокам от меня встали двое охранников. Да, видимо в неположенную сторону мне и шагу ступить не дадут. Под таким конвоем я попыталась повторить тот маршрут по которому меня сюда привели. Все коридоры снова казались одинаковыми, все ориентиры, которые я пыталась запомнить в пошлый раз, вылетели из головы. Как только я подходила к какой-нибудь двери, что бы посмотреть, что за ней, охрана тут же хватала меня за руки, довольно красноречиво давая понять, что мне туда не надо. Причем за все время моей небольшой прогулки, ни один из охранников не проронил ни слова. Не то, чтобы я пыталась завязать беседу, но ощущение такое, что за мной по пятам идут манекены. Или роботы. Жутковато в общем. А еще, жутковато было то, что за все время, мне не встретилось ни одного человека. Все коридоры одинаковые, серые и пустые. Может быть вся движуха происходит за дверьми, куда меня не пускают? В конце концов, я решила завершить свою невероятно продуктивную прогулку, и в этот момент услышала чей-то оклик. Обернувшись на голос, я увидела в конце коридора девушку, тоже с двумя охранниками по бокам. Она размашистым шагом шла прямо ко мне. Красивой ее не назвать, но и взгляд оторвать трудно. Первое, что бросалось в глаза — это ее бритая голова. Поколоты обе брови и крыло носа, я уже не говорю про уши. Татуировки по всему телу, особенно выделяется огромная сколопендра на шее, уходящая куда-то под воротник. Под расстегнутым халатом, с такой же красной полосой на воротнике, как у меня, виднеется крайне неформальная одежда — нечто с обилием черных ремней и шипованных клепок, черные джинсовые шорты, рваные колготки в крупную сетку и грубые ботинки. — Так тебя тоже отобрали? Я думала их запросы выше, — сказала она, грубовато тронув красную полосу на воротнике моего халата и оглядывая меня с головы до ног. Я тут же отступила на шаг. Она меня уже бесит. — Еще и неженка, — фыркнула она, заметив мой маневр. — Не трогай меня, — чуть ли не прошипела я. Как же она меня бесит. — Не трогать, говоришь? Вот так? — с издевкой переспросила она, подходя ближе и дергая меня за воротник. Я дала ей по рукам, на что она пошла на меня с удвоенным напором. Между нами тут же встала охрана. Девка только усмехнулась и прошла мимо меня, толкнув плечом. Я сжала челюсть посильнее, чтобы не вывалить на нее все ругательства, что я знаю, коих немало, одновременно представляя, как я разворачиваюсь, со всей дури бью ее ногой по колену, сбивая на пол, а потом хватаю за голову и бью ей об пол, пока от ее нахальной рожи не останется кровавое месиво. Она же, тем временем, уже скрылась за поворотом. Я пару раз моргнула, чтобы прогнать образ моей внутренней неукротимой ярости, и направилась в противоположную сторону. Так, и что это вообще было? У нее на воротнике такая же красная полоса как у меня, ходит тут как у себя дома и явно не вписывается в местный колорит. Можно было бы догнать ее и о чем-нибудь расспросить, но я скорее себе вилку в глаз засуну, чем сама к ней полезу с вопросами. Погруженная в свои мысли, я завернула за угол и в кого-то врезалась. Это оказался парень. Высокий, просто очень высокий парень. Уж я далеко не карлик, со своими метр семьдесят с чем-то, но он возвышался надо мной, подобно маяку. Да в нем метра два с хреном, не меньше. И снова красная полоса на воротнике, вот только охраны с ним нет… — Привет. Я — Марк, — представился он. — Но ты можешь звать меня сладкий. Это сейчас был флирт? Прости, сладкий, но шел бы ты нахер. — Уже видела остальных? — как ни в чем не бывало, продолжил он, не обращая внимания на мое молчание. — Остальных? — переспросила я. — Так ты еще ничего не знаешь? — поднял брови Марк в явном недоумении. — Мне все выложили сразу по прибытии сюда. — Я только что пересеклась с бритоголовой девкой, — сказала я, в надежде узнать что-то еще. — У нее тоже красная полоса на воротнике. — А, Динара. Чокнутая, скажи? Хотя, таких они и отбирают, — похоже, что вся эта ситуация его веселит. Ясно, надо держаться подальше, от помеченных этой красной полосой, даже не смотря на то, что у меня самой такая же. — Так что, тебе правда еще ничего не объяснили? — продолжил он с издевкой. — Про то, зачем мы здесь, про сыворотку… — Объяснили, — соврала я. Похоже, что он знает куда больше меня. — Ясно, — мое вранье его явно не убедило. — В конце концов, доза-то будет только одна. Как думаешь, что будет с теми, кто ее не получит? — Что? — я ни слова не поняла из его болтовни, но предчувствие возникло очень не хорошее. — Ничего, — ответил Марк, все также дружелюбно улыбаясь. — Не забивай себе голову. С этими словами, он обошел меня и скрылся за поворотом. Он тоже меня бесит. Очень сильно захотелось вернуться в свою комнату, и больше оттуда не выходить. Туда я, собственно и направилась, окончательно убедившись, что нихера не понимаю, что здесь происходит.***
Следующие несколько дней для Инны прошли без какого-либо разнообразия. Большую часть времени она в одиночестве сидела в своей камере, три раза в день Артур приносил ей еду. В эти моменты Инна наконец-то могла отвлечься от собственных мыслей и происходящего вокруг. Поначалу, они разговаривали на отвлеченные темы, Артур рассказывал ей про погоду снаружи, про то, что будет на обед, пару раз передавал привет от Макса, без каких-либо новостей. Постепенно, темы этих разговоров становились все более личными, они вдвоем вспоминали свои школьные годы, Инна украткой зевала от бесконечных рассказов о нюансах стрельбы из разных видов оружия, которым обучался Артур, он же в ответ только хлопал глазами на ее рассказы о PR-менеджменте. Больше всего Инну шокировало то, что Артур ни разу в жизни не пробовал алкоголь. — Что, прямо вообще? — недоумевала Инна. — Вообще. — Прямо ни разу? — Прямо вообще ни разу, — рассмеялся Артур. — Здесь это запрещено. — Что, и в баре ни разу не был? — Инна живо вспомнила их с подругой похождения по злачным местам. — Почему тебя это так удивляет? — спросил Артур. — Просто это… ну… — Инна замялась, — как это вообще? — Довольно просто, если ближайший бар в нескольких десятках километров, а у тебя нет права на выезд с базы, — снова рассмеялся Артур. — Да уж, — Инна все еще была шокирована. — Ты многое упустил. — Поверю тебе на слово, — легко ответил он. — Что я мог упустить еще? — Н-у-у… — Инна задумалась. — Концерты? — Ты серьезно? — исподлобья посмотрел на нее Артур. — Ладно, ясно, что на концертах ты вряд ли бывал, — Артур все еще смотрел на нее исподлобья, — точнее, вообще не бывал, — тут же исправилась Инна, — но тебе ведь нравится какая-нибудь музыка, здесь же не совсем бункер? — Не совсем, но насчет музыки… я даже как-то и не думал, — был видно, что он смущен, даже немного сполз вниз на стуле. — Ну хоть что-нибудь? — вот теперь Инне стало его действительно жаль, видя как все запущено. — Хоть один исполнитель? — Э-э-эм… — протянул Артур, сползая все ниже на стуле. — Композиция? Хоть какой-нибудь мотив знакомый? — не теряла надежды Инна. — Ну-у-у… гимн? — ухватился Артур за спасательную соломинку. Надежда Инны умерла. — Какой кошмар, — только и смогла вымолвить она. Что еще может сказать лютый меломан столкнувшись с человеком, знающим только национальный гимн? — Ну спой мне ты что-нибудь, — предложил Артур, видя выражение ее лица. — Не, нет, нет, — тут же принялась отмахиваться Инна, — я отвратительно пою. — Ты же работала в музыкальной сфере, так что я никогда не поверю, что ты отвратительно поешь. — Даже в ноты не попадаю, — продолжила отпираться Инна. — Вообще мимо. — Я не то, чтобы знаток нот, — улыбнулся в ответ Артур. — К тому же, как мы выяснили, мне и сравнивать особо не с чем. — Ну да, разве что с гимном, — рассмеялась Инна. — Но все равно нет, я не стану тебе петь. — Ну и ладно, — сдался Артур, глядя на часы и поднимаясь со стула. — Но к этому вопросу мы еще вернемся. — Уходишь? — тихо спросила Инна, наблюдая за ним. — Мы опять засиделись, — ответил он ей, забирая поднос. — Будет лучше, если наши посиделки останутся незамеченными, иначе к тебе приставят нового охранника. — И с ним вряд ли получится поболтать, верно? — «И вряд ли будет так хорошо.» подумала про себя Инна. — Точно, — ответил Артур, подходя к двери. — Давай, до ужина. Не скучай тут. Он вышел, подмигнув Инне на прощание, а она еще долго не могла стереть со своего лица эту глупую улыбку. Время до ужина пролетело для нее незаметно. Мрачные мысли даже не успели до конца одолеть Инну, как Артур снова вернулся. Они опять разговаривали о всякой ерунде, Инна все больше смеялась, все также отнекивалась от пения и даже понемногу стала забывать о том, где она, собственно, находится и что происходит вокруг. Но все это рухнуло в один момент, когда дверь в ее камеру неожиданно распахнулась. Артур тут же вскочил со стула и отлетел к стене, встав по стойке смирно. В дверях была женщина. Темные волосы, бордовая помада, синие глаза за черной оправой очков, туфли на шпильке и крайне высокомерное выражение лица. На мгновение задержавшись на пороге, она прошла внутрь и остановилась возле притихшей Инны. Не говоря ни слова, женщина вынула из кармана халата фонарик, взяла оцепеневшую Инну за подбородок, и посветила сначала в один глаз, затем во второй. Инна тут же вырвалась, и попыталась отодвинуться. — Не дергайся, — резко сказала женщина, схватив ее еще сильнее. Инна посчитала, что драка сейчас бессмысленна, так что замерла. Посветив Инне в глаза еще немного, женщина убрала фонарик обратно в карман. Что-то записала в блокнот, и, все также не говоря ни слова, направилась к двери. — Зачем я вам? — не выдержала Инна. — Зачем тебе это знать? — ответила вопросом на вопрос женщина, обернувшись в дверях. — Если бы тебя хотели убить, то убили бы, разве нет? Остальное тебя волновать не должно. От возмущения, Инна даже не сообразила, что ответить этой стерве, и так и осталась сидеть, после того, как дверь закрылась. Артур еще некоторое время выждал, стоя у стены, и вернулся на стул, подперев голову руками. — Кто это? — через некоторое время спросила Инна. — Редкостная стерва, — ответил Артур, проведя ладонью по лицу. — Анна Александрова. С некоторых пор, вторая по старшинству здесь. — С некоторых пор? — переспросила Инна. — Раньше она была тут главной. Год назад сюда перевели доктора Кристофа Войта, с ним вы разговаривали, как только вас сюда привели. Его поставили во главе, а ее сместили, но все равно оставили на руководящей должности. — Почему ее сместили? — наконец-то Инна может хоть что-то выяснить. — Подробностей я не знаю, но вроде как, она начала действовать в личных мотивах, которые идут вразрез с целями организации. Обычно за подобное сразу устраняют. Не представляю, что она сделала или сказала, чтобы сохранить место здесь. И не просто место, а руководящую должность. На некоторое время повисла тишина. Для себя Инна решила, что с этой женщиной нужно быть осторожной. — Ты и правда сможешь помочь мне? — тихо спросила Инна Артура. — Я сделаю все, что в моих силах. — Сделай больше.***
От нервов Макс не находил себе места. Все, о чем он мог думать — это участь сестры. Если ее отпустят, если ее действительно отпустят… вот тогда он разберется со всем остальным. Однако, прошло уже два дня, а Сима все еще была здесь. Естественно, Макс допускал, что его могли обмануть, но надежда на обратное все-таки теплилась. Вконец измучившись, он направился снова проведать сестру. Как только Макс вошел к ней в комнату, он понял, что что-то не так. Сима как всегда, лежала на кровати, только ее поза была слишком неестественной. Голова повернута на бок, рука безвольно свисает с кровати. Макс тут же подбежал к ней. — Сима? Сима! — он принялся трясти ее за плечи, но она не приходила в себя. Пульс был слабый, дыхание едва угадывалось. — Эй! Кто-нибудь, помогите! — принялся кричать Макс, все еще тряся сестру за плечи. В дверь тут же ворвались двое охранников, скрутили Макса и прижали его к стене. — Нет, погодите! — принялся вырываться тот. — Помогите ей! Услышав в коридоре цокот каблуков, Макс принялся орать еще громче. В комнату вошла Анна. — Что здесь происходит? — с порога спросила она, оглядывая прижатого к стене Макса. — Сима без сознания, помогите ей! — все еще продолжая вырываться сказал он. Анна подошла к кровати, проверила пульс девушки и дыхание. — В реанимацию ее, быстро, — на удивление спокойно сказала, она, глядя на охрану. Те тут же отпустили Макса, подняли Симу и вынесли из комнаты. Анна отправилась за ними, Макс не отставал. — Что с ней? Что происходит? — его бесило спокойствие этой женщины. — Выясним, — ответила та, даже не взглянув на него. — Выясните? Вы обещали ее отпустить! — взвился Макс. — Я ничего тебе не обещала, мальчик! — резко сказала она, схватив его за воротник. — Сделку ты заключал с Войтом, с ним и разбирайся. Макс вырвался из ее хватки и снова поспешил следом, но в медотсек его не пустили, сколько бы он не истерил. Поколотившись в закрытые двери еще немного, он развернулся и чуть ли не бегом отправился искать Войта. Возле дверей центра управления охраны не было, так что Макс влетел туда с ноги, громко распахнув двери. Доктор Войт был тут. — Что происходит?! — с порога вопросил Макс. — Не уточните? — негромко переспросил доктор Войт, даже не обернувшись. — Вы прекрасно понимаете о чем я, — заявил Макс, подходя ближе. — Если вы о происшествии с вашей сестрой, то это скорее я должен спрашивать вас о том, что произошло, — Войт наконец-то посмотрел на Макса. — В конце концов, это ведь вы ее нашли. Макс задохнулся от возмущения, но ответил: — Я пришел ее проведать, и обнаружил без сознания. Если бы Анна не оказалась неподалеку… — Действительно, это большая удача, — негромко проговорил Войт. — Вы обещали отпустить Симу, а вместо этого она в реанимации! — не унимался Макс. — В данный момент об ее освобождении не может быть и речи, — прервал его Войт. — Однако наш уговор остается в силе. Как только она придет в себя, ее вывезут отсюда. — Если придет в себя, — съязвил в ответ Макс. — Почему я вообще должен вам верить? — Потому что иного вам не остается. Макс в бешенстве пнул ближайший стул, развернулся и вылетел из помещения, направившись обратно в медотсек.***
Доктор Кристоф Войт некоторое время стоял неподвижно, а затем одним движение смел со стола все, что на нем было. Через мгновение, взяв себя в руки и поправив очки, повернулся к человеку, по обыкновению сидевшему в дальнем углу, закинув ноги на стол. — Терпеть не могу подобные неожиданности, — сказал Войт, ни к кому не обращаясь. — Это заметно, — проговорил человек в углу с легким оскалом. — Так план прежний? — Да, — немного подумав, ответил Войт. — Девушка придет в себя, ее вывезут, и за пределами центра ее нужно будет устранить. Собеседник Войта кивнул, и откинулся на стуле, закрыв глаза и заложив руки за голову. На подходе к медотсеку, Макса уже ждала Анна. — Что с ней? — сходу принялся расспрашивать Макс. — Нейротоксин, — безучастно ответила женщина. — Его удалось нейтрализовать, так что ее жизни больше ничто не угрожает. От облегчения Макс привалился к стене. — Я могу ее увидеть? — спросил он. — Некоторое время она будет без сознания, так что не вижу в этом смысла, — все также равнодушно ответила Анна. — Я должен ее увидеть, — настойчиво проговорил Макс. Женщина некоторое время смотрела на него, а потом открыла дверь медотсека, пропуская внутрь. Макс не медля ни секунды прошел туда, Анна следом. Проходя мимо многочисленных палат, они подошли к самой дальней. Через стеклянную дверь Макс увидел сестру, лежащую без сознания на кровати в окружении трубок от капельниц. Совсем как в тот раз, когда его впервые сюда привели… В палату Макса не пустили, сколько бы он не истерил. В конце концов его скрутила охрана и вывела из медотсека, следом вышла Анна. — Вы ведь выясните, кто это сделал? — все еще вырываясь, спросил у нее Макс. Женщина не ответила, а его потащили дальше по коридору. — Выясните? Выясните?! — все еще кричал Макс, пока его не выставили с этажа, захлопнув дверь. Ударив по ней пару раз напоследок, он сполз на пол держась за голову. Пока что, все, что он делает здесь, не имело никакого смысла. Мало того, что Симу не освободили, так еще и Полина с Инной теперь тоже здесь. Похоже, что благими намерениями, действительно, вымощена дорога в ад. Во всяком случае, Симе он сейчас никак не поможет, остается только ждать, когда она придет в себя. Чтобы не слоняться без дела, вгоняя себя в еще большее отчаяние, Макс направился проведать Инну. Возле двери в ее камеру по обыкновению стоял Артур, привалившись к стене и скрестив руки на груди. Макс, подойдя, кивнул ему, тот, не говоря ни слова, посмотрел по сторонам и открыл дверь, пропуская его внутрь. Инна, при виде Макса, легонько вздрогнула от неожиданности, но тут же взяла себя в руки. — Макс? Давно ты не заходил. — Не было возможности, — ответил тот, садясь на стул. — Что случилось? — спросила Инна, пристально глядя на него. Да, похоже, что вид у него, малость подавленный. Макс некоторое время смотрел в пол, но все же ответил: — Это Сима. Ее отравили. Или что-то подобное… — Всмысле? Кто? — Инна тоже была в явном недоумении. — Не знаю кто, — ответил Макс. — Я нашел ее без сознания, когда пришел проведать. — И давно? — Примерно час назад. На некоторое время повисла тишина, которую нарушила Инна: — Так… с ней все будет в порядке? — Вроде да. Сейчас она без сознания, но скоро должна очнуться. — Как они могли такое допустить? У нее же иммунитет и все такое, она тут, по идее, самый ценный кадр, — размышляла вслух Инна. — Ты же говорил, что ее собираются отпустить. Или, может, все было спланировано? — Не знаю, — вздохнул Макс. — Войт сказал… — Войт? — перебила его Инна. — Он тут главный. Доктор Кристоф Войт, — пояснил Макс. — Так вот, он сказал, что ее отпустят через пару дней. Пара дней прошли, и в итоге, Сима в реанимации и ни о каком «отпустить» и речи быть не может. Вошел Артур с подносом в руках. Ставя его на кровать возле Инны, он украдкой подмигнул ей. Та попыталась скрыть улыбку, но ее румянец говорил сам за себя. — Похоже, вы с ним поладили, — немного удивленно проговорил Макс, как только Артур скрылся за дверью. — Заткнись, — бросила Инна, принимаясь за еду. — Не все здесь козлы. Макс в ответ только хмыкнул, наблюдая как покрасневшая Инна, пытается незаметно спрятать небольшой цветок обнаруженный под тарелкой. Пока Инна ела, вновь повисла тишина. Но была еще одна тема, которую стоило обсудить, но ни один из них, почему-то не решался заговорить первым. Наконец, Инна тихо спросила: — Как Полина? Вопрос ненадолго повис в воздухе. — Меня к ней больше не пускают, — мрачно ответил Макс. — Даже на этаж. — И давно? — После ее первого разговора с Войтом. Так что я понятия не имею, что с ней сейчас. Инна выругалась. — У нее наверняка есть какой-то план, — Инна пыталась убедить в этом саму себя, прекрасно понимая, что всю жизнь ее подруга была человеком аля «похер, на месте разберемся». — Я очень сильно на это надеюсь, — ответил ей Макс, вставая со стула. — Уже уходишь? — Долго мне тут лучше не светиться. Если будут какие-то новости, я постараюсь сообщить. — Подожди! — остановила его Инна. — Ко мне приходила какая-то Анна, светила фонариком в глаза и несла какую-то хрень. — Зачем? — насторожился Макс. — Вот я у тебя и хочу спросить, не знаешь, зачем я им? — Не знаю, — задумчиво ответил тот. — Мне тут мало что рассказывают. Макс вышел из камеры, и его тут же окликнул Артур: — Так что произошло? — Симу не отпустят. — Что? — Симу не отпустят, — повторил Макс, поворачиваясь к нему. — Ей что-то вкололи и теперь она в реанимации. — Макс в бессильной ярости ударил кулаком по стене. — Твою мать! — Думаешь они это спланировали? — немного помолчав, спросил Артур. — Не знаю, — устало ответил Макс. — Да и какая разница? — А такая, что если это было не запланировано, значит в этой конторке с нерушимым когда-то порядком, происходит какая-то херня. Макс вопросительно поднял брови. — Сам подумай, — продолжил Артур, понизив голос, — та ошибка в расчетах, смещение Анны, смерть Влада, теперь — это. — Ублюдок сам нарвался, — вставил Макс. — И все же, это было не запланировано, — возразил Артур. — Ты можешь поверить, что в организации, подобной этой, может быть столько форс-мажоров всего за один год? — С трудом… — протянул Макс. — К чему ты клонишь? — К тому, что если мы хотим свалить отсюда, то лучше времени не представится. Тут все летит к чертям, но Войт вполне может это исправить, иначе его сюда не перевели бы. — Так что валить надо, пока он не взялся за это место всерьез, — закончил Макс. — Именно, — подтвердил Артур. Макс ненадолго задумался, и с каждой секундой понимал, что Артур прав. Но кое-что было для Макса все еще не ясно: — Ты столько времени сидел тут, рассказывая про то, что тебе некуда идти. Что изменилось теперь? — Ну… похоже, теперь есть с кем, — ответил Артур, не глядя на Макса. — Неужели? — Макс задержал взгляд на двери в камеру Инны. — Значит, надо постараться.***
Вернувшись к себе в комнату, первым делом, я закрыла дверь, будто те двое, которых я недавно встретила, могли сюда вломиться. Встречаться с ними еще раз не хотелось вот совсем, но что-то мне подсказывает, что придется. Можно было бы подумать, кто они, подумать, как использовать то, что мне разрешили перемещаться по зданию, подумать о том, что там говорил этот «сладкий» Марк, или как его, но вместо всего этого, я просто вырубилась. Проснувшись, я, по обыкновению, обнаружила на столе завтрак. Не успела я его доесть, как дверь распахнулась. На пороге стояла Анна. — Вставай, — без каких-либо предисловий заявила она. — И халат не забудь. Я, мягко сказать, удивилась, и уже хотела повыебываться, но передумала. Вместо этого, надела халат, и направилась следом за цокотом каблуков. Шли мы недолго, и остановились напротив двери. — Заходи внутрь и жди дальнейших распоряжений, — сказала Анна, судя по всему, не собираясь ничего объяснять. Выпытывать у нее что там, я не стала, так как это просто бесполезно. Вместо этого просто вошла внутрь помещения. Внутри это оказалась абсолютно пустая комната без мебели и с толпой народа. Ну как с толпой… человека четыре. В дверях за мной уже стояла охрана, так что назад пути нет. Я огляделась по сторонам и с ужасом обнаружила здесь, кроме прочих, вчерашних Динару и Марка. Я инстинктивно отступила к стене и на кого-то наткнулась. Обернувшись, я отшатнулась. Темные волосы, собранные в хвост, густые ресницы, зеленые глаза… Нет, не может быть. Влад?! Он же мертв, я сама его прикончила… — Спокойно, я знаю о чем ты подумала, — сказал он, увидев выражение моего лица. — Должен признать, прирезала моего братца ты красиво, но я — не он. — Братца? — от недоумения мои мысли ворочались слишком медленно. — Ну, да. Близнецы. Никогда не слышала про таких? — похоже, мой ступор его повеселил. — Меня зовут Ян. Наконец, до меня дошло, и я отступила от него еще на шаг. — Если думаешь, что во мне горит праведный гнев мести за брата, то нет. Больной ублюдок уже давно нарывался. — Больной ублюдок? А ты, значит, здоровый? — от абсурдности ситуации меня на шутки потянуло. — Более менее, — ответил он с легкой улыбкой. — Но, судя по отметке на твоем воротнике, ты и сама не намного лучше нас. — Это как посмотреть. — Вот, давай и посмотрим, — Ян повернулся к остальным и продолжил, понизив голос. — Например, Марк. Ему явно рассказали больше, чем всем нам, поэтому он считает себя более важной подопытной крысой, че мы. Тут я согласна. Напыщенный выхухоль, на всех смотрит свысока, и это я не только про его рост. Ян, тем временем, продолжил: — Динара — просто наглухо отбитая. Я бы с ней не связывался лишний раз. А еще, мне кажется, что она по девочкам. Теперь она бесит меня ещё больше. Я украдкой взглянула на нее. Сидит прямо на полу, скрестив руки на груди, а взгляд, будто выискивает очередную жертву, до которой можно доебаться. От нее я точно буду держаться подальше. — Софа постоянно ревет и разводит сопли, но ведь не зря ее тоже отобрали. Думаю, что в ней чертей больше, чем во всех нас. А может я и ошибаюсь. Так вот кто там скулит в углу. Невзрачное существо с заплаканным лицом и растрепанными вьющимися волосами. Забилась в самый угол, стараясь ни на кого не смотреть. Тоже раздражает. — Ну, и наконец, ты. Смотришь волком и в тайне мечтаешь нас всех тут поубивать. — Почему же в тайне? — процедила я. — Даже так? — он приподнял бровь. — А ты начинаешь мне нравиться. — Страсть к психоанализу, я так понимаю, у вас с братом — семейная черта? — я проигнорировала его последнюю фразу. — Можно и так сказать. Дядюшкин бизнес был слишком прибыльным, чтобы не проникнуться им. Как же они с Владом похожи. Внешность, манера поведения, даже взгляд. Только этот, судя по всему, более болтлив и не так высокомерен. Но тоже отбитый выродок, раз так запросто ведет беседу с убийцей родного брата. — Как ты узнал, что я убила Влада? — Видел, — просто ответил он. — Тут ведь по всему городу камеры. — То есть ты все это время был здесь? — Ну, не с самого начала, но да. Меня доставили сюда вторым, после Марка. А тебя с дружками привели последней. Всего нас должно было быть шестеро, но моего братца ты сама вывела из игры, так что, список кандидатов немного сократился. — Кандидатов для чего? — этот вопрос меня уже слишком нервирует. — Если я сейчас попытаюсь тебе рассказать, то на меня тут же налетит десяток здешних охранников, и оттащат куда подальше. Так что, имей терпение, — с этими словами, он отошел от меня и привалился к стене неподалеку, очевидно давая понять, что разговор окончен. Короче, ясно. Они все тут конченые. Так-себе компания. Надо валить из этого дурдома, надо срочно валить из этого дурдома. Чем дальше, тем лучше. Может, в другую страну? Хотя, это вряд ли поможет, эта организация со своими ресурсами может достать кого угодно и откуда угодно. Во мне опять начала подниматься паника, захотелось бросить все и бежать отсюда без оглядки. Я отошла к стене и попыталась успокоиться. Так, план остается прежним: втереться в доверие. Говорить то, что от меня ожидают, делать то, что скажут. Просто взять себя в руки и немного потерпеть, выждать подходящий момент, и вместе с Инной валить отсюда. Но пока что, не высовываться и подыгрывать им по максимуму. Время шло, а к нам, так никто и не приходил. Марк попытался выйти в коридор, но его тут же встретила пара охранников, не давая выйти из помещения. Он же, не говоря ни слова, вернулся к стене, у которой стоял. Спустя пару долгих часов, проведенных в тишине, дверь на выход захлопнулась, щелкнул замок. Все моментально взбодрились, Софа опять начала выть в своем углу, а Динара вскочила и стала колотиться в дверь, но выпускать нас, судя по всему, не собирались. Я живо представила, как в комнату пускают какой-нибудь газ, и мы все умираем самой глупой и бесславной смертью, которую только можно представить. Моя паранойя тут же стала искать отверстия в стенах, потолке и полу, но они были абсолютно гладкие. Динара била в дверь ногами, яростно матерясь, Ян потихоньку отходил от нее подальше. Я решила последовать его примеру и тоже попятилась. Марк стоял все также неподвижно, прислонившись к стене, наблюдая за Динарой и нашим с Яном маневром уклонения от нее. Рыдания из угла Софы становились все громче, пока не перешли в сплошной вой. — Да заткнись ты уже! — не выдержала Динара, отвлекшись от избиения двери. Того, что случилось дальше, не ожидал никто. Софа резко замолчала, а в следующую секунду бросилась на Динару. Та от неожиданности не успела отскочить, но на ногах устояла. — Не хотите разнять их? — спросила я парней, наблюдая за завязавшейся дракой. — Не особо, — хмыкнул Ян. — Зачем? Очевидно же, что это очередной тест. — надменно проговорил Марк, спокойно наблюдая за происходящим. — Охрана, как видишь, не спешит на помощь. — А сама не хочешь погеройствовать? — усмехнулся Ян. — Я в рукопашке не сильна, — огрызнулась я. — Влад бы с тобой поспорил, — пробормотал тот. Поскольку я вообще не горела желанием лезть в заварушку, то постаралась встать так, чтобы оказаться за спинами парней, в случае чего. Драка же, тем временем, приняла уже совсем опасный оборот. Софа, будто с катушек слетела и кидалась на Динару как дикий зверь, та же, довольно ловко уворачивалась, при этом умудряясь все же наносить ответные удары. Звуки во время всей этой мясорубки, стояли просто адские. Я, инстинктивно, стала искать взглядом хоть какое-то оружие, но комната была абсолютно пуста — четыре голых стены, пол и потолок. — Нужно что-то сделать, они же сейчас поубивают друг друга! — не знаю, что на меня нашло, но я все же попыталась вразумить их. — Наверняка задумано, что уцелеть должна только одна из них, — с прежним спокойствием сказал Марк. — Я ставлю на Динару, а вы? — Я болею за Динару, — задумчиво проговорил Ян, — но поставил бы, все-таки на Софу. — Вы ебанутые… вы оба… — я ушам своим не верила. Они ставки делают! Однако, Ян оказался прав. Динара, хоть и не собиралась сдаваться и все еще яростно материла Софу, но уже потихоньку отползала от нее, облизывая разбитую губу. Софа же, наступала на нее, хоть и прихрамывая на одну ногу. Наблюдая за всем этим, я понимала, что нужно срочно что-то предпринять. Меня пугало не столько то, что эта отбитая Динара сейчас умрет, сколько то, что Софа в итоге выживет. Как оказалось, она тут самая опасная мразь, и если уж среди нас идет какой-то отбор, она не должна пройти дальше. Динара последний раз пнула ее по ноге, и Софа упала на четвереньки. Воспользовавшись этим, я не думая ни секунды о том, что творю, подбежала к Софе, схватила за волосы и приложила головой об пол. Эффект неожиданности сработал как надо, и сопротивления я практически не встретила. Тогда я ударила еще, и еще, и еще, пока на полу не остался красный след, а Софа не перестала шевелиться окончательно. Отпустив копну вьющихся волос, я попыталась успокоиться и сдержать подступающую истерику, но от этого занятия меня отвлекло некоторое подобие аплодисментов. Я подняла глаза. — Да, примерно чего-то подобного, я от тебя и ожидал, — сказал Ян, хлопнув еще пару раз в ладоши. Я взглянула на Марка, и его ответный взгляд мне очень не понравился. Какая-то смесь отвращения, осуждения и… обиды? Как будто нам по пять лет и я испортила ему утренник. Мои размышления прервал неслабый удар по лицу, от которого я отлетела на пол. — Я не просила мне помогать! — орала Динара, замахиваясь для второго удара, но ее уже скрутили, непонятно откуда взявшиеся охранники. Она все еще что-то орала, пока ее выволакивали из комнаты. Парней тоже вывели, унесли тело Софы, оставив меня, сидящей в одиночестве рядом с кровавым пятном. Но уже через пару минут дверь открылась, и в комнату вошел Доктор Войт, собственной персоной. Я тут же встала, поправила халат и пригладила волосы. Подыграть, нужно им подыграть. — Меня интересует причина, принятого вами решения, — заявил он, без каких-либо предисловий. — Динара импульсивна, но от нее знаешь, чего ожидать. А поведение Софы слишком непредсказуемо. — я даже собственный голос не узнала — ни следа подступающей истерики. — Хорошо, — очередная запись в блокноте. — Можете идти к себе. Дважды мне и повторять не надо. Я вышла из помещения и направилась по изученному маршруту до своей комнаты. Сопровождающего конвоя мне при этом, даже не предоставили. Дошла до знакомой двери, вошла в комнату, закрыла дверь, подошла к кровати, легла лицом в подушку и ревела до тех пор, пока не вырубилась.
