Вступишь в банду?

      Теплое весеннее солнце освещало безоблачное небо, чьи лучи яркими бликами, отражаясь в окнах многоэтажных зданий, падая на успевший нагреться асфальт. Листва, только что распустившихся деревьев, шумела в такт слабому дуновению ветра. Он гулял по улицам города, поднимая пыль, которая медленно, невидимым слоем, ложилась обратно на землю, и играл с одеждой прохожих.       Учебный день близился к двенадцати часам. Усталость и скука заставляли подпирать щёку рукой, чтобы хоть как-то сосредоточиться на новом материале. Но лёгкая сонливость продолжала накатывать. В душном помещении веки слипались, а голова падала на бок, под монотонный голос учителя, временами прерываемый громким шепотом одноклассников. Горячее солнце проникало через окна школы, покрывая и обжигая лицо.       Прозвучал спасительный звонок. Оповещая учеников о наступлении перемены. Без разрешения учителя, который вскоре тоже удалился, все ребята выбежали из кабинета, оставляя свои учебники и рюкзаки на местах. Не прошло и минуты как класс полностью опустел. Кто-то направился в столовую, другие вышли на улицу для перекура. Школьный двор наполнился шумом и криками первогодок. Но этот шум не мешал парню закинуть ноги на парту, отклониться на стуле, закрыв лицо пустой тетрадкой, и немного вздремнуть перед следующим уроком.

***

      Звук открывшейся двери, нарушая тишину и спокойствие, вырвал парня из объятий сна. Ханма не меняя своего положения покачивался на стуле. Хлопок, и дверь снова была закрыта. Шуджи прислушался как медленные пошаркивающие шаги проследили от входа к учительскому столу, а затем направились к самому парню. Ханма напрягся, пытаясь определить по негромкой походке, кому из одноклассников они могли принадлежать, и вместе с этим, определить идиота, которому приспичило зайти в класс во время перемены и прервать его сон.       Незнакомец остановился рядом с партой Шуджи. Парень почувствовал, как на него пристально смотрят, и этот кто-то не собирался прекращать прожигать в нем дыру. — Сигарет нет. — Грубо выплюнул Ханма. Сейчас он был не в лучшем настроение чтобы с кем-то разговаривать и вести диалог. Незнакомец, нависнувший над ним, будто не слыша реплики Шуджи, облокотился на соседнюю парту, не прекращая рассматривал Ханму, своими заинтересованными обжигающими глазами. — Прости, но если ты за пиздюлями, то я сегодня не в настроение. — Молчание человека стоящего напротив, вынудил Шуджи лениво убрал тетрадь с лица. Два небесных глаза, в которых играли голубые огоньки, смотрели из-под опущенных светло-розовые ресниц. Такого же цвета были и основные волосы, собранные в высокий хвост, и только одна выпавшая прядь из челки очерчивал контур лица. Одежда парня состояла из спортивного костюма, с выглядывающей из-под бомбера белой майки. Школьная форма, которая принадлежала другому учебному заведению. И тканевая маска, полностью закрывала нижнюю часть лица, дополняя странный образ. В целом, как показалось Ханме, парень был похож на сахарную вату. Весь розовый и воздушный. — Чё те надо? Если собираешь и дальше так палить, плати за просмотр. — Забавно… — Загадочно хихикнув, парень оттолкнулся от соседней парты, и подошёл к Шуджи, сдвигая со стола все его вещи, и садясь на деревянную поверхность. Ханма неотрывно следил за действиями паренька. — Ты прям такой, каким тебя и описывают. — И какой же? — Шуджи откинулся на спинку стула, сбрасывая тетрадку к учебникам и ручкам. Он заметил, что этот вопрос заставил незнакомца задуматься. Шуджи не мог видеть, но он догадывался по приторным глазам парня, что тот сейчас улыбается, и помимо заинтересованности его улыбка выражает азарта. — Не хочешь вступить в банду? — Во взгляде продолжали блестеть озорные огоньки. Оперевшись руками на парту позади себя, парень наклонил голову набок, открывая светло-розовую кожу на своей шее. Он слегка помахивал правой ногой, и всё его поведение говорило о ребячестве. — Не интересует. — Убрав руки в карманы брюк, Ханма посмотрел в окно, чтобы избежать этих изучающих глаз, которые давили тяжёлым прессом, вызывая беспокойство. — Я отошёл от этого. — Врешь. — Кратко и прямо произнёс незнакомец. Не собираясь покидать нагретого места, парень сидеть на парте, и качать ногой. — Не может быть, чтобы сам «бог смерти», человек который дерётся только ради получения удовольствия, и потому что ему нравятся по одному выламывать зубы, слушая крики о помощи и просьбы остановится, может так просто отойти… — Почему-то эти слова заставили Шуджи впервые за долгое время улыбнуться, и ощутимо выпрямить плечи, гордясь непонятно чему. Этот парень знал и понимал о чём говорит, и он больше описывал свой личный опыт, нежели опыт Шуджи. — Весьма… — Почувствовав незначительную уверенность перед этими взглядом, прожигающим насквозь, Ханма также посмотрел на парня в ответ. — Но это не значит, что я хочу быть в какой-то всратой группировке, которая будет держаться только за мой счёт. — Ты нас недооцениваешь. — Очередной смешок донёсся из скрытых уст. — Когда нибудь слышал про Свастонов Канто? — Шуджи прыснул от смеха, который постепенно усиливался. Неестественный, преисполненный иронией и сарказма хохот вырвавшийся из Ханмы, заполнил помещение, в котором кроме него и парня со странными, до боли в животе, предложениями никого не находилось. На минуту сидящий напротив человек выпал из разговора, думая о том, над чем мог смеяться Шуджи, над ним или над тем, что он сказал. — А ты смешной. Я оценил шутку. — Смахивая невидимые слёзы проговорил Шуджи. — Но я не за что не буду работать с кем-то вро… — Три. — Перебивая Ханму и переставая качать ногой, парень в момент стал серьёзней. — Что три? — Три миллиона йен. — Не интересует. — Деньги не проблема, если ты хочешь больше… — Я сказал, что не интересует. — После этой фразы, незнакомец замолчал. От Ханмы не ускользнуло, что парень начал что-то перебирать в своей красивой голове, думая, с какой ещё стороны можно подступить к Шуджи.       Хоть парнишка и казался до жути простым, Ханма точно знал, что если он не ушёл после первых двух отказов, то дальше будет давить сильнее, подключая манипуляции, которые помогут добраться до головы Шуджи, и навести в ней беспорядок. Ханма сам не брезговал прибегать к таким способам, чтобы добиться своего, но ему не хотелось испытывать подобное на себе. — Разве тебе сейчас не грустно? Даже этот поддельный смех, тебе ведь совсем не весело… — Ответ не заставил себя долго ждать. Странный вопрос и утверждение, из-за которого, брови Ханмы съехались к переносице. Спрятанные руки сжались в кулаки. Он был готов к тому, что будет говорить парень. Но почему-то такое начало заставило дыхание углубиться, а сердце звоном отдаваться в ушах. Кажется, он догадывался о чем пойдёт речь дальше. — Ты хочешь казаться смешным и беззаботным, но на твоём лице написано, что тебя что-то гложет… Может быть это чья-то смерть?       Шуджи определенно не нравилась эта тема, к которой так ловко подбирался парень. Ему было достаточно последних двух лет, чтобы разложить все по полочкам и определиться с будущем. Ханма думал, что уже проработал проблему и может спокойно говорить об этом, но почему-то из-за чужих слов внутри все сжималось. Этот розовый парень хотел коснуться, той раны, которую Ханма сам постоянно ковырял, не давая зажить полностью. В чём и была его проблема. — Хватит… — Почти шепотом произнес Шуджи. Но незнакомец, ничего не замечая продолжал говорить. — Да, точно! Я вижу, ты до сих пор переживаешь из-за смерти своего друга… Но меня больше интересует вопрос: Почему ты не хочешь отомстить за него? Я слышал, что его так расколбасило, что и живого места не осталось. А потом его по всему перекрёстку собирали, как мясной пазл. Это же правда? Да? Хм, вроде бы даже пару частей только спустя месяц нашли… — Добрался всё-таки, и выкрутил так, чтобы ему удобно было. Ханма думал, что в этом вопросе он не преступен и может держать себя в руках, но травма была глубже, чем ощущал Шуджи.       Последней каплей стало приглушенное хихиканье незнакомца, чтобы Шуджи резко подскочить с места, и встав в полный рост, приблизившись к парню, схватить его за шею, протаскивая через всю парту и прижимая к стеклу окна. Учебники и тетрадки полетели на пол. Ему не хотелось слышать этих отвратительных слов, которые вылетали изо рта кого-то вроде этой змеи. — Ты кажется что-то попутал. — Бледные пальцы парня обхватили большую руку Шуджи, пытаясь ослабить хватку. Он начала отбиваться ногами, но рука Ханмы сжалась ещё сильнее вокруг тонкой шеи. Бледно-розовые ресницы незнакомца намокли от слез, от него послышался хриплый выдох. — Кто. Ты. Блять. Такой.       Парень пару раз ударил ладонью по руке Шуджи, давая понять, что воздуха совсем не осталось, в надежде, что Ханма отпустит его. Шуджи ослабил захват, отступил, слыша сдавленное мычание. Парень начал откашливался и пытался вобрать в себя как можно больше кислорода. — Отвечай. — Я Санзу… Харучиё Санзу… — Убирая выступившие слезы прохрипел парень. — Слушай сюда, Санзу. — Шуджи приблизился к уху Харучиё. — Увижу тебя ещё раз, вырву твой блядский язык с корнем, обмотаю колючей проволок и засуну так глубоко, что выйдет через рот. Уловил? -А-ага… — Сдавлено промычал Санзу, потирая рукой место, где его только что схватили, и постепенно приходя в норму. — Черт, у меня чуть глаза не лопнули. Надо заранее предупреждать. — Так и будешь по ушам ездить? — Ты, наверно, меня неправильно понял. Я не смеюсь над твоей потерей. Но ты должен знать, что в смерти твоего друга виноват только один человек… И это не тот о ком ты думаешь. — Привлекая внимание, Харучиё уловил чужой взгляд на себе, который позволил ему продолжить. — Ханагаки Такемичи. Это из-за него твоего друга сбила машина. И если ты присоединишься к нам, то лично сможешь ему отомстить… — Меня это не интересует. — И зачем он врёт? Кончено же он хочет отомстить, найти крайнего, и отыграться на нем. Если не ради него, то ради себя. Чтобы на душе стало спокойнее. Но верить словам Санзу Ханма тоже не хотел. Хотя внешне выглядящий наивно Харучиё привлекал своей речью.       Сев на стул, Шуджи закинул ноги на парту, и отклонился, закрывая глаза. Рядом послышался шорох. Санзу спрыгнул со стола. Ханма подумал, что тот наконец-то решил оставить его в покое и уйти, но Харучиё, обогнув парту, остановился за спиной Шуджи, склонив свою голову над его. — А что тебя интересует? Деньги? Нет. Месть? Ты врешь, что нет. Может… — В этот момент громкий звон ударил по ушам. Ханма пошатнулся на стуле, открывая глаза и видя Санзу перед собой, и как взгляд того снова сделался лукавым и сладким. Перемена подошла к концу. — Буду ждать тебя в туалете. — Загадочно бросив фразу, Харучиё кошачьей походкой направился к выходу из класса. Оставляя Шуджи в замешательстве.       Ученики по одному заходили в кабинет, рассаживались по своим местам. Вслед за ними вошёл и учитель, приветствуя ребят. Ханма подобрал вещи с пола, раскладывая их на столе. Начался следующий скучный урок. Одноклассники по очереди выходили к доске, что-то записывали и говорили, но Шуджи ничего не слушал, его мысли были сосредоточены на этом странном парне.       Появление Санзу в поле зрения Ханмы с самого начало вызывало интерес. Его необычной образ и лисьи глаза уже заставляли пойти на любые уступки. Даже несмотря на то, что Харучиё пытался подловить Шуджи, и наступить на больное, Ханме хотелось знать, что ещё может выдать этот парень.       Улыбнувшись своим мыслям и не дожидаясь, пока очередной человек ответит на вопрос преподавателя, Шуджи протянул руку и попросился выйти.