Терновник и звезды

По пути в общежитие Джисон был задумчив и, казалось, не реагировал ровным счетом ни на что, о чем говорили или спрашивали его Чанбин и Хенджин. - Боже, Джисон, да что случилось? Тебя словно подменили. Сначала злой был, потом ускакал куда-то, вернулся таким, словно на философский факультет перевелся. Может, объяснишь? – Не выдержал Со, когда они прошли охрану. - что? – Хан все думал о Минхо, поэтому все слова пролетели мимо ушей. - Да ладно тебе, захочет -сам расскажет. Пошли уже. – Хенджин потянул за рукав Чанбина в сторону их общей комнаты. - передавай привет соседу. – ехидно улыбнулся Чанбин. - моя нога передаст привет твоей заднице, если ты не заткнешься. – закатил глаза Джисон, хлопая за собой дверью под обидное ржание Со. Минхо дома еще не было, что не могло не радовать. Хан, пользуясь случаем, быстро переоделся и чирканул пару строк Сынмину, после чего покинул комнату. *** Минхо пересек вахту и поднялся на нужный этаж. Открыв дверь, он первым делом осмотрелся: знакомая пара берцев стояла на месте, кожанка болталась на стуле, а значит, сосед был где -то в общаге. Ну, значит, показалось. Убрав сумку с костюмом в чемодан под кроватью, парень умылся и лег в кровать, погасив свет. Уже 11 вечера, какого черта соседушка где-то по общаге шляется? Пусть теперь в темноте сам свое место ищет, а Минхо будет отдыхать. Ну, отдыхал он буквально пару часов. На часах высветилось 01:24, когда дверь открылась во всю ширь, заливая светом из коридора силуэт скорчившегося Джисона. Минхо недовольно открыл глаза и тут же их закатил: сосед, по ходу, где-то пил. До синих чертей. Ноги держали его только божьей волей, непонятно зачем оказанной придурочному панку, который даже пить не умел, судя по всему. - Хан, Чанбин тебе в ноги, Джисон! Какого черта ты там болтаешься?! Закрой уже дверь и дай мне поспать! – Минхо раздраженно натянул одеяло на голову. - поспать, ага, как же. – пробурчал заплетающимся языком Хан, хлопая дверью (нечаянно), и вваливаясь в комнату. - боже, вы, панки, все такие шумные, когда выпьете?! – Минхо сдернул одеяло и сел в кровати, сердито взирая на Джисона сверху вниз, так как того покинули силы, и он встал на четвереньки на полу. Да, Джисон был у Сынмина. Да, они выпили, чуть-чуть. Ну, может не чуть-чуть. Может даже совсем много, но! Это было домашнее соджу бабушки Сынмина. И, во-первых, от такого грех было отказываться, а во-вторых, Сынмин обещал научиться у бабушки какому-нибудь заговору или проклятию и наслать его на Джисона, если тот откажется пить. Против такого у Хана аргументов не было. Да и мысли о соседе, беспокоящие весь вечер, нужно было чем-то перебить. Так что технически, в его опьянении виноват Минхо. Так какого черта он на него сейчас наезжает?! - а ты шумный, даже если не пил! Голова и так тяжелая, не ори над ухом! - Ой, извините, совсем забыл, какие мы нежные! Может, мне еще тебе и кровать расстелить?! Прямо тут, на полу, чтобы перегаром наволочку не прожег?! – съязвил Минхо, свешивая ноги с кровати и пиная легонько Джисона в бок, чтобы тот потерял равновесие. - ах ты, подлый котяра! – Хан, проявив невероятную для раскоординированного человека, ловкость, ухватил Минхо за лодыжку и дернул с кровати. Ли совсем не грациозно шлепнулся на пол к Джисону. - уууу, пьянь подзаборная! – Минхо выдернул ногу из захвата и несильно пнул Хана пяткой в коленку. - нравится бить невинных людей? Я так и знал, что под всеми этими белыми и пушистыми шарфиками скрывается демон! – взвыл Джисон, хватаясь за ногу и катаясь по полу. - да что ты заладил?! То сатана, то демон! У тебя проблема с религией?! – возмутился Минхо. - у меня проблема с тобой! – огрызнулся Джисон. Он не понимал (хотя казалось бы – а сам-то?), как в человеке могли уживаться личность примерного студента, засыпающего в маске с кошачьими ушками и носящего облачка-свитера, и тот самый чертов демон с плотно обтянутыми кожаными брюками ногами, в полупрозрачной рубашке, поверх которой была накинута короткая косуха, при всем при этом двигающийся как бог. Бог разврата, разумеется. Иначе как объяснить, почему Джисон глаз не мог отвести от него, а потом и всю дорогу до дома перед глазами вспыхивал образ такого Минхо?! Минхо искренне не понимал, что нашло на соседа и почему он такой то ли злой, то ли расстроенный. Не особо скрывая собственную досаду от незаслуженного наезда, Минхо ответил: - мне кажется, тебе не стоит столько пить. Несешь какой-то бред. – фыркнул Ли, собираясь бросить Хана как есть и лечь, в конце концов, спать. - не твое дело! – выкрикнул Джисон, отворачиваясь от Минхо. Тот разозлено цыкнул: - тебе что, пять лет? Что за детское поведение? Иди спать. - сам иди! - огрызнулся Джисон, демонстративно отворачиваясь, но продолжая лежать на полу спиной к Минхо. Наверное, это было роковой ошибкой. Минхо ненавидел такое поведение. Какого хрена Хан себя так ведет?! Раздался смачный шлепок. - какого хрена ты себе позволяешь?! – подпрыгнул Хан, резко поворачивая голову к хитро улыбающемуся Минхо. - ну раз ты ведешь себя, как ребенок, то я буду наказывать тебя, как положено наказывать в таких случаях непослушного ребенка. – пожал плечами он. - совсем крыша поехала?! - ты не даешь мне выспаться, так что вполне возможно, что да. – Еще один неожиданный шлепок. Джисон, путаясь в ногах, постарался отползти к своей кровати. - псих ненормальный! -вскрикнул он, когда его притянули за ногу обратно и втащили по несчастной пятой точке третий раз. Между прочим, больно! - ну ты продолжай-продолжай. Высказывайся. Только учти, что за каждое такое высказывание последует…очередное наказание. – новый замах, и задница Джисона уже откровенно горела. Наверное, на следующий день можно будет спокойно снимать отпечатки пальцев Минхо прямо с кожи Хана, потому что по ощущениям, ладонь хена там отпечаталась надолго. - еще и бьешь в одно и то же место, зараза! – заскулил Джисон, получая в очередной раз. - Хани, ты сам себя подставляешь. – промурлыкал Минхо, вновь пресекая попытки Хана отползти подальше. - так и знал, что ты гребанный извращенец! Ауч!!! - ничему-то тебя жизнь не учит. – покачал головой Минхо, замахиваясь. Джисон взвизгнул, еле уворачиваясь и (наконец-то) подскакивая на ноги, чтобы спиной вперед попытаться скрыться в ванной, но… - ай, какая незадача. Дверь -то наружу открывается. - сочувственно прокомментировал Минхо попытки Джисона прикрыть от него свою многострадальную попу и наощупь открыть дверь ванной, в которую упирался спиной. Сам Ли, пока говорил, коварно приближался к Хану, отрезая пути к отступлению. Хан попытался отползти, но рука Минхо, резко впечатавшаяся в стену рядом с его плечом, перекрыла дорогу. Вторая рука заблокировала окончательно. Лицо Минхо было в пугающей близости. - а ты чего так нервничаешь, Хани? - невинно моргнул он пару раз, но хитрая улыбка вызывала мурашки на спине Джисона. Все слова растерялись, и он был словно олень в свете фар надвигающегося грузовика. - дашь уже своему хену выспаться, алкаш мелкий? – очень мягким и слегка хрипловатым голосом спросил Минхо, опаляя лицо Хана своим дыханием. Джисон не успел ничего сказать или сделать, как старший хмыкнул, посчитав, что достаточно напугал соседа, отодвинулся и направился к своей кровати. Ох. Зачем? Почему из всего, что он мог сказать или сделать, Джисон выбрал именно это? Наверняка, это все проклятое бабушкино соджу, потому что Хан решил в отместку зарядить по заднице хену. Это было очередной ошибкой по двум причинам: 1. Задница Минхо явно была каменной, потому что Джисон отбил себе руку. 2. В любом случае, Минхо не оценил, судя по его яростному взгляду, когда он обернулся. «Я труп!» - мелькнуло в голове Хана, когда Ли, словно в замедленной съемке, полностью развернулся к Джисону и обманчиво ласково произнес: - ну вот и все. Беги, Форест, беги. И Джисон побежал. По комнате. Кругами. Практически, как в их первый день. Правда в этот раз он был пьян, поэтому скорость была меньше, но зато орать от ужаса хотелось как никогда. Минхо, к слову, не то что бы сильно за ним бежал, он просто резкими рывками загонял Хана, чтобы зарядить звонкий шлепок. Тот в очередной раз орал что-то среднее между «извращенец» и «демон-убийца» и прыгал куда-нибудь подальше от хена. - мать вашу, я попрошу комендантшу переселить меня на другую планету, чтобы не слышать ваших ночных оров! – Чанбин с пинка открыл дверь, на ходу жалуясь жильцам комнаты. За его плечом нависало сонное лицо Хенджина. - ребят, ну правда, завтра у всех пары, а вы….а что вы делаете-то? – он протер глаза, всматриваясь в темную комнату, по которой скакали два горных нет козла. Минхо на секунду замер, обращая внимание на гостей, махнул им приветственно рукой, а затем шлепнул по заднице Джисона, пытающегося спрятаться под кроватью, вынужденно оттопыривая пятую точку. - у нас тут просто воспитательный момент. Простите за шум. – извинился он, вытаскивая за ногу Хана из под кровати. - когда вы уже закончите со своими брачными играми?! – возмутился Чанбин, хлопая по двери. - хен, боюсь, они только начали. – вздохнул Хенджин, меланхолично наблюдая, как Минхо перекинул Джисона через коленку и раздает пряники направо и налево под взвизгивания Хана. - Если так будет каждую ночь, то с вас коробка беруш! - ребята, мне стоит вам напомнить, что после 22:00 шуметь в общежитии нельзя, иначе последует взыскание и общественные работы. – Хенджин и Чанбин вздрогнули от из ниоткуда выросшего за их спиной Уджина. - это ты им скажи! – возмутился Чанбин, указывая вглубь комнаты. Минхо вздохнул, поднял слетевшую с головы повязку и затолкал ее Джисону на манер кляпа. Тот возмущенно замычал, но звук действительно стал тише. - ну, хотя бы так. – вздохнул Уджин, уходя в ночь. Хенджин и Чанбин, как завороженные, проводили взглядом призрачного старосту. - надеюсь, на этом вы ограничитесь со своими БДСМ-экспериментами. – хмыкнул Со, закрывая дверь. Оставшись снова наедине, Минхо посмотрел на красного и надувшегося Джисона, сверлящего его яростным взглядом. Позиция, в которой находился младший, в сочетании с его злобным пыхтением забавляли парня. - ну что, успокоишься уже, дите анархии, или мне продолжить? – ухмыльнулся он. Джисон сощурил глаза, но перестал дергаться. - да неужели.. – хитро сощурился Минхо, вытаскивая кляп и медленно убирая руки, удерживающие Хана. Тот дождался, когда полностью освободится, чтобы… - нет, ты определенно не успокоился. – протянул Минхо, когда Джисон резко прыгнул на него, прижимая к кровати и пытаясь придушить подушкой. – ну, хотя бы не орешь. – он легко блокировал подушку, просто выставив руку перед лицом. - ты меня так бесишь, извращуга! -сквозь зубы прошипел яростный Джисон. - о, это мне говорит парень, сидящий на мне и пытающийся меня придушить в экстазе? – издевался Минхо. Ему даже ничего делать не нужно было, так как у Джисона явно было меньше сил. - да я тебя… - взвыл Джисон, но был перебит Минхо: тот резко поменял их местами и прижал руку к губам Хана: - шуметь нельзя после десяти, забыл? – гаденько ухмыльнулся он, теперь сам восседая на животе Джисона. Тот попытался оторвать его руку, но Ли перехватил запястье и прижал к кровати. Хан попытался свободной рукой отцепить руку старшего, но без толку. Тот снисходительно улыбался , чем очень бесил Джисона. Так, а что, если…. *** За стеной раздался взрыв смеха. Чанбин взвыл, ударяясь несколько раз головой о подушку. - сука, два часа ночи, когда они уже прекратят?! Хенджин, я понимаю, Джисон всегда бешенным был, но твой друг-то куда?! – возмущался Чанбин, приподнявшись на локте, чтобы видеть соседа. Но тот спокойненько спал, так как у него, в отличии от Чанбина, бируши были куплены. За стеной вновь завизжали. - да твою маа-ать! - проскулил Чанбин, накрывая голову одеялом и прижимая к уху подушку. *** Минхо, мягко говоря, не любил щекотку. Грубо говоря, он ее ненавидел, так как был очень чувствителен к ней. Слава богу, не везде, но чертову Хану удалось с первой попытки найти слабое место в виде ребер. - АХАХАХАХАХАХХАХААХ, нет, пож…жалуйста, АААААА! – истерично засмеялся Минхо, теряя хватку. Хан, воодушевленный своей небольшой победой, смог освободить вторую руку и теперь щекотал двумя руками. Хен заливался смехом и визгом, елозя прямо по Хану, пытаясь избежать пытки, но длинные пальцы доставали повсюду. Из глаз даже брызнули слезы, и смех превратился в хрипы, потому что проще было умереть, чем выдержать это издевательство. Джисон же, найдя слабое место хена, решил отыграться за все ночные унижения, поэтому щекотал, как в последний раз. Он был чуть ли не на седьмом небе от счастья, что его месть удалась, однако был некоторый момент, доставляющий дискомфорт: старший по-прежнему сидел на нем и елозил от судорог так сильно, что задевал некоторые нежелательные места, заставляя чувствовать....всякое. - Хан Джисон, если ты не прекратишь, уже я тебя придушу! – кое-как смог сказать Минхо, действительно опуская руки на шею Джисону и слегка сжимая. Джисон поднял глаза на лицо хена. Теперь уже старший был весь красный и растрепанный, с задранной футболкой (чтобы Хану было удобнее того щекотать), дергающийся от смеха, с влажными от слез глазами, которые теперь блестели в редких лучах фонарей с улицы. Опять абсолютно другой человек. Но даже так…Джисон вдруг понял, что ему с ним очень комфортно, не смотря на ежедневные перепалки. Может Чан прав? И Минхо ему нравится? Но это же бред! Но почему тогда Джисону так хочется….Нет, нельзя! Но бабушкино соджу говорило, что можно. Он потом отдельное «спасибо» Сынмину скажет, конечно. А сейчас он прекратил щекотать хена, но не убрал руки с его талии. Они встретились глазами. Минхо перестал дергаться. От ладоней Джисона шло тепло, а сам он, с такой дерзкой улыбкой (а не рассерженной миной), лежал сейчас под ним, отчего у старшего что-то перещелкнуло в мозгу. Он вспомнил Джисона с гитарой, и как внутри все скручивалось от его вкрадчивого голоса. И все эти их странные ссоры и неловкие моменты… Минхо заметил, как Джисон бегает глазами по его лицу, все чаще спускаясь к губам, отчего у Минхо стало гореть в груди и сердце начало колотиться будто бы в горле. «Он просто пьян и не контролирует себя.» -пытался убедить себя Минхо, чтобы успокоится. Но, как назло, в голове всплыл подслушанный разговор Чана и Джисона. «Нет, так нельзя, в любом случае» - а руки уже отпускают шею и перемещаются на мягкие щеки, поглаживая их большими пальцами. Джисон лежит ни живой, ни мертвый. Потому что… Ну что это сейчас происходит? Почему старший так странно смотрит и гладит его лицо? И почему он его не отталкивает, а мысленно просит наклониться поближе? И почему хен, будто слышит его мысли и действительно опускается, упираясь локтями возле головы Джисона и касаясь своей грудью его груди? И почему сейчас между ними какие-то жалкие миллиметры? Хочет ли этого Минхо? Он не знает. Хочет ли этого Джисон? И он точно так же не понимает, нужно ли это ему действительно, или просто так сложились обстоятельства. Никто из них не может понять причину, но оба одновременно подаются чуть вперед, почти соприкасаясь губами, как… - вы уже половину этажа перебудили, я пишу завтра коменданту и вам назначают отработку за нарушение дисциплины! – резкий голос старосты за дверью заставляет отпрянуть обоих. Джисон видит в глазах Минхо испуг, и от этого становится неуютно. Неужели он настолько противен хену? Тот слезает с Хана и скрывается в ванной, откуда тут же раздается звук включенной воды. Джисон прикрывает глаза. Чертов Уджин! Хан встает и ложиться на свою кровать, накрываясь одеялом с головой и не издает и звука, когда слышит, как Минхо возвращается из ванны, стоит рядом с его кроватью, но потом разворачивается и ложится спать, так же, ни слова не говоря. *** Бан Чан проснулся в хорошем настроении, даже позже обычного. Несмотря на то, что он был весь из себя неформал, но учился он поприлежнее некоторых и планировал закончить с красным дипломом, поэтому много времени уделял учебе и часто засиживался допоздна, при этом рано вставая, чтобы успеть на утреннюю пробежку вместе с соседом по комнате Вонхо. Чанбин шутил, что панк-зожник – это нонсенс, на что Крис отмахивался от друга и продолжал следовать своим привычкам. Кровать напротив была пуста, значит Вонхо уже ушел. Чан потянулся, смешно морщась и зевая. На голове был хаос, но его это мало волновало. Он успел умыться, когда ему позвонил Чанбин и позвал к ним в корпус на завтрак, чтобы вместе пойти на пары. Сегодня было ко второй, так что времени как раз хватило бы. Накинув куртку, он быстрым шагом пересек двор, разделявший корпуса и поднялся на нужный этаж. - как жизнь молодая? – радостно спросил с порога Чан, заходя в комнату к Со. Помятые лица парней сильно удивили его: - вы что, с похмелья что ли? – нахмурил брови он, оглядывая Чанбина и Хенджина. - если бы. – простонал Чанбин, падая на кровать. – полночи наслаждались звуками искренней любви из-за стенки. – пояснил он, тыкая в общую стенку с комнатой Джисона и Минхо. Чан внутренне напрягся, но решил не показывать этого: - в смысле? – с улыбкой спросил он, но внимательному Хенджину показалось, что хен был немного напряжен. Поэтому он поспешил сказать: - да, скорее всего, Джисон опять накосячил и Минхо гонял его по комнате. Все как обычно, это просто Чанбин шутит. – улыбнулся Хван. - шучу? Да они как два бегемота в брачный период! Крики, вопли и прочие прелести. – фыркнул Чанбин. – пойдем есть, я жрать хочу как не знаю кто. И ты, как добрый хен, сделаешь нам с Хенджином покушать, чтобы нас отпустили пережитые ночью страдания от нашего шумного придурка Джисона! – сложил в молитве руки Чанбин, вызывая смех Чана. - я так и знал, что этот звонок неспроста и тебе будет в падлу готовить. Ладно, пошли, страдальцы, только все необходимое для готовки с вас. – ткнул он поочередно пальцами в обоих парней. В шутку переругиваясь и обмениваясь последними новостями, они втроем пошли на кухню. Чан решил приготовить блинчики, так как кроме яиц и молока в холодильнике ничего не обнаружилось. Он успел сделать несколько порций и поставить перед осчастливленными парнями тарелки с едой, когда на кухню зашел задумчивый Минхо. - О. – только и сказал он, заметив Чана у плиты в веселом клетчатом фартучке, явно одолженным у девчонок из соседнего крыла. - доброе утро, Минхо-я. – широко улыбнулся Чан, помахав ему лопаткой. Чанбин и Хенджин переглянулись, но ничего не сказали, так как были заняты блинами. Минхо взял йогурт из холодильника и собрался уходить, но был остановлен Чаном: - не хочешь позавтракать с нами? Я..немножко увлекся. – он кивнул в сторону большой кастрюли с тестом. Минхо почесал затылок и кивнул, садясь рядом с Хенджином. - ты же собирался на очередную диету перед зачетом сесть… - спросил его сбитый с толку Хван. - ну, меня же Чан-хен позвал, я не мог отказаться. – улыбнулся Минхо, заставив покраснеть кончики ушей Чана. - Вау, Минхо-хен, то есть у тебя «особое» отношение только к Джисону? С остальными ты можешь нормально общаться? —ехидно спросил Чанбин. Минхо широко улыбнулся ему, пододвигая салфетницу поближе. - намек понят. – закашлялся Чанбин, вызывая смех у Хенджина. Чан тем временем дожарил блинчики и сел сам, передавая тарелку Минхо: - приятного аппетита! – улыбнулся он, при передаче тарелки случайно касаясь пальцев Ли. - кхм. Тебе того же. – он взял вилку, откусывая первый кусочек. - эй, а нам?! – громко возмутился Чанбин, но Хван стукнул его по плечу, а Чан рассмеялся. Именно такую картину и застал Джисон, входящий в кухню. Он неловко замер на пороге, замечая друзей и Минхо, мирно завтракающих вместе. -Доброе утро, Сонн-и. Я счастлив видеть круги под твоими глазами, потому что это значит, что ты также ни хрена не спал, как и я! – с набитым ртом поприветствовал его Со. Джисон нахмурился, ничего не сказав. Утром они с Минхо не разговаривали, молча определив очередность посещения ванной и сидя каждый в своем углу. Это, мягко говоря, напрягало Джисона. Лучше бы Минхо его бил или ехидничал, чем игнорировал полностью. - Хочешь с нами? Тут еще есть. – предложил Чан, показывая на стопку блинов. Джисон перевел взгляд на Минхо. Тот никак не отреагировал, продолжая жевать свой блинчик. - спасибо, аппетита нет. – буркнул он, доставая воду из холодильника и уходя в комнату. Минхо вздохнул, что не укрылось от Хвана, но спрашивать при всех о его состоянии он не хотел. Еще будет время, когда они пойдут на пары. Чан и Чанбин обсуждали предстоящее выступление на дне первокурсника, куда их позвали, Хенджин с интересом расспрашивал об этом, а Минхо лишь поддакивал, совсем не участвуя в беседе. Чан пытался его разговорить, но не давил, за что Ли был ему благодарен. После завтрака, когда все уже собирались расходиться, Чан решился напрямую спросить Минхо: - какие у тебя планы после пар? - Чанбин замер в дверях, собираясь всех дождаться, но Хван подтолкнул его на выход, оставляя Чана и Минхо одних. - не знаю, собирался порепетировать вечером, а что? – Минхо посмотрел на Чана. Тот неловко почесал затылок, взлохматив свои синие волосы еще больше, чем вызвал смешок Ли. - думал позвать погулять в парк. Сегодня хорошую погоду обещают и там сейчас красиво. Что думаешь? - Чан отвел глаза, ожидая отказа. Минхо молчал, обдумывая все в голове. Если предположить, что тогда говорил Джисон, вероятно, Чану он понравился. В принципе, синеволосый музыкант не вызывал отторжения у Минхо, с ним было комфортно, Ли было забавно наблюдать, как тот смущался от подколов Чанбина или краснел от похвалы его стряпни Хенджином. Вроде как взрослый суровый панк должен быть, а на деле – дите дитем. Но красивое дите. Очень даже. С другой стороны – неоднозначный Джисон. Минхо хотел еще вчера с ним поговорить, но тот дал ему понять, что не намерен общаться. Утром тоже ни слова и угрюмый взгляд, будто Ли в чем-то провинился. Может, он перегнул вчера палку, но и Джисон был хорош, ничего не скажешь. Айщи… Ну и пусть обижается, зато тихий теперь. Внутри неприятно скребнуло. Тихий то тихий, но прежний Джисон ему нравился больше. Голова кругом! Может и правда, стоит отвлечься? Идти после пар в общагу, где будет сидеть мрачный сосед совсем не хотелось, а зал был забронирован только на девять, так что… - да, почему бы и нет. Но с тебя кофе, тогда я точно приду и не рухну прямо в парке от усталости, так как у меня сегодня сразу три практики. – ухмыльнулся Минхо. - забились! А где встретимся? – уточнил Чан. - давай после пятой на спортивной площадке, где в прошлый раз виделись. – пожал плечами Минхо. - тогда до встречи, Минхо! – неловко помахал ему улыбающийся Чан. - увидимся, хен. – кивнул Минхо, коротко улыбаясь в ответ. *** Джисон хотел пропустить весь день, но Чанбин пинками выгнал его на пары. Но он все равно сбежал, уходя на последний этаж, где часто можно было найти потертые кабинеты, не востребованные никем. В одном из них было именно то, что сейчас было нужно Джисону. Старый кабинет музыки, где стоял рояль. Джисон обнаружил его в прошлом году и иногда, когда было тоскливо или он на что-то злился, он сбегал сюда, чтобы выплеснуть все в музыке, сочиняя сам или играя то, что помнил еще с музыкальной школы. Классика его успокаивала и позволяла раствориться во всем, сосредоточившись только на движении пальцев и прохладной текстуре клавиш под ними. Джисон любил живые инструменты. Наверное, именно поэтому сочинять предпочитал на акустике и фортепиано, а не на миди-клавиатуре или лэптопе, как делали Чан и Чанбин. Поэтому и ноты часто, по старой школьной привычке, писал на нотных листах, потом вручную перебивая все для парней. Но сейчас он не сочинять пришел, а отвлечься. Хан нежно провел по крышке, откидывая ее и беря на пробу пару нот. В нижней октаве явно следовало подтянуть пару струн, но, пожалуй, в этом легком диссонансе было свое очарование, поэтому нарушенная гармония не особо мешала Джисону. Он, как и она, тоже был немного надломлен. Что обидно – без очевидной причины. Он взял первый аккорд. Затем еще один. А через мгновение кабинет оплетала мелодия, отражаясь от стен и окон. Он не боялся, что кого-нибудь побеспокоит своей игрой, так как в соседних кабинетах было пусто. Поэтому он играл с педалью, делая звук глубже, так, чтобы он обволакивал все тело, и уносил прочь от всех волнений и тревог. И просто звучал: снаружи и внутри. Джисон прикрыл глаза, доверившись своим рукам, уверенно находящим нужное звучание. Постепенно в голове становилось пусто, а перед глазами – только море, которое он любил представлять, когда играл. Вот бы это никогда не заканчивалось. *** Минхо торопился на пару, но, как назло, кто-то нерасторопный устроил пробку на лестнице, выронив ведро краски, поэтому все максимально осторожно и не касаясь ничего старались спускаться и подниматься по этому пролету. Чертыхаясь под нос, он побежал на другую лестницу, но поднявшись на нужный этаж, обнаружил, что совсем забыл о том, что эта дверь была заблокирована как раз из-за затянувшегося ремонта в одной из аудиторий, поэтому дверь была завалена строительными материалами. Оставалось лишь идти на еще этаж выше, проходить через весь коридор и спускаться вниз, обратно на нужный этаж. Минхо устало выдохнул и пошел на верхний этаж. Проходя по пустому коридору, он случайно услышал, как кто-то играет на фортепиано. Это было странно, так как на этаже велись занятия очень редко и обычно в вечернее время. Любопытство сгубило внутреннюю кошку Минхо, когда он решил заглянуть в ту дверь, за которой раздавалась музыка. Его словно холодной водой окатили, когда он увидел там того, кого меньше всего ожидал увидеть: Джисона. Тот самозабвенно играл, не слыша и буквально не видя никого вокруг, так как его глаза были крепко зажмурены. Минхо не мог сдвинуться с места, и просто слушал. Ему показалось, что он знает это произведение, и, возможно, оно было из классики. Но вот откуда Джисон может его знать? Этот парень, в неизменной кожанке и порванных джинсах, с длинной серьгой в одном ухе и вручную расписной футболке никак не сочетался с тем, что он играл. Не должен был. Но почему же для Минхо это выглядело настолько гармонично? Почему хотелось слушать дальше, может, даже сесть рядом и сыграть в четыре руки? Он ведь когда-то играл. В груди больно кольнуло от воспоминания сегодняшнего утра. Джисон вряд ли оценит. Скорее прогонит или уйдет сам. Черт. Минхо осторожно прикрыл дверь и покинул коридор. И не увидел, как Хан остановился, закрыл крышку и опустил на нее голову, больше не двигаясь. Он тоже помнил сегодняшнее утро и даже то, что всегда помогало, не смогло до конца отвлечь его от мыслей о соседе. *** Забив на оставшиеся пары и угрозы получить по тыкве от Чанбина, Хан вернулся в общежитие. Он хотел лечь спать и не просыпаться минимум до следующего утра, но его планам не удалось сбыться, так как позвонил Чан и попросил его о помощи, поэтому Джисон мрачно топал в соседний корпус. - что у тебя случилось? – устало спросил он, плюхаясь на кровать старшего. Чан сидел в кресле, заканчивая писать конспект. - хотел с тобой поговорить. – просто сказал он, поворачиваясь к Джисону. – ты чего сегодня такой мрачный? Утром не позавтракал, хотя обычно никогда не отказывался нахаляву пожевать чего-нибудь. «У тебя что-то случилось?» —вечно он все замечает. Джисон не первый раз замечал уникальную способность Чана начинать серьезные разговоры, когда не нужно, блин. - все в порядке, хен, устал после пар, вот и все. - ты же два дня практически прогуливаешь, отчего ты там устал? Может, это как-то с твоим соседом связано? Чанбин утром говорил, что вы опять ругались ночью. – сказал Чан, серьезно посмотрев на Джисона. Сейчас четко чувствовалось, кто из них старший. Джисон мысленно пообещал дать пинка болтливому Чанбину. - ничего такого. Какая вообще тебе разница? Я же сказал, все в порядке! Просто настроения нет. – огрызнулся Джисон. - ты только за этим заставил меня тащиться в твой корпус? Если да, то я пойду. – он уже приготовился встать, но был остановлен старшим: - не только за этим. Просто думал, что смогу тебе помочь. У нас скоро выступление, я хотел бы, чтобы ты был в хорошем настрое, вот и все. – пожал плечами он. – Сонн-и, ты же помнишь: если тебя что-то беспокоит, ты всегда можешь поделиться со мной? – напомнил Чан. Джисон знал. Но не был уверен, что в этот раз он может так сделать. - Помню. В другой раз – обязательно. Так что за помощь, хен? – он сел обратно, обернувшись к Чану. Тот передернул плечами, видимо, нервничая. - Джи, ты же не будешь против, если я пойду погулять с М…. с Минхо? – неуверенно спросил он. Джисона будто по голове ударили. То есть, Чан действительно запал на Ли? Он не понимал, как правильно на это реагировать, поэтому ответил вопросом на вопрос: - а почему ты меня об этом спрашиваешь? - не знаю, просто мне показалось, что он тебе…. – начал Чан, но его тут же перебил Хан: - тебе показалось, хен. Я просто заботился о тебе, потому что Ли Минхо – та еще заноза в заднице, но если на свою ты ищешь приключений – кто я такой, чтобы тебе мешать? -улыбнулся он. Совсем не искренне. Но Чан, витавший в своих мыслях, принял все за чистую монету. - правда? Тогда поможешь мне выбрать, что надеть? Я…я хочу ему понравится…Хотя бы просто, как друг… - смутился Чан. Джисон кивнул, все так же улыбаясь. - конечно, Крис, без проблем. А ты сам что хотел надеть? – изобразил он заинтересованность, в душе проклиная то, что ответил на звонок старшего. - я думал между этим и этим. – Чан достал две вешалки: на одной висел белый бомпер в мелких разрезах в форме крестиков по всей ткани, и бежевые джинсы, а на второй – кожаные джоггеры и футболка с надписью «Нирвана» без рукавов и черная косуха к ней. Оба были неожиданностью для Хана, потому что обычно Чан ходил в спортивках и толстовках, джинсах и обычных футболках. Ничего светлого на хёне Хан в принципе не мог припомнить, а второй вариант был концертным, но никак не для повседневной жизни. - хм… Ну, не знаю, Чан… - протянул Джисон. – Попробуй светлый, будете…. – он запнулся, так как оказалось сложно произнести это вслух, - будете сочетаться. Он тоже часто светлое носит, думаю, оценит. – все же договорил Хан. - думаешь? Я просто никогда не пробовал. Мне сестра еще давно купила, сказала, что пора разбавить мою черноту в шкафу. – засмеялся Бан Чан. – а как думаешь, если я надену это, будет нормально смотреться? – он потянул на себя верхний ящик стола и что-то там искал. Наконец, он достал два маленьких серебряных колечка и нацепил одно на крыло носа, а второе на губу. – как тебе? – Джисон сглотнул. Чан смотрелся горячо с этим фальшивым пирсингом. Вот только понравится ли это Минхо? - да, отлично, так и оставь. – Джисон похлопал Криса по плечу. – мне уже пора, я пойду, ладно? – он кивнул в сторону двери. - ты настоящий друг, Хан Джисон. – широко улыбнулся ему Чан, крепко обнимая. Джисон неуверенно ответил на объятия и поспешил покинуть такого неприятно счастливого Криса. Он не был уверен, что сейчас друг Чана. *** Чан сидел на скамейке для зрителей и поджидал Минхо. Рядом с ним стояли два стаканчика кофе. Минхо вышел из дверей напротив и неуверенно махнул Крису. Потому что не сразу его узнал, если бы не синие волосы. - Минхо-я, привет! – помахал ему парень. Ли подошел ближе, рассматривая Бан Чана. - отлично выглядишь, Чан-хен. Не думал, что в твоем гардеробе есть….такие светлые вещи. – удивился Минхо. Чан громко засмеялся: - я сам не подозревал, когда разбирал сегодня свой гардероб. Решил немножко сменить стиль. Что думаешь, Минхо-я? – спросил он, дергая себя за покрасневшую мочку уха. «Все-таки уши тебя всегда выдают, хен» - подумал про себя Минхо, но вслух ответил: - все отлично, тебе идет. И этот пирсинг тоже. Он настоящий? – вежливо спросил Ли. Пирсинг действительно шел Чану. А если еще представить его не в этом милом образе, а в дерзком, как одевался Джисон… Не о том он думает, ох, не о том. -нет, но я надеваю иногда. На концерты обычно. – пожал плечами Чан, улыбаясь Ли. - ты обещал мне кофе. – напомнил ему Минхо, хитро поглядывая на стаканчики рядом с Чаном. - о, точно! Не знал, что ты любишь, поэтому взял айс-американо и латте. Выбирай. - Айс-американо. – тут же выпалил Минхо. А Чан неплох, оба варианта устраивали Ли, но айс-американо…..Это была любовь. - хахахаха, вы с Джисоном похожи. Он тоже любит этот кофе. – засмеялся ничего не подозревающий Крис. А Минхо внутренне дернулся: никуда ему сегодня не сбежать от мыслей о парне в кожанке, что живет с ним в одной комнате.