Терновник и звезды

Чанбин перебирал свой гардероб, но не смог остановиться на чем-то одном. Все его вещи можно было разделить на две категории – в одних можно пойти вечером за пивом и, при желании, отжать у какого-нибудь несчастного кошелек (чем Чанбин никогда не увлекался, но почему-то люди в темных переулках старались избегать мрачного парня в капюшоне, натянутом на самые глаза), в других можно зажечь на сцене или прихвастнуть перед малолетками (кожанка с заклепками, яркие клетчатые штаны, пара фланелевых рубашек и тому подобные атрибуты счастливой жизни панка). Ничего, в чем приличный человек мог бы пойти на свидание, Чанбин не обнаружил. Каким-то чудом, спустя час копания в шкафу, нашлась одинокая белая рубашка, трещащая по швам (Бин не зря занимался с Вонхо последний год) и тонкий черный галстук (коварно подкинутый мамой в чемодан летом). Решив рискнуть, видимо, душевным здоровьем Йеджи, Чанбин подобрал себе наряд. - ты на похороны клоуна?  - Хенджин, только что вернувшийся в комнату, окинул удивленным взглядом соседа: явно узкая в плечах рубашка натягивалась на каждой пуговице, ярко красные джинсы в зелено-желтую полоску радовали глаз безумной клеткой, а сиротливо висевший мертвой петлей на шее галстук предполагал, что на нем Чанбин и повесится, в случае чего. - да ну тебя! Лучше бы помог! – буркнул Со, пытаясь избавиться от морского узла. Хенджин устало вздохнул, понаблюдав за ним некоторое время, после чего пришел на помощь. - а что за повод-то? – меланхолично спросил он, выпутав уже начавшего задыхаться Бинни из галстука. - твоя сес…кхе-кхе, чертова удавка! – попутно откашлялся он, потирая натертую шею, - Твоя сестра пригласила меня на свидание, но я не знаю, что надеть! - типичная проблема всех девушек! – обидно заржал Хенджин, немного отвлекшийся от своих грустных мыслей. Чанбин сердито фыркнул, кидая в соседа опостылевшей рубашкой. - так и знал, что от тебя никакого толку! - да не кипятись. Сейчас разберемся. Вы ж, надеюсь, не в оперу собрались? А то Йеджи способна даже зайца научить курить и затащить при этом на какое-нибудь представление! Так куда вы собрались? – Чанбин неловко потер макушку: - ну, мы, вроде как, и не решили. Она лишь сказала, что заберет меня после репетиции. - если повезет в отель – не соглашайся! Ты же порядочная девушка, Чанбин! Что скажет твоя мама?! – продолжал издеваться Хенджин, за что получил подушкой по лицу. - отрабатывай свой юмор на Сынмине, он оценит! – язвительно бросил Со, мгновенно стерев улыбку соседа. – ты чего, Джинн? – недоуменно спросил он из-за резких перемен в настроении друга. - ничего. Давай вот не об этом идиоте, ладно? – грустным голосом попросил Хван. – садись, горе луковое, сейчас соберем тебе и лук, и редьку на сегодняшний вечер.  – Хенджин деловито начал копаться в той куче одежды, что ранее вывалил на кровать Со. - попробуй вот это, с этими штанами. Можно добавить пару побрякушек, и выйдет вполне прилично.  – Хван протянул несколько вещей молчаливому товарищу. Чанбин быстро переоделся и встал напротив дверного зеркала: Хенджин выбрал белую футболку с широким воротом, одну из фланелевых рубашек в черно-красную клетку, брюки карго темно-синего цвета и несколько цепочек-браслетов. - не думал, что это будет так неплохо выглядеть!  - одобрительно заметил Чанбин, крутясь перед зеркалом. - вот повезло так повезло сестре, ты же мастер комплиментов. – закатил глаза Хван, ложась поверх покрывала. - извини. Правда, здорово получилось, ты меня спас, спасибо! Хочешь, напишу в твою честь оду? - ВОТ УЖ БОЖЕ УПАСИ! – подавился воздухом Хенджин, услышав шутливое предложение. - ты какой-то странный. Что-то случилось? – прозорливо спросил Чанбин. Хенджин задумался. - не могу сказать, что прям случилось-случилось, но настроение ниже плинтуса. Считай, вьетнамские флешбэки нагнали. - поделишься? – Чанбин присел на свою кровать, готовый выслушать соседа.  Хенджин с улыбкой помотал головой: - это слишком личное. Само пройдет. - может тогда захочешь развеяться? Приходи к нам на репетицию! – предложил Бин. - пожалуй, откажусь. Не хочу видеть… Никого. Хочу побыть один, если позволишь. – вздохнул Хенджин. - ну, я переезжать отсюда не планирую, так и знай. Даю время на самокопание до полуночи. – шутливо пригрозил Чанбин, подхватывая полупустой рюкзак.  – увидимся! - удачи на свидании, Ромео! – хмыкнул Хенджин. Чанбин отсалютовал соседу и скрылся за дверью. *** Чан думал, что доползет до репетиционной точки последним, но в студии уже сидел непривычно хмурый Сынмин и пинал стену. - Ты чего такой мрачный? – Чан удивленно поднял брови, оглядывая парня. - что я по жизни делаю не так, хен? – вопросом на вопрос ответил Ким. Чан оторопел: - у вас сегодня пара по философии была, чтоль? Что за странный вопрос? - да хотел порадовать человека и сделал ему подарок, а он на меня наорал и послал подальше. – Сынмин особо сильно пнул стену на последнем слове, отчего с верхней полки полетели шнуры для гитар. - хорош громить помещение. Ты все же спел ту придурочную серенаду для Хенджина? – осенила страшная догадка Чана. - почему сразу придурочная? Она должна была поднять ему настроение! – обиженно заметил Ким. - ты вообще представляешь, как нормальные люди делают подарки или живешь в своем маленьком безумном мире? Я же говорил, что это – плохая идея! – простонал Чан, один раз послушав содержание песни и остановив друга уже на середине первого куплета. - это вы с Чанбином два дединсайта, которые только и могут, что шутить шутки за 300, а мой тонкий юмор Хенджин прекрасно понимает! ВО всяком случае, я так думал, до сегодняшнего момента.  – возмутился парень. Чан вздохнул: - извинись перед ним за свой идиотизм и больше так не делай.  – посоветовал Крис. - если его правда так задела моя невинная песенка, то я извинюсь. Я даже знаю, как! – внезапно загоревшиеся новой сомнительной идеей глаза Сынмина насторожили Чана. - что ты опять задумал? - я извинюсь перед ним на Дне первокурсника! Я сочиню ему новую песню! – Сынмин вскочил с дивана, выкинув в победном жесте кулак. Крис мысленно прикинул, где можно по дешевке достать урну для своего младшего идиота. Хенджин второй такой душещипательной песни не выдержит. - может, не нужно? Ты вообще уверен, что после того, что ты устроил, Джинни придет на концерт? - у него не будет выбора! - это мне и не нравится… - пробурчал себе под нос Крис.  – Ладно, а где вообще остальные? Я хотел представить всем нашего нового клавишника… Но он, что удивительно, тоже запаздывает… - да не ворчи, хен, мы уже тут.  – в комнату вошел Джисон, а за ним Чанбин. Парни встретились практически у самого входа. - о, залетайте. Да вы, собственно, знаете этого человека, это… О, Чонин, а я как раз о тебе говорил.. – неловко прервал мысль Чан, когда в дверь зашел их новый участник. Ян сегодня решил сильно не шокировать старшего, поэтому надел черную толстовку и джинсы с разрезами на коленях. Хотя не шокировать все равно не получилось – откинув капюшон, все, включая Чана, увидели его новый цвет волос. - воу, Йенни, а тебе идет белый! – присвистнул Джисон, оглядывая парня. Тот светился, как лампочка. - Что, это Крис-хен довел тебя до седых волос, пока репетировал с тобой? – слабо пошутил Сынмин, заработав укоризненный взгляд младшего. - тебе…очень идет. – сквозь комок в горле выговорил Чан. Его нервных клеток явно не хватит на эту жизнь. Этот парень еще несколько часов назад был черноволосым! Почему теперь он с белыми волосами?! Опять что-то задумал?! - тебе правда нравится? Спасибо, хен! – совсем чуть-чуть нет пожирающим взглядом уставился он на барабанщика. Чан поскорее забился в угол, прикрываясь барабанной установкой. - Так ты наш новый клавишник? Успеешь разобрать все партии к пятнице? – деловито спросил Чанбин, беря со стойки свою гитару. Чонин спокойно кивнул, вставая у клавиш. - да, тем более что некоторые песни я так подбирал сам. – Чонин размял пальцы и взял на пробу пару аккордов. - ну тогда погнали, проверим, на что ты способен. – хитро улыбнулся Чанбин, ударяя по струнам своего баса и задавая темп. На удивление Чана, все шло довольно гладко – Чонин сразу ориентировался и успевал подобрать удачные аккорды, добавляя что-то от себя. Они несколько раз успели прогнать свою программу. - ладно, ребят, это было супер, но мне пора бежать на свидание со шваброй и тряпкой, Уджин не дремлет. – трагично закатив глаза, возвестил Хан, как только они доиграли последнюю песню. - слишком довольное лицо для того, кто будет драить душевые. Это потому, что тебя ждет…ммм? – Чанбин не закончил, так как Джисон закрыл ему рот ладонью и состроил страшные глаза. - лучше подумай над тем, что у меня есть очень интересная фотка тебя для твоей Йеджи. Из ванной, намек понят? – Джисон подвигал бровями. Чанбин оттолкнул его руку и фыркнул: - да понял-понял. Вали уже отсюда. - лечу! Всем сайонара! – Чан закатил глаза и украдкой посмотрел на Яна. Тот, словно почувствовав взгляд лидера, хитро улыбнулся себе под нос, вызвав резкую волну жара в ушах Криса. - давайте еще раз последний трек прогоним. – Чанбин подкрутил бас и уже собрался начать, когда в дверь постучали: - не помешаю? – Йеджи выглянула из-за приоткрытой двери и широко улыбнулась всем в студии. - нуна! Ты что здесь делаешь?! – удивленно воскликнул Чонин, никак не ожидавший присутствия старшей на своей первой репетиции. - айщи, это я у тебя могу спросить, но тут и так все понятно. Небось заставил Чанни-оппа с ножом у горла взять тебя к ним! – фыркнула девушка, заработав злой прищур младшего, и уже уверенно зашла в комнату. - Ййеджи?! П..привет! – почему-то стал заикаться Чанбин при виде девушки. Та обворожительно улыбнулась персонально басисту и послала воздушный поцелуй, заставив его густо покраснеть. Сынмин, к всеобщему удивлению никак это не прокомментировал, погруженный в свои невеселые думы. - ясно, понятно, это последний трек и расходимся. Если хотим избежать смерт…всякого разного. – сжалился над всеми присутствующими Чан (большей частью над Йеджи, опасаясь, что неуклюжесть Чанбина вновь сыграет с ней злую шутку). Со, чувствуя взгляд девушки, севшей практически напротив него, постарался незаметно повернуться боком, чтобы поменьше отвлекаться на этот острый взгляд. Йенни, с любопытством наблюдающий за своей нуной невольно задался вопросом: неужели он точно так же смотрит на Криса? Это действительно очень смущает и, возможно, даже пугает – словно тебя всего пытаются рассмотреть под микроскопом. Вон и Чанбин уже пятый раз сбивается там, где никогда не лажал до этого. Мда, надо бы поработать над этим моментом…Может, именно поэтому Чан так странно ведет себя в присутствии младшего? Хотя не, бред какой-то! - Так, все, таймаут, вернее, конец. Толку больше не будет, все по домам. – громко сказал лидер, не в силах слушать вступление Чанбина в десятый раз. – Йеджи, если не сложно, подожди нас в коридоре, хочу сказать парням кое-что наедине. – сложил руки в молитве Крис. - не вопрос, оппа. Бинни, с нетерпением жду тебя! – подмигнула она и вышла за дверь. - значит так, господа. Никаких женщин на корабле…То есть, никаких посетителей на репетициях до нашего выступления! А то у нас некоторые…впечатлительные личности обычный перебор забывают, как играть. Это касается всех, не только нашего Бинни. – передразнил он Йеджи, заработав что-то нелицеприятное в свой адрес от смущенного Со. Все остальные молча кивнули, а Чонин еще и мысленно порадовался, что к нему это правило относится не будет, так как он уже в группе и может наслаждаться Чан… наслаждаться музыкой без ограничений! Это ли не счастье?! И никаких лишних хенов и нун! *** Джисон всю дорогу ломал голову, думая над советом Хонджуна. К его удаче, в комнате не было старшего, а значит у него была небольшая фора придумать хоть что-то. - эх, ничего лучше уже не успею придумать. – сам себе под нос сказал Джисон, накидывая на плечи короткую белую джинсовую рубашку, застегивая ее лишь на две пуговицы, из-за чего открывался вид на его ключицы, край груди и линию живота (Минхо, за те короткие разы их странной близости вроде бы залипал на его шею и талию). А, собственно, и все. Ну, еще спортивные черные боксеры, претендующие на звание коротких и свободных шорт. Чтобы не портить впечатление, носки он все же решил снять (хотя пол и был холодный, зараза! «Надо завести ковер.» - мелькнуло в голове у Хана). Приняв непринужденную позу на столе (то есть сев на него так, что одна нога свисала, а вторая была согнута в колене, служа опорой для вытянутой руки. Для полноты картины «Сотворение Адама» не хватало лишь Минхо вместо бога), Джисон стал дожидаться старшего. В последний момент он хлопнул себя по лбу и выключил верхний свет, оставив включенной лишь настольную лампу, выгодно освещающую его профиль, после чего вновь занял свое место. Минхо, почему-то (хотя на часах была уже половина десятого, а договаривались они на 9!) не торопился идти, и идея сидеть на столе становилась все менее соблазнительной, так как от окна дуло, и Джисон с каждой минутой приближался к мысли о том, что такими темпами ему запросто продует поясницу. Наконец, за дверью раздались шаги. Вот он, шанс! - Джисон, там тебя…Оу, ты решил сначала помыться что ли? Или в таком виде идти мыть душевые? Если второе, то не рекомендую, там на днях выбили случайно форточку и ты можешь простыть. – флегматично заметил Уджин, пробежавшись взглядом по парню и уже ничему не удивляясь в своей жизни. - япона мать, Уджин! Ты меня напугал! Зачем так вламываться?!  - Джисон от неожиданности чуть не рухнул со стола, когда в комнату вошел староста. - Минхо уже на месте и занимается кухней. Он…попросил меня, если так можно выразиться по отношению к его формулировке, заглянуть к вам в комнату и «позвать этого полосатого черта, наконец, убираться», иначе, как он добавил, будет натирать душевые твоей любимой кожанкой. В общем, он тебя ищет. Тебе стоит поторопиться. – закончил Уджин и покинул комнату. Джисон удивленно достал из кармана джинсов, висевших на стуле, свой телефон и, кажется, немного поседел, обнаружив там пять пропущенных от Минхо и загадочное сообщение: «Если ты не появишься до 22.00, то можешь самолично повеситься на моем белом шарфе, так как смерть от моих рук будет в сто раз ужаснее». - Черт! Кажется, я попал! Но вы же вроде договаривались встретиться в комнате!!! Или или сразу на месте?! Я не помнююю-ю-ю! – схватился за волосы Джисон. Бежать уже было поздно – из коридора слышалась тяжелая поступь (вернее, свирепое шарканье тапочек) Минхо. Дверь радостно распахнулась, являя в проеме вооруженного шваброй и тряпкой хена, у которого от гнева, кажется, подрагивали ушки его повязки, убирающей челку со лба. Джисон тихо ойкнул и быстро сел на стол, решив, была-не была, играть роль соблазнителя до конца. - Ханни… А что это мы тут делаем, пока я полчаса драю общажную кухню, ммм? Развлекаешься? Прохлаждешься? – обманчиво милым голосом говорил Минхо, с каждым шагом подкрадываясь к Джисону все ближе и поудобнее перехватывая швабру. Только сейчас он наконец-то смог разглядеть, в чем именно был младший, так как поначалу, после ярко освещенного коридора глухой свет лампы показался очень тусклым и Хан напоминал больше серое пятно, чем человека. Теперь же, когда Минхо стоял напротив парня, на расстоянии даже меньшем, чем вытянутая рука, он невольно скользнул глазами по открытым ключицам, голому животу и вздымавшейся от учащенного дыхания груди. Данное зрелище заставило Ли судорожно сглотнуть, что не укралось от внимания Хана. Ничего умнее подката в стиле Сынмина в голову не пришло: - когда ты наиболее счастлив, хен? – вырвалось у Джисона. Но отступать уже было нельзя. - ч..что?  - впал в легкий ступор Минхо. - скажи мне, детка, ты счастливее всего, когда ты со мной? – он развязно закусил губу и состроил лицо ярого соблазнителя. Ну, как казалось ему. Минхо пару раз моргнул. Затем приблизил свое лицо к лицу Джисона и вроде как принюхался?! - ты что, опять пьян? – удивленно нахмурился Минхо, складывая руки на груди, тем самым обнимая древко швабры. - ч..что? В смысле?! – тут же растерянно переспросил Джисон старшего. - опять там с Сынмином или кем-то еще накизюмились? Хан! Я всерьез обеспокоен будущими проблемами с твоей печенью, я… - да не пил я!!! – обиженно взвыл Джисон, ставя обе ноги на стол и обнимая свои колени, горестно закидывая к небесам свою голову. – почему чуть что, так сразу я должен быть пьяным?! Я тут вообще-то пытаюсь тебя с… - осекся он на полуслове, чуть не проговорившись, потому что если озвучить это вслух, то его непробиваемый хен вообще за психа примет! Минхо был недоволен тем, что Хан не договорил. Это определенно было что-то интересное. Тогда он аккуратно отставил швабру и оперся руками о столешницу, с двух сторон от ног младшего: - так что ты там пытался со мной сделать, м?  - хитро прищурив глаза, переспросил Ли, заставляя нервничать уже Хана. - ничего! Все равно ты все испортил! Полено бесчувственное! У тебя что, кумир – Джейсон Стейтхем?! – разразился пустыми упреками Джисон из-за провалившейся затеи. Теперь он сердито и расстроено смотрел на хена, скрестив руки на груди. Минхо, догадавшись, к чему весь этот сыр-бор с переодеваниями и пикап-фразами, мягко улыбнулся. «Ну, не вовремя ты, конечно, решил поиграть, но портить настрой второй раз за день я тебе, все же, не буду.» - мысленно подумал старший, а вслух сказал: - как грубо, Ханни. И вовсе я не бесчувственный, как ты себе возомнил. Если ты решил, что даже это… - он чувственно провел кончиком носа от левой ключицы вдоль выреза куртки до первой пуговицы, потянув за нее зубами и заставив расстегнуться, - и вот это… - он вернулся губами к шее, щекоча теплым дыханием кожу и запустил руку под край куртки, впившись пальцами в талию парня, - оставляют меня равнодушным, то ты глубоко заблуждаешься. – прошептал он на ухо Джисону, прикусив напоследок мочку. Хан не успел даже пикнуть, как ему развели ноги и подхватили на руки, вынуждая обвить бедрами талию старшего, чтобы банально не упасть. Минхо лишь плотнее прижал к себе парня, нахально сжимая горячие ладони на ягодицах. Вот тут-то Хан и понял, что незаслуженно обозвал Минхо бесчувственным поленом. Уж точно не бесчувственным. «Интерес» Минхо к Джисону очень ярко ощущался через ткань его спортивок и тонких боксеров. - как сам видишь, я очень рад тебя видеть, но наше наказание никто не отменял. – прошептал танцор прямо в губы своему парню, прижимая того спиной к дверце шкафа. - а может, лучше забьем на это, и ты накажешь меня? – возбуждение от осознания того факта, что Минхо находится в щекотливом положении от его действий туманило рассудок и заставляло желать большего и говорить то, что даже в пьяную голову навряд ли пришло бы. Он почувствовал, как Минхо кое-где дернулся от его слов. - эх, Хани-Хани, хочешь сделать из меня такого же безответственного человека, как ты сам? – практически промурлыкал ему в подбородок старший, целуя линию челюсти и заставляя еще выше откидывать голову. - а вот сейчас обидно было! – возмутился Джисон и шуточно ударил кулаком в плечо Ли. - а как иначе назвать тебя, если вместо наказа старосты ты надел эту чертову рубашку и поджидал меня, непонятно, на что рассчитывая? Это очень опрометчиво – я ведь могу и не остановиться вовремя… Я ведь слишком долго ждал этого момента… - прошептал Минхо, глядя в глаза младшего. Джисон смешно приоткрыл рот в форме буквы «о» и округлил глаза, что Минхо всегда считал очень милым и привлекательным, ведь ему казалось, что под этой маской всего из себя дерзкого панка скрывается очень скромный и чувствительный человек. - как можно быть таким горячим и нежным одновременно? – тихо рассмеялся Джисон, с теплотой глядя на старшего. Эта ушастая повязка никак не вязалась с образом рокового мачо, однако очень органично смотрелась на танцоре, будто всегда там была. - просто я от природы идеальный. - ага, и, главное, скромный. - нарываешься? - это так очевидно? Ауч, не кусайся! - когда закончите в душевой, проверьте окна в коридоре, чтобы были закрыты. - УДЖИН!!! Джисон попытался слезть с Минхо, но тот не пускал, отчего музыкант напоминал жука, перевернутого на спину и машущего всеми лапками. - как думаешь, у нашего старосты где-то скрытая камера и он подгадывает самые интимные моменты, чтобы появиться? – уныло спросил Джисон, перестав бороться. Минхо задумчиво хмыкнул, ставя его ногами на пол. - или высокая чувствительность к желаниям людей побыть наедине. В любом случае, нам действительно стоит сначала разобраться со всеми делами… - а что ты скажешь насчет этих дел? – усмехнулся Хан, показывая рукой сначала на свой пах, а потом и на Минхо. - я надену длинную толстовку, чего и тебе советую, времени на поход в душ по очереди у нас нет. – пожал он плечами ,открывая свою половину шкафа. - а если вместе? – Хан подвигал бровями и провел пальцами вдоль ворота футболки старшего. Минхо коварно ухмыльнулся и перехватил запястье Джисона, мягко, но резко разворачивая его лицом к шкафу, второй рукой прижимая за талию к себе: - тогда мы не выйдем отсюда ближайшие пару дней. А у тебя, вроде как, концерт в пятницу.  – он мягко коснулся губами загривка музыканта. - аргумент. Тогда последуем твоему плану.  – на грани всхлипа ответил Джисон, мягко выворачиваясь из объятий старшего и начав рыться в шкафу в поисках толстовки и спортивных штанов. - ну что, ты готов? – Минхо стоял в дверях, опираясь подбородком на швабру. - с тобой – хоть на край света. – Хан, дразнясь, высунул кончик языка и показал старшему, заработав фырканье в ответ и звонкий шлепок по заднице. - придаю тебе ускорение. – невинно моргая глазками, ответил Минхо на молчаливое возмущение парня. - ой, вот спасибо-то. Ты такой заботливый! – закатил глаза Джисон, на всякий случай отступая на пару шагов. - ну, ты еще не знаешь, насколько заботливым я могу быть. – вкрадчиво парировал Минхо. До душевых они шли в тишине, причем Минхо про себя смеялся, а Хан шел красный, как рак. Все-таки, хороший совет дал Хонджун – столько всего полезного выяснилось за сегодняшний вечер… Как теперь выжить-то?!