Терновник и звезды

— И почему ты думаешь, что я должен в это поверить? — скептически спросил Хван, смотря на свою сестру. Йеджи замахнулась и отвесила ему легкий подзатыльник. — ты что, думаешь, мы тут шутки шутить пришли?! Мы же оба знаем, что это уже не первый раз, когда ты делаешь выводы раньше, чем разбираешься в ситуации, а страдают в результате твоего непонимания не только близкие, но и ты сам! — а вот это уже было по–больному. Хенджин вспыхнул и отвернулся. — Что, неприятно вспоминать? Ну прости, если по-другому ты отказываешься понимать! Мы должны немедленно найти Хо и нормально объяснить ему все, что произошло. И извиниться перед Джисоном за две недели кошмара, в котором он жил благодаря твоей, братишка, милости. — вот еще. — фыркнул Хван. — даже если то, что вы говорите, правда, то он не должен был даже давать к себе прикасаться! — ты… — вспыхнула Йеджи и тут же выдохнула через зубы. Чанбин опасался вмешиваться в этот семейный спор, явно включающий в себя пару скелетов из шкафа, а Рюджин мысленно корила себя за то, что вообще оказалась в самом центре этой драмы. — Господи, Джинни, хватит перекладывать свои ошибки на других. И ты извинишься, ты меня понял?! — посмотрим. — Эй! — Йеджи, — наконец почувствовав, что стоит вмешаться, начал Бин, — не дави на него. Вам всем стоит успокоиться. В первую очередь, давайте все объясним Минхо. Думаю, это самое важное на данный момент. — Примирительным тоном напомнил он, слегка приобняв девушку и притягивая ее к себе. Красноволосая, все еще пышущая гневом, прижалась к его груди, продолжая буравить тяжелым взглядом брата. — Минхо и мой друг, еще со времен старшей школы, не думай, что ты одна тут за него переживаешь. Именно потому, что он мне не безразличен, я и пытался защитить его интересы, особенно после…после того. — ребят, можно, я пойду? — тихо пискнула Рюджин, и так стараясь слиться со стеной. Чанбин согласно кивнул, Йеджи махнула рукой, одними губами говоря «спасибо», Хван даже не посмотрел в ее сторону (к большому облегчению и так несчастной девушки), и та тут же ушла, тихо прикрыв за собой дверь. — ну и что вы на меня смотрите? Дыру прожжете. — хмыкнул Хенджин. Йеджи закатила глаза. — я уже сказала. Иди и извинись перед Джисоном. — это так обязательно?! Ох, черт с вами, спелись на мою голову. — Хенджин, раздраженно отпихнув с пути парочку, отправился в соседнюю комнату. *** Джисон нервно дергал ногой и грыз ноготь на большом пальце (привычка, которая всегда вылезала в моменты сильного волнения), когда в комнату вошел Хенджин. — если ты ждешь извинений, которые, возможно, тебе обещали Чанбин с моей сестрой, их не будет. — с порога заявил Хенджин. Джисон нахмурил брови, но Хван остановил его вопрос поднятием руки, — Однако, я здесь для того, чтобы объяснить тебе кое-что насчет Минхо, и ты поймешь, почему я так отреагировал. — я не жду извинений. Я просто хочу понять, почему ты не дал мне шанса даже объясниться. — Хан скрестил руки на груди. Хван вздохнул, потирая лицо ладонями, и начал свой рассказ. *** Хенджин и Минхо впервые познакомились еще в период старшей школы, встретившись на занятиях в танцевальной студии. Хенджин ходил туда уже около трех лет, а Минхо перешел в нее из своей старой студии, которая закрылась. Парни практически сразу стали общаться, Хван первый пошел на контакт, увидев танцевальные навыки старшего и попросив его позаниматься с ним отдельно. Вскоре они уже ставили парные номера и именно в то время приняли решение поступать на хореографический факультет. В последний год школы, в их студию пришла девушка, Дженни. У них с Минхо довольно быстро стали развиваться отношения, однако со временем Хенджин стал замечать, что старший часто во время совместных тренировок начинает тяжело дышать и сбегать из зала, ходил какой-то весь напряженный и даже начинал заводиться из-за любой ерунды. Однажды, во время очередного побега Хо из зала, Хван не выдержал и пошел за ним, застав старшего, скрючившегося где-то под лестницей и трясущегося в беззвучном приступе. — Минхо, боже, что с тобой? Мне позвать врача?! — испугался парень, падая на колени рядом с другом. Тот лишь судорожно замотал головой, безумно глядя перед собой на пол. — у тебя паническая атака? — тихо спросил Хван, взяв в свои руки ледяные руки Ли и начав их мягко массировать, чтобы расслабить парня. Тот судорожно вздохнул и кивнул, со свистом дыша сквозь зубы. — Хо, посмотри на меня. — попросил Хенджин. Тот никак не отреагировал, тогда блондин позвал громче: — Посмотри на меня, Минхо! — Ли поднял глаза, пытаясь сфокусировать их на лице Хвана. — Молодец, а теперь дыши со мной, ладно? Вдохни… Медленно выдохни….Теперь опять– вдох….Выдох… Вдох… Выдох… Вот так, правильно… — Хенджин, сам напуганный до невозможного, дышал вместе с Минхо какое-то время, пока того не начало постепенно отпускать. Когда старший совсем успокоился, Хенджин сбегал за их вещами в раздевалку и увел хена в кафе напротив студии, где заказал горячее какао им обоим, так как у Хо по-прежнему были ледяные руки. — И ты так каждый раз… Ну…когда сбегал из зала, да? — не выдержав, задал беспокоящий его вопрос Хенджин, когда его кружка опустела, а Ли так еще и не притронулся к напитку, лишь грея об него руки. — вроде того. — криво улыбнулся старший. Сердце Хенджина неприятно кольнуло от вида такого разбитого Минхо. Он никогда еще не видел его в таком состоянии, старший всегда был в приподнятом настроении, подкалывал и подшучивал над ним, был сильным, независимым от чужого мнения, на такого хёна Хенджин старался равняться. Он даже и не подозревал, что испытывал Хо на самом деле, живя с таким серьезным диагнозом. Хван не страдал паническими атаками, слава богу, однако у его одноклассника были пару раз приступы, поэтому он запомнил, что делала медсестра, когда прибегала на помощь к тому парню. — у тебя это недавно началось? — Минхо отрицательно покачал головой. — еще с детства… Накатывает временами. — тихо ответил он, немного отпивая, чтобы хоть чем-то занять себя. — но я раньше не замечал за тобой этого… Прости, если тебе неприятно об этом говорить. — стушевался Хенджин, мысленно корящий себя за то, что лезет не в свое дело. — все в порядке. — слабо улыбнулся Минхо, глядя на друга. — спасибо, что помог. Обычно приходится справляться самому, если не успеваю набрать маму или папу. — поделился он. — ты можешь звать меня! Я постараюсь помочь, хен! Можешь на меня рассчитывать! — горячо выпалил Хенджин, накрывая потеплевшие (наконец-то!) руки старшего. — спасибо, Джинни, буду знать. Извини, что тебе пришлось увидеть… Это… Хм… — улыбка сползла с лица Минхо. Хван покачал головой: — что ты! Но это же не просто так началось снова? Я слышал, что должен быть какой-то спусковой механизм, вроде какого-то триггера…Что-то случилось? — осторожно спросил он. Минхо молчал, Хенджин уж было решил, что старший так ничего и не ответит, поэтому отвернулся, делая вид, что вопрос «проехали», но услышал тихий вздох Ли, и поднял на него глаза: — Дженни. Мы стали часто ссориться. Я… Когда мне было года три, родители при мне очень сильно поругались, это так, видимо, впечатлило меня, что я испугался и начал задыхаться. Тогда я словил свою первую паничку. Врач потом сказал, что я очень чувствителен к стрессу, поэтому мне нужно найти занятие, которое бы отвлекало и расслабляло меня. Мои родители с тех пор никогда не ссорились, по крайней мере, не при мне. А я начал заниматься танцами. Они буквально излечили меня….Как мне казалось, мда… Эти ссоры, что происходят сейчас… Я не могу понять, почему и чем я это заслужил, она не объясняет, и меня начинают терзать сомнения и страх, ну последствия этого ты только что видел, вот. — ты пробовал с ней поговорить об этом? — спросил Хенджин. Минхо неопределенно пожал плечами. — я пробовал, но она лишь отмахивается и просто уходит. — хочешь, я поговорю с ней? — предложил младший. Минхо судорожно вздохнул и резко замотал головой, так, что Хван испугался, что у того снова начался приступ: — Хен, прости, хен, я понял, не буду! Успокойся, пожалуйста! — взмолился Джин, подсев ближе к старшему и крепко обняв его, чувствуя, как тот постепенно расслабляется в руках. — тихо, Минхо, все будет хорошо. — Хван слегка покачивал его в руках, наплевав на то, как это могут видеть со стороны. Здоровье Минхо было важнее. Спустя минут десять, он отсел обратно, начав болтать о чем-то постороннем, чтобы отвлечь старшего, и ему это удалось. Под конец Минхо даже пару раз рассмеялся, что Хван воспринял своей личной победой. Выйдя из кафе, все так же болтая, они дошли до перекрестка, откуда им уже было не по пути. Хенджин хотел рассказать какую-то очередную смешную историю из его школы, но сигнал сообщения на телефоне Минхо остановил его. Старший, прочитав содержимое, нахмурился, закусив губу. — что случилось? — дернулся Хенджин к другу. — ничего. Дженни написала, что завтра не сможет встретится со мной, какие-то домашние дела. Уже третий раз за пять дней. — почти неслышно добавил он последнюю фразу, но Хван расслышал. — ладно, Джинни, там твой автобус подъезжает, так что до завтра. — вымученно улыбнулся Минхо, показывая в сторону остановки. Хенджин не сдвинулся с места: — может, мне тебя проводить? — Минхо закатил глаза и ухмыльнулся, вроде бы, как всегда: — я похож на трехлетнего? Я тебя старше, может, это мне тебя проводить, как маленького? — ехидно спросил он, тем самым, успокаивая Хвана. Возможно, все не так серьезно, как ему показалось. — ой и ладно, не хочешь – как хочешь. Пока, хен. Если что, я всегда на связи, ты понял? — ткнул он пальцем в грудь рассмеявшегося на это Минхо. — да понял я, понял. Все, иди уже! — он подтолкнул младшего в сторону остановки. На следующий день у Хенджина было два часа между школой и тренировкой, поэтому он решил скоротать время в торговом центре недалеко от студии. Нагулявшись по магазинам, Хенджин решил перекусить в кафе, где увидел знакомую макушку Дженни. Решив, что они все-таки встретились с Минхо, Хенджин уже сделал пару шагов к ее столику, как рядом с девушкой, принеся два кофе, сел совсем не Минхо, а какой-то посторонний парень. Ничего не понимая, Джинни остался стоять на месте, а тот парень, что-то прошептав на ухо девушке, вызвав ее улыбку, начал ее целовать. На этом моменте Хенджин опомнился и покинул торговый центр, переваривая увиденное. Так вот почему она ссорится с Минхо и динамит его! Она просто завела себе кого-то другого! Решительно набирая номер старшего, чтобы рассказать об увиденном, он резко вспомнил, каким Минхо был буквально вчера, и уже хотел сбросить, но на том конце трубки прозвучало усталое «алло». — хен, что делаешь? — выпалил он, срочно пытаясь придумать причину звонка. — да ничего, Джин, а что? — а давай я к тебе приду, принесу чего-нибудь вкусненького, потом вместе на тренировку пойдем, ты как? — осенило младшего. — ладно, если тебе не влом… — удивленно протянул старший. — не влом! Никуда не уходи, я скоро! — выпалил Хенджин, рванув в сторону дома Ли. Из головы не уходило увиденное, однако он не хотел стать причиной очередного приступа. Проболтав оставшееся время под вкусное мороженое, друзья двинулись на занятия. Перед началом, пока все ждали тренера, в зал вошла Дженни и как ни в чем не бывало, повисла на шее у Минхо. Хенджин лишь закатил глаза. Лицемерие девушки его поражало, но он не хотел лезть в это, боясь сделать хуже. Однако, за несколько дней, прошедших после той неприятной Хенджину сцены, он еще несколько раз видел Дженни в разных местах вместе с тем парнем, и все больше раздражался при виде грустного Минхо, который выслушивал очередную байку про занятую домашними делами девушку. В итоге, Хенджин не выдержал. Это случилось после очередной тренировки. Они уже выходили из здания, Минхо и Дженни шли чуть впереди, Хенджин за ними. Хван в полуха слышал диалог между парой: — Джен, мы так редко видимся, позволь я тебя провожу? — Минхо попытался приобнять девушку за талию, но та увернулась, глупо хихикнув: — не нужно, меня заберет мама, она через пару минут будет. Езжай на автобусе. — но мы увидимся завтра? — я постараюсь закончить пораньше с делами, но мама может опять попросить посидеть с младшей сестрой… — скривила личико девушка. Хенджин тихо фыркнул, отворачиваясь чуть в сторону и замечая на противоположном конце перехода того самого парня, что гулял с Дженни. — я могу посидеть вместе с тобой. — не переставал предлагать варианты Минхо, вызывая жалость у Хенджина от наблюдения за его отчаянными попытками побыть со своей девушкой хоть как-нибудь. — нет, я обещала ей пижамную вечеринку для девочек, придут две ее подружки, ну ты же знаешь мою сестру… Как-нибудь в другой день, прости. — пожала она плечами, смотря вперед и замечая того парня. Он махнул ей рукой. Если бы Минхо в этот момент не смотрел себе под ноги, сжимая кулаки, то заметил бы, как его девушка улыбнулась другому. — ясно. Ладно, я пойду. — ага, давай. Пока, Джинни! — махнула она рукой и Хенджину. Тот промолчал, окинув девушку презрительным взглядом и побежал за старшим, который стремительно уходил прочь, тяжело дыша. — Хен, почему ты продолжаешь за ней бегать? — возмущенно спросил Хенджин, немного теряя контроль над собой и своими словами. — я не бегаю. Она моя девушка, Джинни. — хрипло ответил Минхо, но раздраженный Хенджин, не заметив подступа паники у старшего, язвительно бросил: — а только ли твоя, Минхо! — выпалил он и тут же осекся, глядя на округлившееся глаза Ли. — что ты сказал? Повтори. — тихо процедил Минхо. — ничего, забудь. Пойдем домой. — попытался съехать с темы Хенджин, но Ли вцепился в его руку ледяными пальцами: — объяснись, Хван! Если что-то знаешь, скажи! — отчаяние в голосе Минхо вынудили Хенджина признаться: — я видел ее с другим. Несколько дней назад. И не один раз. — тихо ответил он, отводя взгляд от старшего. — ты врешь… — так же тихо прошелестел Минхо, отпуская руку младшего. Джинни покачал головой, грустно вздохнув. — ты врешь, этого не может быть… Мы же… Мы же любим друг друга… Нет, этого не может быть, Дженни… Ты что-то напутал, может, она со своим братом гуляла, ты же не знаешь Марка, а я знаю, это все совпадение… — качал головой Хо, которого начинало потряхивать. Эта слепая вера девушке подстегивала Хвана на откровения: — тебе лучше забыть ее, Минхо. Она не любит тебя, иначе бы не гуляла и не целовалась с другим. Прости, но я своими глазами видел...Хо? — он не успел даже толком договорить, как Минхо начал задыхаться, стараясь оттянуть внезапно тесным ставший свитер и царапая свое предплечье другой рукой. — Хо, прости, я, я не хотел так…так резко, Хо, дыши! Давай, вдох-выдох, медленный вдох и выдох… — Хенджин пытался успокоить старшего, но того обуяла настоящая паника, он открывал рот, словно рыба, попавшая на сушу и не мог ни слова сказать. Хван так перепугался, что вместо скорой позвонил маме Минхо. Женщина среагировала быстро, примчавшись к остановке, где они были, буквально за 10 минут. После этого Хенджин около недели не видел Ли, узнавая через его родителей о состоянии старшего. Он провел в больнице несколько дней, наблюдаясь у невролога под присмотром врачей, так как его еще несколько раз подряд одолевали приступы, пока организм в конец не истощился, и Минхо заснул больше, чем на сутки. После больницы он расстался с Дженни, вместе с Хенджином они перестали посещать ту студию, чтобы старший не виделся с бывшей, и записались на подготовительные к своим будущим мастерам курса, после этого приступы Ли постепенно сошли на нет, и к первому курсу университета исчезли окончательно. *** — Я не знал, что у него…такое бывает. — через ком в горле тихо произнес Джисон. — теперь понимаешь, почему… — да. Спасибо, что рассказал. Вот только… Чанбин сказал, что он слышал ваш спор и сбежал… Где мне теперь его искать? Я видел какую-то большую черную машину и взрослого мужчину, который увез Минхо. — собрался с мыслями Джисон. В голове медленно зарождался план. — раз он не здесь, единственное место, куда он может отправиться, это его дом, в Гимпо. Я знаю, что сегодня из аэропорта его забирал отец. Скорее всего, это был он. — предположил Хван. Джисон медленно кивнул, что-то обдумывая. Хенджин не торопился уходить, все же чувствуя свою вину перед Ханом тоже. — ты же знаешь адрес Минхо? — пристально посмотрев в глаза танцору, спросил Хан. Вместо ответа Хенджин потянулся за блокнотом, лежащем на столе, и быстро написал пару строк. — вот. Он здесь. Звонить бесполезно, телефон он случайно оставил в машине отца в день отъезда, поэтому тот разряжен. Да и вряд ли сейчас хен будет брать трубку. В Японии мы созванивались, когда его одногруппник одалживал телефон. — ты ему сразу все рассказал тогда?.. — тихо спросил Джисон. Хенджин возмущенно покачал головой. — тогда почему он мне не звонил? Ни разу… — плечи Хана заметно опустились. — Эх, он просто еще не выучил наизусть твой номер. Помнил только мой. Вот и все. Он просил дать трубку тебе, но… — ладно, не продолжай, я догадываюсь и так, что было. Спасибо, что все-таки рассказал. — Джисон протянул Хенджину руку. Он не мог злиться на этого парня, теперь зная всю историю. Скорее всего, на его месте он поступил бы также. Пусть и не совсем обдуманно. Хенджин молча пожал руку в ответ. Уже выходя из комнаты, он остановился и бросил через плечо: — верни его, Джисон. Надеюсь, у тебя получится. — естественно. — не задумываясь, ответил Хан. Хенджин слабо улыбнулся, и вышел из комнаты окончательно. Джисон еще какое-то время помедитировал на страничку с адресом Минхо, а после перевернул на чистый лист и быстро-быстро стал что-то в нем записывать. *** — я позвонил на кафедру и предупредил, что тебя пару дней не будет. Никто не против, если что. — Минхо кивнул, принимая чашку ароматного чая из рук отца. Он сидел на диване, с двух сторон от него сидели его родители, а на коленях ютился любимый кот. Если бы не обстоятельства, из-за которых Минхо находился сейчас в родном доме, он был бы просто счастлив вернуться в это уютное место. — может, посмотрим что-нибудь? Как в старые добрые времена? — шутливо предложила мама, легонько пихнув плечом сына. Хо ухмыльнулся: — а какие есть предложения? — правила те же. Играем в камень-ножницы-бумага, кто проиграл, тот и идет на чердак за коробкой с dvd-дисками, а тот, кто победил, вытаскивает первый попавшийся. — ну нееет, — возмутился Минхо, — а если вытащат какую-нибудь старую запись со школы? Я не собираюсь смотреть трехчасовой выпускной в средней школе! — ну, тогда мы перетянем диск. — предложил отец, смешно подвигав бровями. Как любил делать сам танцор. — нет уж! Правила есть правила! — возмутилась мама. — Что выпадет, то и смотрим, поняли?! — лучше не спорить с этой женщиной, себе дороже. — закатил глаза мистер Ли, под тихий смех сына. — ну, погнали. Раз, два, три! — на последний счет все показали какой-то из символов. — ты, конечно, извини, сын, но идти наверх тебе. Правила есть правила. — ехидно ухмыльнулась выигравшая у обоих мужчин женщина, потягиваясь на диване. Минхо было лень вставать и снимать пригревшегося кота, однако он был благодарен, что с ним все же не носятся, как с писаной торбой. Для вида покряхтев, он все же встал и направился на второй этаж, откуда можно было попасть на чердак. Спустившись оттуда с коробкой, он услышал, как к дому подъехала машина, а после приглушенные голоса людей раздались со двора. Мысленно пожав плечами (ибо коробка была далеко не маленькой), он медленно спустился вниз, ожидая возможных гостей. Однако внизу были только родители, но какое-то копошение с улицы доходило до его ушей. — Хо, спасибо, что принес коробку, мы пока с папой выберем, а ты можешь выйти в сад, подышать свежим воздухом. — подозрительным голосом предложила мама. — да мне и тут хорошо. — возразил парень, направляясь в гостиную. — ну тогда на кухню, сделай нам всем по какао, не будь букой, Хо. — настаивала мама. Закатив глаза и передав коробку отцу, он поплелся на кухню, с которой открывался вид через панорамные окна на их небольшой садик. В котором, к слову, кто-то был. Приглядевшись к фигуре, настраивающей гитару и микрофон, Минхо замер на месте, словно статуя. А с улицы послышались первые переборы гитары. Я буду защищать, ты можешь показать Мне свои раны, все в порядке, я буду все их исцелять. Мой личный грех, что светит ярче всех, Прошу, свети мне еще ярче, чтобы и я дарить смог свет. Ночь не пугает, если только ты стоишь рядом со мной Пусть сотни раз с тобой встречался, будет мало, ведь ты — мой. Мое израненное сердце только ты смог разглядеть, Ты подарил свое тепло, укутав словно в теплый плед Я на мгновение прослезился, ведь это наш с тобой секрет. Я буду защищать, ты можешь показать Мне свои раны, все в порядке, я буду все их исцелять. Мой личный грех, которым стал мне ты, Не откажусь, пусть даже больно, ты — предел моей мечты. Ты-опаляющее пламя, можешь в любой момент ранить Но твое слово — кем угодно стану, только попроси Я знаю, можешь сделать больно, сжечь до тла, но я спокоен, Плевать на тех, кто убегал, я буду рядом до конца. Ты мой вулкан. Твоя любовь так обжигает, что прикоснувшись, всё растает Прошу, возьми меня с собой, на самый дальний край земли Пусть все сгорит до тла — не важно, это ни капли мне не страшно Даже исчезнув сотни раз, я снова выберу тебя. Позволь расплавиться в тебе, Пусть от объятий будет больно, я все равно буду доволен, Ведь я в порядке лишь с тобой, Среди холодных серых волн, ты тот, кто дарит мне тепло, Ты мой вулкан. Ты дождь в моей сухой пустыне, стих на пустом листе души, Ты заполняешь светом сердце, не оставляя пустоты. Дышу тобой и преклоняюсь, твои объятия — мой дом, Ты смог спасти, когда я падал, поймал — я смог взлететь потом. Я до тебя не жил и вовсе, закрыв в отчаянии глаза, Но лишь ты только появился — улыбке не сойти с лица Не знаю почему, но не хочу идти назад, Тебе, кто ярче всех сияет, отдать все буду только рад. И каждый день я ощущаю, что дождаться не могу Когда увижу вновь улыбку, и улыбнуться сам смогу. Я буду защищать, ты можешь показать Мне свои раны, все в порядке, я буду все их исцелять. Мой личный грех, которым стал мне ты, Не откажусь, пусть даже больно, ты — предел моей мечты. Позволь расплавиться в тебе, Пусть от объятий будет больно, я все равно буду доволен, Ведь я в порядке лишь с тобой, Среди холодных серых волн, ты тот, кто дарит мне тепло, Ты мой вулкан. Мучение жить, где тебя нет Пускай умру, но для меня ты мой — навек Пусть сотни раз перерожусь — ты все равно мой человек. Мой выбор будет неизменен, окончательный ответ. Ты можешь взять всего меня, и опалить своим огнем Внутри и так горит пожар, когда ты в разуме моем Ты мой вулкан. Твоя любовь так обжигает, что прикоснувшись, всё растает Прошу, возьми меня с собой, на самый дальний край земли Пусть все сгорит до тла — не важно, это ни капли мне не страшно Даже исчезнув сотни раз, я снова выберу тебя. Минхо не понял, а какой момент слезы стали катиться из глаз. Он просто слушал голос Джисона, и каждое его слово проникало куда-то в душу, излечивая все его страхи. Он нашел его. Нашел действительно своего человека. И плевать, что ему говорят другие, он не может ошибаться. Джисон — его личное спасение. Они обязательно со всем разберутся. Даже странно, почему он сразу не решился посмотреть в глаза Джисону и все выяснить, тогда не было бы этих нескольких часов отчаяния. Ладно, в любом случае, он нашел его и теперь здесь. По-другому и быть не может. Потому что человек, которому было бы плевать на Минхо, не мог написать таких слов… Минхо на автомате открыл дверь в сад, застыв в проходе. Джисон еще на середине песни встретился с ним взглядом, и не отрывая глаз, продолжал петь. Поэтому теперь они просто смотрели друг на друга. Первым с места сорвался Минхо, бросившись к Джисону. Тот отшвырнул любимую гитару, ловя в объятия старшего. Ли уткнулся в шею Хана, судорожно сжимая того в объятиях. На глазах Джисона выступили слезы облегчения и счастья от того, что он действительно чувствует себя, наконец-то дома, в этих сумасшедших объятиях хёна. — Боже, Минхо, я так скучал… — только и смог выдавить из себя Хан, крепче прижимаясь к телу старшего. Минхо лишь сильнее уткнулся носом, вдыхая такой родной и любимый запах. Словно без него не мог дышать. Чан и Чанбин сидели в машине, через дорогу от дома Ли, но отсюда было видно и слышно все, что происходило в саду Минхо. — Чан, как думаешь, у них все будет хорошо? — Чанбин смотрел на Криса, задумчиво наблюдающего за объятиями Джисона и Минхо. Они приехали вместе с Ханом, помогая ему довести необходимую технику. И просто, чтобы поддержать. — Думаю, по-другому и не может быть. Я еще никогда не видел Джисона таким решительным, как сегодня. Мне кажется, ему удалось достучаться до Ли. Поехали отсюда. — он завел мотор одолженной у Вонхо машины. — стой, а Джисон? И уселок? — спохватился Чанбин, когда они уже отъехали на сотню метров. — думаю, с этим он тоже сам разберется. — улыбнулся Крис, выезжая на главную дорогу.