Тот пост, твоего авторства

Я смотрю на его лицо, мысленно сверяя его, с теми отправленными фотографиями. Сейчас он более измучен, выглядит намного хуже чем обычно. «Ты — это ты. Но я не чувствую себя счастливо так-же, как при переписке с тобой». Он тоже пристально смотрит на меня. Не пытается ничего сказать, не двигается. Только смотрит как моё «внутреннее я» утопает в злости и обиде. Вспоминать тот момент, когда я спустя час увидел эту запись в твоей группе, отправленную мне моим другом с подписью «тебе нужно посмотреть на это». Вспомнить, как я читал и смотрел фотографии в посте о том, какой я раздражающий, что мне правда стоит изолироваться от людей. Ты – человек, подаривший мне чувство безопасности. Мой самый лучший «друг», которого я вообще мог встретить. Ты принял меня таким, каким я всегда хотел быть, поддерживал мои идеи, хвалил мои интересы. Мы много чего сделали вместе. И конечно, увидеть от тебя это… как-же я в тебе ошибался. Наконец, ты делаешь шаг вперёд, из-за чего я отступаю назад, чуть-ли не падая с платформы. Почему же ты попросил меня встретиться тут, чего же ты хотел? Да и что я могу сказать тебе? — Я не имел это ввиду. — Ври больше. — Мне нет смысла вести себя с ним мягко. — Послушай, я правда не имел это ввиду, я хочу всё объяснить. — Он делает ещё шаг вперёд. — Попытайся рассказать, раз у тебя есть такая возможность. — Я бы мог рассказать, но лучше тебе показать. — Он достаёт телефон и начинает с сообщений с попытками войти в его аккаунт чуть раньше той ночи. — Мне показалось это странным, но я никак не мог отследить кто это, думал что кто-то просто случайно вводит не свои данные. Он подходит ко мне и специально показывает мне путь к сессиям. Сразу два входа с телефона и ПК, в отличие в 5 минут. Город тот-же, что и у нас. — После нашей игровой сессии я отрубился на полу в гостиной, весь день ходил в разные магазины с мамой, сам понимаешь. — Он переключается с сессий на сообщения. — Этот мудак успел сделать много. Очень много. Даже моей матери написал, вот только ты уже понял что она меня после этого меня разбудила и сразу предупредила об этом дерьме. — Слишком много чатов с кучей оскорблений, неприятное чувство в груди. — Я изменил пароль, закончил все сессии, попытался даже отследить кто это сделал. Мне правда понадобилось много времени чтобы извиниться перед теми, кто это увидел, и когда я увидел написанное в группе было уже поздно. У меня во рту пересохло. Я запутался, мне правда было очень трудно верить в это всё, хотя все доказательства были на лицо. — Я прекрасно знал, что ты не стал бы меня слушать в сети, да и я бы до тебя не достучался, если бы не заблокировал мою мать. Тебе сейчас трудно всё понять, но если хочешь время это обдумать скажи мне. — Просто- Я- ох. Мне нужно сесть. — Ты правда- — О нет… о нет-нет-нет-нет! Перестань говорить! Ты делаешь только хуже! Я могу обдумать это сейчас, дай мне несколько минут, час, сколько вообще сможешь тут просидеть столько и подожди если всё-ещё хочешь этого. Он тяжело смотрит на меня, потом отводит меня на сиденья и мы тихо сидим, оперевшись на спины друг-друга.

***

Что-то железное стучит вдали из-за ветра. Пахнет сырой землёй и сиренью. Я не могу долго обдумывать эту ситуацию, ведь чем больше я думаю, тем сложнее мне решить что делать. Мой «друг»… хороший, он не делал этого, он не может лгать. Кто-то посеял это сомнение, и этот кто-то явно хотел нам обоим насолить. Разобраться сейчас мы попросту не сможем, сейчас всё зависит от меня. Последнее чего мне сейчас хочется, так это чтобы он ушёл. — Как думаешь, сколько лет эта железнодорожная станция заброшена? Мой собеседник вздрагивает, но через несколько секунд, задумавшись, говорит: — Довольно долго, ибо не думаю что кто-то бы построил станцию в лесу. Может лет 50-70 назад. — Давай когда-нибудь мы сходим узнать об этом наконец? Мы так-то сюда уже сколько ходим, но так об этом месте и не знаем. — Я чувствую как он поворачивается. В его глазах появляется капелька надежды. Мы садимся нормально. Его руки в ожидании подрагивают. — Я не собираюсь отстраняться от тебя, Ран. Да даже если бы это написал ты, то ты бы не выглядел так, будто не спал все эти три дня. Он так резко обнимает меня, так сильно сжимает в руках. Сейчас я осознаю как Ран был напряжён. — Боже, Даян, я так боялся что ты уйдёшь. — Он разрывает объятья. — Я на самом деле не спал эти три дня. Он мягко касается моего лица руками и я единственное, что я могу ему сказать, так это: «Ты идиот.» Улыбнуться и нежно поцеловать сначала в губы, а потом в лоб. Ран просто тает от моих действий, потому я даю ему поспать на моих коленях. Надеюсь что он хорошо выспится, ведь ему скоро предстоит увидеть мой подарок в виде новой футболки и парочки парных браслетиков.