Самое романтичное место в Хогвартсе

Гарри затруднялся ответить, когда всё это началось, но в последнее время Реддла стало в его жизни слишком много. То он подсядет в библиотеке за один с ним столик, то смотрит-смотрит-смотрит своими тёмными глазами через весь Большой зал, прожигая его насквозь, то усаживается рядом на уроках, игнорируя шипение Гарриных друзей, не успевших его защитить от этого непонятного старосты. При этом он почти всегда молчит или говорит только по делу. Такое сталкерство крайне раздражало и нервировало, но получить ответ так и не удалось, хоть и слизеринская гадюка всегда оказывалась где-то поблизости. В отчаянии Поттер даже начал таскать с собой Мантию-невидимку и везде просматривать Карту мародеров, не желая наткнуться на Тома. Он так и не мог понять, чего тот от него ожидал. Средние оценки за учёбу, обыкновенная внешность, разве что ловцом он был потрясающим, но даже употреблять рядом слова «Реддл» и «Квиддич» — было безумием. До тех пор, пока он не начал приходить на игры с участием Поттера. Никаких кричалок, никаких эмоций, просто опять эти глаза безошибочно выделяли одного нужного игрока и следовали за ним. Гарри начинало казаться, что этими взглядами его препарируют на органы, раскладывая по полочкам его внутренности. Но не мог же гениальный Староста торговать человеческими органами. Или мог? Так или иначе, у Поттера уже развилась паранойя и он видел Реддла даже в те минуты, когда его не было рядом, как будто он въелся ему под кожу. А на носу были выпускные экзамены, которые нужно было постараться сдать не на «Тролль», и готовиться в таких условиях оказалось делом трудным, мягко говоря. Однажды Поттер всё-таки спросил, что ему от него надо. Том лишь пожал плечами и механически ответил, что ничего. Конечно же, Гарри не поверил и начал всерьёз переживать за себя, всё больше оглядываясь по сторонам. А что ещё остаётся, если главная холодная глыба Хогвартса внесла в свой список задач «следить за Поттером и отравлять ему жизнь»? За этим шоу уже наблюдала половина Хогвартса, особенно девушки. И спустя несколько месяцев Гарри, наконец-то, решился на серьёзный разговор и даже сам назначил встречу. На вершине Астрономической башни. Романтично, не правда ли? Правда, Поттер о романтике этого места и не вспоминал, переживая и думая, во что выльется этот вечер. Зато, судя по ухоженному, больше чем обычно, Реддлу, вспомнить это было несложно. Кажется, от него ещё и дорогим парфюмом пахло. Они встретились как лёд и пламя, но предпочли сначала постоять, подумать, поразглядывать друг друга. Всё это происходило в неловкой тишине. Вдруг её нарушил бархатистый голос Тома, уверенно сказавшего целое предложение. — Мы вместе идём в Хогсмид в эти выходные, — ни вопросительной интонации, ни сомнений, ни-че-го. Гарри завис. — Почему ты это утверждаешь? — Разве парочки не ходят на свидания? — недоуменно наклонил голову в сторону Реддл, будто правда не понимая, что с его предложением не так. — Эээ… но мы же с тобой не парочка. Я вообще просто хотел спросить, зачем ты меня преследуешь, — Гарри стал ещё больше ничего не понимать. — А разве возлюбленные не находятся всегда вместе? — логика была безошибочной, но непонятной. Поттер помассировал виски, чувствуя зарождающуюся боль. — Итак, сколько мы уже встречаемся, по-твоему? — безысходно уточнил Гарри. — Три месяца и пять дней, — без заминки выдал Реддл. — Ага, — Гарри сделал тон помягче, именно таким, с которым разговаривают врачи с безнадёжно душевнобольными пациентами. Кажется, это отлично подходило к данной ситуации. — А почему я этого не знал? — А ты не спрашивал, — пожал плечами невозмутимый Староста. Поттер задохнулся от возмущения. — Ну знаешь ли, это самая неочевидная причина твоего преследования, — он взлохматил шевелюру и бессильно опустил руки. — По-моему, мы пропустили какой-то важный этап в наших, — он замялся, — отношениях с тобой. — Разве? — Да, Реддл, определённо, да. Начнём с того, что я не гей. — Я тоже не гей, — спокойно сказал Том. — Так, теперь я вообще не улавливаю никакой логики, — Гарри озадачился. — Я долго думал над этим, но решил, что я просто Гаррисексуал, — серьёзно выдал Том, из-за чего Поттер спрятал лицо в ладонях и протяжно застонал от свалившихся на его голову поразительных открытий. — Тебе плохо? — удивлённо поинтересовался Реддл. — Наколдовать тебе воды? — Спасибо за заботу, конечно, но, повторяю, я не гей! — приглушённо напомнил Гарри, через некоторое время отрывая смущённое лицо от конечностей. — Я тоже, — снова пожал плечами Том, оставаясь всё таким же невозмутимым. — Погоди, кажется, мы начали ходить по кругу, — снова воцарилось неловкое молчание. — Так, Том, что, по-твоему, делают парочки? — решительно спросил Гарри, задвигая растерянность подальше. — Проводят время вместе, обнимаются, целуются, занимаются сексом, — без какого-либо смущения выдал Том, у него даже выражение лица не изменилось. — Вооот, — Гарри указал на него пальцем. — Мы же ничего из этого не делали! — Ничего, я могу подождать. Торопиться не стоит, мы всё ещё успеем, не волнуйся. — Да как тут не волноваться? Я, оказывается, уже три месяца с тобой встречаюсь. — И пять дней, — дополнил фразу Реддл, на что Гарри снова спрятал лицо в ладонях. — Но, если ты так желаешь, то… — Том не закончил фразу, потому что шагнул к растерянному парню и обвил его руками, прижимая к себе. Гарри в очередной раз завис, подумав, что это даже приятно и не вызывает отвращения. Хотя, он определённо и точно не гей. Но объятия были такими уютными, что он даже не подумал сопротивляться. Тем временем, Том положил подбородок на его макушку и ещё крепче прижал к себе. Они стояли вот так, вокруг снова опустилась тишина и только ветер выводил рулады за пределами башни. «Может, я чуть-чуть и гей», — пронеслась мысль в голове у Гарри. Приятно было всё-таки осознавать, что ужас подземелий и самый горячий парень, по версии большинства девушек и меньшего количества парней, обратил на него внимание. — А можешь поцеловать меня? — решил идти ва-банк Поттер, настроенный проверить всё-таки свою ориентацию. — Мы могли прийти к этому раньше, если бы ты не бегал от меня всё это время, — с ноткой лёгкой обиды ответил на это второй парень. Гарри нервно хихикнул. Кажется, Реддл вообще не осознавал, что что-то в его рассуждениях не так. — Но раз ты просишь, — тут Том приподнял его подбородок и склонился над ним, увлекая в поцелуй. У Поттера был опыт поцелуев, но предыдущие разы сразу угасли в его голове от такого страстного напора. Сам не заметив, он вполне уверенно ответил на поцелуй, пытаясь распознать свои эмоции. Ожидаемого отвращения так и не последовало, наоборот, в груди появились лёгкость и тепло, будто всё идёт правильно, так, как и было задумано изначально. Гарри первым разорвал поцелуй и выпутался из объятий, отступая на шаг с пылающим лицом. — Что-то не так? — недоуменно вскинул бровь Том. — Кажется, всё вообще не так. Кажется, я открыл в себе что-то ранее неизведанное, — опять нервно хихикнул Поттер, стараясь не рассмеяться от абсурдности ситуации. — Тогда встречаемся у главных ворот в субботу, в десять часов, — также уверенно напомнил Реддл об их первом за три месяца (и пять дней!) свидании. — А... ага… — заторможенно подтвердил парень, всё ещё пытающийся осознать, что теперь он цвета летнего неба, а ещё мечта половины Хогвартса — его парень. Том собственнически провёл рукой по щеке Гарри, неспешно отвернулся и ушёл, оставляя позади себя кучу вопросов и ни одного ответа. Поттер посмотрел ему вслед и, сокрушённо схватившись за волосы, сполз по стенке. — Мама, прости, внуков, кажется, у тебя не будет.