Who are you?

На часах восемь утра. Будильник уже десять минут без умолку трезвонит на всю комнату, заставляя Минхо нежеланно открыть глаза, и недовольно вздыхая, выключить его. — Долго нежиться собираешься? — выходя из ванной комнаты, с улыбкой на лице говорит Хан — друг и сосед Минхо. — А ну поднимай свою задницу! — стащив с Ли белоснежное одеяло, улыбаясь. — Хани. Черт, ну отвянь! — скуля, крепче обнимая подушку, чтобы Хан и ее не отобрал. — Хен, ты снова опоздаешь! — мимолетно смотрясь в зеркало, поправляя с глаз темные пряди волос — Я ухожу. — бросив напоследок в Минхо мягкой игрушкой, громко захлопнув за собой дверь. — Вот блин. — медленно поднимаясь к кровати, возмущаясь себе под нос — Если бы не твое милое личико, Хани. Я бы тебя уже давно придушил ночью подушкой! — быстро надевая на себя первые попавшиеся брюки и свитер, закинув в пустой рюкзак зубную щетку, пасту и пару тетрадей, выметаясь из общежития на своих двоих.

🐈🐈🐈

В классе стоит раздражающий Хана гул, словно идет не урок философии, а политические дебаты — что, в принципе, весьма схоже. Хан и не такое терпел, все это уж точно не сравнится, с вечными спорами между ним и Минхо — таким моментам, точно нет равных. Но Хан уж слишком воспитан, так что всегда уступает старшему, соглашаясь с его правотой. — Ну по крайней мере, старается сделать вид, что согласен. — Ты чем там занят? — вторгаясь в личное пространство Хана, любопытно заглядывая в исчерканный блокнот, спрашивает Ли. — А ты чего такой любопытный?! — с хлопком закрыв блокнот, изогнув бровь смотря на старшего — Ты опоздал, еще и учителя не слушаешь. — фыркая, взяв щеки Ли в обе ладони, без труда поворачивая его голову на доску — Вот так и сиди! И кто этот придурок, что позволил тебе перейти на третий курс? — бормотав себе под нос с улыбкой на лице. — А кстати! — снова резко повернувшись на вздрагивающего от неожиданности Хана, неловко закрыв себе рот ладонью, заметив, что учитель услышал его вскрик — Вот. — шепотом, протягивая Хану белый листок, сложенный в двое — Я снова нашёл его в своем шкафчике. — смущаясь, смотря на записку — Уже почти год прошел, но я так и не понял от кого они. Хан нервно поджал губы, медленно раскрывая уже знакомый ему листок, затем начал тихо читая текст, который знал наизусть — чего Минхо знать было не обязательно, ведь для него, Хан видел этот текст впервые:

«Так хочется клубники, но за окном морозы.

Смотрю на твои губы — их хочется мне больше.

И хочется весны, еще сильнее лета, где вместе я и ты — закаты и рассветы.

Я снова не сказал: люблю тебя — в глаза.

Ведь если расскажу — отправлюсь в небеса.

Ты меня не поймешь, а я не стану спорить.

Ты навсегда уйдешь, оставив меня с болью»