Ведьмы Гримара

- Гретта, ради всего святого… Задёрни портьеры. От этой погоды одна головная боль. - Да, ваша светлость. Рыжеволосая служанка подошла к окну, чтобы исполнить приказ госпожи, но не сделала этого сразу. Засмотрелась на вид, открывающийся из королевского кабинета. Величественные горы с пышными снежными шапками возвышались над бескрайними сосновыми лесами, красотой и мрачностью которых славился Гримар. Обычно над королевством клубились темны тучи и непрерывно лили дожди. Сегодня же светило солнце и небо было чистым, без единого облака. Гретта родилась в Гримаре и никогда не покидала его дольше чем на пару дней. Но никогда она не видела столь погожего дня. «Выбраться бы к матушке, - подумала она. – Королева вряд ли позволит, но стоит попытать удачу. Можно прогуляться по рынку или даже по полю, насобирать цветов…» - Гретта, ты что, уснула? Или поиздеваться решила? – ледяной голос заставил ее вздрогнуть и позабыть о визите к матери. Больше солнца её госпожа ненавидела медлительность и неподчинение. - Простите, ваша светлость, - пробормотала она и спешно запахнула шторы. - Я просто задумалась и.. - Подойди сюда. Сердце упало в пятки. «Боже, зачем же я это сказала?» Она опустила голову и торопливо подошла к Рейн. Смотреть на госпожу совсем не хотелось, но она понимала, что попытка отсрочить этот момент так же нелепа, как и старание надышаться перед смертью. - Посмотри на меня. Сейчас же, - голос госпожи четко дал понять, что если Гретта ослушается, то сегодня же окажется в темнице. Девушка подняла глаза и встретилась взглядом с Рейн. Она была безумно красивой женщиной, но глаза у неё были холодными, вселяющими.. страх? - Простите меня, ваша светлость, не знаю, что на меня… - Помолчи, - оборвала её королева. – Очень интересно, о чем же ты так задумалась, что успела позабыть о моей просьбе? Не смей лгать, ты знаешь, что у нас принято делать с лжецами. Гретта знала. Все в королевстве знали, что бывает за ложь. Нервно сглотнув, она произнесла: - Я..Я лишь думала о том, как хочу увидеться с матушкой, ваша светлость. Мы так давно не виделись.. Мне следовало бы почаще навещать её, ведь её так одиноко после смерти батюшки, и.. – Гретта закрыла рот ладонью и замолчала. Об этом нельзя было говорить в её присутствии, это запрещено. – Ваша светлость, простите меня, я не хотела.. - Тихо, - Рейн побелела. Худые, украшенные перстнями руки так крепко сжали подлокотники кресла, что Гретте показалось, будто она слышит хруст трескающегося дерева. Королева прикрыла глаза и устало потерла переносицу пальцами. Повисла гробовая тишина Гретте на секунду показалось, что остановилось само Время. Она уже прокручивала в голове варианты того, что Рейн сделает с ней за подобное. Вышеупомянутая темница? Пощёчина и речь о том, что она позволила себе невиданную наглость? Эшафот? Вариантов было не так много. Гретта любила свою госпожу всем сердцем, но не забывала о том, что случалось с теми, кто смел дерзить ей. Не забывала и избегала и ошибок тех несчастных. Сегодня ей этого не удалось. - Ты действительно так сильно хочешь повидаться с матерью? – наконец спросила Рейн, что заставило Гретту вздрогнуть. - Да, - ответила она, пытаясь побороть дрожь в голосе. – Очень хочу. Ей тяжело без меня. Рейн сцепила кисти рук в замок и внимательно посмотрела на служанку. - Семья – очень важная вещь, Гретта...Особенно родители.. Благодаря им ты имеешь возможность ходить по земле, дышать, наслаждаться вкусом пищи и ароматом самых красивых цветов. Ты же понимаешь, какие это дары, которые мы зачастую недооцениваем, принимая за должное? – спросила Рейн, вставая с кресла. - Я понимаю это, ваше величество. Рейн подошла к ней, осторожно прикоснулась к подбородку девушки и подняла её голову, чтобы взглянуть служанке в глаза. - Да.. Семья – это важно, - задумчиво произнесла она, смотря на Гретту. – И думаю, что твоё присутствие рядом с матерью будет достаточной благодарностью за подаренную жизнь. Девушка онемела. Она ещё никогда не видела свою госпожу такой.. доброй? Гретта так долго боялась просить королеву о свидании с матерью, а госпожа сама дала на это разрешение? Что происходит? А впрочем, важно ли это? - Спасибо.. Спасибо, ваша светлость, - она расплакалась и упала на колени перед Рейн. – Я буду молиться за вас.. - Не стоит, дитя, - усмехнулась Рейн, потрепав служанку по волосам. – Отец Терло прекрасно с этим справляется. Считай это подарком в честь праздника. - Праздника? – Гретта непонимающе посмотрела на госпожу. – Ваше величество, я смотрела на календарь утром, сегодня будний день. О чем вы? - Ох, фрейлины совсем разленились и перестали распускать слухи? – засмеялась она. – Сегодняшний день отныне станет значимой датой. - Отчего же, ваша светлость? - Сегодня схватили Моргану. Вечером она будет казнена. Моргана не сразу смогла открыть глаза. Казалось, что веки стали железными. Головная боль была настолько сильной и невыносимой, будто в черепную коробку положили горсть раскалённых углей. Во рту пересохло. Попытка сглотнуть вызвала у женщины рвотный рефлекс, который она чудом смогла подавить: слюну заменила кровь. «А Рейн с отцом Терло чудно натренировали своих охотников», - подумала она, сплюнув красную жидкость на пол. – С таким упорством бить женщину.. Видимо им строго-настрого запретили использовать такое качество как человечность ещё в самом начале карьеры». Коротко порассуждав о наличии какой-либо морали у верных псов Рейн, ведьма решила оставить мыслительные процессы на другой раз: даже внутренний монолог причинил невыносимую боль в районе затылка. Моргана осторожно подняла голову и осмотрелась. Перед глазами плыло, все окружающие предметы превратились в одно сплошное пятно, но этого хватило, чтобы разглядеть, где она находилась. Королевские темницы.. Место прескверное и очень хорошо охраняемое. Ведьме невольно вспомнилась попытка штурма несколько лет назад. Потерь было больше, чем спасённых. Порой верховная винила себя в смерти сестёр, ведь с самого начала было ясно: удача маловероятна. Но разве Фортуна улыбается трусам? Попытавшись дотронуться до головы, она поняла, что руки скованны кандалами. На ногах тоже ощущалась тяжесть оков. Цепи ощутимо мешали двигаться, но ведьме удалось прикоснуться к затылку. Зашипев от жгучей боли, она посмотрела на пальцы и увидела кровь. «Уроды.. Как же всё болит, - подумала Моргана, убрав прилипшие к лицу длинные белые волосы. – Не удивлюсь, если заработала парочку переломов» Её мысли были прерваны грохотом открывающейся двери, ведущей из замка в темницы, и истошным женским криком. - Отпустите меня! Немедленно! Я требую отпустить меня! - Закрой рот, тварь! – раздался грубый мужской рык, за ним последовал звук пощёчины и скрип двери одной из камер. – Тут тебе и место. Сиди тихо, дольше проживёшь. Скрежет ключа, тяжелые шаги стражника, вновь грохот главной двери…Тишина, изредка прерываемая всхлипами. У Морганы появилась надежда на минуту спокойствия (всё-таки голова до сих пор болела), но буйная арестантка решила иначе. - Это возмутительно! Я ничего не совершала! Это всё клевета! Бэкки, злобная дрянь.. Она всегда пыталась очернить моё имя, грёбанная.. - Господь всемилостивый, да помолчи ты уже, - раздался второй женский голос.– Мы все тут ни в чем не виноваты. «Новенькая» громко чертыхнулась. - Зачем же так пугать?! Сказала бы, что я тут не одна. - Вот именно: ты здесь не одна. И раз уж мы соседки, будь так любезна – перестань орать. И без тебя тошно.. - Да как же так?! Это произвол, - девушка не собиралась успокаиваться, и, судя по звукам, начала мерить шагами камеру. – Нужно потребовать аудиенцию у королевы! Точно! Она прислушается, поймет, что я не при чем! - Ну да, можешь ещё попросить её о последнем ужине с ней и королем. Ах да, не забудь сказать, чтобы приносила цветы на твою могилу, - ехидно подсказала её соседка. Моргана не удержалась и тихо засмеялась. Правда почти сразу же пожалела об этом: висок ударила острая боль. Она сжала зубы и склонила голову. - Кто здесь? – новоприбывшая подошла к решетке и начала вглядываться в мрак темницы. Моргана только что поняла, что её камера находится прямо напротив той, в которой сидели две другие арестантки. – Ты что, подслушивала? - А у меня был выбор? – усмехнулась ведьма и посмотрела на свою собеседницу. Приглядевшись, она увидела слегка полную девушку с толстой, золотой косой ниже пояса. На её губах виднелась подсохшая кровь, простенькое платье было испачкано землёй, где-то порвано. «Тащили.. Видимо усиленно сопротивлялась, - подумала Моргана. – Ещё легко отделалась». - Ну да, выбора нет… - смутилась скандалистка. – Как тебя зовут? За что ты здесь? - Не слишком ли много вопросов, милая? – вздохнула ведьма. – И не слишком ли ты шумна? Твоя соседка права, крики бесполезны. - Молчать я не собираюсь! – она уже хотела начать новую громогласную тираду, но, наткнувшись на взгляд Морганы, поняла, что лучше не испытывать терпение загадочной женщины, и стала говорить тише. – Я ничего не сделала! Разве справедливо, что я здесь? - Где ты в нашей стране видела справедливость? – подала голос вторая заключённая. – И да, королева – последняя, от кого стоит ждать помощи. Эта фанатичка уже лет пять никого не миловала, и ты исключением точно не станешь. - А король? - Такой же безнадёжный вариант, - произнесла Моргана. – Лютер не разделяет энтузиазма супруги во всем нам известном вопросе, но слишком сильно любит её, чтобы вмешиваться. И уж тем более пытаться её остановить. Арестантки переглянулись. - Откуда ты всё это знаешь? – спросила вторая девушка, подходя к решётке. Моргана увидела бледную высокую девушку с длинными чёрными волосами. - Когда-то я была близка к королевской семье.. Впрочем, это было так давно, что не имеет смысла что-либо вспоминать о том времени. Темноволосая прищурилась и внимательно посмотрела на женщину. - Ты так и не назвала своего имени, - произнесла она, барабаня пальцами по решетчатой двери темницы. - Я думаю, что в этом нет необходимости, - усмехнулась ведьма. – Оно на слуху у каждой живой твари вот уже пять лет. Брюнетка побелела. - Господи…Это ты? Неужели это правда? - Кто? Кто она? – нетерпеливо затараторила блондинка, топнув ножкой. – Говори же! - Да ты что, совсем ослепла?! – огрызнулась девушка. – Это ведь Моргана.. – наткнувшись на недоумённый взгляд «соседки», она закатила глаза. – Только не говори, что никогда не слышала о ней. Блондинка задумалась на пару секунд.. - Да быть того не может.. Та самая верховная? Я думала, что это выдумка для запугивания народа. - Думаешь что говоришь? – брюнетка окончательно разозлилась. – Сейчас бы приравнивать величайшую верховную к глупой выдумке, - произнесла она, не отрывая глаз от Морганы. - Видимо я знаю, почему ты здесь, сестра, - ведьма усмехнулась. – Как тебя зовут? - Аврора, - произнесла девушка. – Поверить не могу, что увидела Вас. Грустно улыбнувшись, Моргана сказала: - Придётся довериться своим глазам, дорогая. На чём попалась? Аврора помрачнела. - Подожгла амбар ублюдка, подставившего моего отца, - призналась она, злобно усмехнувшись. – Увы, так увлеченно слушала его крики и мольбы о помощи, что совсем позабыла о королевских псах.. И вот я здесь. - Пирокинез.. – удивлённо протянула Моргана. – Редкий дар. Сейчас редко можно встретить ведьму, владеющей магией огня. - Так, минуточку! – взвизгнула блондинка и попятилась от Авроры. – Вы действительно ведьмы?! Посланницы Дьявола! Аврора расхохоталась, да та громко и заливисто, что к верховной мгновенно вернулась головная боль. - Как же! Посланницы Дьявола! Известно ли тебе, дорогуша, что раньше колдуньи пользовались почётом? К сёстрам за помощью обращалась знать со всех уголков мира. Мы помогали людям. - Ну и посмотри, куда вас завела ваша помощь, благодетельница! – огрызнулась блондинка. – Из-за вас казнят толпами невиновных девушек! И меня убьют! Из-за вас! - Не стоит обвинять нас с сёстрами во всех людских несчастьях, милая, - Моргана смерила её суровым взглядом. – Все загубленные души на совести её величества. Девушка, пристыжённая замечанием ведьмы, сникла и замолчала. - Мы еще не знаем, из-за чего ты здесь, - усмехнулась Аврора. – Может ты тоже кого-то прокляла. - Никогда я не проклинала! – возмутилась девушка, но затем снова притихла. – Я случайно налила в похлёбку настойку белладонны.. Погибла вся моя семья. Моргана всмотрелась в её ауру. - Ты не хотела этого делать, верно? - Нет, конечно не хотела! Кто-то подменил пузырьки, я уверена в этом! На том месте всегда стоял нужный экстракт. Я не хотела... – девушка всхлипнула, и, сев на пол, расплакалась. – Меня обвинили в колдовстве, но я не делала ничего грешного.. - Я знаю, дитя, - Моргана сочувственно посмотрела на неё. Она не разглядела в ауре несчастной злого умысла, но это не меняло положение: её казнят. Из-за неосторожности или чьего-то предательства. Ведьма задумалась о том, сколько девушек были в такой же ситуации. Скольких отправили на костёр из-за чужой бессердечности или нелепых случайностей. Бесчисленное количество погибших дев.. «Там были и сёстры, - подумала Моргана. – Я не смогла их защитить» Ведьма настолько глубоко задумалась, что когда вернулась в реальность, с удивлением обнаружила, что Аврора успокаивает Бьянку (имя несчастной девушки Моргане удалось расслышать в утешениях своей сестры). Та уже лишь тихонько всхлипывала и смотрела на ведьм уже не так настороженно. - Одного понять не могу.. – произнесла Аврора, поглаживая Бьянку по голове. – Как они поймали Вас? Столько лет Вам удавалось скрываться, и вот Вы здесь.. - Я сдалась, - честно призналась верховная. Наткнувшись на шокированный взгляд Авроры, она печально улыбнулась. – Ты не ослышалась, дитя моё. Я видела свою судьбу ещё тогда, когда Рейн объявила охоту на таких как мы. Просто настал тот момент, в который мне суждено было протянуть руки навстречу кандалам. Время пришло. - Я не особо разбираюсь в вашей иерархии, - вклинилась в разговор Бьянка, шмыгнув носом. – Но раз тебя поймали, не значит ли это то, что судьба всех вам подобных решена? Без верховной, должно быть, тяжело дать отпор королеве. Моргана знала ответ на этот вопрос. Она уже хотела было признаться девушкам, но в последний момент передумала. - Всему своё время. Скоро вновь взойдёт солнце.. – улыбнулась она и посмотрела на Аврору. Девушка не понимала, о чем говорит ведьма, но Моргана поняла по взгляду: она верит ей. Большего ей и не нужно было. Вера сестер была для нее очень важна. В этот момент она вспомнила про свой ковен. Стало горько. Хоть она и знала, что передала временную власть достойной, было тяжело на душе. Снова раздался звук открывающейся главной двери, затем послышались шаги. Через несколько секунд напротив камеры Морганы остановился главный стражник. Открыв дверь, он сказал: - Встань. - Я бы с радостью, но.. – ведьма усмехнулась и взглядом указала на цепи на лодыжках. - Ты, видимо, не понимаешь, - рыкнул мужчина. Открыв дверь камеры, он подошёл к ведьме и пнул ведьму в живот. Послышался тихий вскрик кого-то из девушек. – Я сказал, чтобы ты встала! - Будьте хоть немного нежнее. Я всё-таки дама, - ухмыльнулась ведьма и сплюнула кровавую слюну на начищенные сапоги изверга. - Ещё поумничай, дрянь! – прошипел он. – Поднимайся! Или мне добавить? - А что, уже поведёте на костёр? Быстро вы.. – верховной хотелось позлить этого выродка, получалось у неё славно. Стражник нагнулся, схватил её за руку и резко дёрнул на себя, заставляя женщину подняться на ноги. - Не дождёшься. Тебя хочет видеть королева. Моргана украдкой посмотрела на Аврору и Бьянку. Те смотрели на неё с сожалением и страхом. А ведьма не боялась. Глупо дрожать перед судьбой. Слабо улыбнувшись и подмигнув девушкам, она произнесла: - Что ж, воля королевы – закон. Ведите, командор. Лютер стоял у окна и любовался видами Гримара. Живописные пейзажи радовали глаз, но даже это не способно было стереть тревогу из сердца молодого короля. Сегодня был особенный день: решилась одна из самых больших проблем для королевства. Но почему-то от этого не становилось спокойнее. В чем же дело? - Ваше величество?.. Лютер мотнул головой, отгоняя беспокойные мысли, и обернулся. Во взгляде Льюина читались беспокойство, озабоченность. - Ваша светлость, что-то не так? – советник привстал с кресла, собираясь подойти к королю. – Вы сегодня сам не свой. - Сиди, Льюин, - король натянуто улыбнулся. – Всё в порядке, просто я.. слегка задумался. - О чём же? – юноша сел в кресло и потянулся к хрустальному графину. – Что вас тревожит? Лютер знал, что может быть откровенен с ним. Они с Льюином были хорошими друзьями чуть ли не с пелёнок. Советник знал все самые сокровенные тайны своего господина. Но может ли Лютер доверить ему домыслы, подобные тем, что роились в его голове прямо сейчас? Чуть поколебавшись, король сказал: - Меня действительно кое-что волнует, мой друг. Мысли эти настолько странны и абсурдны, но выкинуть их из головы.. Просто не выходит, понимаешь? - Я понимаю, ваша светлость, - Льюин не знал, что гложет Лютера, но понимал: это нечто серьезное. – Будете вино? Монарх кивнул и подошел к столику, за которым сидел советник. Взяв из рук Льюина бокал, он сделал глоток пьянящего напитка и снова задумался. С чего же начать? Подобрав слова, он начал свою «исповедь». - Сегодня необыкновенный день. Моя супруга вкушает плоды своего триумфа. Моргана была поймана минувшей ночью, вечером состоится казнь. Даже не верится.. - Это и вправду невероятно, - согласился советник. – Её светлость потратила пять долгих лет на поимку верховной, а та сама явилась к охотникам.. Очень странно. «Как и всегда – понимает с полуслова», - Лютер улыбнулся своим мыслям. - Может быть, она устала скрываться? – предположил Льюин. – Так долго быть в бегах.. - Возможно так и есть, - Лютер снова сделал глоток вина. – Но я знаком с Морганой, наизусть знаю все её повадки. Из-за этого у меня возникает два вопроса, не дающих мне покоя. - На что же вы не можете найти ответа, ваша светлость? Как же объяснить?.. - Не кажется ли тебе, мой дорогой друг, что у неё есть некий план? Она – сильнейшая ведьма на континенте – сдаётся, да ещё так легко, без боя? Подозрительно, не правда ли? - Может взыграло чувство вины? – предположил Льюин, взъерошив рыжую шевелюру. – Столько сожжённых ведьм.. Будь я на месте Морганы, я не смог бы спокойно спать. Все смерти – следствие поисков верховной, ведь так? Лютер понимал, о чем говорил советник. В голове моментально возникли образы девушек, нашедших смерть в огне. Их крики, запах горящей плоти, изуродованные тела.. Король вздрогнул и одним глотком осушил бокал. - Думаешь, что совесть загрызла? – спросил он, протягивая пустой сосуд Льюину. - Всё может быть, ваша светлость, - тот наполнил изящный бокал господина напитком. – У ведьм тоже есть душа, как бы мы их не демонизировали. - Твоя правда, - усмехнулся король, забирая вино. – Меня больше волнует другое. - Что же? Мысли монарха превратились в кашу. Был ли тому виной хмель или практически заглушенное чувство вины? Он не мог дать ответа. - Меня до сих пор беспокоит мысль о том, что Моргана не так уж и виновата. Ведь она говорила, что вероятность выздоровления мала.. - Ваше величество, - Льюин перебил Лютера и осторожно положил ладонь на его руку. – Она не давала гарантий, это действительно так. Но ведь она – величайшая верховная! Я ни за что не поверю, что она не справилась бы с таким ранением, как думаете? Да и, откровенно говоря, я считаю, что её казнь необходима. Хотя бы ради спокойствия её величества. Вы ведь помните, как было тяжело нашей королеве? Лютер помнил всё. То, как его супруга кричала не своим голосом на похоронах. Как он, крепкий мужчина, едва держал её, когда Рейн пыталась лечь в гроб рядом с Теодором. Помнил, как она, свернувшись калачиком, спала на ледяном каменном полу напротив портрета, где она стояла с покойным отцом. Он помнил. Именно это удерживало его от мысли пойти к возлюбленной и попытаться уговорить её сменить казнь пожизненным заключением. Боль Рейн стирала всякую жалость к Моргане. - Ты прав, Льюин, - король посмотрел на юношу и улыбнулся. – Спокойствие супруги дороже всех загубленных дев. Будь её воля, я бы казнил всех придворных и подданных, лишь бы только она была счастлива. - Всех? Даже меня? – усмехнулся советник. Лютер засмеялся. Нет, он бы ни за что не прервал его жизнь. Пусть их и не объединяло кровное родство, юноша был дорог ему. - Я скорее разведусь, чем отправлю тебя на эшафот, Льюин, и ты это знаешь. - Я ценю это, ваша светлость, - советник смутился и, опустив голову, сделал глоток вина. – Но неужели вы готовы поставить жалкую жизнь вашего слуги в противовес любви? - Готов, - улыбнулся Лютер. – А ты бы поступил иначе? Советник покраснел и было хотел что-то сказать, но его прервал стук в дверь. - Войдите, - произнес Лютер, нахмурившись. Он был как никогда близок к тому, чтобы вытянуть из друга какое-то откровение. Монарх давно заметил: Льюин что-то скрывает. И сейчас, когда появилась возможность узнать, какую же тайну он хранит в сердце, их прервали. «Будь проклят тот, кто осмелился нас потревожить», - подумал Лютер. Дверь кабинета приоткрылась, и, увидев, кого он так рьяно проклинал, король едва сдержался, чтобы не расхохотаться. На пороге стоял отец Терло. Священник вошёл в кабинет с гордо поднятой головой, поглаживая по корешку старинную Библию. - Ваша светлость, - Терло услужливо поклонился, но, обнаружив, что король в компании советника, изменился в лице, скорчив неприятную гримасу. – Льюин.. - Что вам нужно, падре? – спросил король. – Излагайте, да побыстрее. - Я не займу много времени, ваше превосходительство, - елейно улыбнулся Терло. – Напоминаю вам, что казнь..кхм..верховной, - последнее слово священник выделил, да так, словно речь шла не о женщине, а о куче навоза, - состоится ровно через четыре часа. - Вы полагаете, что у меня настолько скверная память, что я позабыл о таком событии? – усмехнулся Лютер. - Что вы такое говорите, мой господин? – залепетал Терло. – Видите ли, напомнить вам об этом попросила её величество. Вы ведь знаете, как это важно для госпожи. Казнь главной шлюхи Дьявола.. – священник неприятно улыбнулся. – Да в такой погожий день.. Сам Господь даёт нам своё благословление на эту миссию.. - Святой отец, поберегите свои пропагандистские речи для прихожан, - поморщился Льюин. Терло злобно посмотрел на советника и уже хотел что-то сказать, но наткнулся на недовольный взгляд короля и промолчал. «Какой мерзкий тип, - подумал Лютер. – Если бы не Рейн, я бы не доверил ему даже пасти скот». - Я лишь выполняю волю королевы, советник, - улыбнулся священник. – Или для вас её приказы – пустой звук? - Мы знаем о планах её высочества, падре, - юноша сжал свой бокал, да так сильно, что Лютеру почудилось, будто он слышит звук трескающегося хрусталя. – Не переживайте, его величество будет присутствовать на казни. - Льюин прав, - вмешался король. – Было бы странно с моей стороны позабыть о подобном, вам так не кажется? - Полностью согласен, ваше величество, - засуетился священник. – Но королева просила.. - У вас есть другие новости? – раздражённо бросил король. Желание повесить этого человека росло с каждой секундой, проведенной им в кабинете. - Н-нет, ваше.. - Тогда оставьте нас наедине, - Лютер смерил падре презрительным взглядом. Терло нахмурился и подошёл к двери. Приоткрыв её, он сказал? - Помните: одежда должна быть обагрена кровью неверных Господу, - и вышел из кабинета. - Какой же он отвратительный, - пробормотал Льюин, едва священник ушёл. - Согласен – Лютер поставил бокал на столик. – Прикажи прислуге подготовить красный костюм. Для Рейн всё должно быть идеально. Моргана мало что запомнила, пока её вели по коридорам королевского дворца. Стражники явно хотели довести ведьму до конечной точки как можно быстрее. «Боятся, - думала она. – Зря, мальчики, зря. Создавать над вашими замороченными головами воронку было бы подло, особенно с такой госпожой как у вас. Она похуже любого проклятья, которое я только могу наслать» Она чувствовала, что маршрут почти закончен, и потому решила хотя бы осмотреться. Обитель монархов стала в разы мрачнее с тех пор, как Моргана побывала здесь в последний раз. Некогда белоснежный каменный пол теперь был заложен черным мрамором; голубую краску и ручную роспись на стенах сменили чёрные гобелены, отделанные золотом. К своему удивлению ведьма не обнаружила в коридорах ни одной статуи, - на их месте теперь красовались постаменты с вазами, старинным оружием и прочими странными предметами. «И как только Лютер позволил их убрать? – подумала она. – Особенно пантеон древнеурбанских нимф.. Он радовался как ребёнок, когда правитель Урбана привёз их в качестве подарка на их с Рейн свадьбу. Неужели её величество так молниеносно упала в веру, что уговорила сменить прекрасную Эю на какой-то древний меч?» - Стой! – один из стражников так сильно дёрнул Моргану за руку, что та ойкнула от боли и неожиданности. – Куда так разогналась? Спешишь к костлявой стерве с косой? – глумливо засмеялся мужчина. - Если я ничего не путаю, то меня вели к её величеству, а не к матушке Смерти, - мягко улыбнулась ведьма. – Или королева уже обогнала старушку по количеству умерщвлённых? - Ах ты мразь, да как смеешь.. - стражник замахнулся, желая дать женщине пощёчину, но его руку кто-то перехватил. - Не так быстро, Стивен. Господь ценит твоё усердие к наказаниям падших, но не забывай: наша сила также в милосердии, даже к подобным этой.. даме. Ступай, её светлость ждёт тебя. Моргана вгляделась в лицо своего «спасителя» и горько усмехнулась. - Терло.. - Моргана, - священник хищно улыбнулся. – Вот так встреча. Прекрасно выглядишь, - колкость мужчины вызывала только ярое желание плюнуть ему в лицо. - Ваши стражи постарались, адресуйте сомнительные комплименты им, - холодно произнесла верховная. - Я так не думаю. Судя по тому, что ты ещё стоишь на ногах, а не ползешь по полу, эти олухи совсем разленились, - произнёс он и метнул недовольный взгляд на оставшуюся стражу. Мужчины боязливо поёжились. - Ну что вы, они всё сделали правильно. Гораздо приятнее видеть мучения ведьмы в рассудке, чем унылое горение её бездыханного тела, не так ли? - Твоя правда, - улыбнулся священник, подойдя к Моргане и заглянув ей прям в глаза. – Одно удовольствие наблюдать за тем, как полыхают тебе подобные. Моргану мелко затрясло от злости. «Загубить столько людей и открыто наслаждаться этим.. Кто же из нас большее зло, Терло?» - Ах да, раз уж зашла речь о твоей своре.. – усмехнулся священник. – Так как ты здесь, им недолго осталось разгуливать по земле и вершить дела, противные Господу. Облегчи им остаток жизни, а нам – нашу миссию. - Я не понимаю, о чём ты, Терло, и понимать не… - Где ковен, Моргана?! – падре рявкнул так громко, что даже стража вздрогнула. - Я не знаю, где они. Сестринство распалось, я странствую одна уже больше года. - Ложь, - прошипел священник. – Грязная, гнусная ложь! – он отошёл от ведьмы и устало потёр переносицу. На пару минут воцарилась мёртвая тишина. - Хорошо. Хорошо.. – Терло снова посмотрел на верховную. В его глазах полыхала ярость. – Не говори. Продолжай покрывать своих мерзких шлюх пока еще можешь. Без тебя они бессильны. Мы поймаем их, - на устах мужчины снова появилась мерзкая улыбка. – Рано или поздно они себя выдадут. Он подошёл к Моргане и резко схватил её за подбородок, притягивая лицо ведьмы ближе к своему. - Мы поймаем их, - повторил он. – И помяни моё слово: они не отделаются так же легко, как и ты, их горячо любимая верховная. О, нет.. Они будут мучиться и молить о смерти. До. Последнего. Своего. Вздоха. Он грубо оттолкнул лицо ведьмы. В этот момент скрипнула дверь, неподалеку от которой остановилась вся процессия. Из-за неё выглянул Стивен. - Ввести обвиняемую. Моргана успела мельком взглянуть на падре и тихо произнести только ей понятные слова. Надо головой Терло закружилась небольшая чёрная воронка. «Даже если сестёр схватят, ты не увидишь их мучений и кончины. Их судьба будет беспокоить тебя меньше всего, когда ты начнешь захлёбываться в собственной крови. Помяни моё слово: ты пожалеешь о сказанном», - подумала она. Стражи ввели Моргану в удивительно светлое, просторное помещение. Единственным предметом мебели в этой комнате был стоящий ровно в центре стул с железными колодками на подлокотниках и ножках. Ведьму подвели к нему и грубо толкнули, вынуждая сесть. Стражники, защёлкнув колодки на худых запястьях и щиколотках женщины, вышли за дверь. Она усмехнулась и хотела было осмотреть комнату, но посмотрев на стену, напротив которой сидела, замерла, не поверив своим глазам. - Теодор.. – только и смогла произнести она. На висевшей напротив нее картине был изображён мужчина. На серьёзном, но добродушном лице виднелась лёгкая улыбка. В чёрных как смоль волосах и такой же чёрной, густой бороде проглядывалась серебристая седина, а на лбу и в уголках глаз виднелись морщинки. На голове красовалась скромная корона, а на плечах покоилась накидка с отделкой соболиным мехом. «Ты всегда любил простоту, даже когда дело касалось портретов, хоть и был королём», - подумала Моргана и грустно улыбнулась. В сердце вонзилась тонкая, до безумия острая игла тоски и.. вины? Она понимала, что не виновата. Понимала разумом, но не душой. Посмотрев на правую часть полотна, Моргана перестала улыбаться. Там, рядом с ныне покойным отцом, стояла она. Рейн.. Стройная, красивая девушка лет семнадцати. Чёрные волосы волнами ниспадали на плечи. На голове принцессы возвышалась тиара с изумрудами. Одета она была в зелёное платье, под стать венцу. Но самым большим украшением (да что там, украшением всего холста) была улыбка. Сдержанная и беззаботная. - Улыбалась ли ты так за все эти пять лет, Рейн? – тихо спросила Морган, не ожидая услышать ответ на свой вопрос. И очень зря. - Никогда, - холодный голос заставил ведьму вздрогнуть. – Трудно быть счастливой, когда у тебя отняли самое дорогое, не так ли? Моргана обернулась и окончательно потеряла дар речи. Она даже не сразу поняла, что силуэт, стоявший в единственном тёмном углу комнаты, принадлежал королеве. Она была до жути не похожа на себя. Выдал её лишь голос. - Рейн.. - Моргана, - женщина сделала несколько шагов из угла. Увидев её при более ярком свете, ведьма невольно вздохнула. Некогда румяная, улыбчивая, черноволосая девушка исчезла. Ей на смену пришла бледная, суровая и полностью седая тень. Волосы королевы отливали серебром. Ни одной тёмной пряди. Собравшись с духом, Моргана спокойно произнесла: - Ты изменилась. - Правда? – усмехнулась Рейн и неспешно подошла к верховной. – Так заметно? - Очень заметно, - женщина слабо улыбнулась. - А вот ты не поменялась вовсе, - королева отвернулась и зачем-то направилась в тот же угол, в котором стояла. Подол её чёрного платья тихо зашелестел, волочась по полу. – Всё так же прекрасна. Несмотря на возраст. И синяки. Моргана тихо засмеялась. «Ну конечно.. Как можно не поддеть соперницу, да еще и чисто по женски?» - Благодарю за комплимент, Ваше Высочество, - ехидно произнесла ведьма. - Обойдёмся без статусов, Верховная, - произнесла Рейн, издевательски растягивая последнее слово. Через секунду послышался странный звук. Обернувшись, Моргана увидела, что королева катит перед собой небольшую тележку, накрытую белой тканью. «Неужто решила лично попытать меня? Какая честь..» Рейн остановилась возле стула, на котором сидела ведьма, подкатив тележку к подлокотнику. Когда она стянула с нее ткань, ведьма неслабо удивилась. Под полотном лежали бритва и ножницы. - Ты ожидала увидеть нечто иное? – королева усмехнулась. – Не обольщайся, я не стала бы издеваться над тобой. - Какая невиданная милость с твоей стороны. - Не в милости дело, дорогая. Не хочу марать руки, - презрительно фыркнула Рейн. - А разве есть на твоих руках хоть миллиметр чистой кожи? – верховная сочувственно улыбнулась. – Ты по локоть в крови, дитя моё. Не обманывай саму себя. Едва Моргана закончила говорить, королева схватила бритву и приставила опасный инструмент к горлу верховной. - На моих руках лишь кровь неверных, - отрезала она. - А также невиновных, - парировала ведьма и осторожно повернула голову, посмотрев Рейн в глаза. – Как тебе спится по ночам? Каково осознавать то, что по твоей милости на кострах сгинули невиновные девушки, дорогая? - Все они были причастны к служению Сатане, Моргана, и ты сама это прекрасно знаешь, - прошипела королева. – Суд беспристрастен и справедлив. Человек, верный Господу, никогда не был приговорён к мукам. - Кто внушил тебе это? Терло? Или, может быть, Нильс? Ими движет только жажда наживы. Сколько они получают за арест и приговор? Удивительно, что ваша с Лютером казна ещё полна с таким-то рвением к «правосудию». В следующую секунду ведьма получила пощёчину. Рейн схватила её за волосы и оттянула их назад с такой силой, что Моргане показалось, будто с неё вот-вот снимут скальп. - Не тебе рассуждать о невиновности, дрянь! На твоей совести тоже смерть. Смерть того, кто заслужил её меньше всего! - Ты знаешь, что я сделала для твоего отца всё, что было в моих силах… - Ложь! - последовала вторая пощёчина. – Ты виновата в том, что его нет! Ты и только ты! Рейн отпустила волосы ведьмы и, отвернувшись, отошла на пару шагов. Моргана опустила голову, шипя от боли, и прикрыла глаза. Ей было жаль Рейн. Совсем немного, но жаль. «Но я ничего не могла сделать, и она это знает» Спустя минуту королева снова повернулась к верховной. Глаза девушки слегка покраснели и опухли. - Не к чему вспоминать плохое, - натянуто улыбнулась она. – Даже не смотря на то, что ты совершила, я помню и твою помощь мне и.. – запнулась она, - отцу. Она несравнима с тем предательством, которое ты совершила, но и забыть я её не могу. Поэтому я подумала и решила, что у тебя, как и у всех осужденных, есть право на последнее желание. Проси всё, чего только пожелаешь, но это не должно касаться твоих сестер и… - Табак, - перебила её Моргана. - Прошу прощения? – усмехнулась Рейн, пытаясь скрыть свой шок от того, что её так нагло перебили. - Трубка с табаком, - повторила ведьма. – Я хоть и далека от простых людей, но некоторые их пороки охотно перенимала в своё время. Королева спокойно улыбнулась. - Ты видимо действительно сошла с ума, растрачивая такую возможность на глоток яда. - Я всё равно скоро умру, Рейн. Так какая разница? Я озвучила своё желание, оно не касается моих сестёр. Такие же были условия? Девушка закатила глаза и крикнула чьё-то имя. Дверь приоткрылась, и в комнату вошёл один из стражников. - Ваша светлость? Что-то не так? – взгляд мужчины упал на ведьму, а рука потянулась к мечу. - Не беспокойся, всё под контролем, - Рейн жестом дала понять, что в оружии нет нужды. – Наша гостья пожелала покурить. Прошу принести всё необходимое. Табак можете взять из личных запасов моего супруга, он возражать не будет. - Б-будет сделано, ваше величество, - удивленно пробормотал стражник и покинул комнату. Через несколько минут мужчина вернулся со всем нужным для исполнения странного желания ведьмы. Передав королеве изящную трубку из слоновой кости, шёлковый мешочек с табаком и огниво, он откланялся и покинул комнату. - Видимо я совсем позабыла тонкости твоей натуры, верховная, - насмешливо произнесла Рейн, раскладывая вещицы на тележке. – Никогда бы не подумала, что ты так нелепо потратишь желание. - Хотелось позволить себе маленькую слабость перед забвением, - ведьма улыбнулась своему прекрасному палачу. Королева хмыкнула и поочередно расстегнула колодки на руках женщины. Поймав удивленный взгляд верховной, она ухмыльнулась: - Ты же не думала, что я стану помогать тебе с процессом? - С чего такое доверие, Рейн? - спросила ведьма, потирая запястья. – Я ведь и сорваться могу.. - Не можешь, - улыбнулась девушка. – Ты хоть и сильнейшая, но колодки на ногах далеко не отпустят. Да даже если бы их не было, у тебя нет сил на фокусы. «Её правда. Стражи так постарались, что я едва двигаюсь, о магии и речи идти не может. Да и не только в этом дело», - подумала ведьма, набивая трубку табаком. Взяв огниво, она подожгла табак и сделала глубокую затяжку. Терпкий дым обжёг лёгкие, закружилась голова. - Отличный табак, - произнесла она, закашлявшись. – У Лютера как и прежде хороший вкус на такие вещи. - Передам ему твои слова. Уверена, он будет безумно рад такой похвале, - съязвила Рейн. – И да, я думала, что ты попросишь аудиенцию с ним. - А в этом есть смысл? – тихо спросила верховная, пуская кольца дыма. – Очередной пустой разговор, в котором я не выйду победительницей. - И то верно. Следующие несколько минут в комнате было тихо. Моргана наслаждалась табаком, а Рейн внимательно смотрела на неё, улыбаясь. «Радуйся, милая. Ты ждала этого момента пять лет. И я ждала. Судьба так затейлива, что у меня нет ни малейшего желания ей мешать. Скоро и ты всё поймешь», - думала верховная, делая очередную затяжку. Докурив, ведьма положила трубку на тележку и вернула руки на подлокотники стула. - Какое послушание! – засмеялась Рейн и защёлкнула колодки. - Не к чему противиться судьбе. Всё по честному. Благодарю за твою щедрость. - Рада, что угодила, - холодно произнесла королева и взяла с тележки ножницы. – Знаешь, ходят слухи, что сила ведьмы сокрыта в её волосах. - Глупые суеверия, - усмехнулась Моргана. - Как жаль, - наигранно вздохнула Рейн и, взяв, одну прядь длинных волос ведьмы, отстригла её, оставляя небольшой хохолок. – Хотя, как бы то ни было, они тебе больше ни к чему. Да и не хочу смотреть, как такая красота пропадает в пламени. Моргана тяжело вздохнула и прикрыла глаза. Волосы действительно не обладали какой-то мифической силой, но они были предметом её гордости, который она берегла как зеницу ока. И сейчас, с каждой опадающей на пол прядью, она чувствовала себя всё более униженной. Рейн нашла больную точку, даже не осознав этого. Хватило десяти минут, чтобы весь пол был усыпан белоснежными локонами. На голове верховной образовались неаккуратные, смешные хохолки. - А тебе идёт, - ухмыльнулась Рейн, положив ножницы на тележку. - Покорно благодарю за комплимент, - грустно улыбнулась Моргана. Собрав волосы с пола, королева бросила их на колени ведьмы. Затем наклонилась к уху верховной и произнесла: - Надеюсь, ты понимаешь, что это – не самое страшное, что с тобой сегодня произошло. До встречи, Моргана. Королева подошла ко двери и тихонько постучала. Когда она отворилась, Рейн обернулась и произнесла: - Подумай над тем, что ты сделала за эти пять лет, и поймёшь, что твоя смерть была неизбежна. Девушка покинула комнату, оставив верховную наедине с остриженными волосами и печальными мыслями. - Ваше величество! Вот вы где! Рейн долго блуждала по коридорам, прежде чем ей вывел из раздумий красивый девичий голос. Обернувшись, она увидела свою главную фрейлину. - Здравствуй, Бэрилл, - улыбнулась она девушке. – Зачем же я тебе понадобилась? Бэрилл склонилась в реверансе и произнесла: - Вы просили меня подготовиться к сегодняшней.. церемонии. - Как изящно ты каждый раз заменяешь слово «казнь», - усмехнулась Рейн. – Я совсем забыла о своей же просьбе. Как нелепо. В таком случае нам стоит поспешить в покои. По пути в комнату Рейн отвечала на бесконечные вопросы своей юной спутницы. Бэрилл была на редкость любопытной девушкой, да и почему бы не дать лишний повод фрейлинам для того, чтобы посплетничать? - А правда, что Моргана сама сдалась охотникам? – спросила девушка. - Да, моя дорогая, правда, - произнесла королева. - Как-то странно это, - задумчиво протянула Бэрилл. – Она столько лет скрывалась, а тут сдалась. - Это уже не имеет значения, - холодно сказала Рейн, дав понять, что данную тему продолжать не особо хочет. Ей тоже казалось фантастическим, что такой человек как Моргана сам пришел и сдался властям. Но к чему всё усложнять? Главное, что сегодня этой женщины не станет. Бэрилл, почувствовав настроение своей госпожи, поняла, что не стоит продолжать говорить о верховной, и решила сменить тему. - Я просила служанок подготовить вам несколько платьев. - Цвета? - Изумрудное, синее, красное.. - Красное, - произнесла королева, не дослушав варианты. – Стоило подготовить несколько в таких оттенках. Вы же знаете, какая цветовая гамма должна быть. - У меня нет ничего красного, ваша светлость, - тихо произнесла Бэрилл, нервно теребя рюши на своём нежно-розовом одеянии. – Совсем нечего надеть на.. Казнь. - Попроси девушек принести что-то из моего гардероба, - мягко сказала Рейн. - Что вы.. Обычной прислуге носить королевское платье.. Рейн взяла фрейлину за руку, и улыбнулась. - Бэрилл, ты не просто прислуга. Ты ближе всех ко мне, а это уже о чём-то говорит, раз я выбрала на эту должность тебя. И дать тебе одну из моих одежд – самое малое, чем я могу тебя отблагодарить за твою службу и преданность. Девушка покраснела и поклонилась своей госпоже. - Благодарю вас! Обещаю, что буду очень бережно его носить. - Ни к чему осторожничать, дорогая. Носи в удовольствие. В этот момент они уже подошли к королевским покоям. Слуги отворили тяжёлые дубовые двери, и Рейн с Бэрилл вошли в просторную, мрачную комнату. В ней уже стояли несколько служанок, которые учтиво поклонились при появлении королевы. - Девушки, будьте любезны, принесите ещё одно из моих красных платьев. - Будет сделано, ваша светлость, - едва ли не хором произнесли девушки, и, снова поклонившись, вышли из покоев. Рейн подошла к туалетному столику и присела на изящный пуфик, стоящий напротив. - Освежи мне причёску, Бэрилл, - устало произнесла королева. – Всё совсем растрепалось. Сарра совсем не умеет укладывать волосы. - Ох, Сарра, - недовольно пробурчала фрейлина, взяв в руки гребень. – Неумёха. Как можно не справиться с такой лёгкой прической? - Не у всех так много опыта как у тебя, дитя моё, не будь так сурова к ней, - улыбнулась Рейн. - Но это ведь элементарно, ваше величество! - Для тебя, Бэрилл. Наигранно вздохнув, фрейлина начала аккуратно перебирать волосы госпожи. Через пятнадцать минут на голове Рейн воцарился порядок. - Где застряли эти растяпы? – недовольно произнесла Рейн, поправляя локон возле уха. – Им нужно одеть двух дам, а они где-то копаются. - Я могу послать кого-то из слуг, чтобы они поторопились, - предложила Бэрилл, но в этот момент дверь комнаты распахнулась, и вошли девушки, держа в руках по красному платью. - Я же попросила принести одно, - холодно сказала Рейн. - Мы подумали, что вы захотите выбрать, ваша светлость, - заикаясь пробормотала самая юная из девушек. - Выбор делать не мне, а Бэрилл. Выбирай, дитя моё. Покраснев и перебирая прядь огненно-рыжих волос, фрейлина внимательно посмотрела на все три одеяния и ткнула на вариант с отделкой золотой парчой и мелким красным бисером. - У тебя хороший вкус, дорогая, - усмехнулась Рейн и жестом приказала подготовить платье. – Первым делом оденешься ты, я пока немного передохну. Пока служанки одевали Бэрилл, королева задумчиво смотрела на платье, в которое предстояло облачиться ей. «Оно было сшито четыре года назад, когда была надежда на поимку Морганы. И я его ни разу не надевала. И вот настал день, когда мне предстоит узреть его не только на манекене», - подумала она. Наряд и вправду был чудесен: кроваво-красный шёлк с отделкой драгоценными камнями, преимущественно рубинами. Лютер так и не сказал, сколько средств ушло на пошив. Видимо решил побаловать супругу и заодно поберечь её итак хрупкие нервы. - Ваша светлость, как я выгляжу? Голос фрейлины выдернул Рейн из раздумий. Взглянув на девушку, королева без преувеличения почти потеряла дар речи. - Ты изумительна, дорогая. Тебе к лицу красный. Распоряжусь, чтобы штабу фрейлин сшили новые одеяния. - Ну что вы.. – лицо Бэрилл начало заливаться краской, и тут раздался стук в дверь. - Войдите, - произнесла Рейн. В комнату вошёл советник Льюин. Фрейлина покраснела окончательно. - Ваша светлость.. Госпожа Бэрилл, - молодой человек мягко улыбнулся и поклонился. – Простите за беспокойство, но карета будет подана в ближайшее время. - Благодарю, советник, - произнесла королева. – Его величество уже готов? - Да, он просил передать, что оделся согласно вашим пожеланиям. - Чудесно, - улыбнулась девушка. – Мы скоро выйдем. Ожидайте. - Слушаюсь, ваше величество, - советник снова сдержанно поклонился. – Госпожа Бэрилл, простите за мою прямолинейность, но.. Вы великолепны в этом платье, - он смущённо улыбнулся и покинул комнату. Лицо фрейлины стало такого же оттенка, как и её наряд. - Ни к чему смущаться от комплиментов мужчин, дитя моё, - наставительно сказала Рейн. – В красоте собрана вся наша сила, и это позволяет нам делать всё, чего мы только захотим. Держись уверенно, даже если в голове буря. Встав с пуфа, королева скомандовала: - Девушки, готовьте моё одеяние. Нам нужно поторопиться. К костровищам, обустроенным на центральной площади города, уже стянулся народ. Все собравшиеся, в числе которых были и простолюдины, и знатные люди ждали одного: когда же приведут осужденных? Откровенно говоря, публичные казни ведьм приелись жителям Гримара, и многие пропустили последний десяток судебных процессов. Но сегодня был тот случай, когда они бросили свои дела ради того, чтобы увидеть кончину той женщины, имя которой всегда произносилось шёпотом под страхом того, что их могут счесть за её приспешников. Люди толкали друг друга в попытках пробраться в первые ряды, пару раз даже развязывались драки, которые были быстро прекращены королевской стражей. - Когда уже привезут этих нечестивых? – кричала какая-то полная женщина. – Не терпится на них посмотреть перед тем, как они сгорят. Толпа захохотала и поддержала громогласную даму аплодисментами и улюлюканьем. - Проявите терпение, - усмехнулся стражник. – Конвой уже близко. В этот момент раздалось громыхание цепей. - Идут! Идут, паршивки! – заорал кто-то из толпы, указывая куда-то в сторону. Все зеваки устремили свой взгляд туда, куда показывал внимательный гражданин. Охотники, которых можно было опознать по отличительному знаку на груди в виде золотой броши, с двух сторон окружали девушек, приговоренных к казни. Осужденные девы шли медленно, опустив головы. «Возглавляла» процессию Моргана, не склонившаяся перед своими палачами. Женщина смотрела вперед, смело и уверенно. Она не боялась. Ни стражников, ни толпы. - Ведьмы! - Грязное отродье! - Гореть вам в Аду, предательницы! На осужденных со всех сторон полились потоки ругани и оскорблений. Народ не стеснялся в выражениях, обзывая их последними словами. Вдруг перед Морганой появился какой-то мужчина. По потрёпанной одежде, грязному лицу и гнилым зубам верховная поняла, что перед ней обычный простолюдин. - Ну что, добегалась? – глумливо оскалился он. – Посмотрите на неё, люди! Это же та самая легендарная верховная! Толпа взорвалась смехом. В женщину начали тыкать пальцами и издевательски комментировать её внешний вид. - Отойди, добрый человек, - спокойно произнесла Моргана. – Сам не ведаешь, какую беду на себя зазываешь своим невежеством. И тут ей в лицо прилетел удар. Из разбитого носа полилась кровь. - Господь защитит меня, что бы ты ни сделала, мерзкая тварь! – вопил мужчина, которого уже оттаскивали стражники. – Не видать тебе Царства Небесного, как и твоим шлюхам, стоящим за твоей спиной! - Ты туда тоже не попадешь, не обнадёживай себя! - крикнула одна из осуждённых, за что также получила удар, но на этот раз от одного из охотников. - Продолжать ход! – скомандовал он. – Сейчас приедут король с королевой, а еще ничего не готово! Ведьм повели дальше. Всё под те же крики и проклятья, сыпавшиеся на них со всех сторон. Когда ведуний наконец довели до костровищ, их разделили и повели каждую к своему месту. Моргане выпала «честь» стоять в самом центре. «Хотела я быть объектом всеобщего внимания, но не в таком смысле, - думала она, пока её руки пристёгивали к столбу. – Надо быть конкретнее в своих желаниях» От размышлений её отвлек чей-то крик. «Бьянка..» - Одумайтесь же, люди! Я ничего дурного не делала! - Замолчи ты наконец! – рассвирепевший охотник дал девушке звонку пощёчину. – Раз стоишь здесь – сделала! В толпе раздался одобрительный гул. Моргана украдкой посмотрела на Аврору, прикованную рядом с ней. С виска девушки стекала кровь. - Кто с тобой так? Юная колдунья вздрогнула от внезапного вопроса женщины. Грустно улыбнувшись, пояснила: - Кто-то из стражников. Замешкался, когда снимал оковы в камере. Ну я и подожгла ему кальсоны сзади. Скажем так, напоследок. Верховная тихо засмеялась, одобрительно кивая. - Твоя способность под стать характеру, милая, - произнесла она. – Я была бы рада видеть себя в своём ковене. - Я бы доставила вам много хлопот, - усмехнулась Аврора. – Где же ваши сёстры сейчас, Моргана? - Это не так важно, дитя, - ведьма помрачнела. – Главное, что они в безопасности. У них, поверь мне, ещё много планов относительно судьбы всех нам подобных. - Уверена, они справятся, - произнесла девушка в попытке подбодрить женщину. - И я, дорогая моя, верю в это. В следующий миг Моргана увидела как народ начал расступаться в стороны, освобождая для кого-то дорогу. «Да начнется представление», - пронеслось в её голове. Она понимала, для кого всё это сделано. К коридору, созданному толпой, подъехала карета. Дверь её открылась, и из транспортного средства вышел советник Льюин и, гордо выпрямившись возвестил: - Дорогу! Правитель королевства Гримар, его светлейшее величество, король Лютер! Народ почтительно склонился перед вышедшим на улицу монархом . Мягко улыбнувшись и поклонившись своим подданным, и тут же подал руку кому-то, кто ещё сидел внутри кареты. - Правительница королевства Гримар, её мудрейшее величество, королева Рейн! Девушка выпорхнула из кареты, опираясь на руку своего супруга. Оба были одеты во всё красное. «Как там всегда говорил Терло? Кровь неверных?» - подумала Моргана и усмехнулась. Монархи уже двигались к костровищам, пока Льюин подавал руку какой-то прекрасной девушке, облаченной во все тот же проклятый цвет. Верховная никогда раньше не видела её, но невольно залюбовалась её рыжими волосами. Юная особа поравнялась с царственными супругами, встав около Рейн. Советник же вышел чуть вперед и, прокашлявшись, возвестил: - В столь погожий день, вы, достопочтенные жители нашего прекрасного королевства, имеете честь наблюдать событие, которого так долго ждали все без исключения. Сегодня к смертной казни через сожжение приговариваются не только шесть женщин, предавших идеалы церкви, но и та, кто является истоком их грешных помыслов. Перед вами и праведным судом, учредителем которого является преподобный Терло, - он указал кивком на священника, который, как выяснилось, всё это время стоял недалеко от ведьм, - предстала великая верховная, предводительница всех ведьм континента и глава одного из самых опасных ковенов, имя которой стало неблагостным. Моргана! Толпа зашепталась, на разные лады повторяя имя женщины. - Теперь же я хотел бы пригласить на своё место того, кто лично контролировал поимку этих женщин, инициированную нашими монархами, и блестяще справляется с этой задачей на протяжении пяти лет. Отец Терло, окажите нам честь, - обратился к священнику Льюин. Моргана, всё это время внимательно смотрящая на советника, уловила в его ауре нотки отвращения и неприязни. «Видимо Терло никому не симпатизирует, - улыбнулась она. – Но Льюин отменно скрывает свои эмоции. Не зря ему пророчили карьеру хорошего политика» Терло подошел к советнику и почтительно поклонился. - Благодарю Вас за такую честь, - мужчина елейно улыбнулся и повернулся к народу. – Дети мои! Вам выпала поистине чудесная возможность лицезреть то, как на корню обрубается начало всех наших бед и несчастий! Казнь верховной.. Этого момента все мы ждали долгие пять лет. Но терпение и смирение наши стоили того. Та, кто совершила непростительный грех, сейчас стоит перед всеми нами, дрожа от страха. Не покупайтесь на её спокойствие, ведь она трепещет перед нами и нашим Господом и мысленно молит о пощаде!.. Моргана не выдержала и громко расхохоталась. Среди ведьм, стоявших рядом с ней, пробежались тихие смешки. Терло замолчал, ошеломленный поведением ведьмы. - Ты сам-то веришь в свои слова, преподобный? – задыхаясь от смеха, произнесла женщина. – Дрожу от страха? Молю о пощаде? – она снова рассмеялась. Священник, почувствовавший себя униженным, подошел к ведьме и схватил её за горло. - Я вижу тебя насквозь, тварь. И вижу в твоих глазах страх! Сегодня ты расплатишься за всё, что натворила. - И ты за свои грехи расплатишься, - успокоившись, произнесла верховная и улыбнулась. – В своё время, когда странствовала, я слышала одну пословицу. Как же там было сказано?.. «Отольются волку овечьи слёзки», как-то так, если не обманывает память. Ты волк, Терло, - она внимательно посмотрела на мужчину, и тот вдруг резко закашлял. Отпустив горло женщины, он отошел от места казни и хрипло прокричал: - Сжечь ведьму! Толпа одобрительно загалдела, призывая стражников зажечь факелы. Ситуация выходила из под контроля: люди требовали немедленной казни. - Тихо! – не своим голосом закричал Льюин. Народ притих, а советник тем временем подошел к Терло и тихо, но очень гневно, судя по выражению лица, что-то ему сказал. Священник стушевался и, посмотрев на Рейн и Лютера, виновато улыбнулся. - Ваше величество, вам слово, - спокойно произнес Льюин, обращаясь к королеве. Та, улыбнувшись, сделала несколько шагов вперед. - Благодарю вас, господа, за ваши добрые слова, - произнесла она. – Сегодня действительно очень важный день. Важный для меня не только как для королевы, но и человека, лично испытавшего на себе всю горечь предательства, совершенного этой женщиной и её подопечными. Но забудем о личных обидах. Я искренне рада, что они больше не причинят боли никому из вас, наших подданных. Я бы хотела выразить благодарность всем, кто был причастен к поимке Морганы, вашу самоотверженность мы никогда не забудем. Но будет неправильно не сказать спасибо тебе, Лютер, - девушка посмотрела на своего супруга и мягко улыбнулась. – Твоя любовь вдохновляла меня на эту долгую и мучительную борьбу, в которой была одержана победа. Благодарю за то, что верил в меня и дарил ту поддержку, без которой я бы ни за что не справилась. Монарх мягко улыбнулся и подошёл к жене. Взяв её за руку, он произнес: - Иначе и быть не могло, ты ведь знаешь это. Девушки, стоявшие в толпе, издали единый печальный вздох. - Господи, избавь нас от этого, - еле слышно пробормотала Бьянка. - А теперь я бы хотела обратиться лично к тебе, Моргана, - королева посмотрела в глаза своей сопернице. – Наконец ты на своём месте. Что ты чувствуешь? - Ничего кроме покоя, Рейн. Рано или поздно это бы случилось, и ты сама об этом знаешь, - произнесла верховная. - Покой? – ответ женщины неслабо удивил Лютера. – И всё на этом? - Именно так, - ведьма улыбнулась. – Зачем противиться судьбе? - Тут ты права, - подала голос королева. – Зачем же ей противиться? Ведь всё, чему суждено сбыться, так или иначе свершится. - Не тяни, дорогая, - закатила глаза Моргана. – Ты ведь не просто так зацепилась за эти слова. Рейн хмыкнула и произнесла: - Я предлагаю сделку. - Даже интересно, что же такое случилось, что ты решилась на сделку со мной, Рейн, - усмехнулась ведьма. - Все до неприличия просто, - королева улыбнулась. - Я отпущу всех девушек, стоящих вместе с тобой на костровище. В толпе зевак, пришедших посмотреть на казнь, послышался многоголосый шёпот. «Безумие», «Отпускать этих нерадивых..» «Она с ума сошла». Даже отец Терло перекрестился. - Какое великодушие, - произнесла Моргана. - Цена помилования? -Ты скажешь мне, где твой ковен.Такая мелочь, не так ли? Они умны и смогут скрыться в случае облавы. А ты спасёшь еще несколько жизней. Подумай над этим, у тебя есть время, пока готовят факелы. - Меня ты, разумеется, не отпустишь? - усмехнулась верховная. - Не разочаровывай меня, Моргана. Ты далеко не глупа, но подобными словами ставишь свою мудрость под сомнение. Обдумай все как следует. Ведьма задумалась. Стоит ли оно того? Сейчас с ней бок о бок стоит с десяток девушек, которые не так сильны, как ее ковен. Когда дело касается магии, количество не имеет значения. Главную роль играет мастерство. Одна колдунья может быть сильнее, чем несколько. Да и предавать сестёр.. Рейн права: они умны и смогут скрыться. Но стоит ли оно того? Обрекать их на такую же жизнь, которой она жила последние пять лет, проведённые в бегах..Нет, это слишком. Ей было жаль дев, которым сегодня вынесут приговор, но она не могла поступить иначе. Ковен ещё не сыграл свою главную роль. - Моргана, не делайте этого! Ведьма удивилась, поняв, кто попытался ее остановить. Бьянка… Та, кто так боялась Моргану и ее сестёр, та, кто винила ее в своей горькой судьбе. Она отказалась от спасения, хотя невиновна. - Она обманывает. Не знаю в чем, но обманывает. Не идите на сделку, прошу Вас, - Бьянка смотрела на верховную глазами, полными слез. - У тебя есть шанс уйти с костровища, глупое дитя, а ты заступаешься за это отребье! - воскликнул отец Терло. - Ещё и смеешь так говорить с королевой! Немедленно извинись. - Я не стану извиняться перед убийцей, - холодно произнесла Бьянка. В толпе кто-то ахнул. Берилл, стоявшая рядом с королевой, прикрыла рот ладонью. Лютер побледнел и сурово произнёс: - Не забывайся. Перед тобой не просто женщина, а моя супруга. Супруга монарха. Не смей разговаривать с ней в таком.. - А что мне за это будет? - перебила девушка. - Скажите, Ваша светлость, что? Убьете меня? - она истерически засмеялась. - Меня ложно обвинили в колдовстве, я априори покойница. Где гарантии, что ваша дражайшая супруга не обманет? Хотели сжечь? Жгите! Ну же, возьмите ещё один грех на душу, окунитесь в кровь с головой, вперёд! - Одумайся, безумная! Как ты смеешь?! - заорал отец Терло. - Замолчи, Терло, - Моргана посмотрела на священника. - Тебе ли не знать, сколько невинных здесь погибло? Тебе ведь неплохо платят за каждую осужденную, не так ли? - ухмыльнулась она. Священник хотел что-то сказать, но Моргана лишила его этой возможности. Переведя взгляд на королеву , она произнесла: - Сделки не будет, Рейн. И знаешь что? Мне искренне жаль тебя. Ярость ослепила тебя так, что ты бы уже потонула в крови убитых тобой дев. И помяни мое слово: час расплаты близок. Смерть твоя придёт в лице того, кого ты любишь даже больше, чем своего покойного отца, - она перевела взгляд на Лютера. Монарх остолбенел. «Что она несёт?» Собравшись с духом, он подошёл к ведьме и заглянул ей прямо в глаза. - Тебе жаль мою супругу, Моргана? Напрасно. Единственный человек, к которому сейчас стоит проявить жалость - это ты. Ты проиграла, и сама это осознаёшь. Твоим сёстрам недолго осталось, не пытайся кого-то напугать, - он схватил ее за горло и прижал голову к столбу. - Я скорее умру сам, чем причиню ей боль, слышишь? - А это уже не тебе решать, - хрипло засмеялась ведьма. - Не тяни, Лютер. Мы с сёстрами уже заскучали и замёрзли. Ведуньи, стоявшие рядом с Морганой на костровище, расхохотались. Даже Бьянку пробило на смех. - Господа, - Рейн обратилась к палачам. - Зажигайте факелы. Пора прекратить это безумие. Верховная прикрыла глаза. Вот и настал тот миг, которого она ждала и одновременно боялась все пять лет. - Сёстры, простите, - произнесла она, окинув девушек взглядом. - Я не могу поступить иначе. - Вы не виноваты, - улыбнулась Авроры сквозь слёзы. - Мы с вами до конца. - Верно, в единстве сила. Мы бы не ушли, какое бы решение вы не приняли, - подала голос девушка с огненно-рыжей шевелюрой. Моргана даже не знал, как её зовут, отчего было горько. Она не знала имён всех тех, кто готов разделить с ней жар огня. Лютер был в чём-то прав. Кое-что она в этой битве проиграла. Палачи подожгли факелы и стояли, ожидая приказа. - Бьянка.. Прости. Я не надеюсь, что ты поймёшь, но я не могу иначе. - Не извиняйтесь, - девушка посмотрела на верховную и улыбнулась. - Это я должна просить прощения. - Почему же? - Моргана не перестала поражаться её поступкам. - Я ошибалась. Насчёт всех вас, - Бьянка окинула ведьм взглядом. - Зло здесь не в вас. Оно в ней, - девушка злобно посмотрела на королеву. - Вам это с рук не сойдёт. Я может и не ведьма, но проклинаю вас. Наблюдающие за процессом дружно расхохотались. Рейн лишь снисходительно улыбнулась. - Господа, приготовьтесь. В тело Морганы словно вонзилась сотня мелких игл. «Только не это, я же говорила ей..» - подумала она и начала вглядываться в толпу. Она очень быстро нашла виновницу своих ощущений. Женская фигура в сером плаще. На голову был накинут капюшон, но верховная отчётливо ощущала на себе её взгляд. «Идда, что ты здесь делаешь? Здесь опасно находиться, ты же знаешь», - мысленно произнесла она. «Я не могла не попрощаться, Моргана», - произнес голос. «Понимаю, но тебе нельзя здесь находиться. Уходи. Береги их. Скоро все решится, - подумала верховная. - Я люблю вас, будьте осторожнее» Фигура опустила голову и растворилась в толпе зевак. - Огонь, - Рейн отдала приказ. Палачи медленно двинулись к ведьмам, держа в руках факелы. Моргана вздохнула. «Время пришло» - До встречи, сёстры, - обратилась она к ведьмам. И тут произошло то, чего не ожидал никто: ни колдуньи, ни семейство монархов, ни простые наблюдатели. Моргана сделала глубокий вдох и запела. - Все ждут света, Не бойтесь, не бойтесь. Солнце светит из глаз моих, Сегодня ночью оно не зайдёт, И мир громко считает до десяти. Палачи остановились. Рейн, заметив это, закричала: - Чего вы ждёте?! Я сказала «Огонь»! Сожгите их! Толпа поддержала королеву криками одобрения и свистом. Словно очнувшись ото сна, мужчины снова двинулись к ведьмам. - Раз, и появляется солнце, - громко пропела Моргана. Ведьмы переглянулись. Они поняли, что это значит. - Два, и появляется солнце, - теперь же вместе с верховной пела Аврора. Стражники дружно поднесли факелы к костровищам. - Три, оно - самая яркая звезда из всех, - запели все ведьмы. Бьянка, не понимающая, что происходит, закрыла глаза и подумала: «Что бы это не значило, пусть у них получится» - Четыре, и появляется солнце! Моргана услышала крики сестёр. Последнее, что она запомнила - довольный взгляд Рейн и прикосновение огня к коже. «Время пришло. Проснись»