Вегас и «антитело»

"Как можно ненавидеть Вегас? Это же детская площадка для взрослых" ("Мыслить как преступник")

От одиночества и разлуки Чонгук лез на стенку. Капризничал, дулся. Тэхен делал, что мог – не отлипал от телефона, рубился с Гуки в игры по сети, еще несколько раз подходил к дверям, когда Гуки просил (но надо отдать ему должное – не злоупотреблял этим, все-таки дурацкое занятие для звезды мирового масштаба, сидеть под дверью номера отеля, даже если где-то на стреме стоит менеджер). Тэхен даже не пошел на шоу Silk Sonic со всеми вместе. Ну, как «со всеми» - Джину было лень, так что пошли трое оставшихся. Зато потом Джин, попробовав какой-то сумасшедший коктейль в баре отеля и потрепавшись с менеджерами, вдруг заявился в номер к Тэ и сказал, что нашел для него «место мечты». - Чьей? - Что «чьей»? – не понял громкий хен. - Мечты – чьей? - Дурак! – заржал Джин, - Твоей, конечно! – и, растянувшись рядом с Тэхеном на постели, показал ему небольшой стильный буклет. – Глянь, джаз и старички! Никакой суеты, все чинно-благородно! Мелкому даже ревновать будет не к кому! Иногда Тэхен действительно забывал, что хены все видят и все понимают. Он благодарно потерся щекой о плечо Джина: - Думаешь, стоит сходить? - Ты в Вегасе, детка! Хватит одного затворника. - Да я собирался завтра в гольф поиграть… - А сегодня сходи в этот барчик. - Сейчас напишу Чонгуку. - Давай я напишу! - Нет! Я сам. Спасибо, хен – и Тэхен решительно забрал из рук Джина свой телефон. Чонгук, расстроенный тем, что Тэхен не пошел на шоу любимых ими обоими музыкантов, с радостью отпустил своего Тэхени-хена «послушать живой джаз». А потом заскучал… Бил себя по лапам, когда они тянулись к телефону, говорил себе – ты не умирающий, возле одра которого обязан сидеть пришибленный горем супруг! Но все доводы рассудка разбивались о желание быть рядом с Тэ, быть вместе с Тэ. Тэхен же, слегка пригубив бокал, просто наслаждался игрой музыкантов и атмосферой. В какой-то момент он решил, что стоит записать видео для Чонгука, и попросив снять его, вышел на танцпол. И утонул в музыке, в Синатре, в простых движениях, время от времени возвращаясь в реальность и поглядывая в камеру. Окружающие понятия не имели, кто это красивый молодой азиат, но посматривали исподтишка – уж больно хорош был парень в чуть расстегнутой рубашке с закатанными рукавами, излучающий расслабленность! Менеджер скинул видео Тэ на телефон, тот посмотрел, остался доволен и тут же отправил своему болящему. Но того не было в сети и Тэхен подумал: «это хорошо, значит спит». Проснувшись среди ночи и увидев мигающий сигнал на телефоне, Чонгук открыл вложение – и слезы выступили у него на глазах. Так прекрасен был Тэхен в своем погружении в музыку, в своей свободе, в своем тихом счастье. Потом же случилось то, чего он сам не ожидал. «А я?! Как же я? Он может быть счастлив без меня?!» И зеленая пелена ревности накрыла парня… Так ничего и не написав Тэхену, он прокрутился остаток ночи, задремав под утро, но рано проснувшись. И решил устроить очередной марафон арми – все они жили в разных часовых поясах, где-нибудь да не спят уже, а настроение было паршивое. Сегодня закончился его карантин, он же, вместо радости, испытывал желание забиться в уголок и не отсвечивать. Поэтому Чонгук решительно открыл ноут, настроил камеру так, чтобы его не было видно – и понеслось. Он был нежен с нежными, агрессивен с агрессивными, кокетничал напропалую, но тех, кто переходил рамки, ставил на место. Его несло неудержимым потоком, он пел - и говорил, говорил, говорил. Слышал слабый стук в дверь, но решил, что не будет прерываться – кому надо, тот напишет. И он написал. Чонгук не сразу понял, кому отвечает, уже разместив «вопрос». "Чон Чонгук, открой дверь…" "Нет! Не буду! Сам открывай и заходи" Чонгук закусил удила! Его снова накрыло (обида? ревность? тоска?), ответы стали чуть резче, смех – наиграннее, а юмор превратился в легкий сарказм… Он снова услышал стук, крикнул в сторону двери «Я скоро закончу!» и продолжал строчить и записывать видео. Тэхен не понимал, что происходит. Ответа на свое видео он не получил, хотя оно было просмотрено. Размещенный в инстаграм, его танец произвел феерический эффект и Тэ недоумевал. Увидев сообщения о сторис Чонгука, вошел в сеть и наблюдал, как развлекается его мальчик. Сходил к номеру, но дверь оказалась закрыта, на стук никто не ответил. Ким вернулся к себе и решительно написал в окне вопросов: «Чон Чонгук, открой дверь…», не надеясь на ответ, но зная, что тот прочтет. И тот прочел. И даже ответил. По-дурацки так. Тэхен даже рассердился слегка – какого черта происходит?! Первое утро после карантина, они так мечтали об этом, а тут – вот это вот все?! Достал из холодильника «спрайт», внутренне усмехнулся – сейчас его заботливый крольчонок отчитал бы его за сладкую газировку натощак и снова погрузился в размышления, ловя пальцами стекающие с банки капли конденсата… А потом все понял. И стал терпеливо ждать, когда Чонгук закончит. Когда первые сторис стали исчезать – инста не была рассчитана на БТС, она вообще оказалась довольно хлипкой платформой для бешеной энергии бантан и их арми – Чонгук резко закончил и упал на пол. Затекли ноги, одеревенели плечи, нужно было размяться. Он вскочил, разгоняя кровь по телу сделал несколько упражнений и, подойдя к холодильнику, обнаружил, что закончилась вода. Но теперь ему не нужно было звать стафф, он мог сам сходить. Чонгук открыл дверь и от неожиданности отпрянул – там стоял Тэхен. Ничего не говоря, молча шагнул в проем, прикрыл за собой дверь, щелкнув замком и так же молча обнял Чонгука, прижавшись губами к чуть влажному от испарины виску. Пружина внутри Гуки резко распрямилась, ударив прямо под дых и он почти обмяк, обхватив Тэхена за талию, судорожно выдохнув. Обхватил сильно, до боли, но Ким терпел, поглаживая плечи родного человечка, такого взрослого, такого сильного – и такого хрупкого. Снова поцеловал висок, откинул волосы со лба, коснувшись губами места над переносицей. Спустился на скулы и стал покрывать легкими поцелуями щеки, закрытые глаза, родинку под губой. И Чонгука отпустило, он расслабил объятия, руки заскользили по спине Тэ, он поймал губами рот Кима и они, наконец, поцеловались. Глубоко, но нежно, будто узнавая друг друга после долгой разлуки: - Я так скучал… - оторвался от жадного рта Чонгуки Тэхен. - Прости меня… - донеслось в ответ еле слышное. - Не за что тебе извиняться, милый мой крольчонок, все хорошо, теперь все хорошо, я все понимаю, - говорил Тэхен, а руки его никак не могли наполниться его Чонгуком, лаская то плечи, то бицепсы, то шею и все скользили, скользили… - Я так скучал, - повторял он снова и снова. А Чонгука затрясло и накрыло такой волной вожделения, что он просто приподнял своего медвежонка (Тэ тут же обвил тонкую талию ногами, обняв Гуки за шею и захватив в плен сладкие губы, по которым тоже скучал) и пошел в глубь номера… Впереди было еще много радостей от Вегаса – встреча с вуга-хенами в гольфклубе, концерт Silk Sonic вместе с Хосоком (билеты на который были заказаны сразу, как появилось расписание концертов), да и просто… Впереди был Лас-Вегас! Заканчивалась черная полоса.