это только начало

— Аарон, кто это был? — спросил Никки. Три дня назад близнецы переехали в дом кузена, продав свой старый. Эндрю сняли гипс с руки и ноги. Плюс, предоставили ему кастыли. И вот, Никки с самого утра торчит на кухни, готовя каждому из близнецов их любимые блюда. Хеммик каждый раз пытается сблизиться с братьями, но никто из них особо не стримится идти к нему на встречу. Аарон часто уходит из дома, а Эндрю целый день торчит либо в комнате, либо на крыше. Правда, Аарон иногда всё-таки отвечает Хеммику, объясняя это тем, что будет не очень, если никто так и не ответит кузену, хотя Никки понимает, что тот просто так благодарит его. А вот с Эндрю дела обстоят более натянуто. Никки старается не переступать границы, потому что не хочет повторить ситуацию, которая произошла три дня назад. Миньярд не смог справиться с равновесией, а старший по инерции схватил того за руку. Все случилось быстро. Эндрю ударил Никки, а после и вовсе схватился за кухонный нож. «Никогда не прикасайся ко мне» — сказал он тогда, пока Аарон уговаривал его отпустить оружие. Как не странно, Эндрю позволял прикасаться к себе близнецу, хоть тот и делал это довольно редко, опасаясь последующих последствий. Аарон в последнее время все больше пропадает из дома. Поначалу Эндрю терпел это, но когда его близнец не пришёл ночью, он решил действовать. Плюс к этому, уже четвёртый раз в дом приходят какие-то парни и передают ему пакет. На вопросы по поводу содержимого он не отвечал, огрызаясь и запираясь в комнате. Но с каждым днём состояние Аарона ухудшалось. Он вечно ходит вялый и становится более агрессивным. В один из дней Аарона сильно взбесило, что Никки стал «интересоваться» есть ли у него парень и про все эти гейские штучки. Обычно, он бы проигнорировал это или сказал бы что-нибудь, что сразу бы заткнула надоедливого кузена, но в этот раз у него сорвало крышу. Аарон набросился на Хеммика, повалив того на пол. Никки взвизгнул, даже Эндрю такого не ожидал, хоть и виду не подал. Казалось, что Аарон сейчас ударит старшего, но тут он приходит в себя, отскачив он кузена и скрывается вновь в своей комнате, а после снова уходит из дома. И вот, к нему пришел очередной парень с пакетом в руках. — Какая разница? — сказал блондин и поспешил подняться по лестнице, чтобы вновь запереться ото всех, но тут раздался голос Эндрю, из-за чего Аарона пробивают мурашки. — Что в пакете? — Не твое дело — Аарон, я не буду повторять — глаза близнеца сузились. Аарон понимал, что это была последняя капля Эндрю и ему придется выкладывать все, но он не готов так просто сдаваться. Аарон рванул к двери, благо она была открыта. Он уже было переступал порог, как вдруг что-то ударило его по голове. Эндрю кинул кастылю, после чего приказал Никки принести ослабевшего близнеца в свою комнату. Хеммик тут же метнулся к Аарону. Эндрю с трудом поднялся по ступенькам на верх, чтобы попасть в комнату близнеца. На кровати лежал тот самый пакет, а внутри… таблетки, таблетки, таблетки… Теперь ясно. Тильда всё-таки оставила свой след в этом мире, кроме, конечно же, ее сыновей. Пока Хеммик возился с потерявшим сознанием братом, Эндрю прошел мимо них в сторону магазина. Через час он вернулся с несколькими пачками печенья и бутылок воды. Эндрю сказал кузену перетащить Аарона на вверх, пока он относил покупки в ванную. Моющие средства, таблетки, аптечка, станки — всё было убрано, а на полу лежал пакет с едой. Эндрю выхватил у Никки близнеца и положил на пол, а после вышел и запер дверь снаружи. Хеммик пару минут стоял в недоумении, а после его было не остановить. — Эндрю! Зачем ты его запер?! — кричал старший. Миньярд понимал, что будет не честно скрывать проблему от кузена. — Всё это время он кололся и употреблял, а те парни были доставщиками препаратов — Никки так и застыл с открытым ртом. Он начал задыхаться, а с глаз текли слёзы. — Н-но… но всё-таки я думаю, что это не правильно запирать его. Мы должны помочь ему другим способом — Хеммик стал тянуться к замку на двери. Миньярд преградил ему путь и в его руке блистул нож. — Нужно действовать сейчас — на этих словах их разговор был окончен. Хеммик громко всхлипнул и скотился вниз по стене напротив. Внезапно послышались шорохи в ванной. Аарон струдом поднялся, потирая ушибленное место. В глазах все плывёт и размывается красками. «Последняя дорожка была лишней» — думает Аари. Как только зрение пришло в норму, он стал осматривать комнату в которой находится. «Ванная? Но как я здесь оказался?». Он хотел было открыть дверь… заперто. Снаружи послышались всхлипы. — Никки, это ты? Открой дверь? — Нет — сказал глубокий голос Эндрю — Что ты сказал? — Ты не выйдешь от сюда, пока весь наркотик не выйдет из твоего тела — после этих слов Аарон понял действия близнеца и вздрогнул. Поначалу лишь тишина, а после бесчисленное количество ударов об дверь сначало рукой, а после и вовсе всем телом. Если быть честным, Эндрю не ожидал такого сопротивления и силы в ударах от близнеца. Он сказал Никки идти к себе, а сам сел на его место на полу. Аарон кричал разные оскорбления и просьбы открыть дверь, но синдром отмены делал свое дело и через пол часа Аарона не хило выворачивало. — Э-эндрю… пожалуйста — послышались тихие всхлипы — открой Эндрю за все это время не произнес ни слова, пока Аарон разговаривал с ним. Наступило утро. Миньярд из последних сил сопротивлялся, обшарил все полки в надежде найди что-нибудь, что спасет его от жажды, хоть и знал, что Эндрю наверняка все уже спрятал. Желудок был пуст, как и голова. Аарон лежал в центре комнаты и уже час просто пялился в белый потолок. Вообще сама комната не имела другого цвета. Слишком ярко, чисто. Чувство, будто ты находишься в кубе, который понемногу высасывает твои силы и вскоре ты умрёшь от истощения. Слишком тихо. Так тихо, что кажется, будто ты один в целом мире в этом белом пространстве. Снова один. «Нет, ты не один, я никогда тебя не брошу» — как-то сказала Тильда маленькому Аарону, когда к ним пришли люди из опеки. Тогда соседи начали жаловаться на ежедневные крики и плачь ребенка. Тильда сказала Аарону вести себя хорошо и тогда он получит награду. Награду он так и не получил… Его били так сильно, так сильно, что под конец он не сопротивлялся, он не издавал звуков, он просто принимал все, что делала с ним мама. Но он любит маму, ведь «виноват лишь Аари, он должен быть наказан, он должен искупить свою вину». Это был единственный раз, когда Лютер вызывал скорую. У Аарона было сотрясение мозга и сломано множество костей. После этого случая, Миньярд всегда повиновался матери, выполняя все, чего она хотела от него. Как-то раз она позвала таким ласковым и нежным голосом сына. Как только Аарон услышал такой ее голос, он зарыдал не от шока и надежды, а от страха. Именно тогда он впервые почувствовал эйфорию от вещества, которого ему вколола Тильда. Он наконец почувствовал некоторое облегчение, а дальше… он не смог отказаться от такого наслождения, хоть и последствия его были не утешительными. — Хочу умереть — сказал он, расчесывая до крови свои руки. Он сдался.