Розы и ментоловые сигареты

Сынмину никогда не дарили цветы. Даже растения в их с братом съемной квартире принадлежали Чонину, который жить не мог без садоводства; он вечно ворчал, когда Сынмин пытался закинуть окурок в его любимый горшок, в котором обитал фикус Доминик. Наверное, Чонину не стоит знать, что фикус чувствует себя просто замечательно не от его подозрительного порошка, который воняет как общественный туалет, а от остатков пива, которыми Сынмин щедро поливает растение, прежде чем выкинуть жестяную банку.   Доминику нравилось пиво – это факт. Почти так же сильно, как Сынмину ментоловые сигареты – они успешно заменяли ему сеанс у психотерапевта и разговоры по душам с друзьями. Впрочем, у него не было близких друзей; только очень хорошие знакомые и надоедливые коллеги, с которыми ему приходилось общаться.   Сынмину никогда не дарили цветы, поэтому он сейчас удивленно переводил взгляд с букета роз на незнакомца. Минутами ранее этот человек очень бурно выяснял отношения по телефону, привлекая внимание всех посетителей кофейни. Кажется, его вторая половинка проигнорировала свидание, отчего парень был очень зол. Сынмин с интересом наблюдал за разворачивающейся драмой, будто бы смотрел какой-то сериал для подростков, в котором было много драмы и разборок.   – Ты оглох? – Парень напротив щелкает пальцами перед лицом Кима, обращая его внимание на себя. – Не забудь поставить в вазу, а то быстро завянут.   – Да забери ты свой веник. – Возмущению Сынмина не было предела. Этот настырный человек уже порядком раздражал его. – Я не принимаю подарки от незнакомцев. И уж тем более цветы.   – А что не так с цветами? – Парень ловким движением украл печенье с тарелки Сынмина. – Меня, кстати, Минхо зовут. Теперь ты можешь их принять.   – Слушай, если твоя девушка кинула тебя, то это не повод дарить букеты всем подряд.   – Меня не кинули. – Минхо начал злиться. – Я просто пришел рано и уже ухожу.   Ким понял, что этот тип не отстанет от него, пока он не примет этот веник, поэтому решил, что отдаст розы Чонину – младший точно сможет управиться с ними. Незнакомец был рад, что избавился от уже ненужных цветов и спешно покинул помещение. А Сынмин вернулся к скучному наблюдению за посетителями его любимой кофейни, в которой бариста уже предложил ему сделать табличку "Место Ким Сынмина" у дальнего столика у окна; это любимое место Сынмина, за которое он готов был бы подраться. Здесь был хороший вид на все помещение. От любопытного занятия его отвлекли громкие голоса только что пришедших людей. Это был тот странный тип с букетом и парень в черной толстовке с ярким принтом на груди. Удивило, однако, Сынмина то, как быстро Минхо оказался рядом с ним, требуя вернуть розы, с наличием которых уже смирился Ким.   – Хён, подарки не возвращают.   – Это была передержка. – Минхо цокает, а затем начинает двигать букет в свою сторону. – Ты сохранил этот красивенький букет для меня, милый тонсэн. Спасибо, я пойду отдам его той истеричке.   Сынмин бросает взгляд на столик, за которым устроился друг Минхо. Парень смотрел что-то в телефоне, изредка бросая взгляд в их сторону. До Кима начало доходить, что цветы были вовсе не для подружки Минхо, а для друга.   – Это твой парень? – Вопрос слетел с губ Сынмина быстрее, чем он его осознал.   – Да. Проблемы?   – Никаких проблем.    Ким замахал руками перед собой. Какие у него могли быть проблемы с Минхо, если он сам открытый гей, который недавно вышел из серьезных отношений? Из соображений поддержки Сынмин все же решил вернуть букет, но взамен попросил номер Минхо, чтобы тот все же расплатился услугой за проявленное Сынмином милосердие. С неохотой Ли вбил свой номер в телефон "милого тонсэна" и поспешил вручить букет парню, который проявил не особую радость подарку. Кажется, отношения дали трещину.  

***

  Сынмин курит ментоловые сигареты. В состоянии легкой эйфории он делает глубокие затяжки, смешивая сизый дым с крепким алкоголем, который обжигает горло, но так приятно греет где-то в области колен. Попытки встать Сынмин бросил после того, как опрокинул в очередной раз красный стаканчик с алкоголем на любимый белый ковер хозяина дома. Впрочем, Хван сам виноват – кто оставляет ковер в комнате, когда планируется громкая вечеринка?   Присутствующие были разгорячены не только алкоголем, но и игрой, в которую они играли последние тридцать минут. Чем больше они пили, тем развязнее становились действия, а слова громче и интимнее. Сынмин ловит на себе заинтересованный взгляд Феликса, симпатичного парня с веснушками, от которого были без ума все, кто встречал его на своем жизненном пути. Феликс был бывшим парнем Хёнджина, с которым они умудрились сохранить приятельские отношения, несмотря на болезненный разрыв. Кто-то из них скорее всего все еще был влюблен. Но пьяный мозг Сынмина остро реагировал и считывал сигналы австралийца, с которым пять минут назад целовался взасос на глазах Хвана – это было действие.   Сынмин довольно-таки неплохо играл в шахматы, а еще в покер на деньги, так он добывал себе в школе деньги на обеды. Но этот вечер показал, что он также неплохо играл в бутылочку, ведь ему так везло с действиями и партнерами. По-крайней мере, он еще ни разу не целовался с родным братом, который сидел почти напротив него. Чонин тоже был другом Хёнджина, поэтому посещал все вечеринки Хвана.   В очередной раз горлышко бутылки указывает на Сынмина, который уже докурил сигарету и кинул окурок в Феликса – да, он так флиртовал. – Кого еще засосать? Ким громко смеется, вспоминая каким податливым был Феликс в его руках. Может, ему повезет и волшебным образом Хёнджин решит свести его со своим бывшим.   – Хватит поцелуев на сегодня, пьяная рожа. Ты должен позвонить человеку, которого я выберу в твоем списке контактов и сказать, что влюблен в него, хочешь его. А, и еще имитировать стоны.   – О, у него это хорошо получается. – Чонин вставляет свои пять копеек и ловит изумленные взгляды друзей. – Бля, вы не так поняли. Я слышал, как этот придурок стонал под Чаном.   – А ты откуда знаешь, что под… – Чанбин пискнул, так как был новеньким в компании и не знал зашкварные истории друзей.   – Я не имитировал, между прочим, с ним никогда. – Сынмин чувствует, как затянувшиеся раны в груди дали о себе знать. – А то, что он не удовлетворил тебя тогда – твои проблемы.   Ким опрокидывает в себя темную жидкость из красного стакана – ему плевать, чей это стакан и что там было. Целью вечеринки стало напиться и забыться. Каждый раз, когда Сынмин слышит имя Чана в алкогольном опьянении, то хочет разрыдаться как маленькая девочка и, умываясь слезами, курить ментоловые сигареты. Желательно в темноте, наблюдая за луной. Дурная привычка перешла к нему от бывшего, который принес в его жизнь две вещи – ментоловые сигареты и качественный секс. Последнее он разделил еще с братом своего парня. Сынмин до сих пор помнит ту пустоту и звон в ушах, когда вошел на кухню и увидел Чана на коленях с членом во рту. Не его членом. Расставание было незамедлительным, а Чонина ему удалось простить (наверное). Вот уже несколько месяцев братья вели спокойную жизнь, не вспоминая Бана, но брошенная Чонином фраза была ударом в солнечное сплетение. Сынмину хотелось плакать.   Хёнджин копается в контактах Кима, пытаясь найти способ отомстить за Феликса. Да, он все еще был влюблен и не собирался делить Веснушку с кем-либо, даже если это Сынмин, с которым у них когда-то был секс втроем, как сказал Феликс "по приколу".   Сынмин кривится. Ему не нравится такое действие, но затем озорная улыбка появилась на его лице – он кое-что вспомнил.   – Чуваки, у меня есть номера ваших мам…   Все игроки закричали в отвращении, разрешив фантазии пуститься в пляс. Но никто не мог серьезно представить Сынмина рядом женщиной. Их друг был самым настоящим геем.   – Так, вот какой-то "Хён с букетом". Звони. Мы оценим твои стоны по десятибалльной шкале.   Ким пытается не смеяться, пытаясь настроиться на нужную волну. Все присутствующие пристально наблюдали за ним – он знал, что парни сейчас начнут смеяться и пытаться рассмешить его, чтобы действие не было засчитано. А в мыслях у него был только Чан, который так быстро вытолкал зарождающийся интерес в Феликсе.   Гудки.   Сынмин толкает языком щеку. Возможно, хён уже спит или увидев имя Сынмина специально не ответит, ведь он все еще должен ему услугу. Внезапно Ким слышит удивленное "алло" и шуршание в телефоне.   – Привет, извини за беспокойство, хён. Я хотел… – Ким слышит смешки друзей и показывает им средний палец. – Признаться. Я хочу тебя с первой… ммм… минуты… когда мы… – Сынмин шумно дышит. – Встретились.   В голове Кима взрывались фейерверки – одна его часть хотела искренне ржать над происходящим, а другая подкидывала картинки из прошлого с крепкими руками Чана, которые так правильно обхватывали его бёдра. Вдохновение на имитацию стонов Сынмин черпал именно из этих воспоминаний.   "Ким Сынмин?"   – Я так хочу… ммм… тебя…   Сынмин сбрасывает вызов и победно улыбается, оглядывая друзей, которые даже сквозь алкогольный флёр почувствовали себя неловко – Сынмин был хорош в стонах. Чанбин, новенький в их компании, шумно пил пиво и говорил что-то о классной отделке комнаты, Чонин верещал ультразвуком, что его брат самый мерзкий тип в мире, но удивил всех Феликс, чьи щеки горели как светофор.   – Поймите меня правильно, но, бля, кажется у меня встал.   – Ты такой гей. – Хван игриво толкает плечом бывшего, не забыв опустить руку на колено соседа.   – Может, потому что я и есть гей?   Компания начала громко смеяться над фразой Ли после чего они полностью растворились в алкоголе и громкой музыке. Играть стало не интересно, так как Сынмин поставил красивую точку в этой игре своим действием.   Ким не помнит сколько раз он падал, пытаясь добраться до туалета. Попытки были прекращены в ту секунду, когда он увидел дверь, ведущую на лоджию. Здесь он планировал найти какой-нибудь сосуд для своих дел, а заодно покурить. Пачка сигарет всегда была в кармане его джинсов. От увлекательнейшего занятия по поиску сосуда Сынмина отвлек звонок – к этому моменту у него было уже много пропущенных вызовов.   – Ким Сынмин in the building! Ой, я же в телефоне… Это кто?   "По шкале от нуля до десяти как сильно ты нажрался?"   – О, хён с цветами! Ты что, знаешь, что я пью? Я с друзьями немноо-о-ожко выпил. Один стаканчик…   "Это был бесконечный стаканчик? Ты звучишь отвратительно пьяно и почему-то я переживаю за тебя. Отправь геолокацию, я отвезу тебя домой"   Сынмин увидел горшок с цветком в углу лоджии. Миссис Хван ждет неприятный сюрприз, но, кажется, у Сынмина был кинк на цветы.   – Это услуга "Трезвый водитель", хён? – Сынмину почти удалось справиться с пряжкой ремня.   – Это услуга за тот букет. Жду геолокацию.   Минхо не соврал. Он действительно приехал и забрал Сынмина с вечеринки. Свидетелем этого были Феликс и Чанбин, которые даже не пытались остановить незнакомого хёна. Наверное, так было нужно, посчитал одурманенный мозг парней.   Сынмину удалось отправить свою геолокацию нужному человеку с пятого раза. Зато все его контакты, чье имя начиналось на "Х" знали его местонахождение. Об этом он сразу же сообщил Минхо, как только его усадили в машину и пристегнули ремнем безопасности, вручив на всякий случай черное ведро. На самый крайний случай.   – По шкале от нуля до десяти ты пьян на всю тысячу, Ким Сынмин.   Минхо наблюдает за тем, как Сынмин пытается безуспешно найти пачку сигарет в своих карманах – она, видимо, выпала, пока они добирались от квартиры Хвана до машины на парковке. Сынмин начинает ныть, что без сигарет он никуда не поедет, да и вообще он не заказывал такси.   – Сигареты. Ментоловые. Купи! – Крик Сынмина начал переходить в диапазон ультразвука.   – Ненавижу ментоловые. Они отвратительные, но похоже ты не завалишься.   Минхо удалось ненадолго заткнуть Сынмина, пока они ехали до ближайшего магазина за сигаретами и водой. После чего Ким удобно устроился на бордюре, делая короткую затяжку. Осознание начало пробиваться сквозь сизый дым и алкоголь. Он был пиздец как пьян.   – Хён, ты знаешь, где я живу?   – Нет.   – Я тоже не помню.   Ли издает нервный смешок. Вместо того, чтобы провести вечер за просмотром новой серии дорамы он по какой-то неизвестной ему причине возится с этим куском тела, которое позвонило ему в порыве каких-то чувств.   – Ты можешь переночевать у меня. Утром поедешь домой.   – Минхо хён, я пошутил. – Сынмин негромко смеется. Свежий воздух и вода положительно влияют на него. – Спасибо, что не забыл об "услуге".   – Не люблю быть должным. В тот раз ты поступил правильно.   – Вы еще вместе? – Сынмин замечает, как опускаются плечи Минхо. – Понятно.   Ли не хочет вспоминать о своем бывшем, но этот надоедливый тонсэн напомнил о том, что хотелось вычеркнуть из памяти. Забыть, как глупый сон. Но разве можно так просто забыть человека, которого любил?   – Мы с Джисоном расстались. Просто разные.   – Понятно. А мой бывший отсосал моему младшему брату. Мне кажется я больше в дерьме, чем ты.   – Надеюсь они оба не кончили. – Минхо не смешно шутит, но сам же смеется от тупости ситуации.   – Не, я помешал им – не вовремя пришел. Я такой кайфолом. – Ким выкуривает вторую сигарету. – Бля, ненавижу ментоловые сигареты. – Ловит удивленный взгляд собеседника. – Чан курил эту мерзость, перенял тупую привычку.   – А Джисон дрочил в носок.   – Ну так-то это удобно. – Сынмин внезапно защищает незнакомого ему парня. – Ну, не надо потом убираться…   – Да это неудобно. – Минхо закатывает глаза. Его раздражал миф про носок. – Могу потом показать, как лучше… – Ли осекается, поняв, как странно звучит его предложение. – Я имею в виду…   Сынмин давится сигаретным дымом от смеха. Общение с этим хёном было забавным – ему нравилось, что он был таким простым в разговорах. Они знакомы всего одну встречу и совместную поездку в машине, а уже обсуждают таким интимные вещи, о которых Сынмин не говорил даже с Чаном.   – Сейчас я пиздец пьяный, но запомни про носок. Утром продолжим этот разговор.   Минхо помогает Сынмину встать и сесть в машину. Затем гордо вручает черное пластиковое ведро и садится за руль. Это была необычная ночь. Без сериала, но с интересным увлекательным сюжетом.   – По шкале от десяти до десяти ты охуенен на бесконечность, Минхо хён.