Тишина и уют

      Антон, отстояв долгие очереди из бабулек, дедулек и более молодых людей, рвущихся за справками, получил не раз проклятый листочек. На следующий день он должен был вернуться на работу, но перед этим Шастун решил всё-таки поговорить с Арсением. Звонить кому-либо для парня было испытанием, поэтому Антон решил обсудить проблемы с мужчиной вживую. Батон 16:07 Привет, давай поговорим сегодня       Несколько долгих минут Арсений ничего не отвечал. Антон искусал все губы и перекрутил все кольца на тонких пальцах. А вдруг мужчина больше не хотел с ним общаться?

Барсик 16:22

Привет, можешь говорить?

      Отправив короткое «да», парень тут же принял поступивший вызов. В начале никто из них не решался заговорить, но начать как-то надо было.        — Привет, — подал голос Арсений, явно чувствуя вину из-за случившегося две недели назад казуса. — Прости, пожалуйста, что поступил, как идиот. Я должен был с тобой поговорить. И совершенно точно не должен был следить и пытаться тебя найти. Не должен был прятаться и молчать…        — Арс, прекрати, — Антон поморщился, когда бизнесмен начал быстро тараторить, что должен был сделать. — Это надо обсудить вживую. Я не хочу так с тобой говорить, не ощущая тебя рядом. Давай встретимся сегодня в шесть вечера?        — Да… — мужчина удивленно выдохнул, но затем, быстро собравшись, продолжил. — Да, давай, конечно. В парке? Или в какой-нибудь кофейне? Давай я сейчас найду, что есть поблизости.        — Арс, остановись, пожалуйста, — Антон, наконец, начал замечать, когда говорил Арсений, а когда его психологические проблемы. — Стой, хватит. Приезжай ко мне. Квартиру знаешь?        — Что? — в голосе мужчины проскользнула паника. — Антон, может, не надо. Давай где-нибудь на нейтральной территории встретимся? Я уже нашёл какую-то кафешку недалеко от меня и от тебя.        — Арс, — твердо перебил парень. — Приезжай ко мне.       Шастун отстранил телефон от уха и быстро нажал на красную кнопку. Антон после огромного потока слов от Арсения понял, что все травмы бизнесмена усугубились спустя несколько прошедших месяцев полного одиночества. Мужчина слишком активно разговаривал по сравнению с тем, что было во время первой встречи. Слишком волновался о, казалось бы, незначительном человеке в его жизни. Слишком долго оставался один.       До шести оставалось около полутора часов. За две недели бесконечных перевязок и почти полного запрета каких-либо действий по рекомендациям врача Шастун убрался во всей квартире, наготовил годовой запас еды, перебрал всю аптечку, которая у него, оказывается, была, но все лекарства были просрочены, прослушал миллион различных треков (и даже пытался петь, но получалось плохо, поэтому Антон перестал) и очень много рассуждал об Арсении и том, что происходит с мужчиной.       К приходу бизнесмена даже не пришлось готовиться. Единственное, нужно было искупаться со спокойной душой после снятия дурацких бинтов, поэтому, оставив входную дверь открытой, на случай если Арсений придёт раньше, Антон скинул всю грязную одежду в комнате, захватил с двери постиранное полотенце и голышом прошёлся к ванной. Заткнув затычкой слив, Шастун включил на всю горячую воду и медленно опустился в акриловую ёмкость. Конечно, во весь рост он не мог там растянуться, но погреть по очереди ноги и верх, сгибая и разгибая колени, вполне. Конечно, врач сказал ему некоторое время не распаривать место ожога, но Антон так давно мечтал о горячей ванне, что совсем забыл об этих словах. Он забыл, в общем-то, про всё, в том числе и про время, и очнулся, когда услышал осторожный стук во входную дверь. Арсений уже пришёл.        — Арс! — крикнул Антон из ванной, вытаскивая свою тушку из кипятка. — Проходи, там открыто! — услышав звук открывающейся двери, он продолжил уже тише. — Подожди, пожалуйста, на кухне или в комнате, я минут через пять выйду.       Раздался хлопок дверью, кто-то зашуршал в коридоре и прошёл вглубь квартиры. Парень оглядел свои сморщенные пальцы, нахмурился и, взяв в руки красивый бутылёк, рассказывающий сказки о восстановлении волос, начал мыться. Вспенивая мочалку, Антон вспомнил, что из одежды у него в ванной есть только небольшое полотенце, которое едва могло что-то прикрыть. Оставалось надеяться, что Арсений пошёл на кухню, а не в спальню, где хранились все вещи. Вытащив затычку, парень сполоснулся под прохладной водой из-под душа и, наконец, вылез на кафельный пол, который тут же охладил нагретые водой ступни. Под своё тихое ойканье Шастун быстренько обтёрся, переступая с ноги на ногу, каким-то чудом закрепил полотенце на бедрах и, выглянув из-за двери, прислушался. Казалось, будто Арсения в квартире не было вообще: стояла абсолютная тишина.        — Арс, ты здесь? — сказал парень, особенно прислушиваясь к звукам из квартиры. В ответ — только неизменное молчание. — Арс?       Так и не дождавшись ответа, через несколько секунд Антон помчался в комнату за домашней одеждой, но остановился на пороге, увидев спящего мужчину на своей кровати. Естественно, двухметровый слоник не бегал с грацией кошки пусть и несколько метров до спальни. Естественно, от беготни проснулся и в край уставший Арсений. Естественно, полотенце, державшееся на соплях, упало после шумного бега. Естественно, именно в тот момент, когда мужчина открыл заспанные глаза.        — Эм… — Антон замер на секунды, пока проснувшийся от открывшегося вида Арсений внимательно разглядывал худое тело. Наконец, парень очнулся и, прикрывшись руками, крабиком прошёл к комоду. — Ты не мог бы выйти, пожалуйста?        — А, да, конечно! — мужчина медленно встал с раскладного дивана, поправил постель, на которой лежал, и, оглядываясь на бледную спину и часть тела ниже, протопал на кухню.       Весь красный, Шастун, прикрывая одной рукой привставшее достоинство, в панике переворачивал второй всю полку, лишь бы чуть успокоиться. Вид Арсения, одетого в тот же костюм, что и при первой встрече, продолжал мелькать перед глазами, из-за чего успокоиться не получалось довольно долго. Выдохнув весь воздух из легких, Антон уже более спокойно достал трусы, надел их и, выдвинув другой ящик, подхватил самые объёмные футболку и шорты, которые он напяливал уже выходя из комнаты, спотыкаясь о все углы. Арсений, сидя на диване, уже слегка посапывал. Всё-таки постоянная работа сказывалась на состоянии бизнесмена. Чёрный пиджак, который и раньше сидел не по размеру, будто увеличился, брюки стали более свободными, рубашка висела на похудевшем теле не красивой драпировкой, а непонятными, кривыми складками, галстук подозрительно быстро износился, будто его каждый день не снимали аккуратно, а грубо срывали вечером и быстро напяливали с утра.       Антон, едва прикасаясь, переместил мужчину в более удобное положение для сна и решил приготовить кофе на двоих, чтобы помочь Арсению хоть чуть-чуть взбодриться. Парень достал холдер из кухонного шкафчика, захватив оттуда же с верхней полки ароматные зёрна. Несмотря на всю осторожность бариста, дверца громко хлопнула, но спящий мужчина никак не отреагировал на шум. Выдохнув, Шастун лёгким взмахом вставил в кофемолку металлическую штуку, закрутив до конца, и насыпал кофе в прибор. Оглянувшись на Арсения, Антон плавно нажал на кнопку запуска, надеясь, что от этого кофемолка будет работать тише, но предательское устройство на всю кухню громко прожужжало, пока делало мелкий помол. Ещё раз убедившись, что гость спит, Антон одним движением затемповал таблетку и разместил холдер на своё место в кофемашине. Делая всё максимально тихо, парень поставил чашку и нажал «пуск», выключив аппарат через несколько секунд. Вспомнив предпочтения мужчины, он вновь открыл дверцу и, захватив питчер, аккуратно прикрыл её, хотя Арсений даже на кофемолку никак не отреагировал, что уж говорить о хлопающем шкафчике. Уверенно отыскав за секунды ручку холодильника, бариста вытащил оттуда молоко, налил его в металлический сосуд и запустил процесс взбивания. После, Антон подхватил чашку и профессиональным движением влил молоко в шот эспрессо.        — Арс, просыпайся, — спустя пять минут парень подёргал сонного бизнесмена за плечо, поставив на стол две чашки, наполненные ароматными напитками. — Арс, нам всё ещё надо поговорить, — более серьёзным и громким голосом сказал Антон, на что почти сразу в ответ получил мычание. — Арс, вставай давай.        — Встаю, даю, — сонно пробурчал мужчина, пытаясь скрыться от настойчивой руки в подушках дивана.       Тихо рассмеявшись, бариста решил пойти ва-банк: резко кинулся с объятиями прямо на Арсения. Холодные ладони пролезли под рубашку между пуговицами, и не ожидавший такой подставы бизнесмен громко вскрикнул и попытался выбраться из холодно-тёплого кокона. Антон прижал его к себе сильнее, чтобы не свалиться вместе с узкого дивана.        — Арс, давай прямо так поговорим, — прошептал парень, когда уставшее и сонное существо в его руках успокоилось. Почувствовав, что Арсений хочет развернуться к нему лицом, Шастун вытащил свои лапищи из-под белой ткани и ослабил хватку.        — Антон, — жалостливо посмотрел в глаза Арсений, не решаясь обнять в ответ. — Прости меня, пожалуйста. Я не хотел следить, не хотел пугать, не хотел руга… — Антон, не дав договорить длинный монолог, который был явно подготовлен, крепко прижал голову мужчины к груди двумя руками.        — Подожди, поговорить — значит вести диалог. Не читай мне монологи, я в школе их наслушался, — всё так же шепча, сказал парень. — Скажи мне лучше, у тебя есть психологические проблемы?        — Я не могу тебе сказать, — пробубнил куда-то в шею мужчина, решившись всё же обнять в ответ.        — Арс, — осуждающе произнес Антон, смотря на тёмную неподвижную макушку. — Если не хочешь разговаривать, то ничего не получится.        — Так ты сам меня прижал! Мне неудобно говорить! — возмущенно прошептал Арсений, прижимаясь крепче. — И не «ничего не получится», а «каши не сварим», — неуверенно добавил он. Антон, хихикнув, расслабил руки, дав мужчине посмотреть в глаза.        — Ну, говори теперь, — поглаживая по спине, попросил Шастун.        — Я не ходил к психологу или к психотерапевту, но предполагаю, что такие проблемы всё-таки есть, — в конце фразы Арсений смотрел на антоново плечо и подозрительно часто моргал. — Я постоянно почему-то оказываюсь один, прихожу в квартиру и… — от уголка глаза вниз быстро пробежала слеза, — плачу, — с трудом выдавил мужчина, всё ещё не смотря на меняющееся лицо Антона.        — Эй, — ласково позвал парень, выпуская Арсения из объятий и приподнимая его голову освободившейся рукой. — Посмотри на меня, — с теплом произнес Антон. — Не плачь, пожалуйста. Я ведь всё ещё рядом с тобой. Держу тебя, смотрю в глаза…        — Терпишь меня, — хрипло поддержал Арсений продолжающуюся цепочку.        — Терплю тебя, — искренне согласился парень. — Но я же рядом до сих пор, — отпустив подбородок мужчины, Антон положил согревшуюся ладошку на затылок, пролез второй рукой под Арсением и крепко-крепко прижал к себе. — Арс, слышишь? Я рядом и буду рядом, пока ты мне нравишься. А, кажется, что разонравишься ты мне нескоро, — с особенным трепетом парень прикоснулся губами к макушке. В шею что-то пробормотали. — Что?        — Я говорю: «А вдруг ты во мне разочаруешься и бросишь?», — громче повторил мужчина.        — Арс, люди не бросают кого-то из-за того, что разочаровались в нём. Могут обидеться, могут поговорить, просто так бросить не могут, — ещё крепче прижимая к себе, прошептал парень.        — Антон, — тихо позвал Арсений. Получив «М?», он продолжил. — Ты мне тоже нравишься, — хихикнув, вспомнил фразу из какого-то дурацкого шоу, которое во время давних прогулок они вдвоём обсуждали, смеясь над каждой фразой актёров. — Ты мне понравился сразу, — игриво сказал мужчина и, пробежав пальцами по рёбрам парня, накрыл горячей ладонью бедро.        — Воу, прямо на столько, — пошутил Антон, положив свою руку на арсеньевскую.        — Да, — уверенно заглянув в зелёные глаза, не думая ни о чём, Арсений прижался губами к чужим. Холодная кожа вечно волнующегося парня коснулась тёплой. Худые пальцы крепче сжались на мужской талии. Антон, глотнувший во время готовки кофе молока, передал этот привкус в рот Попова. Парень широко распахнул глаза от неожиданности, но после полностью доверился мягким губам и закрыл глаза, пока Арсений взволнованно сжимал ткань его шорт и внимательно рассматривал каждую деталь полюбившегося лица. Но в итоге паника победила в голове бизнесмена, и он отстранился от согретых губ. Мужчина, наблюдая за маленькими искорками нежности в антоновых глазах, выдохнул. — Настолько.