Ты в моем плену

Высокий мужчина в форме стражника тяжело вздохнул. Недавно он получил втык от командира. А все почему? Потому, что его поставили сторожить самого короля во время гона! А король не промах... Занимался сексом со своим любовником, даже не скрывая этого. Похоже, весна сильно влияла на них с лисом, раз они забыли об осторожности. Вот и у белого горностая она стерла все крупицы разума. Он даже «напал» на своего напарника, принуждая его к сексу. Впрочем, мужчина не жалел. Ему этого, по правде, уже давно хотелось. - Все из-за тебя, пушистый извращенец, - раздалось рядом. Это был тот самый напарник – стражник по имени Влас. Он был доберманом, а потому был подтянут, строен и красив. Черты лица были немного резкими, но оттого он казался лишь красивее, а карие глаза, казалось, способны были одним только взглядом возбудить любого. Неудивительно, что у горностая сорвало крышу. Было больше удивительно, почему у пса все было в порядке с самоконтролем, ведь его сослуживец был безумно красивым и сексуальным мужчиной. Впрочем, говорить о том, что он оставался совершенно равнодушным, было нельзя, ведь, когда они несли службу в тот злополучный вечер, он почти сдался напору наглеца. - Хотел сказать тебе тоже самое, - огрызнулся горностай, вытянувшись во весь рост. Хоть он и был горностаем, был выше добермана чуть ли не на голову. Его белый мех отливал серебром на солнышке, а в почти черных глазах никогда не отражались его мысли. - Ты меня открыто соблазнил! - Я?! – возмутился Влас, злобно уставившись на свою головную боль. – Хочу заметить, Пирр, что это не я лапал тебя за задницу и вжимал в стену. Парень прижал уши к голове, даже не скрывая свою злость. Зачем? Они с Пирром всегда враждовали и люто ненавидели друг друга, не упуская шанса подколоть или выставить дураком. Правда, после того случая между ними возникло напряжение, среди которого ненависти просто не осталось места. Горностай это прекрасно заметил. Да и как не заметить, когда раньше наглый доберман, который чуть что готовился впиться клыками в шею, бережет свой зад каждый раз, как они встречаются?! Он тут же поворачивался к блондину лицом и делал шаг назад, стоило Пирру только двинуться в его сторону. - Прости, но мне напомнить, как жадно ты тянулся ко мне за поцелуями и мило хватался за плечи... Ах да... У тебя тогда еще и уши дрожали, как сейчас, - усмехнулся горностай, потянувшись и разворачиваясь спиной к собеседнику. Юноша даже зарычал от досады. - Зря ты ко мне спиной поворачиваешься, - оскалился Влас, откидывая заплетенные в сложную косу волосы за спину. – Кажется, ты забыл, что твоя смерть мне на руку. Особенно сейчас. - Не выйдет, песик, - махнул рукой Пирр, уходя и повиливая длинным пушистым хвостом. - Встретимся на ночном дежурстве. Главному, похоже, понравилось то шоу, что мы устроили. Пес испытал острое желание впиться в него зубами, но подавил гнев. Так он точно выдаст себя. Это был последний день гона, так что вскоре оцепление снимут и все вернется на круги своя. Осталось лишь стерпеть это и постараться больше не проявлять эмоции. Они ведь оба мужчины, так что то, что произошло в прошлый раз, действительно было безрассудно. Такого больше не повторится. Или же нет? И раз мужчины уже однажды поддались этому, то почему и в обычное время не могут почувствовать друг к другу страсть? Тем более Пирр теперь так просто не отстанет от своего партнера. Юноша вздохнул. И почему его щеки так горят? Глупо все это было. Влюбиться в своего напарника, скрывать это за ненавистью… Таким идиотом он еще никогда себя не чувствовал. Влас потер шею, уходя в том же направлении, в котором скрылся горностай. Делать-то все равно было нечего. Служба есть служба. Пирр же занял свое место рядом с проемом двери. Король вновь вовсю развлекался с Тибальтом. Но в этот раз в библиотеке. Днем. Наверное, ему полностью снесло крышу. Последние дни течки для них всех очень важный день. Поэтому служанок и не было во всем замке. Разумеется, это последний день, когда они могут зачать ребенка с любимым. Пес с независимым видом прошел мимо. Они дежурят вместе ночью, а пока что у него было время на то, чтобы привести свои мысли и чувства в порядок. Ведь того быка, помнится, который засмотрелся на садовника, заставили чистить туалеты зубной щеткой. А все потому, что этот панда оказался любовником их главы. Теперь никто не смел допускать ошибки. - Не позволяй никому лапать себя. Это удовольствие забито мной, - хохотнул мужчина, игнорируя характерные стоны, доносящиеся из библиотеки. - Можно подумать, это что-то значит, - фыркнул пес, окинув его высокомерным взглядом. – Это гон, так что в этом нет ничего такого. Бывай. «Конечно, не буду, кретин. Разве я подпустил бы кого-то, кроме тебя?» - вместо этого подумал доберман, проходя к своему месту. Почему-то у него просто язык не поворачивался сказать именно то, о чем он подумал. Ведь горностай опять будет издеваться. Блондин хмыкнул и проводил его взглядом. Он слишком соблазнительный. Правда, кусачий. Горностай хорошо знал об отношениях панды и главного. Те, хоть и шифровались лучше, чем король и лис, однако допустили парочку оплошностей, а вездесущий Пирр, у которого самым лучшим навыком была слежка, засек их. А остальных любителей языкастых наглых парней здесь не было. Несколько любителей милашек, по типу быка. И все. Юноша это прекрасно осознавал, а потому понимал, что Пирр загоняет его в угол, давя именно на это. У него не было соперников, а потому, мужчина был слишком уверен в себе. Он считал, что Влас никуда от него не денется. Вот только почему-то он больше не брал в расчет даже сопротивление добермана. Хитрая задница. Хотя тот слишком открыто показывал свою неприязнь. Впрочем, Пирр не собирался покидать пост ради парня. Тем более он не привык за кем-то бегать. Да и не любил, когда за ним бегали. Все было по воле случая. Тогда не вышло, может второй раз выйдет, или на третий раз... Но специально что-то делать - нет. Пес ненадолго расслабился, размышляя о сложившейся ситуации и изредка поглядывая по сторонам. Сейчас король был особенно уязвим, а потому все силы брошены на защиту и предотвращение покушений. Юноша снова вздохнул. Дурацкий день. *** Смена караула подошла для Власа довольно неожиданно. Пытаясь продумать линию поведения, он позабыл обо всем на свете. Пару раз приходил начальник, но это нисколько на нем не сказалось. Его напарник был по девочкам, так что ничего криминального не произошло. Доберман больше волновался из-за горностая. Этот пройдоха ведь мог начать приставать к кому-нибудь другому. На свой счет юноша не обольщался. Гон – время, когда нельзя планировать что-то серьезное. С тяжелым сердцем он занял свое место возле спальни правителя, понимая, что тот ненадолго прервался – в коридоре было слишком тихо. Мужчина неожиданно появился перед ним, довольно потягиваясь и зевая. - Можно расслабиться. Король ночует... кхм... у господина Тибальта, - заявил Пирр, облокачиваясь о стенку. Парень облегченно выдохнул. Слава богам! Это ведь значит, что сегодня все пройдет тихо. Ну, точнее, чуть тише, потому что спальня лиса находилась не так уж и далеко. Все равно слышно будет, хоть и не так громко. - Мне вот интересно, нас с тобой ставят в пару уже несколько лет, а ты меня так люто ненавидишь... Или же, заигрываешь? - спросил мужчина, скрестив руки на груди и смотря в лицо брюнета. Тот делал вид, что очень сосредоточен на дежурстве. В конце концов, что еще ему оставалось? Только избегать разговоров и не смотреть горностаю в глаза. Ведь когда их взгляды пересекались, юноша начинал непроизвольно краснеть, что вызывало лишь досаду на самого себя. - Не разговаривай со мной. Лучше по сторонам внимательнее смотри, - сухо произнес брюнет, дернув ушами. - А зачем? Зачем смотреть по сторонам, когда сам король решил наплевать на охрану. Тибальта ведь не сторожат, - заметил мужчина, усмехнувшись. Он оторвался от дерева и подошел ближе, нависая над партнером. - Если придет начальник, я свалю все на тебя. Не хочу снова с тобой отбывать наказание на кухне, - рыкнул на него пес. Его глаза забегали в поисках хоть одного предлога, чтобы избежать контакта, ведь в себе он его не находил. Чувства требовали, чтобы он прямо сейчас обнял горностая и никуда не отпускал, не говоря уже о том, как этого хотело тело, но умом юноша понимал, что не может позволить себе такой роскоши. Мужчина усмехнулся и выдохнул в ушко парня. В отличии ушей горностая, ушки юноши были чувствительнее. - Ты так мило краснеешь, когда пытаешься от меня сбежать, - усмехнулся Пирр. - Держи дистанцию, Пирр, - почти взмолился пес, упершись рукой в грудь горностая. Пальцы словно прошило током. Вот поэтому он и избегал даже самых мимолетных прикосновений. Они сводили его с ума, заставляя сердце болеть из-за невозможности быть с любимым. - Знаешь, сегодня ведь последний день гона. Завтра все будет тихо и спокойно... Может поэтому от тебя сегодня так соблазнительно пахнет? - выдохнул Пирр в губы партнера. - Меня этим не проймешь, - нахмурился стражник. – Пирр, подумай головой, а не другой частью тела. Нам после этого еще не один год вместе служить. Не делай глупостей. Доберман старался быть серьезным, заставив себя посмотреть в глаза мужчине. Правда, убеждал он больше себя. Запахи действительно сильно обострились. Только импотент бы не сорвался сегодня. - Да? И тогда мне еще год ждать, чтобы ты меня к себе подпустил? - приподнял бровь мужчина. - Ведь только в этот промежуток времени ты мне отвечаешь честно. Пес отвел глаза, разглядывая замок. Трепет мешал думать, заставляя все мысли путаться. Он не должен был совершать ошибок, так что этот момент был очень важен. Внезапно юноша замер, широко распахнув глаза и покраснев. Нет, он понимал, что королю нечего стесняться и нечего бояться, но ведь это не повод заниматься любовью возле окна! Еще и лицом к нему! Пирр посмотрел назад и хмыкнул. Тибальт действительно потерял голову, раз вытворяет подобное. Никогда бы мужчина не подумал, что у его правителя может быть такое лицо! - Не завидуешь им? Они любят друг друга. А ведь мы в тот вечер могли так же любить друг друга. И тогда бы мне пришлось ожидать случая напомнить это. Мы бы делали это постоянно... Ты столь соблазнителен, когда не скрываешься от меня, - прошептал на ухо брюнету блондин. Юноша потупился, густо покраснев. Благо была ночь, так что в темноте не было видно того, что он покраснел. Да и король бы их не увидел. Это несколько облегчало задачу. Вот только горностай явно его искушал, говоря такое. Парень бросил взгляд на стражника. Может, плюнуть на все, и будет, что будет? Ведь он в любом случае может сказать, что это был всего лишь гон. Вот только если это и вправду ничего не значит, сердце пса разлетится на тысячи осколков. - Ты говоришь это только из-за гона. Остынь. Ты делаешь мне больно, - сдался доберман. Если что, он просто подаст рапорт об увольнении. Жаль, конечно, терять такую работу, ради которой он столько прошел, но выбора у него просто не оставалось. Пирр фыркнул, лупанув себя по бедрам хвостом. Действительно... Только из-за гона он предлагал парню такое... Чушь какая! Если бы ему отказали раз - он бы больше не пробовал. - Слушай, здесь полно служанок, которые с удовольствием бы со мной переспали. Есть несколько юношей, которые тоже не прочь. Да и я не люблю добиваться своего... Так что... Почему тогда я каждый раз подкатываю к тебе? - заметил Пирр, приподняв бровь. - Может, ты мазохист. Откуда я знаю? – пробурчал пес. Ну да, как-то он об этом не подумал. Ведь сейчас гон, а значит, партнера найти было куда проще. Вот только от Пирра никем не пахло, а значит, за все это время он так ни разу и не сорвался. Юноша снова почувствовал себя идиотом. Он должен был подумать об этом раньше. - Влас, послушай, я скажу один раз, а дальше замну эту тему и сделаю вид, что я тут ни при чем... Ты мне нравишься. Ты вечно скалишься, а я не пристаю, иногда лишь подначивая. Я действительно думал, что ты меня ненавидишь. Но если это не так, то перестань меня гнать от себя, - заметил горностай. Отчего-то в этот момент Влас почувствовал острое желание поцеловать мужчину и просто не успел себя остановить. Он обнял сослуживца, накрыв его губы своими. Он устал бегать от него, так что рано или поздно это все-таки произошло бы. Горностай с удовольствием ответил, сплетаясь своим языком с его. Он сильно прижал его к деревянной панели, обнимая и привлекая к себе. Юноша немного нерешительно его обнял за шею. Все-таки целоваться с Пирром для него еще было слишком непривычно. Но он не хотел прерывать поцелуй или отстраняться. Только не сейчас, когда он узнал, что их чувства взаимны. Мужчина сильно и глубоко его целовал. А поцелуй набирал обороты, становясь вновь неконтролируемым. Как в тот день. А ведь тогда Пирр мог поклясться, что Влас завелся не на шутку. Так и было. Если бы не начальник стражи, он бы уже тогда сдался напору возлюбленного. Его чувства вышли из-под контроля, не давая ему опомниться. Юноша послушно открывал рот, вжимаясь в бедра горностая своими. Уши снова дрожали, выдавая его волнение. Сейчас он не хотел даже притворяться, что ему неприятно. Пирр отстранился, проведя между их языками цепочку слюны. Какой доступный мальчик. Горностай потерся пахом о пах возлюбленного, позволяя тому почувствовать все возбуждение. - Все, а теперь дежурить, - хмыкнул парень, тяжело дыша и прожигая любимого полным желания взглядом. Его сейчас останавливала лишь мысль о проверке. Скорее бы их уже сменили. - Хорошо-хорошо, милашка. Но после я вновь начну ощупывать тебя, - посмеялся горностай, отходя от своего соблазна. Парень перевел дух, стараясь заставить мир вокруг не кружиться с бешеной скоростью и откидывая выбившиеся из косы пряди назад. Это было опасно. Даже слишком. Мужчина махнул хвостом и потянулся, зевая. Ну что ж... Кажется, сейчас он наконец-то нашел себе пару. Правда, он не будет так палиться, как окружающие. Особенно король, который все еще был на окне. Юноша с легкой завистью, бросил туда взгляд. Хорошо быть, наверное, королем. Захотел – отложил все дела и заперся с возлюбленным. А им с Пирром оставалось только терпеть и ждать смены. Но, может, так даже и лучше. Заниматься таким на улице было бы слишком безрассудно. Пусть даже ночью. Пирр даже думал о том, что им нужно встречаться вне замка. Иначе болтливые служанки сразу разнесут эту новость. Когда пришла смена, Влас думал, что умрет прямо в этом злополучном коридоре. Голубки и не думали останавливаться, а они с Пирром могли только молча за этим наблюдать и пытаться охранять замок. Именно пытаться, потому что сдержаться, казалось, было просто нереально. Запах горностая дурманил его, заставлял просто мечтать о том, чтобы плюнуть на всех и на все. Пирр хмыкнул. Только он хотел прикоснуться к доберману, зайдя за угол башни, как тут же заметил солдата ниже его по званию. Тот оповестил блондина о том, что его вызывают. Прекрасно. Главарь наслаждается своим любовничком и отправляет его охранять повозку с деньгами! Юноша проводил его тоскливым взглядом. Ему-то позволили уйти в отпуск. Этот день был последним, а так как они охраняли все это время замок, король распорядился дать им отгул. Жаль, что ему приходится оставлять любимого одного, но выбора все равно не было. Пирр подмигнул ему и сказал кое-что на ухо, желая вызвать приятную реакцию. Ему хотелось, что любимый ждал его. Ждал сегодня утром в одной из маленьких незаметных гостиниц. После работы горностай тут же приедет туда. Влас только фыркнул по привычке и ушел. Впрочем, для себя он решил, что в гостиницу зайдет. Ну, хотя бы чайку попить. Пирр, как бы ни странно это звучало, не собирался спать с ним сегодня. О нет... После стольких мучений, да и трудной работы, ему меньше всего хотелось предаваться простому животному инстинкту. Для добермана это было облегчением, ведь, честно говоря, он немного побаивался близости. Он и с девушкой-то ни разу не был, а тут… Юноша вернулся в казармы, собирая свои вещи. Теперь с легким сердцем в отпуск! Пирр же прошел к повозке с деньгами. Теперь осталось посторожить ее, пока остальные солдаты разгружали добро.

***

Под утро мужчина наконец-то освободился. Он устал, но желание хоть увидеть партнера, гнало его вперед. Ведь теперь они вместе, а значит, больше не нужно бегать друг за другом или пытаться что-то доказать. А в отеле и прятаться от вездесущих служанок не придется. Их роман останется тайной, в которую никто не посмеет вмешаться. Мужчина спросил на счет номера и пошел наверх. Его ждал его возлюбленный... Правда, ждал его доберман довольно своеобразно. Во сне, если быть точным. Пес развалился на кровати, посапывая и что-то бормоча во сне. Все-таки он дежурил слишком долго, так что теперь хотел отдохнуть. Мужчина хмыкнул. Ну ла-а-адно... Будить его не стоит. Горностай разделся и улегся рядом с Власом, прижав его к себе и уткнувшись носом в его волосы между ушками. - Пирр… люблю… - пробормотал во сне юноша, сложив губы трубочкой. Ему явно снилось что-то романтичное. Парень повел ушами, причмокнув во сне и накрыв руку мужчины своей. Блондин усмехнулся, закрывая глаза. Вот оно как? Доберман на самом деле романтичный. Ему любви подавай. Ну что ж... Пирр может с легкостью это устроить. И Влас ждал этого. Где-то на подсознательном уровне он желал именно любви. Конечно, близость – это хорошо, но знать, что тебя действительно любят и уважают, - важнее. Пирр начал засыпать, ощущая, как по его телу разливается тепло. Он начнет все осторожно. После гона они будут не столь возбужденные, так что начнут с обычных свиданий.