Воспоминания

— Я надеюсь за семнадцать лет я не поменяла комнату? — спросила Тина, войдя в дом. — Нет, наша спальня там же где и раньше, третий этаж, — сказал Дан и дополнил уже тише, — Карлсон ты мой. — Я потеряла память, а не слух, — ответила Кароль в своей манере. — Начинаю узнавать маму, — усмехнулась Элоиза. — Дан. Где Веня? Ему уже сколько? 27? — Тина начала в лихорадке искать свой телефон, понимая, что номер сына там точно есть. — Тань, не волнуйся, он обещал приехать сегодня. Думаю уже скоро будет тут, собирался к тебе в больницу, но сначала заедет сюда, поэтому все хорошо. Но он будет не один, — сказал Дан. — С кем? С другом? — С женой и дочкой, Тань. Жену зовут Вера, а дочь Надя, ей пять, — рассказал Дан. — То есть… Я бабушка? — Тина покачнулась от таких новостей. — Спокойно. Да, ты бабушка прекрасной девочки и в ближайшем времени ещё одного малыша, — Дан поддержал жену за талию, чтобы та не упала. — Мамочки… Утром я проснулась и помнила, что я молодая девушка и тут я понимаю, что уже совсем не молодая и на самом деле бабушка! — воскликнула женщина. — Пап, там в дверь звонят, это наверно Веня. Я пойду открою, — сказала Элоиза и пошла к входной двери, чтобы встретить брата. — Эли! Малыш, как ты? — Веня сразу заключил сестру в объятия — Всё хорошо, не считая состояния мамы, — сказала Элоиза. — Пойдём к ней. Только Наде не нужно ничего говорить, — попросил Веня и за ним вошли Вера и Надя, — провели её помыть ручки, ладно, Эл? — сказал Веня. — Конечно! Привет Надюш, пойдём, — она взяла племяшку за руку и повела в ванну. Веня с Верой пошли в гостиную где как раз были Тина и Дан. — Веня? Господи, как ты вырос, — Тина кинулась обнимать сына. Он был на голову выше Тины. — Мам, сколько ты не помнишь? — Веня был взволнован, ведь Дан по телефону, так и не сказал, сколько не помнит Тина. — Семнадцать лет. У меня в глазах, в памяти, ты маленький десятилетний мальчишка. А сейчас ты взрослый мужчина, с женой и детьми, — Тина тепло улыбалась сыну. — Да, насчёт детей. Надя… Она очень остро тебя всегда чувствовала и когда тебе было эмоционально плохо, она всегда плакала или болела, мы так и не выяснили с чем это связано, но ты можешь не говорить ей, что ничего не помнишь, ладно? — попросил Веня. — Конечно, сын. Вы уже знаете, кто у вас будет? — Да, у нас будет мальчишка, — улыбнулась Вера. — Бабушка! Дедушка! — Надя побежала в объятия к Тине и Дану. — Привет малыш, как дела? — спросил Дан. — Все хорошо! Я сегодня утром выйграла конкурс по вокалу! Первое место заняла, представляете? — рассказывала Надя. — Какая ты умница, вся в свою бабушку, — улыбнулся Дан. — Любимая, пора спать. Немного поспишь, а потом пойдёшь проиграешь с тётей и бабушкой, — сказал Веня и взял дочь на руки. — Ну пааап… Тогда можно меня бабушка уложит? Она споёт мне нашу песенку и я быстро-быстро засну. Пожааалуйста, — попросила Надюша. — Нашу песню? — Тина вопросительно посмотрела на Веню и Дана. — Никто не знает, вы никому не рассказывали, — прошептал Дан. — Ладно, малыш, пойдём, — Тина взяла внучку за руку и повела в кровать. — Давай сегодня, я спою тебе другую песню? Я пела её твоему папе, когда он был ещё малышом, хорошо? — предложила Тина. — Давай! Это тоже будет наша песенка. Только никому про неё не говори, ладно? — попросила Надя и легла поудобнее, а Тина кивнула и начала петь. — Ой, ходить Сон Коло вікон. А Дрімота — Коло плота. Питається Сон Дрімоти: — Де ми будем ночувати? — Де хатонька теплесенька, Де дитина малесенька, Там ми будем ночувати, І дитинку колисати. Ой на кота, та й воркота, На дитину дрімота. Котик буде воркотати, А дитинка — засинати. — Это же и есть наша песенка, ты что забыла, что ли? — в полудреме сказала Надя и окончательно уснула. — Забыла… Тина спустилась к остальным. — Уснула? — спросила Вера. — Да, а вы вообще как? Кем ты работаешь, Венечка? — спрашивала Тина. Она не помнит, что происходило с её сыном семнадцать лет. Ей хотелось узнать о нем все. — Ты не поверишь, но я стал музыкальным продюсером, — сказал Вениамин и улыбнулся. — Веееня! Какой ты молодец, кого продюсируешь? — Ни кого, а что. Телеканал М1, — парень сжал руку матери. — Я очень за тебя рада, сын, — сказала Тина и обняла его. Они просидели так ещё пару часов и проснулась Надя. Элоиза пошла с ней играть, а ближе к вечеру Веня с семьёй поехали домой. Все проводили их и вернулись в дом. — Ладно, я пойду… Спокойной ночи, — Элоиза быстро ушла в свою комнату едва сдерживая слезы. — Тань, подождешь меня в гостиной, ладно? Нам стоит поговорить, но что то с Эли не так, — Дан сразу пошёл за дочерью, замечая её изменения. — Эли, малыш, открой мне, — попросил Дан постучав дочке. — Пап, — она открыла дверь и влетев в его объятия начала плакать. — Ну все, все, не нужно расстраиваться, что случилось? Тина услышала плачь и решила подняться к ним, но остановилась у комнаты Элоизы, дверь в которую была открыта. — Мама… Она совсем меня не помнит. С Веней она так нежно общалась, даже с Надюшкой, а со мной совершенно не так. Я для нее чужая. Я люблю её больше жизни, а она меня нет, мне очень больно, пап, — Элоиза успокоилась и рассказывала все, что чувствовала в этот день. Степень её доверия к отцу всегда была очень высока, ведь тот помогал ей советом, защищал, так же как и Тина. — Маленькая… Мама тебя любит, всем сердцем, просто не помнит этого. Веню она помнит, поэтому и сразу начала с ним общаться, она помнит, что он её сын, а Надюша, она просто маленькая и мы не хотели её пугать. Совёнок, маме и так очень тяжело сейчас, новые люди, которые вроде и родные, но она нас не знает, новая жизнь. Нужно это понимать и немного подождать. Она обязательно все вспомнит. Хорошо? — Дан разговаривал очень нежно и уверенно, одновременно поглаживая дочь по спине. Это успокаивало как её, так и её мать. — Да, я понимаю. Хорошо, я буду вести себя по другому. Спокойной ночи папочка, ты самый лучший, — она поцеловала его в щеку и пошла переодеваться. — Спокойной ночи малыш, люблю тебя, — Дан улыбнулся и пошёл вниз. Услышав шаги, Тина тоже спустилась и села на диван. — Тань, ты чего заплаканная? — Дан сразу увидел красные глаза, которых не было уже очень давно — Нет, это глаза просто слезятся, бывает, — сказала Тина и улыбнулась. — Ты не помнишь, но я всегда читал тебя, как открытую книгу, и маски твои на мне не работают. Что случилось? — повторил Дан. — Я слышала все, что говорила Элоиза и… Мне очень жаль, что ей плохо из-за меня. В том, что ребенку плохо, моему ребенку… Виновата я! Вроде ещё пару дней назад я жила одна, мой сыночек учился в Лондоне, а сейчас что?! У меня взрослый сын, дочь подросток, скоро будет второй внук и я замужем! Это безумие, — проговорила Тина снова начиная плакать и захлебываясь в слезах. — Тихо, тихо, малыш, только не плачь, хочешь, ударь меня? Это же я во всем виноват. Из-за меня ты попала в аварию, — сказал Дан и посмотрел ей в глаза. — Что? Там же был пьяный водитель, — Тина в слезах непонимающе на него посмотрела. — Я должен был сам отвезти тебя домой. Если бы я это сделал, ничего бы не случилось. Ты отговорила, сказала, что доедешь на такси, заберёшь дочку и на следующий день вы приедете ко мне на концерт… Я должен был убедится, что с водителем все в норме и только потом отпускать тебя… Прости меня, родная, прости, из-за меня ты мучаешься, — говорил Дан нежно целуя руку женщины. — Ты не виноват, я же сама решила, что поеду на такси, значит это моя глупость была. Постой, а если мы женаты, где моё кольцо? — спросила Тина. — У нас последнее время, было довольно сложным и ты сняла кольцо. Мы помирились только вчера, — Дан взял её за руку и повёл в комнату. Открыл шкаф и нашёл большую коробку. — Вот, думаю, ты положила её сюда, — мужчина открыл коробку и нашёл шкатулку поменьше, но тоже нормальных размеров, в которой лежало кольцо. — Наденешь? — спросила Тина протянув руку. Дан без колебаний взял её руку в свою и кольцо заняло прежнее место. — Дашь мне? Хочу посмотреть, появилось ли там что то новое, — Тина помнила эту шкатулку. Она обещала себе, что будет складывать туда только очень важные и ценные вещи. — Конечно, может, получится что то вспомнить, — Дан передал коробочку жене и та начала рассматривать все, что там было. Первым она достала пинетки. Две пары, синие и розовые. Первые выглядели старше, а вторые почти новые и Тина поняла, что это Элоизы и Вени. Дальше она нашла маленькое платье. — В нем мы Крестили Элоизу, я раньше как то не верил в бога, был атеистом, но ты просто перевернула мой мир, с тобой я поверил и в бога, и в чудо, — Дан улыбнулся и дотронуться пальцами до платья, будто вспоминая все в мельчайших подробностях.  — А это что? — Тина нашла цепочку с кулоном в виде знака бесконечности.  — Наш талисман, у Эл и меня есть такие же, это твой. Я правда не знаю, почему ты его сняла, ведь это был твой подарок на день семьи, — рассказал Дан. — Дан, этот тест я делала, когда была беременна Элоизой? — она нашла пластиковый тест и фото с УЗИ в маленькой коробочке, перевязаной лентой. — Насколько я знаю нет. Мы узнали в больнице, тебе было очень плохо и тебя увезла скорая, — Дан непонимающе стал рассматривать тест, а Тина взяла снимок. Перевернув его, на обратной стороне она увидела дату и надпись

«Тина Кароль 19.01.2021»

— Дан, это первая беременность, тут дата пятнадцатилетней давности. — Может уже пора спать? Мы довольно много времени сидим уже, а врачи сказали тебе побольше отдыхать, — сказал Дан. — Да, ты прав, — Тина пошла переоделась и вернулась к Дану, который в это время убрал коробку на место и расстелал постель. Народная села на кровати посмотрела мужу в глаза. — Дан, поцелуй меня… — попросила Тина гипнотизируя его взглядом. — Тань, я… — он не стал долго держатся, нежно припадая к её губам, от которых привычно пахло персиком. Спустя какое-то время мужчина, с трудом оторвался от Тины, ведь этого совершенно не хотелось, — Малыш, давай спать, ладно? — Давай, — они легли в кровать и Тина прижалась к мужчине, — Я опять научусь любить, обещаю.