Скелеты в ангаре

Небо пылало огнём. Ранняя весна только вступала в свои права, осторожно украшая цветами теплицы и подоконники. За их окнами бушевала метель, в которую не рискнули бы летать даже самые опытные пилоты, хотя зарева пожаров и взрывов ярко освещают округу. Фантом поднял голову, досадливо моршась. Давным-давно отгремели последние залпы Второй Мировой войны, но Украина не нашла спокойствия. Девять лет продолжалась война с Росией, и вот, наконец, она вступила в решающую стадию. Во всяком случае, так казалось. Мирные города повреждены бомбами. Детские сады, больницы, школы и первый университет горят, но некому тушить пожары. Даже когда он охватывает их собственный дом, многие предпочитают бежать прочь. Фантом смотрел на это с лёгким презрением, хотя сам легко покинул насиженое место. Он вывел из ангара старенький самолет-истребитель и добровольцем отправился сбивать вражеские машины. Кто-то шутливо советовал ему рисовать звёздочки, хотя уже к концу первой недели было понятно — ими пришлось бы закрасить даже салон. — Что, не сидится на земле? — с легко различимой иронией послышалось за спиной и мужчина развернулся к старому другу. Тот, едва различимый сквозь снег, привалился боком к своему самолёту и стряхивал снежинки с лёгкой формы. Он был худощавым, сильным, седым и почти прозрачным. Только ярко-зеленые глаза смотрели с той же непоколебимой уверенностью, с которой глядели в прицел истребителя почти полвека тому назад. Фантом не стал отвечать настоящему призраку — на широкой дороге, в спешном порядке переделанной под взлётно-посадочную полосу, находились пилоты и техники. Первые спокойно стояли возле одного истребителя, негромко переговариваясь между собой, пока вторые внимательно следили за техникой, пытаясь выявить возможные поломки. Военные самолеты, чьи остывшие за время длительного простоя двигатели громко ревели, заставляя не менее холодные винты вращаться и издавать лёгкий свист. Все как всегда, хотя сегодня вылет лучше бы отменить — в такую погоду несподручно вражеские самолёты сбивать. Тут свой бы посадить ровно. Наверное, поэтому Фантом вспомнил бывшего командира. Когда он получил назначение в эскадрилью Крысы, юноша весьма недоверчиво отнёсся к подобному их командира. Впрочем, личная встреча быстро развела все сомнения — лихому комэску, казалось, нет равных ни на земле, ни на небе. Никогда не унывающий, жизнерадостный мужчина согревал душевным теплом и вселял уверенность, что они обязательно соберутся из любой передряги. Фантом тянулся к нему, невольно направляя плечи в присутствии старшего по званию. Рядом с ним небо было ещё голубее… да и сам Фантом тоже. Впрочем, Крыса был одинаково дружелюбен со всеми, не обнаруживая ни к кому личной сердечной склонности. Все планы по завоеванию внимания комэска развивались о широкую, добродушную улыбку или дружеские подначивания оного. Крыса обнимал подчинённого за плечи, хвалил за сбитые самолёты и удачные виражи, однако потом подходил к следующему и повторял это снова. Собирал в круг летчиков и шутливой беседой взбадривал усталых бойцов, он вечно что-то придумывал, чтобы поднять их боевой дух. — 21 самолет за неделю. Ты будто пытаешься поставить рекорд. Или… может хочешь побить чей-то? — Луковый тон комэска был тот же самый. Только его самого больше не было. И единственной целью Фантома стало стоять рядом с ним, хотя бы на досках гордости. — Эй, Призрак! — Вой ветра сносил слова, но лётчик безошибочно обернулся в нужную сторону. К нему, кутаясь в хлипкие куртки, направлялись две фигуры. Одна, знакомая, принадлежала новому командующему. — Тут к тебе пополнение прибыло. Возьмёшь под крыло птенчика? Вопрос был чистой формальностью, так как отказать он не мог. Фантом окинул взглядом замерзшего пацана, пытающегося даже в такую погоду выглядеть представительно, отчего нос мальчишки задирался так высоко, будто был приклеен скотчем ко лбу. Новая фирменная куртка и блестящие пуговицы окончательно утвердили Фантома в мысли, что желторотик принесёт ему только одни проблемы. Ещё со своей армейской юности, Фантом не любил таких напыщенных личностей. Они ходили в накрахмаленых рубашках, тыкали всем под нос свои медальки и, чаще всего, превращались в блеющих овец на поле боя. — Алексей Серебрянский, лучший выпускник курса, платиновый диплом, — подтвердил его подозрения дней, протягивая руку для знакомства. Фантом подчеркнуто повернулся к командиру и согласился проинструктировать новичка. «Ничего более» — ясно говорили его глаза, но командующий удовлетворился и этим, рассчитывая, что в небе у бойцов найдутся дела поважнее чем личные свары. Фантом развернулся на пятках и подошел к своему истребителю, ласково поглаживая его по крылу. Из-под него тут же выскочил смуглый юноша, прислоняясь к машине на том же месте, где до этого виделся призрак Крысы. — «Аликанте» готова к вылету, — коротко отчитался юноша, подмигивая Фантому. — Спасибо, Магнус. Присмотришь за этой курицей? — вполголоса попросил летчик, радуясь сносящему слова ветру. Авиационный техник смерил новичка понимающим взглядом и хлопнул пилота по плечу. — До вылета десять минут. Хочешь чтобы у него возникли технические неполадки? — Просто держи его подальше от меня, — попросил Фантом, запрыгивая на рабочее место. Алексей подбежал к нему с растеянным видом. — А как же инструктаж? — Ангары сзади нас. Самолёты перед тобой. Сортир справа, там где фонарь горит. Магнус хихикнул в ладонь и увлёк новичка за собой, на ходу рассказывая байки про погибшего напарника, из-за которого Фантом относится к новым «птицам» с неприязнью. На самом деле, никакой желторотик не сбивал своих самолётов, тем более с напарником Призрака. Тот вообще всегда работал один… в небе. — Ребята, по машинам, — раздалось в рации и со всех сторон понеслись возмущённые выкрики. — Я даже покурить не успел! — негодующе воскликнул Магнус, тут же бросая новичка и подключая аппаратуру прямо из открытого ангара. — Так вы же техник… — Алексей удивлённо посмотрел на бегущие по экрану помехи, которые наконец сложились в четкое изображение аэродрома. Магнус не ответил, надевая наушники и скрывая створки, чтобы снег не мешал работать. Юнец в спешке бросился к своему самолёту, едва успевая проскочить между ними. Он легко вспыхнул в кабину, надевая уже свои наушники и машинально готовясь ко вылету, когда прорвались голоса общей радиосвязи. — Да пошёл ты, — недовольно буркнул какой-то летчик, отвечая на ранее брошеную фразу. Все пилоты заняли свои истребители и ожидали разрешения на взлет от высшего командования полевого аэродрома, переговариваясь между собой в полушутливом тоне. — Поднимай своих коршунов в небо, — раздался из радиостанции голос командующего аэродромом и звено замерло в ожидании приказа своего комэска. — Полетели, пташки! — бодро гаркнул знакомый голос. Надавив на рычаг управления двигателя и тем самым повысив его обороты, Алексей заставил истребитель сдвинуться с места и начать плавный разгон по заледеневшей импровизированной взлетно-посадочной полосе. Самолет то и дело клонило то влево, то вправо, но летчик всеми силами пытался держать его на полосе, корректируя движение с помощью педалей рысканья. Поднявшийся ветер не стал помехой и вскоре истребитель с громким гулом поднялся в воздух, где стал нарезать круги над аэродромом в ожидании Фантома, надеясь занять место в его хвосте. — Тигр, готов? — невозмутимо уточнил летчик, не торопясь выполнять приказ. — Да, сейчас скину тебе черновой вариант, — отозвался голос Магнуса в общем канале. Он удивил Алексея даже больше чем неспешность «гордости звена». Вскоре все истребители оказались в воздухе и выстроились в летном боевом порядке позади самолета командира, который принял решение набирать высоту в процессе движения в назначенный квадрат. Фантом оторвался от земли, будто не чувствуя никаких неудобств из-за снежной бури, залепившей лобовое стекло. Магнус бодро тарахтел координаты, позволяя ему идти исключительно по приборам. — Может вы уже личный канал откроете? — завистливо спросил один из лётчиков, вынужденный постоянно очищать стекло. Более опытные летели рядом с Фантомом, полагаясь на ту же самую информацию. Геройства меньше, но шкура целее будет. Фантом будто не замечал их, постепенно набирая высоту, чтобы получить преимущество над противниками. Все равно по команде построятся, так что этот рой мух будет крутися вокруг очень недолго. — Сразу, как меня переведут в летчики, — с усмешкой в голосе пообещал Магнус, прокладывая маршрут для атаки. Черновик полетной трассы он уже сбросил на закреплённый телефон Фантома и теперь только вносил правки, корректируя траекторию движения. Полет до линии фронта занял всего двадцать минут и на экране техника отразились данные с камер, закреплённых за лобовым стеклом Фантома — несколько вражеских штурмовиков в сопровождении легких истребителей на невысокой скорости. Они летели чётко под украинскими самолётами, однако никто не спешил срываться в пике. — Прикрытия нет, — сообщил Магнус и его слова сработали как спусковой крючок. Командир звена буквально свистнул в микрофон, машины ожили и бросились в атаку. Фантом описал круг, заходя со стороны открывшегося солнца, тем самым не позволяя противнику разглядеть свои украшения. Приметные рисунки крысы и других животных символизировали боевых товарищей, погибших на поле боя. Они напоминали татуировки и стали отличительными чертами, указанными в военных ориентировках. Алексей постарался забыть о нем, но тут Фантом перешёл в атаку. Настигнув русский истребитель, он прицелился и нажал на гашетку. Короткой очереди оказалось достаточно, чтобы срезать крыло вражеского самолета, словно острой бритвой. Это было красиво и новичок подвис, став лёгкой мишенью. Его спасло то, что враги оказались застигнуты врасплох и бросились врассыпную, не пытаясь атаковать. — 22! — радостный голос Магнуса разрезал тишину в эфире. Алексей с трудом понял, что тот считает количество сбитых напарником самолетов. — Спорим, сегодня 30 будет? — Я не для того эту дрянь по винтикам собирал, чтобы ты лез в бой сломя голову! — отрезал техник, но тут же смягчился, когда Фантом длинной очередью разорвал лёгкий истребитель в клочья. — 23, — сам подытожил лётчик. — Штурмовики берем на себя! — воскликнул незнакомый голос. Алексей едва успел полететь, давая дорогу тройке истребителей, слаженно скользнувших мимо него. Юноша понял, что все здесь работали в сложенных группах, общаясь по внутренней связи, и его даже не брали в расчёт, скрывая свои планы. Только Магнус и Фантом были слышны, но лишь из-за технических сложностей подобных «скрытых» радиоканалов. Новичок бросился на ближайшего врага, который явно напрашивался в манёвренный бой, провоцируя юношу. Повысив мощность двигателя до предела, командир на максимальной скорости отправился ему на выручку, однако, невзирая на опыт пилота, его истребитель очевидно проигрывал в манёвренности легкому моноплану врага. Россиянин чуть не сбил комэска, выйдя ему в хвост, но быстро отступил, когда по бокам выросли ещё два украинских самолёта. Новичок даже не успел ничего сказать, когда ситуация в небе коренным образом изменилась, будто картинки в детском калейдоскопе. Это происходило так часто, что Алексей совершенно не успевал сориентироваться, хотя на военных симуляторах набирал высший бал. Порой в общий эфир долетели фразы, брошенные непостоянным напарникам, отчего Алексею становилось ещё хуже. — Волк, выводи его на меня. — Ангел, сверху! — Фантом, прикрой меня. «Аликанте», совершив сложный манёвр, на всей скорости, которую только мог развить его самолёт на такой низкой высоте, повёл противника прямиком в западню. — Влево! — Крик Магнуса почти оглушил и его напарник красиво уклонился от удара, одновременно сбивая чужой самолет, — Ты спустился слишком низко, поднимайся! Этот маневр открыл Фантому плоскость фюзеляжа преследующего его истребителя. Снаряды с лёгкостью прошили фюзеляж и открытую для ветров кабину легкого моноплана. Подбитый самолёт продолжал лететь в том же направлении, но теперь он медленно заваливался на левое крыло и неизбежно приближался к земле. — 24. Фантом не стал преследовать падающую боевую машину, понимая, что её летчик уже погиб. Тем более, что остальные тоже закончили свои поединки и звено собиралось, подсчитывая свои потери. Сегодня это был только один парень, что удивительно в подобную погоду, когла вражеский самолет можно рассмотреть только вблизи. Да и снаряды тоже. Несколько таких «невидимок» попали в хвост украинского истребителя и тот просто отвалился, свалив самолет в неконтролируемое падение. А вместе с ним и один из пилотов. — Новенький, ты как? — уточнил командир. — Все хорошо. У меня позывной «Агрос», — грустно отозвался Алексей, прнимая, что не принес никакой пользы. Даже наоборот, загораживал траэкторию. — Хорошо сработали. Маякните, когда на подлете будете — кофе сделаю. — Спасибо, Тигр. Полёт до аэродрома прошел в относительной тишине. Эфир разбавляли разве что шуточки про сорокоградусный кофе, да ругательства в сторону метели. Про погибшего будто нарочно не вспоминали. — Чтобы я ещё раз в такую погоду взлетел! — бросает Фантом, спрыгивая с рабочего места. Магнус фыркает, отдавая ему горячую кружку и тут же исчезает проверять состояние техники, пока лётчики собираются в ангаре, разливая себе кофе. Никто из них не обращает внимания на своих механиков, только Фантом стоит рядом, дожидаясь конца диагностики. Алексей проводил взглядом мужчину в рабочей форме, обследующего его собственный истребитель и, к своему стыду, не вспомнил даже имени. — Как насчет марафона новогодних фильмов на прощание с зимой? Может тогда она уступит и мы будем летать в чистом небе. — Александр, я безмерно тебя люблю, но пересматривать «один дома» больше трёхсот раз за год — это уже перебор, — ворчливо отозвался Магнус, заканчивая осмотр. Фантом беззлобно рассмеялся, подавая ему руку, чтобы помочь вылезти из-под самолёта и занимая место за штурвалом, чтобы завести машину в ангар. «Любит»? Алексей с удивлением посмотрел на механика и тот, вспомнив про обещание приглядывать за новичком, подошел ближе. — Как первый вылет? Отличается от симуляторов, да? — Голос Тигра звучал по-дружески, больше не растягивая буквы, будто мурлыкая, и Алексей смущённо опустил глаза. В его сознании не складывались хвалебные речи о гордости звена — Фантоме и откровенная демонстрация отношений с мужчиной. — Всё… хорошо. — Раз вернулся, значит это действительно так, — жестко отрезал Магнус, уловив сомнения в голосе юнца, — Семья и близкие ждут тебя живым с войны, так что каждый вылет, с которого ты смог вернуться, априори успешный. — Поэтому ты помогаешь? Чтобы мы все вернулись? Улыбка Магнуса, направленная на ангар «Аликанте», сказала больше, чем могли бы слова. Фантом уже выходил из него, попивая свой кофе, и механик пивком попрощался со своим собеседником. — Ты опять бросил свою аппаратуру на место аптечки. — Радуйся, что я вообще смог вычленить её из кабины. Представь, что у тебя в Ангаре стоит остров до другого истребителя. — Ну, у каждого свои скелеты в ангаре… Весело переговариваясь, мужчины скрылись в рабочих помещениях, на прощание махнув рукой остальному звену. Никто не удивлялся, что они привычно уходят вместе и Алексей с грустью подумал, что место напарника Фантома действительно занято, даже если его никогда и не было. Занято любимым мужчиной, способным совершить любой технический прорыв, чтобы его призрак вернулся домой во плоти.