Давай, папочка

      Всё же вернувшись в свою квартиру ближе к ночи, затраханный и довольный Джон растянулся на кровати, иногда вспоминая особо приятные моменты прошедшего дня и улыбаясь. Конечно же, он вспоминал невероятный жар чужого тела на нем, глубокие чёрные глаза, жадный рот и сильные руки. Самодовольную улыбку на припухших губах и ласковые пальцы, гладящие его щёку на прощание у двери. Тело болело, но болело так желанно. Плевать на синяки на талии, плевать на саднящие укусы на внутренней стороне бёдер и около сосков, плевать на засосы у основания шеи и покрасневшую кожу под челюстью от сдавливающих пальцев, которые легко можно заметить. У него был прекрасный секс, а о последствиях сейчас поздно думать.       Невозможно жалеть о том, что тебя качественно выебали несколько раз подряд, а уж с таким красивым мужчиной — ни о чём жалеть нельзя.

———

      Утром понедельника Мерфи всё же кое о чём пожалел. У него не было водолазок с настолько высоким горлом или тональника. Покраснение на шее переросло в полноценный синяк, полукругом опоясывающий горло. Ладно, застегнёт полностью спортивку и будет надеяться, что никто не заметит. Голову немного опустить, и всё.       Спокойно проведя все уроки со своим классом, Джон отпустил их и под воодушевлённый гомон детей присел за свой стол проверять работы, но вдруг рядом появился Шон, поглядывая на него своими большими карими глазами. — Что-то хочешь спросить, Шон? — Нет, на самом деле… — начал парнишка, шарясь по карманам. — Папа попросил передать вам, сказал, что вы забыли взять деньги за субботу. — Наконец достав кошелёк, Шон вынул ему купюры. — Ха, да, — Мерфи стало немного… неприятно? Он сам забыл о деньгах, даже не вспомнил в воскресенье. Но сейчас от них стало больно на душе. Выглядело так, будто Блейк передал деньги за секс. Конечно, ни Беллами, ни уж тем более Шон не вкладывали в оплату его репетиторства такой смысл, Мерфи знал это и сам. Но он мог бы отдать эти чёртовы деньги во вторник, всё равно бы встретились… — Спасибо, Шон, я забыл про это. Иди домой, отдыхай.       Мальчик кивнул головой и побежал к выходу из школы. А Джон остался сидеть в кабинете, теребил застежку молнии у горла и жалел уже о двух вещах.

———

      В пятнадцать пятьдесят три во вторник он уже ждал машину на парковке. Выруливая, Беллами остановился около него, проводил взглядом, подождал, пока Мерфи усядется на привычное переднее сидение и пристегнётся, и повёз их. В отличие от всех других дней, когда Блейк его подвозил, сегодня на заднем сидении не копошился Шон, наводя на мысли о том, что взрослых ждёт серьёзный разговор. Тяжело вздохнув и краем глаза глянув на казавшегося невозмутимым мужчину, Джон морально готовился к самым ужасным сюжетам. Не надо было трахаться с отцом своего ученика, даже если этот отец соблазняет тебя с первого дня знакомства, Мерфи! — Джон, я… — как только на их пути оказалась пробка, доселе молчавший Беллами заговорил. — Я не жалею о том, что между нами было, надеюсь, что ты тоже… На самом деле, я очень надеюсь, что ты не жалеешь. — Эм, хах, — нервно усмехаясь, парень теребил ремень безопасности и отчаянно желал не ошибиться с ответом. Наконец перевёл дыхание и продолжил. — Если ты не жалеешь о случившемся, то я тоже. На самом деле… Я даже счастлив, что не отказал тогда… Со мной давно не обращались так, давно не… брали так, как это сделал ты, — весь покраснев, всё же сказал Джон. Поймав гордую ухмылку на губах Беллами, Мерфи немного успокоился, но сердце продолжало больно колотиться по рёбрам. — Я счастлив, что тебе тоже понравилось! — Блейк повернулся к нему, заглянул в голубые глаза и, положив ладонь на его коленку, бережно сжал пальцы. — Тогда, если ты не против, сходим куда-нибудь перекусить? Что думаешь? — Это свидание? — неверяще воскликнул парень, подняв брови и удивлённо вытянув лицо. — Конечно, если ты не против. Шон может сегодня отдохнуть, а мы — узнать друг друга. Я… — смущённо отведя глаза на дорогу, но тут же вернув их к лицу Джона, мужчина еле прикусил нижнюю губу и сжал пальцы чуть сильнее. — Я хотел бы начать сначала, теперь уже правильно. Что думаешь? — повторил Беллами и выжидающе упёрся своими чёрными, немного прищуренными глазами в его, светлые и широко распахнутые. — Ха, фух… — парень потел. Это не один из сюжетов, которые он рисовал в воображении. Такого исхода не подразумевалось даже. Джон отвёл взгляд, не фокусируясь ни на чём конкретном, залез рукой в упавшие на лицо волосы, зачесал их назад, сглотнул мокрый комок в горле, посмотрел на всё ещё сжимающую его ногу ладонь, которая уже начала неловко ослаблять хватку, готовая в следующую секунду оставить её в покое и отстраниться. Нет, он не хотел этого. Быстро, с тихим хлопком, Джон приземлил свою руку на его и самостоятельно снова сжал своё колено, вернул взгляд на уже начавшее покрываться горькой бледностью лицо и наконец громко воскликнул: — Я думаю, что это прекрасная идея! Как раз ужасно голоден!       Получив в ответ счастливую улыбку, он отзеркалил её своей, сцепляя пальцы с пальцами Беллами. — Только давай начнём «сначала» целоваться, я очень сильно хочу… — не договорив, парень потянулся к мужчине, наклоняя голову и путаясь свободной ладонью в жёстких кудрях на затылке. Беллами не возражал, а активно отвечал ему, нежно прихватывая его губы своими и игриво щекоча голую кожу у задравшейся кофты холодными пальцами. Оторвались они друг от друга только тогда, когда нервные и злые гудки машин позади них разорвали и так громкое пространство оживлённой улицы. — Хорошо, мне нравится эта идея, Джон, — тронувшись с места, Беллами развернул машину в ему одному известном направлении. — И ещё мне понравилось, как ты душил меня, Беллами, да… Но делай это в мой отпуск, следы сложно прятать, — снова привлекая его внимание, добавил Мерфи и показательно оттянул новую кофту с горлом до самого подбородка, оголяя всё ещё синий отпечаток. Смущённый мужчина только сильнее сжал руки на руле и кивнул ему, при этом, совершенно не стыдясь, улыбался во все тридцать два. Сердце парня до сих пор больно билось о рёбра, но теперь эта боль воспринималась иначе.

———

      Джон никогда не был в ресторанах такого класса, прямо не подходил по манерам и внешности. Но не скажешь ведь так на свидании? Тем более, разок можно потерпеть; в следующий раз — а он надеялся, что он будет, — пойдут в более простое и приземлённое место.       Зал был шикарным: с высокого потолка свисала огромная хрустальная люстра с витиеватыми переплетениями, свет от которой притуплял тёмный цвет стен, создавая интимную обстановку, а разноцветные витражи, тянувшиеся острыми вершинами к люстре, ловили каждый луч заходящего солнца, отбрасывая радужные блики на его лицо. Столик для них уже был подготовлен, видимо, Блейк нисколько не сомневался в том, что Джон поедет с ним на ранний ужин. Хотя аренду легко можно было бы отменить, наверное… Чёрная скатерть выглядела непривычно: всегда ожидаешь, что она будет белой. Но эта была тонко расписана серебряными узорами и аккуратным бисером по краям. Кресла были хоть и тяжёлыми, но тяжесть была абсолютно оправдана: сидение, спинка и даже подлокотники были обшиты мягким материалом, а ножки из светлого дерева держались устойчиво, как бы усердно Мерфи ни елозил своей задницей.       Как только они сели, официант в красивом бежевом костюме поприветствовал их, раздал меню и спросил, нужна ли им винная карта. Так как Белл был за рулём, он вопросительно поднял бровь и посмотрел на Мерфи, но тот лишь отрицательно покачал головой, всё ещё чувствуя себя здесь не в своей тарелке. Он почесал запястье, оглянулся на других прекрасно одетых гостей, поморщился, вспомнив свои старые кеды и те же чёртовы джинсы с рваными коленками, и нервно глотнул холодной воды, что принесли им для ожидания их заказа.       Беллами всё же понял, что именно так нервирует парня, дал себе мысленно подзатыльник и сделал заказ за них двоих. Откуда у школьного учителя найдутся деньги, чтобы ходить в такие рестораны? Мужчина выдохнул, откинулся на мягкую спинку и пристально начал смотреть на партнёра. Джон отзеркалил его позу, закинул ногу на ногу и скрестил руки на груди, вопросительно поднимая брови. — Прости, я хотел впечатлить тебя, а не смутить. Я и сам нечасто бываю в таких заведениях, только по деловым встречам. — Ничего, я потерплю то, что выгляжу здесь грязным пятном. В следующий раз заставлю тебя быть белой вороной в моей любимой шаурмечной, — пытаясь успокоиться, съязвил парень. — Хорошо, буду ждать! — Уголки губ взметнулись вверх от защитной реакции Мерфи, Блейк рывком отслонился от стула, наклонился ближе к Джону и вытянул руку на столе, приглашающе поигрывая пальцами. Джон вложил свою ладонь в его не думая и ощутил нежное поглаживание по костяшкам сухими подушечками. — Ладно, если это впрямь свидание, давай узнаем друг о друге что-нибудь новенькое, — предложил парень. — Этого новенького будет много, я думаю, — открыто улыбаясь, Беллами чуть задумался. — Почему ты стал именно учителем младшей школы? — Хм, а я рассчитывал на вопрос о том, какой у меня любимый цвет, хах. На самом деле… Моя мать была учительницей первых классов, она говорила, что «лучше я их воспитаю хорошими людьми, чем кто-то — плохими». Иду по тому же принципу, ведь как воспитаешь детей, так взрослые и будут жить, понимаешь? На мой взгляд, злых взрослых слишком много сейчас, пытаюсь это исправить. — Получив кивок, парень продолжил: — Раз уж мы начали не с банальностей… Где мать Шона? Если это слишком личное, я пойму, не настаиваю! — Нет, Джон, всё в порядке, да. — Несильно подергав парня за руку, останавливая начинающуюся неловкость, Блейк обдумал ответ в своей голове. — Мы с Эхо, его матерью, не сошлись во взглядах на жизнь. Она… Она любила меня, Шона, но… Как же объяснить… — Чтобы приободрить мужчину, Джон сжал его пальцы своими и придвинулся ещё ближе к столу. — Она не была счастлива от семейной жизни. Ей было тесно. И однажды Эхо просто ушла. Оставила записку: просьбу не искать и пожелания всего лучшего для нас. Шон даже не помнит её, это случилось, когда ему было два. Возможно, так даже лучше. — И ты… простил её? — Джон всё ещё крепко держал его руку и вглядывался в карие глаза. — Да, я её понял и простил. Не сразу, конечно же, я всё-таки любил Эхо, но мы даже в разводе уже пять лет, пишем друг другу, она спрашивает о сыне. А возвращаться не собирается. М-м? — снова улыбаясь, Блейк пальцами пощекотал внутреннюю сторону его ладони.       Как раз в этом момент вновь появился официант с их вкусно пахнущим заказом, и еда отвлекла их от разговора. Хоть могло показаться, что над их столом снова повисла неловкость, за десертом болтовня продолжилась, и теперь Джон знал, что любимый цвет Беллами зелёный, он обожает ходить по страшным квестам и неплохо стреляет в тире.

———

      Следующее свидание они провели действительно в шаурмечной, в четверг той же недели. Джон провел с Шоном очередное занятие, похвалил за огромный прогресс и уже на пороге, мило стреляя глазками, попросил Беллами его проводить. На улице слишком темно стало, конечно. Быстро собравшись, Блейк захватил у порога ключи и сказал сыну долго не смотреть телек. При этом взрослый мужчина выглядел как подросток, возбуждённо улыбался и смотрел на Мерфи своими вновь почерневшими, блестящими интересом глазами. Джон ощущал то же самое, не отрывая взгляда от взлохмаченных кудрей в лифте. Когда они вышли на парковку, он не сдержался и провёл по ним ладонью, приводя причёску Блейка в хоть какое-то подобие порядка. Мужчина поймал его руку и громко чмокнул её тыльную сторону, сцепляя пальцы вместе.       А потом были такие же игривые взгляды, вопросы, как оба провели день, и смешные истории из жизни. Весёлые перепинывания под столом и заботливые прикосновения пальцев к уголкам рта, чтобы потом вызывающе сощурить глаза и слизать каплю соуса. Пластинка черничной жвачки и ночной ветер в открытое окно едущей машины. Томные тёмные глаза и долгий поцелуй у подъезда. Так по-ребячески, так весело, что у обоих сердце жалобно стонет и больно колотится, но им нравится эта боль до бабочек в животе.

———

      В пятницу в школе Джон несколько боялся смотреть на Шона. Мальчик не был глупым и, скорее всего, уже всё понял, поэтому смотрел на своего учителя немного по-другому. Обдумывая.       Такое пристальное внимание смущало Мерфи на протяжении всего дня, и он облегчённо выдохнул, когда мальчик со всеми одноклассниками вышел из кабинета после окончания уроков. Бросив вещи в свой рюкзак, Джон проверил телефон, надеясь увидеть там какое-нибудь сообщение от Блейка. Но его не оказалось, так что парень полез в карман за наушниками и ключами, собираясь закрывать кабинет и идти домой. Как раз проворачивая замок второй раз, сквозь громкую песню он не услышал, как Шон и Беллами подошли к нему и смотрели на него, покачивающего в такт музыке головой. Чудом удержав себя от позорного девчачьего крика, Джон схватился за грудь и опёрся плечом на дверь. — Боже, я чуть из кожи не выпрыгнул! Здравствуйте, мистер Блейк, — сняв наушники и всё ещё соблюдая «он — отец ученика, я — учитель», обратился парень и посмотрел на мальчика. — Шон, что-то забыл в классе? — Нет, мистер Мерфи, я просто решил, что, раз уж вы встречаетесь с моим папой, — показав пальцем на нервно улыбающегося родителя, поделился Шон, — почему бы нам всем вместе не поехать куда-нибудь повеселиться?Что скажете? Мне же тоже нужно узнать вас ближе и понять, подходите ли вы, мистер Мерфи, моему папе или нет? — с совсем недетской серьёзность предложил мальчик. Похлопав глазами, Джон посмотрел на немного виновато выглядящего Беллами, сглотнул страх, вздохнул полной грудью и решился. Всё же хорошо, что Шон не воспринял их только начинающиеся отношения сразу в штыки.

———

      Не спеша, встречей за встречей, они всё больше влюблялись друг в друга. Теперь Шон всегда ждал Мерфи, пока тот соберётся, и они вместе шли к машине, где Белл тянулся к парню за поцелуем. Гуляя по паркам и набережной под руку, смотря в кинотеатре фильмы, положив голову на его плечо, объясняя Шону сложную задачу и при этом ощущая тёплое бедро рядом. Спустя месяц они снова переспали, когда Джон предложил Беллами подняться к нему и выпить чаю. И следом, через две недели, когда в середине занятия Шон попросился пойти к другу на день рождения с ночёвкой. А потом и у Блейка в офисе, когда на полпути к ресторану его секретарю срочно потребовалось присутствие директора. Пришлось закрыть рот парня рукой и вцепиться зубами ему в ключицу, чтобы самому не издавать лишних стонов. В чёрных глазах теперь было не только желание, но и нежность, забота, любовь. В голубых Беллами читал то же самое, бережно обнимая крепкое тело, когда они нежились на диване и смотрели на ночной город.       Ещё через полгода они съехались, потому что холодные вечера в одиночестве сводили с ума. Джон уже при первом их сексе заметил, как идеально размеры кровати Беллами подходят для них двоих, а на съёмной квартире у парня был только узкий диван, из-за чего кто-то из них всю ночь должен был лежать на другом. Шон не был против, даже наоборот, активно пользовался нахождением учителя под рукой, спрашивая непонятное домашнее задание. Он был рад, что отец наконец нашёл кого-то правильного, кого-то, с кем завёл серьёзные отношения. Джон был рад, что встретил такого мужчину, как Беллами, а Беллами — как Джон. Даже Эхо, получившая ещё спустя два года приглашение на свадьбу, радостно улыбнулась красиво оформленному конверту и магнитом прикрепила его к холодильнику в своём трейлере.