А мы точно его «похитили»?

      Мидория Изуку никогда не думал, что с ним это случится. Проснувшись в совершенно незнакомом месте, он с удивлением оглядывал стрёмные серые обои на стенах крохотной комнатушки, в коей с ним по-соседству оказались и несколько швабр, да пара вёдер. Ситуация тянет на похищение, но слабый узел на связанных запястьях убеждал в том, что операция по его похищению близка к провалу.       С чего всё началось? С поиска вдохновения.       Начнём с того, что Мидория Изуку — автор веб-романов, опубликовавший две завершённые истории на одном из популярных сайтов без монетизации.       Казалось бы, для успешного завершения очередного романа Изуку осталось лишь прописать несколько финальных сцен, да краткий момент с упоминанием похищения. Он был полон сил, садясь за пустой документ, открытый на экране ноутбука, когда увидел новый отзыв к предыдущей главе. Читатель, судя по резким словам и выражениям, критиковал его, Мидории, скудные навыки письма, «не живых» персонажей, к которым невозможно проникнуться сочувствием, потому что всё прописано настолько ужасно, что глазные яблоки плавятся и вытекают от раздражения.       Не то чтобы Мидорию этот отзыв задел, — к критике он всегда относился спокойно и несколько раз перечитывал отзывы, чтобы подумать о своих ошибках, — но здесь же автор отзыва, казалось, поставил своей целью не помочь Изуку стать лучше, а просто оскорбить и назвать неумёхой. Да, он воспринимал критику совершенно спокойно, однако ощутил несколько уколов, когда глаза пробегались по особенно резким словам.       Итак, Мидория решил прогуляться на свежем воздухе, проветрить голову, по возможности поймать вдохновение за хвост и прямо на улице сделать несколько заметок для будущей главы. И теперь он каким-то образом оказался похищен.       Само похищение, кстати, оказалось до забавного нелепым.       Изуку медленно брёл по улице, в уме прикидывая, в какой же парк ему наведаться, где в этот поздний вечер точно не будет людей. Будучи погружённым в мысли, он услышал позади себя скрип шин от резкого торможения, хлопок двух дверей и быстрые шаги, настигающие его. Ну, мало ли, кто куда торопится, Мидория не обратил внимания, продолжая вышагивать, как вдруг его плечи сжали в сильной хватке, а к нижней части лица прижали мягкий хлопковый платок, пропитанный чем-то пахучим. Уж извините, Мидория писатель, а не медик, так что по запаху не удалось понять, чем именно его хотят заставить отключиться. Изуку был настолько удивлён внезапным поворотом событий, что забыл закатить глаза от банальности действий похитителей. Ему даже стало интересно, — как бы это ни звучало, — что эти двое незнакомцев будут делать дальше, поэтому послушно притворился потерявшим сознание. Судя по нерешительным и неуклюжим действиям незнакомцев, они действовали подобным образом впервые, и явно не были настроены чересчур агрессивно, потому как слишком осторожно несли засыпающего Мидорию к машине, в которую не менее аккуратно уложили на сиденье. Изуку даже не стукнулся головой о дверцу. Ему хотелось понаблюдать и дальше, но надышавшись химией, молодой писатель всё же уснул.       И теперь проснулся непонятно где.       В этой небольшой комнате было узкое одностворчатое окно, на минуточку, приоткрытое и абсолютно без решёток. Всё ещё сонный Мидория таки не удержался, чтобы не закатить глаза. Реши он сбежать, то без особых проблем освободил бы руки, да вылез в окно. Деревья на улице указывали на то, что находился он максимум на втором этаже. Самый главный вопрос, который теперь волновал Мидорию: что за олухи его похитили?       От нечего делать, Изуку принялся играть с узлом на руках, то развязывая, то наоборот — затягивая покрепче. Увлёкшись верёвкой на своих запястьях, он всё думал, как повернуть эту ситуацию с пользой для себя, и пришёл лишь к одному выводу — всё, что сейчас происходит, можно использовать как бесценный опыт в дальнейшем творчестве. И лишь поэтому Изуку откинул идею побега и уселся на футон, на котором он проснулся, в ожидании, когда его придут проведать.       Долго ждать не пришлось. Вскоре в замочной скважине зашуршало, — они додумались закрыть дверь на ключ, вау, — и в комнату вошёл молодой парень, кстати, довольно привлекательной наружности.       — Пришёл, наконец, в себя? — произнёс он, присаживаясь перед Мидорией на корточки.       Взгляд зацепился за крашеные в бежевый блонд волосы и поблёскивающую серёжку-гвоздик в левой мочке, прежде чем упасть на прищуренные глаза с тёмной вишнёвой радужкой. Ладно, его похититель ничего такой.       — Извините, уважаемый, — протянул Мидория чуть хриплым ото сна голосом, — не удовлетворите ли Вы мою ма-аленькую просьбу?       — Хочешь, чтобы я тебя выпустил? — блондин усмехнулся. — Не дождёшься.       — Да нет же, — Изуку помотал головой в стороны, — прикройте окно, дует.       Хмурый взгляд тяжело опустился на Мидорию, но тот лишь в ответ слегка улыбнулся и кивнул в сторону окошка. В самом деле, на улице было ветренно и сквозняком, попавшим в комнату, развевало короткую полупрозрачную занавеску. Блондин не торопился выполнять просьбу, а сам Изуку терпеливо ожидал, рассматривая похитителя с лёгкой улыбкой.       — Веселишься? — хмыкнул тот в конце концов. — Посмотрим, как будет тебе весело завтра.       — Вы собираетесь пригласить для меня клоуна? Или, быть может, известного комика?       — Что ты несёшь?       — Я ошибся? Тогда, вы собираетесь показать мне комедийный фильм? Прошу меня простить, фантазия сегодня плохо работает, не могу больше придумать ничего, что могло бы меня развеселить.       Блондин резко поднялся на ноги, видимо, догадавшись, что над ним издеваются и прикрикнул:       — Я иронизировал, ты, недоумок!       Изуку притворно состроил гримасу с опущенными уголками губ:       — Да? Очень жаль, ведь в моей жизни в последнее время было так мало улыбок.       — Иди жалуйся кому-нибудь другому!       Изуку расцвел:       — Иди? То есть, я могу уйти?       — Нет!       Похититель вылетел из комнаты и хлопнул дверью, заставив Мидорию усмехнуться. Спустя секунду послышался яростный звук проворачиваемого в замке ключа.       Как же просто вывести этого красавчика из себя, подумал Мидория, вновь принимаясь играть с верёвкой на запястьях.