Огонь несказаных слов

« Мой дорогой Дилюк» За окном пели птицы и кричали от радости дети. Спелые закатники падали с деревьев, разбиваясь всмятку. День был до невозможного прекрасным, но это и выводило из себя. Ведь на душе было так тоскливо, почему окружающий мир не соответствует тому, что он чувствует? Это раздражало. « Я помню те прекрасные летние дни.» Работа не ждала, поэтому пришлось заставить себя встать и привести в порядок. Сил не было. За окном светило солнце. Хотелось спать. « Особенно я помню тебя и то, каким ты был. Столь юн и счастлив. Такой прекрасный.» Кусок еды не лез в горло и вызывал тошноту, но мужчина заставлял себя есть, ведь еда даёт энергию, а завтрак это самое важное. Так говорил отец и Аделина. Значит так и есть. Яичница была противно жёлтой (жёлтой как солнце за окном и не до конца спелые фрукты). Бесило. « Твой звонкий смех был и есть лучшей музыкой что я слышал. И хоть я не выгляжу как человек искусства, поверь мне, я слышал многое. И вся та музыка была лишь пустым звуком для меня, когда я вспоминал твой голос.» Рубашка сдавливало горло, а плащ заставлял себя чувствовать как в котле. Но позволить себе одеться по другому он не мог. Ведь о правильности наряда ему рассказывал отец и Аделина. А значит так нужно. Он лишь на секунду позволил себе желать об открытой, лёгкой одежде, прежде чем стянул свои красные (красные красные словно кровь и цветы на лугу как любовь и ошибки) волосы резинкой. « Знаешь...я бы хотел вновь оказаться там. В тех теплых-теплых днях лета, когда мы оба были счастливы и верили в лучший конец. Хотя его никогда не существовало. » Один лишь взгляд на гору бумаг вызвал усталость. Что-то не так сегодня. Всё до невозможности не правильное. Что-то не так. Всё идёт как обычно. Что не так? Неправильно. Нужно понять. Мужчина замотал головой из стороны в сторону. На это нет времени. Поймет потом. « Проблема в том, что я никогда не был до конца счастлив. Всегда была та маленькая загвоздка, которая отравляла каждый мой день. Словно яд растекаясь по венам. Я так мечтал избавиться от этого. Хоть на секунду испытать свободу. Иронично, ведь мы живём в Мондштате. Как думаешь, яд вытечет вместе с кровью? » Сосредоточиться на документах так и не вышло. В памяти без конца крутилось одно и тоже, словно надоедливая песня, что по пятницам поют барды в таверне. Синие волосы (синие как надежда и вода в озере, что в теплую пору пользовался популярностью у жителей) и в тон им глаза (в них бесконечные вселенные где небо на небо накладывается и звёзды умирая светят ещё долгие столетия что бы хоть кого-то согреть). Слова что из столь желанных уст за весь вечер не были промовлены. Непривычно. И лишь тихое "прощай" перед уходом. Бесило. Раздражало. Выбивалось из системы и причиняло беспорядок. Неправильно, так не должно быть. Обычно все не так. « Я сожалею лишь об одном. Что я успел отравить и твою жизнь тоже. Я надеюсь ты сможешь простить мне эту оплошность, такого впредь не повторится. Обещаю. » Настал вечер и мужчина отправился в таверну. Возможно тут он найдет ответы. Все идёт по кругу и он в той же позиции с которой всё и началось. Что-то не так. Выбивающиеся из своего порядка. Ошибка. « Я вот недавно понял что мне совершенно нечего после себя оставить. Ни любимой книги, ни ценных вещей. Даже денег и то передать не могу. Словно меня и не было. Но я ведь был?» Шум голосов сливался в один. Невозможно было что-то разобрать, хоть слово. Неспокойно. О чем все говорят? Почему так шумно? Пускай все замолкнут. Желание заткнуть всех пришлось подавить. Мужчина продолжил подавать напитки. « У меня есть просьба. Посадишь на моей могиле цветы? Самые прекрасные какие только есть. Например? Хм, что насчёт одуванчиков? Я очень люблю их. Они так свободны. Возможно, я стану как они. Что думаешь, Дилюк?» Единственная константа каждого вечера отсутствовала. Это странно. Неправильно. Так не должно быть. Где он? « Напоследок я хотел сказать ещё одну вещь. Да, эгоистично говорить это, да ещё и сейчас. Но. Я люблю тебя. Всегда любил. И буду. Пускай ты мне не веришь, но я делаю это, потому что действительно люблю тебя. И не хочу доставлять страданий. Ну, больше чем уже сделал. » В груди зарождалась глупая тревога. Это глупо глупо глупо. Люди не бывают постоянными, они склонны к изменениям. Возможно, он просто занят или решил пойти в другой бар. Всё может быть. Они живут в стране свободы. Он не обязан быть тут. И всё-таки... Что-то неправильно. « Я надеюсь ты сможешь меня простить. Я стану звёздами что бы приглядывать за тобой пока ты геройствуешь. Кто-то же должен.

Навеки твой, Кэйя»

Ночью Дилюк обнаружил письмо рядом с окровавленным телом сводного брата. Послание он сжёг без раздумий, так и не открыв. На могиле не было цветов.