Сетевые небеса

Машина, плавно бороздящая пыльное серое небо, проплывая над огромными мрачными небоскрёбами, похожими на муравейники. Путешествие на работу каждое утро выглядит примерно так. Хоть Клифф живёт так уже далеко не первый год, он всё ещё восторженно любуется просторами города, которые в темноте утра или ночи выглядят даже немного жуткими. И зачем было делать здания серых и чёрных тонов? Так и вгоняет в тоску. Или просто восприятие Клиффа стало слишком мрачным и меланхоличным. Он отчётливо помнил, что в детстве он видел мир куда более ярким и не замечал удручающего уныния городской застройки. — Ариас! Снова опаздываешь, а ну быстро, пока они там все друг друга не перебили. — Босс будто выучил одну фразу и повторяет её с завидной периодичностью. Но Клифф всё равно в свой кабинет не спешит, расхаживая по помещению корпорации с холодными серыми стенами, поглядывая в огромные окна на мир снизу. Затем он заходит в лифт. Без лифта здесь никак. Здание корпорации «Вабисаби» составляет 157 этажей. Иногда Ариаса мучил страх о том, что будет, если все лифты вдруг одновременно сломаются. Как бы он стал подниматься вручную на свой 63-й этаж, особенно, с его проблемами с дыханием, которые со временем только усугублялись. Он не знал, связано ли это с загрязнениями воздуха из-за производств или это из-за проблем с нервами, или из-за не самой безопасной для здоровья работы. Или просто всё сразу. Лифт, издавая негромкие громыхания и жужжания, понёсся вверх. Каждый раз при подъёме на лифте у Клиффа замирало дыхание. Он боялся, что лифт застрянет где-нибудь между этажами, хотя за годы работы с ним такого не случалось ни разу. Он верил, что если работает в месте, где много лифтов, то обязательно по велению судьбы хоть раз в одном из них застрянет. Но видимо, снова не сегодня. Путь до своего этажа преодолён успешно. Клифф направляется к своему кабинету, пробегая взглядом по картинам, висящим на стенах коридоров, вдыхая ароматы растений, которые стоят здесь не из удовлетворения эстетических удовольствий, а для того, чтобы было, чем дышать. Добравшись до рабочего места, он обнаруживает, что напарник уже, судя по всему, давно на месте. На коленях у него довольно старый ноутбук, которому нужно не менее 15 минут, чтобы включиться и нормально работать. Клифф искренне не понимал, почему человек, работающий в столь престижной корпорации, где платят немалые деньги, всё равно ходит с лагающим древним ноутбуком, часто агрессивно бурча себе под нос, называя его «старым тупым куском дерьма», но при этом запрещая кому-либо ещё так говорить о его технике. А на ноутбуке у него запущена очередная видеоигра, в которую он успел настолько погрузиться, что не заметил, как вошёл Клифф, за которым громко захлопнулась дверь из-за сквозняка. Так что, его напарник прибывает здесь явно не менее получаса, если он и вовсе не ночевал тут. — Хью, вернись в реальность! — Сказал ему Ариас довольно громко, хлопнув перед ним в ладоши, чтобы Хью даже через накладные наушники мог его услышать. — Привет, Клифф. — Хью нажал игру на паузу, снимая наушники, пытаясь включиться в разговор. Глаза его были уставшими. Судя по всему, он снова не спал всю ночь, просиживая время в сети или в видеоиграх, даже не утруждая себя тем, чтобы добраться домой. — Ты снова ночевал тут? — Да, а что? Тебя разве это удивляет? — Коллега чуть ухмыльнулся. — Я часто так делаю и тебе советую. В чём смысл собираться, тратить деньги и время на то, чтобы добраться домой, если на следующий день нужно снова быть тут? Я просто уменьшил пустые траты времени в своей жизни. Вот и всё. — Хью закрыл ноутбук, а Ариас чуть закатил глаза, вздыхая и осознавая, что зря спросил, ибо этот человек любил рассказывать странные, а иногда и бредовые идеи, и равных ему в этом деле не было. — В любом случае, за работу? — Хью почувствовал себя в очередной раз немного неловко, углубившись в свои мысли. Он виновато улыбнулся, начиная проверять оборудование. — Выглядишь ужасно. Ты снова всю ночь не спал? А как же твоя великая экономия времени? — Усмехнулся Клифф, пытаясь словесно уколоть товарища, как ради шутки он делал уже сотню раз. После этого он по привычке закурил сигарету, хоть и знал о том, что в подобных специально оборудованных помещениях курить запрещено. — Спасибо, Клифф. Премного благодарен за комплимент. — Сонно ответил Хью, отмахиваясь от сигаретного дыма. — Ты же знаешь, такие, как я, никогда не спят. Хью Кински — бывший сетевой ковбой. Нет, не тот, что в шляпе с полями, с лассо и на коне. Эти ковбои перегоняют не овец и коров, а воруют важные данные для тех, кто хорошо заплатит. Клифф и сам не понимал, как занимаясь подобными грязными делами, Кински смог найти официальное трудоустройство, так ещё и в одной из самых влиятельных корпораций. Хью занимался подготовкой оборудования, а Клифф просто ждал. Он уже выполнил главную задачу на сегодня — нашёл в себе силы притащиться сюда. — Ну что, долго там ещё? — Спрашивает Ариас, прищуренно глядя в чрезмерно яркий для тёмной комнаты монитор. — Скоро будет. Код компилируется. — Клифф уже давно не видел смысла спрашивать о происхождении всех этих терминов, ибо Хью объяснять на языке простого человека не умел, он всегда вдавался в слишком глубокие размышления, часто отходившие от темы вопроса. Иногда, слушая его речи, у Ариаса возникала мысль о том, что у его напарника просто какое-то расстройство восприятия и трудно сказать, какое именно. Уж очень у них всех похожие симптомы. Хью забегал рукой по клавиатуре, быстро вводя какой-то код. Его правая рука была бионической, аллюминиевого цвета, но он не жаловался. Искусственной рукой он мог работать даже быстрее, чем той, что сделана из кожи и плоти. Клифф не понимал, как Кински умудряется следить за тем, на какие клавиши нажимает, уж слишком быстро двигаются его механические пальцы. Со слов Хью, механика удобнее, чем настоящая рука, ибо механика никогда не устаёт и не болит в конце дня. В ответ на подобные высказывания Ариас лишь усмехался, не понимая, как может болеть рука от стучания по клавиатуре весь день. Хью похож на человека, который тяжелее компьютерной мыши ничего не держал в руке и никогда не занимался более тяжёлым физическим трудом, чем сборка компьютера на заказ. — Кажется, готово. Я могу тебя подключать. — Хью одобрительно кивнул, результат его устраивал. Клифф Ариас уселся на своё кресло, втыкая штекер в небольшой usb разъём где-то в районе виска и надевая тяжёлые очки, в которых тяжело держать голову прямо, поэтому приходилось класть её на спинку кресла. — Ты готов? Подключаю. — Вопрос был риторический, ибо раз Клифф уже всунул эту железку в свою голову, то это безусловно означало, что он готов к работе. Через несколько секунд он почувствовал небольшое головокружение, ему казалось, что он сейчас упадёт и обо что-то ударится, даже несмотря на то, что он сидит. Позже ему объяснили, что так работают нервные рефлексы. Вслед за головокружением у него темнеет в глазах, картинка блекнет, покрывается помехами, а затем вовсе исчезает и наступает полная темнота, словно он телевизор, который выключили. Весь процесс подключения занимает секунд 10 и на протяжении этих секунд состояние похоже на лихорадку: бросает то в жар, то в холод и ему кажется, будто его стошнит в любой момент. И так при подключении каждый раз. У кого-то эти эффекты проявляются больше, у кого-то меньше, но к сожалению, полностью от них избавиться пока что нельзя. Когда Клифф подключался впервые, ему было очень страшно, а сейчас уже стало нормой. Перед глазами забегали помехи, послышалось шуршание, как из старого телевизора, на котором пропал сигнал. Цвета вокруг были слишком яркими и неестественными, как будто видишь мир глазами дальтоника. Это означало, что подключение прошло успешно. Ещё через несколько секунд зрение нормализовалось, восприятие принимало нормальные, естественные краски, не режущие глаз. Он видел перед собой разноцветные, огромные голографические полупрозрачные пространства, простирающиеся на много гигабайтов данных вперёд. — Твои биометрические показатели в норме. Сам как себя чувствуешь? Слышишь меня? Приём. — Из оцепенения вывел голос Хью, вещавший так, будто они не на работе, а в шпионском боевике. — Слышу. Куда ж от тебя денешься. — Почти механически, на автоматизме отвечает Клифф. — Хорошо. В левом нижнем углу ты можешь видеть свои показатели здоровья и выносливости. Я за ними слежу и тебе советую. Если твоё здоровье окажется на нуле здесь, то ты умрёшь и в нашей реальности. — Да знаю я, Хью. Не в первый же раз здесь бываю. — У тебя отпуск недавно был, вдруг ты забыл. Повторение лишним не бывает. — Но Клифф знал, что на самом деле, Хью просто поболтать любит лишний раз и поумничать. Ариас начал потихоньку движение вперёд, хоть ему пока не поступало какого-то конкретного адреса. Он просто шёл, чтобы немного размяться, проверить, нет ли каких-то серьёзных задержек, не нужно ли что-то перенастроить. Перенастраивалась среда и интерфейс под каждого человека индивидуально, да и даже если один и тот же человек изменился в весе, росте или психическом состоянии, то требовалась перенастройка под актуальные на данный момент времени параметры. Место, в которое попал Клифф, называлось «сетевые небеса». Самый настоящий технологический прорыв, созданный корпорацией. Сетевые небеса — это огромный сервер с данными сознания людей. Сознание человека можно было перекинуть сюда, как файлы с флешки в компьютер. За определённую сумму это мог позволить себе любой гражданин, которому хотелось бы не умирать сразу, после своей смерти, как бы странно это не звучало. Человеку, вернее, его личности, сформированной из данных, которые удалось добыть из его мозга, даётся срок два года, на жизнь в сетевых небесах, где он может принять факт своей смерти, смириться с этим, попрощаться со всеми, с кем бы хотел, составить завещание или завершить идеи, на которые при жизни не хватило времени. С этим изобретением сразу же пропали животрепещущие вопросы о том, почему человек убил себя. Теперь его сознание можно вкачать сюда и он сам всё расскажет при желании. Проблемы с не составленным завещанием и убийствами из-за раздела имущества точно так же быстро решились. Часто в сетевые небеса отправляли влиятельных людей — учёных, политиков и деятелей искусства, чтобы они продолжали своё дело. — Итак, твои данные в норме, перенастройка не требуется. — Констатировал Хью, вещая из реальности и глядя то на один монитор с данными, то на другой. — Как ощущения? Чувствительность нормальная? Нужно повысить или понизить? Также, при желании могу включить тебе вертикальную синхронизацию, но это уже как тебе удобнее. Могу повысить или понизить яркость, шейдер тебе или фильтр какой-нить поставить, чтобы обстановка красивее была. — Хью предлагал множество разнообразных идей, что можно убрать и что добавить. Ариас в большинстве своём пропускал это мимо ушей. — Яркость понизь немного. — Клиффу казалось, что слишком ярко и у него слезятся глаза. — Понял, принял. — Хью быстро отрегулировал этот показатель и стало слишком темно. Кински прикрыл рот рукой, пытаясь не смеяться, он был убеждён, что придумал гениальную шутку. — Хью! Хватит прикалываться, нормальную яркость сделай. — Возмущался Клифф, которому уже казалось, что от таких контрастных изменений изображения он однажды доживёт до появления у себя эпилепсии. В ответ через канал связи он слышал только негромкие смешки, напарник всё-таки не сдержался. — Да ладно тебе, уже и пошутить нельзя. Сейчас всё сделаю. — Клифф услышал стук по клавишам и после этого окружение приобрело более менее нормальный вид. — Когда я отсюда выйду, напомни мне, чтобы я сходил к начальству и потребовал дать мне другого напарника. — Проворчал Клифф. — Обязательно. Только вот без меня ты не выберешься. Ты не можешь отключиться сам, это могу сделать только я. — Ладно, ты победил. — Вот вот. С бывшим хакером лучше даже не начинать спорить. Хью получил уведомление на одном из мониторов. — О, а вот и работа. Кодирую сетевой протокол и высылаю тебе координаты цели, которую ты должен отключить. Ариас работал в сетевом надзоре. Это организация внутри корпорации, занимающаяся тем, чтобы отключать от сервера данные тех, чьё время вышло или тех, кто нарушает порядки сетевых небес. Чем больше в сетевых небесах данных, тем сложнее там существовать и тем больше нужно ресурсов для поддержания нормальной их работы. Отключить данные можно только вручную изнутри, именно для этой работы и изобретён был сетевой надзор. Перед глазами появилась синяя линия, переливающаяся разными оттенками. Именно по ней должен идти Клифф, чтобы добраться до цели. — Меня ещё такой вопрос интересует. Если это что-то типа виртуальной реальности, то почему чтобы карабкаться по голографическим горам, а иногда бить и голографических людей, мне нужно заниматься спортом и совершенствовать свою физическую силу в реальности? Почему я не могу просто управлять более мощной версией себя, ещё и желательно со сверхспособностями, как ты делаешь в своих видеоиграх? — Задумался Клифф, идя вперёд и чуть не упав в яму. — Измерение сетевых небес синхронизируется с параметрами твоего тела. Подключить человека можно только с его уже существующими данными, с такими, какие есть в его мозгу. А дальше я не понял, как это работает. — Какой хороший ответ, Хью. Насоздавали они херни какой-то, а я даже внятного объяснения получить не могу. — Да нормальная прога, софт работает исправно. И вообще, эти все вопросы разработчику надо задавать, а не мне. Я всего лишь продвинутый пользователь. Вопросы кончились, я надеюсь? — Нет, не кончились. Поговори со мной. — По необъяснимой причине, Клифф почувствовал себя очень одиноко в этом виртуальном мире. — Ладно, спрашивай. — Зевнул Хью, который не спал уже вторые сутки хоть по своей собственной вине, но всё же, он бы предпочёл сейчас быть в своей кровати и спать, а не отвечать на вопросы, на которые у него, скорее всего, нет ответов. — Почему этой грязной работой занимаюсь я, а не ты? — Потому что с твоих слов я «слабый задрот-очкарик, который ничего тяжелее компьютерной мыши в руках не держал». — Вздохнул Хью, говоря о себе мысли, которые его неслабо задели в своё время. — Разве я такое говорил? — Немного смутился Клифф, прекрасно помня, что он в самом деле говорил такое в первое время их совместной работы, но говорил это не ему, а кому-то другому. — Да, говорил. Если меня не было рядом в этот момент, это не значит, что я не слышал. — Для Клиффа не было секретом то, что Хью везде ставил прослушки, шпионя за каждым, кто представлял для него коммерческий или личный интерес. — Так ты и на меня эту херь повесил…сукин сын. — Клифф агрессивно выдохнул, немного взгрустнув от того, что здесь нет возможности закурить. — Да, я такой. — С гордостью сказал Кински. — Я не раз слышал, что нельзя слишком резко отключать человека от сети, что заполнить протокол прибывания необходимо. А что будет, если это правило не соблюдать? — Знаешь, это то же самое, что сохранить прогресс в игре и только после этого можно выходить. А если резко отключить тебя от сети, то ты можно нанести твоему мозгу разную степень урона. При резком отключении от сети нейроны и извилины в твоём мозгу выжигаются. Так что, в таком случае у тебя есть перспектива стать овощем и ходить под себя до конца жизни, либо вовсе кома на неопределённый срок или мгновенная смерть. Что из этого лучший случай, а что худший — решай для себя сам, что тебе больше нравится. За подобными разговорами время шло быстрее и Клифф был к цели всё ближе. Он добрался до конца переливающейся линии и увидел перед собой женщину. Она выглядела так, будто была голограммой, как и всё в сетевых небесах. Он невольно задумался, а сам он, попадая сюда, тоже так выглядит? Она была среднего возраста и узкоглазая. Тело её переливалось синими и голубыми оттенками. Она в ужасе обернулась, увидев перед собой Клиффа с внушительных размеров пистолетом. Она сразу поняла, что это человек из сетевого надзора и что он пришёл за ней, потому что её время вышло теперь уже и здесь. — Нет, пожалуйста, я не хочу умирать. — Умоляла женщина металлическим голосом, мало напоминавшим человеческий, скорее больше похожим на голос робота или детской говорящей игрушки. — Ты уже умерла. — Беспристрастно отвечает ей Клифф. Он сталкивался с подобными аргументами уже много раз и они ни капли его не цепляют, они не способны его разжалобить. Перед смертью не надышишься, но люди этого не понимают. Они никогда не могут принять, что их время окончено. Даже если им дают второй шанс в сетевых небесах, они, зная, что им осталось два года, всё равно до последнего не могут принять факт своего конца. Они не готовы просто исчезнуть в бездну забытья. — Но я не хочу умирать ещё раз! Пожалуйста, мистер, убейте кого-нибудь другого, если вам нужно освободить данные. Прошу, я хочу жить! — Заливалась женщина рыданиями, которые не вызывали у Ариаса никаких чувств, ведь они не были реалистичными. Он направил пистолет на неё и уже готовился нажать на спусковой крючок. — Убей лучше их! — Указала пальцем женщина куда-то в сторону. Клифф посмотрел туда и почувствовал, что ему снова становится трудно дышать. — Клифф, это ты? Мы скучаем по тебе. — Хоть голос был уже электронным, всё равно таким знакомым и приятным, что по щеке невольно скатилась слеза, а затем нахлынула ярость. Он не стал больше церемониться и застрелил ту узкоглазую женщину. Пуля, разумеется, ненастоящая, а тоже голографическая, предназначеная для удаления данных из сети. Этих голограмм корпорация уже не считала людьми. Их называли «данные» и не применяли к ним глагол «убить», предпочитали использовать «устранить», «удалить», «стереть», «обнулить» и так далее. — Мы скучаем по тебе. Мы тебя любим. — Тёплая улыбка длинноволосой женщины, волосы которой были пшеничными при жизни. Так улыбалась ему только она. Клиффа охватила такая тоска и неопределённость, что ему казалось, будто он может от этого умереть. Дышать было тяжело настолько, что он не мог ничего ответить, не мог даже пошевелиться. — Клифф! Твои показатели здоровья почти на нуле, что случилось?! — На связь вышел не на шутку обеспокоенный Хью. Затем вдалеке улыбнулась маленькая девочка, скачущая вокруг длинноволосой женщины. — Так, приготовься, я тебя отключаю. — Хью принялся тарабанить по клавиатуре, быстро заполняя протокол. Девочка радостно засмеялась, помахав Клиффу рукой, произнося: — Ещё увидимся, пап. А затем, она, взяв женщину за руку, ушла в неизвестном направлении. — Стой, подожди! — Крикнул Клифф то ли им, то ли Хью, который собрался его отключать. Он уже сам точно не знал, к кому обращался. Перед глазами всё снова почернело, образы радостных, улыбающихся мамы и дочки бесследно исчезли. В ушах звенит, голова болит и гудит. Ариас почувствовал, что вернулся в реальность. — Ух, твою мать, это было опасно. — Теперь перед собой он видел только размытый образ Хью перед монитором. Кински с облегчением вздохнул, радуясь, что в очередной раз пронесло. Когда перед глазами картинка стала наконец-то собираться в единое целое и Клифф мог снова чувствовать своё тело, он дотрунулся до своего лица, чувствуя на пальцах слезу. Значит, это всё не было бредом и ему не показалось. Он постарался встать, но тут же упал на пол, без сил встать снова. Подняться и сесть ему помог Хью, который с большим трудом смог его поднять. — Дружище, ты в порядке? — Хью смотрел на него и выглядел обеспокоенным, не понимая, что происходит. — Я в норме. Если дел на сегодня больше нет, то я, наверно, домой пойду. — Ариас нашёл в себе силы подняться и уже направлялся к двери. — Точно всё окей? Может, я тебе проведу до дома, чтобы не случилось ничего? — Всё ещё обеспокоенно спрашивал Хью своим славянским акцентом. — Нет, спасибо. Сиди и задроть в свои игры дальше. — Ответил Клифф даже немного агрессивно, отвергая любую помощь и попытку узнать, что произошло. *** «Мыслю, следовательно, существую» или «Cogito ergo sum» — Постулат философа-рационалиста Рене Декарта. Но работает ли это определение сейчас? Уж очень оно спорное. Клифф ворочился из стороны в сторону, уснуть не получалось. Его мучили образы голограмм. Перед его глазами из всплывало сотни, тысячи и они кричали «не убивай меня! я живой! я хочу жить!», а он расстреливал их одну за другой. Потом он открывает глаза и видит свою комнату. Он сам лежит на диване, стол завален упаковками от полуфабрикатов разного происхождения, кругом бутылки от различного спиртного. Окно открыто, показывает виды бледно серого безоблачного неба. На тумбочке стоят электронные часы, на которых ярким неоновым светом написано, что сейчас почти 4 часа утра. Ариас не мог понять, спал он этой ночью или нет. Сновидения были жуткими, неприятными, но реалистичными. Квартира его находится довольно высоко, но звуки пролетающего по воздуху транспорта всё равно порой режут слух. Даже в 4 утра за окном проплывает современный потомок дирижабля с рекламой от корпорации «Вабисаби», рассказывающей красивые сказки о том, как они дают людям, покинувшим этот мир, временное бессмертие. Отдохнувшим и выспавшимся он себя совершенно не чувствовал, но и спать уже не мог, поэтому принял решение подняться с дивана. Сначала он смог сесть, чувствуя, как болит всё тело, а в особенности рука, которую он отлежал. Это хотя бы говорило о том, что он действительно спал, а не расстреливал сотни и тысячи существ, бывших когда-то реальными людьми. Попытка встать не привела к успеху: едва поднявшись с дивана и сделав несколько шагов, он наступил на одну из бутылок, валявшихся на полу, благополучно споткнувшись и ударившись головой об стол. Теперь он лежал на полу, наблюдая, как плывут круги перед глазами и как на потолке начинают рисоваться причудливые узоры. Это от того, что он неслабо головой приложился или дают о себе знать последствия работы в виртуальной реальности? Тем, у кого физическая оболочка давным давно умерла и сгнила под землёй — им проще, они просто существуют внутри сети. А он, Клифф, реальный человек, которому приходится лезть в их мир и убирать их оттуда по приказу свыше. Он, реальный человек, и тело его реально. И он не может знать наверняка, что думает его тело по поводу таких ежедневных путешествий. Но судя по всему, как он с каждым днём начинал видеть всё больше мелких галлюцинаций или помех перед глазами, как болели конечности и тошнота становилась верной спутницей при каждом пробуждении — тело его явно было не согласно заниматься чем-то подобным. Пролежав на холодном полу несколько минут, он немного остыл, хотя до этого чувствовал, что ему очень жарко. С трудом поднявшись, он добрался до ванной, глядя на себя в зеркало с неприязнью. — Ну, посмотри на себя, кем ты стал. — Говорит он сам себе. Среди бывших когда-то ярко каштановыми волос начинает появляться седина. Морщины на лбу и у рта становятся глубже, мешки под глазами, по ощущениям, уже больше, чем сами глаза. А глаза — они были когда-то синими. Она сравнивала глаза Клиффа с чистыми и безмятежными озёрами и часто с любовью и искренностью смотрела в них. Теперь глаза помутнели, став какого-то непонятного грязно-голубого цвета, а их белки словно изрезаны красными неровными линиями. Эти глаза видели слишком много и устали. Клифф сбривает грубую двухдневную щетину, чувствуя, как в желудке всё бурлит, словно там идёт ожесточённая битва. Накатывает новый приступ тошноты. *** Можно ли сказать, что эти данные, эти люди — они всё ещё существуют? Они ведь мыслят, радуются, что-то обсуждают и боятся второй смерти после того, как уже пережили первую. И всё же, корпорация не считает их за людей. Корпорация видит только их деньги, а людей она не замечает никогда. Что представляет из себя человек? Плоть или тело? Может ли одно существовать без другого? Подобные мысли крутились у Клиффа на протяжении всего пути до работы. Сегодня ради разнообразия он поехал на троллейбусе. Салон тёплый и просторный и, на удивление, было не особо людно и он смог позволить себе сесть у окна. Перед глазами быстро проплывали вывески различных рекламных кампаний. Множество надписей на английском и на японском пестрили неоновым светом. Приходилось проезжать и через такие районы, в которых неоновые надписи — в принципе единственный источник света. Клифф доехал до своей остановки, а дальше оставалось пройти пару сотен метров до здания корпорации. Он оглядывался по сторонам, видя вдалеке море и колесо обозрения. Когда он подошёл к зданию и посмотрел на него снизу вверх, от таких размеров закружилась голова. И таким каждый день был, не отличаясь от предыдущего ничем. Иногда он даже оставался ночевать на работе вместе с Хью, теперь тоже не видя смысла каждый день метаться в разные стороны. Хью, пожалуй, был единственным, кто скрашивал жизнь, ставшую такой меланхоличной. Кински, на самом деле, был весёлым парнем, с которым можно было о многом поговорить, а не только о видеоиграх и хакерском деле, как изначально думал Ариас. Подумать только, он столько лет работал с этим человеком и многого о нём не знал. Хью, в отличии от Клиффа, живой, активный, не потерявший краски жизни. Он воспринимает происходящее совсем под другим ракурсом. Ему всего 29, а Клифф тем временем приближается к 40, всё менее улавливая, что происходит в этом мире и для чего он здесь. Хью ещё не разучился смеяться и находить радость в мелочах, зависая сутками напролёт в играх или смотря фильмы. А для Клиффа весь смысл в том, чтобы ещё раз увидеть её. Он думает об этом постоянно, даже когда Хью показывает ему очередной фильм или презентацию с выставки видеоигр. Или будь то Хью, который вечно не высыпается, пытаясь успеть всё и сразу, словно ему вечно не хватает времени, живя так, будто оно в любую секунду закончится, а потом просто засыпает у Клиффа на плече. И ему уже не хочется случайно его разбудить. Спящий Хью уже не яскрит шутками и розыгрышами, очки съезжают и сидят на нём криво, тёмные волосы, которые и без того обычно растрепанны, потому что Кински слишком ленив, чтобы за ними ухаживать, становятся и вовсе лохматыми. А затем через какое-то время он просыпается, ещё не понимая, где находится, сколько сейчас времени и сколько он спал, а уже поправляет очки. И после этого Клифф снова и снова зовёт его помочь с подключением в сеть. — Ты же знаешь, что заниматься этим настолько часто — это опасно? — Я знаю. А теперь подключай. — Клифф был всегда таким человеком, которого не остановить. Если он за какую-то идею уцепился, то в ней он до конца. И Хью понимал, что смысла тратить время на споры никакого нет. По классике, проверка звука, биометрических показателей, управления, освещения и так далее. Иногда пару минут тратилось на перенастройку параметров из-за того, что психическое состояние Клиффа становилось всё более нестабильным и, в добавок к этому, он ещё терял вес. Хью сам не понимал, почему всё никак не решается доложить об этом куда надо или почему сам не отведёт напарника за руку к врачу. Неужели тоже от того, что в глубине души осознаёт то, насколько это бессмысленно? Клифф всё чаще просит не отключать его даже после выполнения задания. Он всё продолжает искать их, чтобы провести с ними хотя бы одну свободную минуту. Он никогда не ценил времяпровождение с ними, когда они были ещё живы. — Я очень по тебе скучала, пап. — Дорогой, я так рада, что ты пришёл навестить нас. — Пап, а мы ещё когда-нибудь сходим в луна-парк? — Обязательно сходим. Он понимает, что жены и дочери уже нет, что они никогда не вернутся. Он никогда больше не отведёт на атракционы эту милую маленькую девочку и не услышит её заразительный смех. Он больше никогда не услышит жену, не почувствует её поцелуи. Семья уже не будет вместе. Семьи больше нет. *** Они не существуют больше? Но как же так! Он ведь может с ними поговорить и слышать их. Даже неестественного механического звучания голосов бывших когда-то живыми близких он не замечает, для него они более, чем настоящие. Клифф видит их образы всё чаще и во всём. В крыльях бабочек, которые летают особенно часто этим жарким летом. В кронах деревьев, которые в этом году особенно пышные, несмотря на плохую экологию. Жена, которая обнимает его и радуется его возвращению с работы и маленькая дочь, показывающая, какой рисунок она нарисовала сегодня в школе. Ариас с всё бóльшим трудом различает, где реальность, где его реальность, а где сеть. Образы, появляющиеся неожиданно в повседневной жизни — они расплывчатые, быстро исчезают, а через время появляются снова. А в сети с ними можно поболтать, почувствовать себя частью их. Клифф мог и дальше так жить, навещая их каждый рабочий день, но всё же, чем дальше это заходило, тем больше он понимал, что он не может жить на два мира. Его тело, которое всё сложнее поднять по утрам, словно разрывает на части. Он должен выбрать что-то одно. *** — Клифф! Ты просто не видишь, как ты выглядишь. Ты когда смотрел в последний раз в зеркало? Тебе срочно надо к врачу. — Не нужен мне никакой врач. Он мне не поможет. Подключай меня. Хью показывает ему зеркало, чтобы показать, во что он, Клифф Ариас, превратился. Кински надеется вразумить товарища хотя бы сейчас. Ариас уже мало похож на обычного здорового человека, он больше похож на зомби из тех фильмов ужасов, что Хью любил смотреть на ночь. Но Клиффа это всё не волнует, он лишь разбивает зеркало: часть осколков впиваются ему в кулак, часть разлетается по комнате, некоторые попадают в руку Хью. Клифф как будто совершенно не чувствует никакой боли, его не волнует такая мелочь, как кровоточащая рука, полная стекла. Рука у Хью тоже кровоточит и трясётся, ему становится не по себе. — Ты не понимаешь, что ты делаешь. Я лишь хочу уберечь тебя от ошибки! — Ты мне нужен только для того, чтобы ты меня подключил. Больше ты мне не нужен. — Неожиданно Клифф достал пистолет, целясь в Хью. Вот тогда очкарику стало по-настоящему страшно. Сердце забилось громким басом, он весь задрожал. Внутри тоже было больно. Это похоже на самое настоящее предательство. Хью трясущимися руками начал подсоединять оборудование, всё ещё мельком поглядывая на Клиффа. Сердце ушло в пятки, вся жизнь пробежала перед глазами, но ему до сих пор было трудно поверить, что человек, с которым он работал не один год просто взял и угрожал его застрелить при неповиновении. Клифф немного успокоился только когда снова прошёл через головокружение, потемнение в глазах и тошноту, оказываясь вновь в сети. — Ну что, работаем? — Голос Хью дрожал. Он понимал, почему такой настрой был у Ариаса, что он задумал. — Да, давай, работаем. — Ответил Ариас настолько беспристрастно, насколько мог. Он пытался себя не выдать. Хоть он и знал Хью много лет, всё равно не до конца ему доверял и не имел никакой гарантии, что тот его не сдаст. — Х-хорошо. Как раз есть данные для устранения, высылаю тебе координаты. Появилась золотого цвета линия. Клифф пошёл по ней, хоть уже не планировал работать. Он надеялся встретить семью по пути. Каким же был шок, когда золотая линия к ним и привела. Он, Клифф, стоял наготове с оружием, пока его покойная жена преданно и добродушно смотрела ему в глаза. — Хью, тебе не кажется, что это какая-то ошибка? Почему эти люди стоят на устранении? — А что-то не так? Сейчас перепроверю. — Быстро проговорил Хью, внимательно читая информацию из протокола, которую ему предоставили. — Так прошло уже два года. Их пора отключать. И тут до Хью дошло. Объекта два: женщина и девочка. Их данным два года. Именно два года назад жена и дочь Клиффа погибли в результате крупного террористического акта, произошедшего в торговом центре. Клифф ведь не раз рассказывал о том, насколько он чувствует себя виноватым и насколько его жизнь сейчас была бы другой, если он тогда этого не допустил. Если бы он в тот день не поехал на работу и предложил бы им остаться дома, а не искать развлечений в городе. — Клифф, неужели ты это всё из-за… — Он не успел договорить, Ариас перебил его. — Да, именно так. И я не могу допустить их смерти во второй раз. Задание не будет выполнено. Ты можешь подсоединить моё сознание в сеть, я имею в виду, насовсем? — Зная, что его семья на грани того, чтобы умереть снова, Клифф принял окончательное решение. — Могу, но зачем? — Кински искренне не хотел верить в подобную задумку. Клифф вздохнул, понимая, что этот разговор не будет лёгким и не будет похож ни на один другой, что были за эти годы между ними. — Хью, ты был для меня хорошим напарником, наверно, я даже могу сказать, что другом, коих в моей, да и скорее всего, в твоей жизни было немного. Но я не могу позволить своей семье умереть ещё раз. Ведь я допустил это однажды. Я считаю, каждый человек в праве самостоятельно выбирать, что делать ему со своей жизнью. Это не могут выбирать за него какие-то там корпорации, какими могущественными они бы себя не считали. В своей последний час в реальности я повёл себя с тобой довольно грубо и по-идиотски. Обычно уважающие себя люди прощаются не так. И в этом плане перед тобой виноват. И всё же, я надеюсь, что ты меня простишь и поймёшь. Хью не хотелось верить до сих пор, что такое вообще могло произойти, но чувства подсказывали, что он понял, что Клифф хотел ему сказать. Вытерев слезу, брызнувшую из глаза, Кински принялся за полное подключение сознания Клиффа к сети. Ему требовалось преодолеть неслабую систему защиты и обойти корпоративные потоки информации, чтобы те хотя бы не узнали об этом мгновенно. Опыт хакера, длинною в жизнь, к счастью, позволял всё это реализовать. Ещё совсем немного и вспыхнула искра, тело Клиффа затрясло. Он почувствовал адскую боль, потерпеть её осталось совсем немного. Это так сознание отделяется от ещё живого тела. Даже чувствуя нереальные боли, в сетевых небесах он теперь чувствует себя по-настоящему счастливым рядом со своей семьёй, которую он теперь будет оберегать столько, сколько сможет и больше не даст в обиду. А тело, находящееся в реальном мире, издаёт последние предсмертные конвульсии и крики, а после всё утихает. — Увидимся ещё когда-нибудь. — Тяжело дыша от боли и отсутствия какого-либо сознания в мозгу успевает сказать напоследок Клифф.