Мое сердце будет биться

— Так вот где ты был, придурок! Возвращаясь к баранам и прочей живности, ситуация становилась все более нелепой. Ацуши с трудом подавлял желание сделать фейспалм, псих лыбился, как-будто выиграл лотерею, а у блондина на противоположном берегу чуть пар с ушей не шел. — Это по твоей вине мне приходится так много работать, суицидальный имбецил! Сколько раз ты будешь губить мои расчеты и планы, — ругался парень с косичкой знатно. Не так, как гопники на районе из прошлой жизни Оксаны, но со своей изюминкой. Посмотрев на шатена, улыбка которого имела некую схожесть с лыбой Чеширского кота, чувство тревоги росло в геометрической прогрессии. Пусть Ацуши (а точнее новая душа в его теле) и был довольно общительным и дружелюбным, легко мог найти контакт с людьми, но такие представители общества его знатно напрягали. Психованный явно относился к энергетическим вампирам: с удовольствием провоцирует ссоры, пытается вывести на эмоции других людей. Не будет удивительным факт, если он еще и манипулятором окажется. — Так как вас зовут, молодой человек? Темно-карие глаза смотрели пристально и заинтересовано, а ироничную улыбку на тонких губах так и хотелось стереть кулаком. Гопников били, так почему это недоразумение не побить? Вот только проблем еще больше станет, а покормить некому. — Ацуши Накаджима. А вас? — Дазай, — отвернувшись к недовольному очкарику, проговорил, — Дазай Осаму. Подправив свой бежевый плащ, который далеко не стал сухим за это время, он снова посмотрел на меня и движением руки предложил идти за ним. — Сейчас за счет Куникиды-куна мы немного подкрепимся, а то негоже голодать таким прекрасным солнечным днем. Где-то впереди, около моста, было слышно негодующий вопль блондинчика, размахивающего непонятным блокнотом, рядом ступал суицидник, а сам Ацуши раздумывал о японской кухне, которую он еще никогда не пробовал.

***

Сейчас я буду кушать, сейчас меня покормят. Это были единственные мысли Ацуши, когда их компания только зашла в обычное кафе. Пусть есть японскую еду было не совсем привычно, и вкус у нее был странным, но на голодный желудок пойдет. Даже подозрительный рисовый суп на зеленом чае был сытным и аппетитным, но название этого чуда запомнить не удалось. Как его еще и выговорить — вообще зловещая тайна. Тем временем причудливые компаньоны активно переругивались между собой. Хотя, буянил только Куникида, а Дазай просто наслаждался своим шоу, иногда поддакивая. Пусть личность Осаму Ацуши не нравилась, а Куникиду он еще не очень хорошо узнал, но смотреть и слушать их ругань было увлекательно. — Давай, Дазай, уже пора вернуться к работе. Ни один здравомыслящий человек не говорит ни с того ни с сего «какая милая речка!», и не ныряет посреди рабочего процесса. Взгляни, что ты наделал! Мы теперь отстали от расписания! Мысленно соглашаясь с блондином, Ацуши опустошал уже третью тарелку супа. Был бы он на месте Куникиды, также бы отругал неудачного суицидника. В прошлой жизни он не понаслышке знал некоторых коллег, любящих срываться с работы по совершенно глупым причинам. А опоздания на несколько часов вообще не понимал. Он не говорит, что с него нужно брать пример — принимать активное участие в разных мероприятиях, помогать совершенствовать судебную систему его апелляционного суда и прочее — но можно хотя-бы выполнять минимум своих обязанностей! Не за просиженные штаны тебе ведь платят. — Уверен, ты очень любишь свою записную книжку, Куникида-куун, — насмешливо упомянул Дазай. От неожиданного вопля очкарика, Накаджима поперхнулся и закашлял. Такой убийственной ауры он еще не видел. — Это не просто записная книжка! Это мои идеалы! Руководство к моей жизни! И тут не написано заиметь суицидального маньяка в коллеги! Приплыли. Скажи мне, кто твой друг, и я скажу тебе, кто ты — эта пословица явно сюда подходит! Так у нас тут не только псих со суицидальными наклонностями, а и еще привередник идеального мира. Вот это я понимаю компания! Все японцы такие больные на голову, или мне просто так повезло? Дальнейшие высказывания Куникиды были уже против Ацуши, что и не сильно его удивило. Любой на месте Доппо не захотел бы кормить незнакомца за собственный счет. Именно поэтому Накаджима сидел тихо и смирно, что для него было несвойственно (точнее, для души Оксаны). Серо-травянистые глаза смотрели на Ацуши с явным неодобрением, а тоненькая косичка разгневанного колыхалась туда-сюда. Если бы Куникида был не таким ярым идеалистом, то мне бы он понравился – всегда вызывали влечение серьезные блондины. Жалко, что не голубоглазый… Доев последнюю порцию супа с чаем, Ацуши довольно облизнулся и откинул голову на спинку стула. Все проблемы попадания смело отодвинулись на задний план: желудок больше не бурчит, новое японское блюдо удачно опробовано — что еще для счастья нужно? — Вы меня действительно выручили сегодня, а то бы так и остался голодным, — какими бы психами они не были, но нужно хорошенько их отблагодарить. Хотя бы словом и улыбкой. — А почему у тебя такая странная одежда? — вопрос Куникиды понять можно. Серая невзрачная футболка, которая явно больше настоящего размера Ацуши, такого же цвета шорты до колен и потрёпанные кроссовки. На беспризорника похож уж больно. — Так я приютский. Точнее был им, — немного подумав об необходимости раскрыть свое происхождение, юнец принял решение. Возможно, история паренька их немного впечатлит и они помогут как-то. Скажут, где работа есть и все в этом духе, — меня выставили из приюта, где я жил, поэтому и пошел в Йокогаму без денег. Только документы выдали и вышвырнули за дверь, — надо добавить немного еще трагичности, — думал, умру! Дазай удивленно посмотрел на Ацуши, вероятно, его действительно впечатлила история приютского мальчишки. — Какой бессердечный детский приют, — сказал шатен. — Да, бывает и такое, — согласился Ацуши, — так, кем вы работаете? Дазай довольно прищурился словно ждал этого вопроса. Он неторопливо отхлебнул черный кофе, глядя прямо в глаза беловолосого, а потом ответил: — Если ты и вправду хочешь знать, то мы — сыщики. — Мы вроде сыщиков, но мы не ищем пропавших кошек и не расследуем супружеские измены, — недовольно цокнул Куникида, — наше поле деятельности — запутанные дела. Ты что-то слышал о Вооруженном детективном агентстве? Ацуши задумался, пытаясь найти в памяти бывшего владельца тела информацию о данной организации. ВДА была группой детективов, специализирующийся на опасных делах, где государственные органы бессильны. Они работают в сумерках — на границе между ночью и днем. Сотрудники этого агентства обладают необычными способностями, которые для этого мира были не диковинкой. Их называют эсперами и, если так размышлять, то Ацуши также им является. Превращение в тигра тоже какая-никакая способность, правда? Может, парочка чудаков сможет замолвить словечко за него, а он уже директора организации легко разговорит и уговорит. Пока парень блуждал в своих чертогах ума, Дазай, как самый активный член дуэта, чуть бы не повесился на красивой и удобной, по его мнению, балке. После чего стал оживленно доставать и так недовольного Куникиду, заставляя его что-то писать в своем блокноте. — Т-а-а-к, какую работу вы должны сегодня сделать? — попытался обратить внимание собеседников Ацуши, иначе блондинчик бы давно уже угробил Осаму своим блокнотом. И как только он не повредился об голову суицидника, особенно если учесть, что Куникида не скупился силой. — Мы охотимся на тигра, — ответил Дазай, — тут объявился тигр-людоед, который буянил в городе. Он бегал вокруг склада, съел все запасы с полей… в общем, творит, что ему вздумается. Хотя в округе его заметили недавно… Ацуши дальше не слушал объяснения Дазая, ведь его обеспокоило упоминание некого загадочного тигра. Это, конечно, могло быть просто совпадением, но внутреннее чутье юноши подсказывало, что так безоблачно и просто в жизни не бывает. Итак, попаданка просыпается в новом теле в ином мире, а потом направляется в город Йокогама. Далее, она то выпадает из реальности мира, появляясь в странном пространстве с белым тигром, то опять возвращается. И внезапно, в этом же городе встречает сыщиков, ищущих неуловимого тигра. Простое совпадение? Тигры не очень распространённое животное, да и еще в Японии. Можно предположить, что он сбежал из зоопарка и напугал много народу своим бесчинством, вот только упоминание о побеге животного из хоть какого-нибудь зверинца отсутствует. Сохраняя невозмутимость, Ацуши попытался мысленно связаться со своей способностью. Перед глазами быстро мелькали картинки, главным героем которых был сам паренек в теле зверя. Впрочем, теперь было ясно, отчего он не скопытился такое долгое время от голода и жажды. — Ац-у-у-ши, ты меня слушаешь? Карие глаза прищурено смотрели на него, ожидая хоть какой-нибудь реакции. Ситуация уже немного накалялась, а попаданка пыталась найти из нее самый оптимальный выход. Признаться им, что на самом деле тигром является он, или… сделать вид, что информации о данном происшествии у тебя нет. Но тогда кто поможет зарекомендовать его где-то? С другой стороны, он признается в содеянном и высока вероятность понести наказание за безобразие. Посмотрев на своих собеседников, Ацуши принял решение. Пусть он будет выглядеть немного жалко и потеряно, но тем не менее получит от данной ситуации личную выгоду.