Не по сценарию

      Пожалуй, это была самая теплая ночь в их жизни. Гостиничный номер, за окном – жаркий Дубай, на столе стоит бутылка вина, распитая на четверть. И самый близкий человек рядом. Тот, с кем они прошли всё самое экстремальное дерьмо в своей жизни, с кем рисковали жизнью, кто рядом несмотря ни на что.       Эмиль точно понимал уже несколько месяцев, что это гораздо более интимное чувство, чем крепкая дружба. Это заметила и Алия – по его сияющим глазам во время разговоров о съёмках, - и потому ушла. Разошлись они, однако, на позитивной ноте, и, по традиции команды Димы, поспорили, что если Эмиль не обсудит это с другом в течение трёх месяцев после их расставания с Алией, то будет должен ей два желания.       И сейчас повод об этом вспомнить был весьма уместным. Оператора они отправили в другой номер, и сейчас сидели наедине, избавившись от объективов. Да и такая уютная романтичная обстановка сама намекает, что пора бы уже поговорить, признать, что между ними есть место чему-то большему.       - Дим, - неловко привлекает внимание Иманов. - Ты не думал когда-нибудь, что мы с каждым днём все меньше похожи на друзей?       - Ну, слушай, если быть честным, то да. – Масленников сразу чуть приосанился, словно показывая готовность к диалогу. – Даже без учёта нашего челленджа, да, думал.       - Как будто парочка, которая боится признаться.       Дима сверлит друга взглядом, полным недоумения и ожидания.       - Эмилька, пояснительную бригаду. Я по твоему выражению лица вижу, что где-то подвох в этой теме.       Парень поджимает губы с неловкой улыбкой. Кадык нервно дёргается. Это однозначно его шанс. Даже под небольшим количеством выпитого алкоголя он, однако, трезво оценивает шансы, и подмечает для себя, что сейчас друг не настроен агрессивно и готов спокойно слушать.       - Не зря про тебя в комментах пишут, что ты Шерлок. – Иманов робко отставляет бокал в сторону и подаётся вперед, сжав руки в замок. – Есть один неловкий момент. В общем, за то время, что я стал частью команды, мне кажется, я стал испытывать чувства к тебе. К счастью или к сожалению, это не братская и не фанатская любовь.       До этого улыбчивый Дима становится серьёзным и задумчивым. Эмиль прокусывает губу до крови – ситуация действительно жутко напрягала. По выражению лица друга ему было тяжело понять, о чём он сейчас думает.       На самом же деле Масленников прокручивал в голове все (какие мог вспомнить) их встречи, съёмки, и перед глазами проносились образы парня, который смотрит на него с нескрываемым обожанием, когда светит самой широкой улыбкой в мире на любое его действие, все их локальные «шипперские» шуточки про самих же себя, вспоминает, как ругал себя за проявление чувств и старался подавлять это по прошлому опыту отношений с членом команды и по своему собственному воспитанию. И понимает, что, если бы не старался специально игнорировать влечение к этому активному кареглазому парнишке, который вихрем ворвался в его жизнь и карьеру, стал неотъемлемой их частью. Может, прямо сейчас ему стоит откинуть это всё?       «Жизнь у каждого из вас только одна. И как вы её проживёте зависит исключительно от вас. Если вы не рискнёте и не сделаете того, что хотите, вы этого уже не сделаете никогда.»       Оба они не понимают, в какой момент их ещё больше расковывает алкоголь, а в какой пьянит компания друг друга.       - Возможно, я немного тороплю, но мне показалось, что я видел от тебя какую-то отдачу в этом плане. – Каждое слово даётся с трудом, глядя на каменное лицо Масленникова, но он искренне старается как можно меньше показывать словами свою неуверенность. Жутко было осознавать, что сейчас всё может стать хуже, или вообще закончиться.       - Тебе не показалось. – Вдруг твёрдо заявляет Дима и поднимает на Иманова уставший взгляд. Он чувствует, что сейчас самый хороший момент, чтобы откинуть сомнения. Казалось бы, многие люди решаются на это месяцами или годами, но сейчас ему хватило этой минуты. В конце концов, он сам просит людей рисковать обдуманно, чтобы прожить жизнь счастливо. Голос резко стал заметно ниже обычного. В голове всплывает собственная фраза.       «Интересно, в какой момент он сломается?»       Вот и сломался.       У Эмиля сердце падает моментально, и тут же начинает биться с такой силой, словно сейчас проломит к чертям грудную клетку и упадёт прямо в руки любимого человека. Не столько от осознания, что фактически его чувства приняли, сколько от того, что это в принципе их не разделит. В глазах загорается надежда, и с ней он смотрит на человека напротив в ожидании продолжения.       - Вот сейчас я сижу и думаю, стоило ли мне подавлять это всё в себе. Может, крайние отношения повлияли. Я рад, что сейчас у нас именно такая атмосфера. Не посиделки с командой, не мессенджер, а такие посиделки в Дубае. – Дима робко улыбается и поднимает взгляд в чужие, карие, и видит в них неверие и едва уловимую мысль «а что делать?»       И уверенно кладёт руку на его бедро, чуть поглаживая.       - Я не мастер красивых слов в такой ситуации, потому что она действительно немного странная, но… - Эмиль опускает ладонь поверх Диминой и мягко сжимает. – Возможно, это повод нам стать ближе?       - Однозначно, - спустя несколько секунд соглашается мужчина, - но стоит понимать, что быстро ничего не произойдёт хотя бы потому, что мы уже привыкли считаться друзьями.       Иманов кивает, наблюдая за тем, как Масленников сосредоточенно всматривается в часы на стене. Спустя какое-то время в тишине он вдруг встаёт и закрывает недопитую бутылку и убирает бокалы.       - Так, родной, у нас вылет через десять часов. Я, конечно, всё понимаю, романтика романтикой, но давай-ка на боковую, не очень приятно будет еще и проспать. – Парень лишь нервно хихикает в ответ. Действительно немного жестоко вот так обрывать такой важный диалог. Дима же абсолютно серьёзен, и поэтому хватает его за плечи и тянет в сторону кровати, вынуждая встать.       Блогер решает повиноваться и под одобрительное «ай, молодец» плетётся к их двуспальной и залезает под одеяло одновременно с тем, как выключается свет, а ещё спустя несколько секунд рядом плюхается тяжелое тело и уверенно заползает следом. Шею неожиданно обволакивает чужое горячее дыхание, а увесистая рука обнимает за талию и прижимает к мужчине.       - Если уж и начинать двигаться в направлении к тому, чтобы стать партнёрами, то уже сейчас. – Он отвечает на немой вопрос. Но Эмилю это и не требовалось. Он знает и прекрасно помнит, что язык любви Димы – прикосновения, и открыто наслаждался тем, что сейчас он льнёт к нему, подобно коту, того и гляди, замурчит. Значит, точно не прикалывается.       Несмотря на непривычную обстановку, заснул Масленников очень быстро. Дыхание замедлилось, а рука стала казаться заметно тяжелее. Но заснуть второму человеку не позволяли отнюдь не эти мелочи, а собственные мысли. Сколько времени у них уйдёт на то, чтобы привыкнуть к новым взаимоотношениям? Когда догадаются ребята и догадаются ли вообще? Будет ли это очередной краткосрочной интрижкой или всё-таки судьба? Эти три основных вопроса прокручивались в его голове, не давая погрузиться в сон. Но в итоге Эмиль аккуратно положил руку поверх Диминой и именно монотонность мыслей, хоть и спустя очень долгое время, которому он потерял счёт, позволила в итоге уснуть, хоть и даже там он проживал эту неловкую ситуацию раз за разом.       В конце концов, завтра новый тяжелый день. Который они встретят вместе.