Ты такой красивый

Ты такая красивая Не могу сдержать силы я Твой аромат тела Вдыхаю как магию

В их квартире, где-то в Москве, всё очень тихо и спокойно. В этот вечер, который они проведут вдвоём, впервые за столько времени, будет очень тепло и уютно. Арсений стоит на кухне и жарит мелко порезанную картошку со специями. На нем одна растянутая Антоном бежевая футболка — да, та самая, с широким воротом, — ну и трусы — очень непрезентабельно, очень по-домашнему. На телефоне, который лежит рядом на столе, тихо играет какая-то мелодия без текста, под которую Арс, уже не замечая своей новой мелкой привычки, пританцовывает. Приятный запах трав и пряностей разносится по всей кухне и в соседние комнаты. Антон сидел в гостиной, в шортах и без футболки, залипая в телефон. Он прекрасно чуял этот запах, потому что гостиная была отгорожена одной небольшой стенкой без двери от кухни. Антон терпел пару минут, но в итоге сдался и поднялся с дивана, на котором был приготовлен уже фильм к просмотру, который они давно хотели глянуть, но не успевали, а сами пообещали друг другу, что вместе посмотрят. Он направился прямо на кухню — добрался всего за несколько шагов, — и остановился в проходе, облокотившись о стены квадратной арки. Парень скрестил руки на груди и следил за Арсением, колдующим на кухне. Тот не услышал шаги, поэтому продолжал пританцовывать, не поворачиваясь к проходу. Антон очерчивает изгибы тела своего мужа — пусть ещё не официально зарегистрированного — и просто плывёт. Арсений очень красиво двигается под музыку, чувствует ритм, все его движения плавные и изящные. Нет такого, что он не может управлять своим телом — он им владеет прекрасно и очень часто это использует. Конечно, это все годы практик и стараний, да и сейчас он старается заниматься зарядкой и всякими танцами. Но в данный момент для Антона Арсений двигается превосходно, что хочется смотреть на него вечность. Антон так следит за ним минут пять, мелодия уже успела два раза смениться, но всё так же танцевал, не поворачиваясь. Картошка уже почти дожарилась, поэтому Антон тихо подходит к Арсению, который как раз выбирал новую песню, потому что плейлист включил одну из недавно прослушанных. Шатен тихо подходит сзади — хорошо, что не носит тапочки, а то так бы шаркал по плитке, — но потом получит от Арсения за это, — и аккуратно обхватывает талию Арсения. Тот вытянулся и задержал дыхание и уже потерял разум, хотя это только начало — Арсений это понимает. А Антон утыкается носом в его затылок и вдыхает аромат кожи, шампуня, волос и немного одеколона. Внутри него словно огонь, он проводит носом вверх, щекоча затылок своим горячим дыханием, оставляет несколько лёгких поцелуев, тянется к уху, целует и его и шепчет в него: — Ты такой красивый, — руки переходят на живот, оглаживают его, одна рука поднимается вверх, а вторая выключает плиту. Арсений судорожно выдыхает, прикрывает глаза и подается назад, чтобы сильнее чувствовать парня. Антон прикусывает мочку и возвращает руку на бок, сжимая его сильнее. — Не могу сдержать силы я, — шатен покрывает ухо поцелуями и небольшими укусами, при этом поглаживая его живот и бок. Арсений начинает мычать, наклоняет голову в сторону и назад, опираясь о плечо Антона. Тот утыкается носом в подбородок, ведёт выше, оставляя после себя сухие поцелуи, и смотрит на дрожащие ресницы закрытых глаз. Антон ещё раз глубоко вдыхает его запах и шепчет опять: — Твой аромат тела вдыхаю как магию, — Антон запускает руки под футболку, теперь чувствуя напрямую жар тела Арсения. Брюнет очаровательно краснеет и скулит, до сих пор смущаясь таких комплиментов Антона. Его ноги в тот момент еле удержали его, и то, без поддержки рук Антона Арсений так бы и свалился на пол. Арсений, не зная, куда деть руки, вцепился в телефон и столешницу. Но через некоторое время он аккуратно (практически) кладет телефон на этот стол и закидывает руки назад, чтобы вцепиться в волосы Антона. В этот момент шатен сильнее сжал бок и рыкнул, от чего Арсений отрывисто выдохнул, а по его телу прошел заряд тока. Он поднял немного голову повернул к себе лицо Антона, чтобы, наконец, нормально поцеловать его. Хоть Арсений, уже раскалённый и пышущий страстью пытается протолкнуть язык внутрь, Антон настаивает на нежном поцелуе — дразнит. Он мягко целует верхнюю, а затем и нижнюю губу, что очень сильно контрастирует с его движениями рук. Одна рука перешла на грудь и теперь поочерёдно сжимает и гладит то один сосок, то другой. Мелкие розовые бусинки становятся такими чувствительными, что Арсений начинает то ли вырываться, то ли наоборот, ластиться ближе. А вот вторая рука перешла на низ живота, пропустила член, который уже неприятно начал тереться о ткань, и остановилась на бёдрах, сжимая их. И, в моменты, когда Арсений начинал двигаться, Антон рукой переходил на внутреннюю сторону бедра и сжимал там. Арсений от этого замирал и тихо стонал в поцелуй, всё ещё пытаясь его углубить. Спустя какое-то время, Антон наконец проводит по губам Арсения и раскрывает их. Брюнет тонко стонет в поцелуй и сплетается с Шастуном языками. Но шея уже начинает затекать — четвертый десяток заканчивается скоро, — поэтому Арсений отрывается от губ Антона. Они оба переводят дыхание. Антон ещё оставляет несколько легких поцелуев туда, куда попадёт: нос, щёки, скулы, подбородок. Антон убрал руку с бедра, а ту, которая была под футболкой вытащил и просто положил поверх. — Давай уже в спальню пойдём? — Арсений накрывает руку Антона, которая лежит на груди около сердца. Тот второй рукой накрывает их руки. — Пошли, — выдыхает Антон на ухо и переворачивает нижнюю руку, сплетая их пальцы. Арсений поставил сковородку на столешницу и развернулся в руках Антона. Он поднялся на цыпочки и уткнулся тому в лоб, потираясь носами. Антон одной рукой всё ещё держал замочек, а другой обвил его талию, придерживая. Вместе они проходят в спальню. Антон выключает свет в комнате, оставляя тускло гореть только бра возле кровати. Арсений подходит к ней, разворачивается и падает на неё, утягивая его за собой. Антон, уже рефлекторно, выставляет вторую руку и упирается в кровать, нависая над Арсением. Тот сразу притягивает его за шею для поцелуя и ногу закидывает на бедро Антона. Антон быстро отстраняется от его губ, переходит на линию челюсти, кусает подбородок и спускается ниже. Арсений сладко мычит и пальцами зарывается в отросшие небольшие кудряшки на затылке. Он сжимает и разжимает ладони, словно котёнок, и от этой мысли Антон расплывается в улыбке, продолжая покрывать его шею мокрыми поцелуями и небольшими укусами. Он переходит на правую сторону шеи, поэтому Попов — уже не совсем — наклоняет голову, давая больше пространства. Затем, Антон просто утыкается ему в шею, глубоко вдыхая и выдыхая его запах. Арсений от этого смущается немного, хоть и знает, что Антон кайфует от его запаха. Как он сам говорил: "Ничто меня не успокаивает лучше, чем твой запах". От этого признания у Арсения сердце в груди хотело вырваться и упасть прямо в руки Антона. Но вырвались зато несколько слезинок, которые Антон убрал тогда мягкими поцелуями, что ещё больше расколбасило Арсения, и он просто утянул того в поцелуй. Такие моменты начинали происходить всё чаще и чаще, Антон иногда даже просто так утыкался носом в шею Арсения, без каких-либо намерений. И каждый раз Арсений густо краснел и смущался, а затем смущался от того, что смущался. А Антон просто наслаждался моментом и таким Арсением. Тоже самое Арсений хотел сделать сейчас, притянув его за волосы к себе. Но в этот раз Антон был более настырным и даже тихо рыкнул на Арсения, отчего у того функция дыхания перестала временно работать и он разжал пальцы в волосах. Антон мягко поцеловал его в шею за это, и Арсений возобновил функцию дыхания. Шастун начал медленно и невесомо водить носом по его шее и вдыхать его запах. Но теперь он одну руку положил на бедро Арсения, закинутое на его поясницу. Он сначала легко прикасался пальцами, отчего у Арсения кожа покрылась мурашками, затем уже полностью положив ладонь, а после и сжав бедро, выбивая из Арсения судорожный выдох-стон. Затем, футболка стала мешать. Антон оторвался от шеи Арсения, взял его — свою — футболку за подол и потянул наверх. Арсений немного приподнялся и вытянул руки наверх, помогая снять с себя мешающую одежду. Антон продолжает покрывать шею Арсения мокрыми поцелуями, спускаясь все ниже и ниже. Языком обводит ключицы и носом утыкается в яремную впадину. В это же время рука переходит по бедру к ягодице и мягко поглаживает. Но тут, он крепко сжимает руку и сильнее кусает ключицу. Арсений уже начинает теряться в ощущениях и тонко скулит, снова сжимает руку в волосах Антона, и жмурит глаза. Антон коварно улыбается и заново начинает медленно поглаживать ягодицу, спускается поцелуями ниже. Он уже дует на соски Арсения, от чего те уже окончательно твердеют. Антон обводит языком ореолу, а после и сам сосок. Арсений задерживает дыхание и выгибается в спине. Затем, он убирает руку с бедра и поглаживает сосок, щелкает по нему, отчего Арсений тихонько вскрикивает. Антон ещё несколько раз обводит языком сосок и переходит к другому, но перед этим он шёпотом зовёт Арсения. — Арс, смотри на меня, — выходит низко и хрипло, так как Антон долго молчал, но от этого Арсению только хуже лучше. Он открывает глаза и смотрит вниз. Антон в этот момент своим языком полностью накрывает сосок и ореолу и начинает водить им по кругу. В его глазах зрачки практически полностью перекрыли радужку, и в их темноте будто пляшут бесы с факелами, так сильно они горят. Арсений мычит и запрокидывает голову назад. Антон же отрывается от груди, немного поднимается на локте и кладёт руку на подбородок Арсения. Он мягко надавливает на него, и Арсений сразу поддаётся и опускает голову обратно. Только в уголках глаз скопилось немного влаги. Антон гладит его скулу и большим пальцем стирает слезы с одного глаза, затем с другого. — Что такое, милый мой? — Антон убирает челку со лба любимого, прислоняясь к нему своим. Арсений открывает глаза и смущённо улыбается. — Ты же знаешь, что ты меня можешь очень сильно смутить, — Арсений поднимает на него глаза и сразу отводит их, покрываясь ярким румянцем. — И тебе это очень легко сделать, а я всё сильнее смущаюсь и у меня слезы выступают. Всё хорошо, даже слишком. — Арс, помни, что ты всегда можешь попросить остановиться, помнишь? — Антон гладит его щёчки и целует в лоб. — Да, я помню... Можешь не останавливаться, мне это нравится... — он начинает ёрзать, потому что член уже больно трётся о ткань в трусах. Антон это, понятное дело, видит и чувствует, отчего ухмыляется. Он мягко проводит по его носу своим, кладёт руку под шею и сразу целует, языком проводит по нижней губе Арсения. Тот машинально открывает рот, потому что не успел перейти с нежности обратно в страсть. Антон проводит по зубам, небу и сплетается с чужим — родным — языком, а затем всасывает его. Арсений мычит в поцелуй, руками спускается к плечам Антона и закидывает вторую ногу на его поясницу. Он прижимает его к себе ближе и сам выгибается навстречу. Антон чувствует внизу живота, как выпирает член Арсения, а его утыкается как раз между ягодиц, отчего они синхронно стонут. Арсений гладит руками спину Антона, одной рукой спускается ниже и цепляется за кромку его штанов. Но у Антона другие планы. Он заводит руку за спину, цепляет пальцы Арсения замок и придавливает их над его головой. Но, как ни странно, упёртый у нас Арсений, поэтому он второй рукой пытается снять с Шастуна штаны. Но в этот раз его руку перехватывают заранее и тоже прижимают над головой. Антон отрывается от поцелуя, чтобы посмотреть как это выглядит. А выглядит это до дрожи великолепно. Челка Арсения немного сбилась, глаза прищуренные, мутные и блестящие, рот приоткрыт, тонкие светлые губы теперь более пухлые и розовые, на всём лице, а так же шее и плечах очаровательный розовый оттенок. Руки с выступающими венами придавлены своей рукой, на шее, плечах и ключицах видны небольшие укусы и засосы. Грудь часто поднимается, дыхание неровное, и Арсений пытается его восстановить. Но, когда он фокусируется на лице Антона, то краснеет ещё сильнее и стыдливо стонет. Ведь Антон не только раздевает и развращает его взглядом, но и ласкает, и это до одури смущает Арсения. Но ему это нравится. И Антону тоже, поэтому он наклоняется к его уху и шепчет в него: — Ты просто очаровательно краснеешь. Так бы и смущал тебя, чтобы видеть этот прекрасный румянец. А ещё твой запах, — он проводит за ухом, Арсений весь вытягивается в этот момент. — И выглядишь ты сейчас просто невероятно красиво, — Он прикусывает мочку уха и Арсений то ли мычит, то ли скулит от этого признания. Но, он был бы не Арсением, если бы не сказал что-то в ответ по поводу своей красоты. — Взлохмаченный и с слюной везде? — пытается усмехнуться Арсений, но воздуха не хватает, так как Антон облизывает его ухо по контуру. — Да, такой, а ещё в костюмах, несуразных футболках, моих вещах, которые велики тебе и в домашней потрёпанной одежде. Без грима, с ним, невыспавшийся, полный энергии, раслабившийся, взвинченный, злой, смеющийся. Всегда. — он целует его в мочку и гладит в живот. От всей это страстной нежности Арсений просто теряется в ощущениях и вжимается лицом в шею Антона. А ещё, его это очень сильно смутило, поэтому он, кажется уже с ног до головы покрылся румянцем. Антон мягко целует его в лоб и гладит бок. Так они и лежат ещё пару минут, пока Арсений не успокаивается. — Как я тебя, такого любящего, светлого и честного, нашёл... — Антон уже было хотел снова открыть рот, но Арсений его перебил. — Не надо, а то я тут расплачусь. Знаю, что могу при тебе плакать, просто не хочу сейчас. Сейчас я хочу тебя. — Хорошо, мой милый. И они слились в нежном поцелуе. После, Антон наконец снял с себя штаны с трусами и освободил Арсения от них. Арсений снял ноги с плеч и раздвинул их, давая больше простора Антону. Тот достал смазку с полки и мягко касается его бедер с внутренней стороны. Затем он мягко погружает один палец внутрь, несильно надавливая, чтобы не причинить вред. Он все время целует то голени, то коленки, то бёдра Арсения. Постепенно Антон вводит и следующие два пальца, когда уверен, что Арсений готов. К членам никто из них не притрагивался за всё это время. Затем, Антон надевает презерватив и касается головкой входа. Взгляд вверх. Зрительный диалог. "Можно? — Можно". И Антон медленно входит, давая привыкнуть Арсению. Он закидывает ноги обратно и прижимает его к себе, чтобы поцеловать. Клишириванно? Есть такое, да. Арсений начинает уже сам насаживаться на член, поэтому Антон двигает бёдрами. Вместе они задают не такой быстрый, но глубокий темп. Первым кончает Арсений с тихим стоном Антону в поцелуй. Тот дает ему немного передохнуть и затем делает последние движения, кончая следом. Антон медленно выходит из Арсения, снимает презерватив, завязывает и бросает в урну возле кровати. Он ложится на спину рядом с Арсением и подает ему влажные салфетки. Арсений пытается привести в порядок дыхание, поэтому не сразу вспоминает о засыхающей сперме, поэтому Антон, тратя последние силы, вытирает его и кидает примерно в сторону урны. А затем просто вырубается под боком у Арсения. Тот берет одеяло с открытой полки в комоде и накрывает их. Вот так вместе они ложатся спать, абсолютно забыв про картошку на кухне.

Чувство всесилия Ты подарила мне. Этот мир без тебя Невыносимым был.