Оборванные связи

Арсений взмахивает руками произнося цитату и по сценарию предавший друг должен ударить его. Тот замахивается и вместо того, чтобы изобразить удар, который проходит достаточно близко, бьёт по-настоящему и голова Арсения дёргается по инерции в сторону, в ушах начинает звенеть, а сам он только чудом не падает на землю. Другой актёр испуганно отшатывается в сторону, зажимая рот рукой. Дмитрий подрывается с места в ту же секунду, как понимает, что удар настоящий, обеспокоенно подлетает к Арсению, бережно берёт его голову и осматривает пылающую щёку. - Очень больно? - вопрошает Дима, наблюдая как тонкая струйка крови стекает из уголка губ и сильнее хмурится. - Да не особо, — морщится Арсений, хотя дико больно, и убирает руки альфы со своих щёк, отклоняется в сторону. - Дим, всё нормально. Сейчас заклеим, загримируем и продолжим. Дима недовольно смотрит, складывая брови домиком, а Арсений в свою очередь сверлит его сердитым взглядом в ответ. Но после пары минут молчаливых гляделок, Дмитрий всё же сдаётся, отмахиваясь от упертого Арсения. - Хорошо, — наконец кивает Дмитрий и оборачивается к остальным. - Светочка, замажь. Все по местам! Гример сразу подбегает и начинает исправлять ситуацию, в то время как Дмитрий лишь на пару шагов отходит в сторону, продолжая пристально наблюдать. Когда Арсений осторожно улыбается Светочке, ведь всё же повредили ему мордашку, да и не хочется сразу испортить труд девушки. Тот актёр, который случайно ударил, подходит извиниться, но Арсений уверяет, что всё хорошо. Дима сразу успокаивается, когда понимает, что всё нормально и наконец возвращается к экранам, надевает наушники. - Так, третья камера, — начинает командовать режиссёр. - Этих двоих сзади. Начнём уже с момента после удара. Благо дальше съёмки проходят спокойно, только в некоторых сценах приходится наносить на лицо Попова больше грима, ведь по идеи должны быть крупные планы, а у него вид непрезентабельный для этого. - На сегодня всё, — объявляет Позов, решая оставить крупные планы на завтра, а с остальным они уже закончили. - Можете быть свободны. На съёмочной площадке сразу начинает шум: кто-то просто собирает вещи, кто-то убирает реквизит, а кто-то просто покорно ждёт, пока их режиссёр будет один. - Это из-за меня? - понимающе спрашивает Арсений, которому наконец удаётся застать Диму одного. - Из-за синяка. Сейчас скула у тебя опухла, что хорошо заметно, а нам ещё нужно снимать разговор с главной героиней, — поясняет Дима, хмурясь. - Как только ты умудряешься? - Умудряюсь влезать в неприятности? - уточняет Арсения. - Умудряешься заставлять меня беспокоиться больше обычного, — вздыхает Дима, ласково касаясь лицо омеги и осторожно поглаживает его по здоровой щеке. - Я тебя отвезу домой. Пошли. - А чего мы такие добрые? - усмехается Арсений, довольно замурчав от незатейливой ласки. - Я всегда добрый, — бросает Дима, беря омегу за руку и направляясь на выход. - Помнится мне, ты не был таким уж спокойным и милым, — задумчиво изрекает Арсений покорно идя за альфой. - Это было давно, — бросает не глядя Дима, но хватка чужих пальцев усиливается. - Кое-что изменилось. - И что же позволь узнать? - склоняя голову на бок интересуется Арсений, подозрительно сощурив глаза. Попов чувствовал как из-за незнания в голове роится множество предположений, но самое очевидное было не самым приятным. Даже запах его начал горчить, ведь в голове явственно предстал образ какой-нибудь прекрасной нежной омеги, которая изменила взгляды Димы и растопила его сердце. Боже, это так просто и понятно. Дима очень харизматичный и успешный. Ну какая омега сможет устоять перед подобным бруталом? Он точно изменился, влюбившись в кого-то! С чего Арсений вообще взял, что за эти пять лет Димка никого не найдёт? Возможно сейчас он и один, но кто знает, что было до этого? Серёжа на пару с Антоном могли просто умолчать об отношениях Позова. Сердце сжимается от подобных мыслей и во рту появляется неприятный привкус. - Я глубоко погрузился в мир кино и смог увидеть разные отношения, которые с виду были так просты, но люди их почему-то усложняли, — спокойно отвечает Дмитрий, ощущая как изменился чужой запах и осторожно стирает с лица омеги выступившие слезы. - Очень больно, Арсюш? - обеспокоенно спросил он. - Безумно, — выдохнул плаксиво Арсений, поддавшись глупому инстинкту и прижимаясь к Диме, ища защиты и утешения в сильных руках альфы. - Ну-ну, — ласково похлопав омегу по спине прошептал Дима, мягко запутывая пальцы в волосах Арсения и прижимая его голову к своему плечу. - Всё хорошо. С каждым бывает. Тебя никогда не били что ли? - Били, — всхлипывает Арсений, отчаянно цепляясь за альфу. - Но... Но сейчас так больно! - Ну-ну, Арсюш. Ты сегодня сам не свой прямо, — мягко засмеялся Дима, продолжая нежно гладить омегу по спине и обеспокоено принюхиваясь. - Да и... Запах? У тебя...? Вот чёрт! Течка?! - Сегодня? Но ведь рано, — опешил Арсений, резко отстраняясь от Димы и растеряно проводя по заднице рукой. - Ну почему я сразу не понял? Утром ведь поясницу тянуло. Да и настроение скачет уже который день. - Похоже ты замотался, — вздыхает Дима, осторожно обнимая Арсения за талию, прижимая его к себе. - Даже я не сразу почуял. Похоже утром ты что-то принял? - Обычные стабилизаторы, — поделился нехотя Арсений, надувая щеки. - Мне они необходимы. - Это из-за того, что ты не рожал, — прямо заявляет Дима, вскидывая голову и внимательно смотря в лицо омеге. - Да и, судя по моське, давно не трахался. - Был у меня секс, — сразу же ощетинился Арсений, отскакивая от Димы. - И да, может я и не рожал, но это совсем не значит, что я должен раздвинуть ноги перед первым встречным и залететь от него, чтобы нормализовать у себя там всё! - Я этого и не говорил, — вздыхает Дима, протягивая руку в сторону омеги, но сразу передумывает. Попов сладко-сладко пахнет нарциссами, словно туда добавили ещё и щедрую горсть липового цвета. Да и выглядит сейчас омега максимально беззащитно, вызывая только одно желание. Успокоить. - Поехали ко мне. У меня куча трав, чтобы успокоить твой организм, который собирается возместить тебе все ущемления в многократном размере, — спокойно предлагает Позов, без всякого злого умысла, а с искренним желанием помочь. - Тебя ведь будет сильно ломать, а Антон не сможет приехать. Сам знаешь, что они свалили всем семейством на отдых. - А ты предлагаешь свою помощь? - усмехается криво Попов, оборачиваясь к альфе и обнимая себя, цедит сквозь зубы. - Как благородно. - Я сделаю только то, что ты попросишь, — поднимает вверх руки Дима, даже не выказывая ни грамма возбуждения. - Ты ведь знаешь, что я попрошу, — фыркает Арсений, присаживаясь на корточки. - Я буду умолять тебя меня трахнуть. - Тогда давай обговорим границы сейчас, — предлагает Дима, подходя ближе, опуская ладонь на плечо омеги. - Мы же не животные. Я на тебя не накинусь. - Может ты и не накинешься, а вот я, — тянет задумчиво Арсений, вздрагивая от прикосновения. - Я ведь выше и сильнее. - Разве? - недоверчиво вопрошает Дима, намеренно понижая голос и в паху омеги этот тембр отзывается лёгкой волной возбуждения. - Уф, как ты реагируешь. Так как давно ты занимался сексом? Полноценным и не с игрушками? - Месяцев семь назад, — бубнит Арсений, сводя бёдра из-за чего падает на колени. - Ты предыдущую течку без альфы пережил? - удивляется Дима, опускаясь рядом и привлекая Попова к себе. - Иди ко мне. Арсений покорно льнёт ближе, утыкается в ворот рубашки Димы, руки скрещивает на его лопатках. Тот же обнимает его в ответ, ласково ероша короткие волосы. - Хорошо, — бурчит спустя пару минут Арсений. - Но заедем ко мне за вещами. И ты не будешь переходить черту. Только помощь. - Конечно, — улыбается Дима, испуская немного феромона, чтобы успокоить омегу. - Я тебя не трону, даже если ты будешь меня об этом умолять. Только помощь.