Спи, любовь моя, я рядом

5 выстрелов. Всего лишь мгновение, но будто вечность для Волкова. Боль невыносимая, перед глазами кровавое марево и его смех. Он видит свою кровь, видит сквозь прутья клетки эту чертову шахматную доску, чувствует как жизнь покидает его. Он падает на холодный пол. Из глаз падает одна скупая слеза.

***

Сережа проснулся от непонятных звуков. В липкой темноте он не сразу понял, что стоны и всхлипы доносятся со стороны кровати Олега. Даже в едва ли освещенной луной комнате он видит слезы. Олег плачет во сне? Он видел такое лишь в далеком детстве, в первую ночь Волкова в детском доме, но даже тогда настолько сильно не метался по кровати. Разумовский прекрасно знал, что такое кошмары, но в своих он видел Птицу, видел огонь. Олегу же снился он, снился как убивает его своими руками. Едкое чувство вины кольнуло в сердце, Волков никогда не плакал во сне до Венеции… Стать кошмаром для того единственного, кто тебя любит - слишком жестокое наказание. Сережа аккуратно положил руки на мокрые скулы Олега. Тот метался по подушке в холодном поту. «Олеж, проснись, проснись» все шептал, умолял Сережа. Вдруг Олег резко открыл глаза и вскинулся, не понимая где он. Дикий испуг на его лице еще сильнее кольнул сердце Разумовского, это он виноват в кошмарах самого близкого и любимого человека. - Все хорошо, Олеж, мы дома, в безопасности, это всего лишь сон. - Даа. - сиплый голос дрожал. Его дыхание было рваным, выдавить из себя больше слов он не смог. Сережа прижал к себе Олега так сильно, как только мог. «Прости, прости, прости» ему хотелось кричать, хотелось забрать всю боль и страх себе. Олег сейчас казался ему таким беззащитным и открытым. Его хотелось спрятать от всех кошмаров. Сережа завернул как смог его в одеяло и перетащил к себе ближе на колени, прижал голову к груди. Олег всегда заботился о нем, всегда спасал от плохих снов словно рыцарь, был рядом, теперь Сережина очередь защищать и успокаивать, быть опорой и в горе, и в радости. Как иногда иронична бывает жизнь. - Прости, я тебя разбудил. - голос из комка одеяла уже был не таким дрожащим, но дыхание еще не восстановилось. - Все хорошо. - шептал ему Сережа. - Я готов хоть всю ночь не спать, сторожить тебя. - Серый, прекращай. - Олег попытался вылезти из кокона, в который его завернул муж. - Просто плохой сон, ничего страшного, переживу и успокоюсь. У Разумовского от этих слов в душе все закипело. Он только сильнее сжал Олега в одеяле. Как это «ничего страшного »?! Конечно, он никогда не признается, что ему больно или страшно, он непробиваемая скала. Но невозможно быть сильным всегда. Они давно не дети, Сережа стал взрослее, теперь его очередь быть сильным для Олега. - Ты заботился обо мне всю жизнь, позволь теперь и мне позаботиться о тебе. - с какой-то особой нежностью шепнул Сережа, немного укачивая свое сокровище в объятьях.- Ты самый сильный волк, самый красивый мужчина и самый лучший муж. Беспорядочные поцелуи посыпались на Олега. Хриплый смех и румянец на щеках Разумовский готов был лицезреть всегда, нет большего счастья для него, чем улыбка любимого человека. Он все сделает для Олега и даже больше, только бы он был счастлив. Сердцебиение стало ровным, а голова с мокрыми висками опустилась на грудь Сережи. - Спи, любовь моя, я рядом. *** Через 20 минут Сережа так и не смог уснуть, поглаживая волосы мужа. - Олеж, ты спишь? - спросил он максимально тихо. - Нет. - Пошли пожрем? - Пошли.