Испытание Олимпом

- Вы всё знали! Всё знали! - Трусова вырвала руку и отстранилась от Тутберидзе. - Это невозможно! Так нельзя! В голосе девушки чувствовались разочарование и обида, а во взгляде - полное отчаяние. По лицу текли слёзы. Длинная яркая стрелка размазалась, тушь растеклась по щеке. - Я ненавижу этот спорт! Никогда больше не выйду на лёд, никогда! - крикнула Саша Дудакову, забиваясь в угол. Тренер, пытавшийся было обнять ученицу, отстранился, понимая, что ей надо побыть одной. Её окружили камеры и журналисты, а она лишь хотела оказаться подальше ото всех. "Ненавижу этот спорт!" "Никогда!.." - раз за разом отдавалось у Марка в голове. Он выключил телефон и пару секунд смотрел куда-то в пустоту. Невыносимая боль сковала его грудь. Он облокотился спиной к стене, хватаясь руками за голову. Так не должно быть… Да кому вообще пришло в голову снять это на видео, выложить в интернет? Ей же семнадцать. Они вообще помнят себя в семнадцать? На неё столько всего свалилось… Кондратюк, собиравшийся дождаться Сашу в холле, чтобы не лезть в толпу буквально посходивших с ума представителей прессы, резко передумал. Истерика, заснятая на видео, явно вызовет резонанс, и всем срочно нужен будет её комментарий. И хорошо, если ей никто не крикет что-то издевательски. Сашу нельзя оставлять одну. Не сейчас. Марк поспешил отогнать нагнетающие мысли и оторвался наконец ото стены. Надо было пройти на арену, и как можно скорее. Женя уже убежал поздравлять Аню, так что он явно там. Если, конечно, не оказался в цепких лапах журналистов и не утонул в вопросах о том, к кому же направляется. Правда, в следующую секунду Кондратюк поймал на себе подозрительный взгляд одного из корреспондентов и вспомнил, что вообще-то и сам является узнаваемой личностью (такое обычно происходит, если выигрываешь Олимпиаду, как-никак). Поэтому поспешил натянуть маску разве что не на глаза и надел капюшон толстовки. Он уверенной походкой направился ко входу на арену, лавируя между людьми из прессы. - Это Марк Кондартюк, - послышался чей-то возглас. "Да не, вам показалось," подумал парень и ускорил шаг. - Марк, вы можете прокомментировать результаты? - Mark, what can you say… - No comments, - лишь проговорил он, уже видя где-то за открытой дверью ледовую арену. Не без усилий, но он наконец оказался на катке. Кондратюк взглянул на лёд: Саша уже стояла на пьедестале, держа в руках Бин Дунь-Дуня. Тело девушки подрагивало, и он вдруг понял: она еле сдерживает слёзы. Трусова взглянула на Щербакову: то ли с обидой, то ли с… завистью? Злостью?.. Марк ждал конца награждения, всё прокручивая в голове тот момент из видео. Слова Саши болью отдавались в сердце, вновь и вновь возвращая его к воспоминаниям об их ссоре, о сорванном тройном акселе. Он вновь взглянул на Трусову, сжимавшую в руках панду и еле сдерживавшую истерику. Разве это была её мечта? Разве о таком исходе она думала, когда шла на рекордное количество четверных?.. Он перевёл взгляд на Аню, радостно подпрыгнувшую на верхней ступеньке пьедестала. Она искренне улыбнулась и подняла над головой Бин Дунь-Дуня, оглядывая трибуны. Женя, стоявший неподалёку, помахал Щербаковой, и она еле усмехнулась: наверное, заметила. Кондратюк перевёл взгляд куда-то в сторону, пытаясь совладать с эмоциями. Однако ощущения были слишком противоречивые: Саша с мировым триумфом, но всё равно сломлена, Камила, молча покинувшая арену, даже не взглянув на награждение девушек, в конце концов, победа Ани, которая среди развернувшейся драмы кажется чем-то далёким. И если тяжело ему, то что же чувствовуют девочки? Трусова наконец подъехала к выходу со льда, держа в руках Бин Дунь-Дуня. Марк подхватил её чехлы для коньков, лежавшие на бортике, и поспешил передать. Он встал так, чтобы спиной закрыть её от камер: по Саше было видно, что эмоции она скрывать больше не может. В следующую секунду у бортика появился Дудаков: он молча протянул Марку олимпийку Саши. Тренер взволнованно наблюдал за тем, как Трусова трясущимися руками отдаёт Кондратюку чёрно-белую игрушечную панду и натягивает олимпийку, а парень поправляет её рукав и оставляет руку на плече девушки, аккуратно приобнимая. Дудаков перевёл взгляд на Кондратюка и благодарно кивнул, едва заметно похлопал его по плечу и отстранился, понимая, что ученица в надёжных руках. А Марк забрал с бортика салфетницу Саши, достал оттуда бумажный платок и протянул девушке. Она вытерла слезу, вновь покатившся по щеке, смяла платок и сжала его в кулаке. - Идём, Саш, - проговорил он, заметив, что фигуристка остановилась. - Не надо, Марк, - вспылила она, пытаясь скинуть его руку с плеча и вырваться вперёд. Она выхватила у него Дунь-Дуня и хотела уйти одна. Кондратюк тяжело вздохнул, но лишь сильнее сжал её плечо. - оставь меня, я не хочу никого видеть! - Оставил уже один раз, - мрачно произнёс он, вновь возвращаясь мыслями в день короткой программы девушек. - и это была большая ошибка. Марк крепче обнял Трусову, и они направились к выходу с арены, где стояли толпы журналистов, желавших услышать комментарии Саши. И, конечно, задать вопрос об истерике: видео за 20 минут буквально завирусилось по интернету. Кондратюк задумчиво оглядел холл, к которому они приближались, и морально подготовился отбиваться от вопросов корреспондентов. Едва Трусова ступила в коридор, её буквально атаковали вопросами о результатах соревнований и, конечно, об истерике. - Александра, вы действительно собираетесь заканчивать? - Please, any comments about the results? - Скажите, заходя на пять четверных, вы рассчитывали на золото? Кондратюк шокированно округлил глаза и нахмурился, раздумывая о том, кому это пришло в голову задать последний вопрос. Он снял с себя олимпийку и накинул на Сашу, приобнимая девушку и аккуратно прикрывая её заплаканное лицо капюшоном. - Без комментариев, - произнёс он, недовольно оглядывая представителей прессы. - Марк, можете ли вы что-то сказать… - Без комментариев, - повторил он и вдруг почувствовал, как рука Саши легла на его спину. Девушка судорожно вздохнула, пытаясь сдерживать вновь накатывающую истерику, чтобы опять не разрыдаться на людях. Кондратюк с облегчением выдохнул, когда они наконец прошли через длинный холл и оказались напротив дверей рваздевалок. Он снял с девушки капюшон и взглянул ей в глаза. Трусова попыталась вытереть потёкшую тушь салфеткой, которую всё это время сжимала в руке. Она поставила на пол Бин Дунь-Дуня и опёрлась руками на колени, пытаясь отдышаться. - Иди сюда, Саш, - проговорил Марк, пытаясь обнять девушку. Фигуристка лишь помотала головой и попыталась отстраниться. А после она вновь заплакала, не в силах больше сдерживать эмоции. Кондратюк тяжело вздохнул, мягко коснулся плечей девушки прижал её к себе, поглаживая по спине. Трусова перестала сопротивляться, положила голову на плечо парня и вцепилась руками в ткань его толстовки, продолжая всхлипывать. - Почему всё так? - проговорила фигуристка. - Почему у всех есть золото? Чем я хуже? Марк лишь сильнее сжал её плечо и нахмурился, пустым взглядом смотря куда-то в сторону. Он не знал ответа на этот вопрос. А если бы и знал, наверное, легче бы ему не стало. - Честно? Я… понятия не имею, почему, - протянул он хриплым голосом. - Как минимум потому, что ты ничуть не хуже других, Саш. - Я не выигрывала последние несколько лет. Логично, что есть фигуристки лучше меня, - голос Трусовой дрогнул, она глубоко вздохнула и подняла голову, глядя на Кондратюка. - Ты забыла, сколько человек делают пять четверных? Девушка лишь нервно усмехнулась, однако в следующую секунду снова грустно посмотрела куда-то в сторону. - Двое, Саш, - напомнил Марк, смотря ей в глаза. - И тем не менее, - недовольно протянула Трусова, затем всё же взглянула на парня и добавила: - все и так говорили о том, что нельзя было в короткой рисковать и на тройной аксель идти. А я не могла иначе. - И где все эти эксперты? - Кондратюк удивлённо вскинул брови. - Саш, ты невероятная фигуристка. А золото у тебя ещё обязательно будет. Марк достал из салфетницы бумажный платочек и взглянул на заплаканное лицо девушки. Он аккуратно провёл по её щекам, вытирая слёзы и убирая следы размазавшейся чёрной туши. Затем смял использованную салфетку и убрал в карман, наблюдая за тем, как Саша кутается в его тонкую олимпийку, которая так и осталась на её плечах: на катке всё-таки не так уж жарко. Трусова глубоко вздохнула и устало положила голову на грудь Кондратюка. Она сцепила руки в замочек за его спиной прикрыла глаза, чувствуя его сердцебиение и ощущая его тёплое дыхание. Марк опустил голову на макушку девушки и снова заключил её в объятия. Он аккуратно коснулся губами её волос, оставляя нежный поцелуй. Кондратюк потянулся руками к её пучку и аккуратно начал одну за другой вынимать шпильки, чувствуя, как Саша расслаблялась в его руках. Он распустил причёску и опустил длинную косу на её плечо. Трусова подняла голову и посмотрела в глаза Марка, а на её лице наконец появилась еле заметная улыбка. Кондратюк тепло посмотрел на девушку и мягко коснулся пальцами её лица, аккуратно приподнимая её подбородок. Он медленно приблизился к Саше и аккуратно прильнул к её губам. Трусова, явно не ожидавшая таких действий, на секунду опешила, однако ответила на поцелуй. Она сильнее сцепила руки за спиной Марка, а он поглаживал её плечи. Парень отстранился от девушки и неловко посмотрел ей в глаза. Трусова удивлённо глянула на Кондратюка, а в следующую секунду на её лице снова появилась еле заметная улыбка. - Саш, - хриплым голосом проговорил Марк. - я… не знаю… может, не… - Всё нормально, - кивнула она, довольно поглядывая на парня, и тихо усмехнулась. Затем смущённо отвела взгляд в сторону и добавила, пожимая плечами: - мне даже понравилось. Кондратюк вскинул брови, вопросительно глядя на Трусову. - Я надеюсь, - проговорила она и немного помедлила, кусая губы. Затем подняла взгляд на Марка и всё же добавила: - это был не последний раз. Парень довольно усмехнулся, поглаживая её плечи. - Чтож, - протянул он, подмигивая. Трусова с улыбкой посмотрела на парня. - Мне, наверное, на пресс-конференцию надо, - неловко произнесла Саша, нехотя отстраняясь от парня. Она подняла с пола Бин Дунь-Дуня и снова посмотрела на Кондратюка. Затем, немного подумав, добавила: - И… Спасибо. Марк улыбнулся, затем проговорил: - Я пойду в холл. Буду у входа, ладно? Саша кивнула, и взгляд её вдруг упал на панду, которую она сжимала в руке. Трусова с грустью глянула куда-то в сторону, затем сделала шаг в сторону помещения, где уже собрались корреспонденты для пресс-конференции, потом развернулась и всё же ответила: - Хорошо. Увидимся. Марк кивнул, глядя в след девушке: она поправила на плечах его тёмно-синюю олимпийку и направилась к журналистам. Кондратюк развернулся и сделал шаг в сторону выхода с катка, затем резко остановился. Стоп, что она поправила? Марк нервно закусил губу, раздумывая над тем, насколько вероятно, что кто-то заметит на ней его олимпийку. Или всё же всем хватило того, как он закрывал её от журналистов… Кондратюк лишь усмехнулся себе под нос и снова направился в холл. "Зато фанаты как рады будут," - промелькнуло у него в голове. - Александра, в трансляцию попал момент, где вы много раз повторяете "ненавижу этот спорт". Вы можете как-то прокомментировать? - Я сказала это на эмоциях, - проговорила Саша, печально глядя на журналистов. Затем набрала в лёгкие воздух и добавила: - про истерику - я не виновата, что за мной везде ходят с камерами. У всех бывают срывы. - Вы собираетесь продолжать карьеру? - Рано что-то говорить. Нельзя принимать решение сгоряча. Я думаю, нам всем надо немного подождать, - ответила Трусова, всё так же серьёзно глядя на корреспондентов. - Когда к вам подошла Этери, вы сказали "вы всё знали"… - дыхание перехватило: это не должен был слышать никто. Чёртовы операторы, да кто давал им право снимать её так близко? - Я не буду это комментировать. Извините, - сказала фигуристка, отводя взгляд. В поле зрения попала Аня, с неподдельным энтузиазмом отвечавшая на вопросы, искренне улыбавшаяся камерам. Саша снова посмотрела на журналистов, надеясь, чтобы её поскорее отпустили. - А тот момент, когда Марк Кондратюк встречал вас после награждения и… - Это я тоже не комментирую, - отрезала Трусова, тяжело вздыхая. Она поправила длинную косу, вспоминая, как несколько минут назад её нежно распускал Марк, аккуратно проводя пальцами по волосам. Саша опустила лицо в пол, стараясь скрыть улыбку. Девушка засучила рукав олимпийки, удивляясь тому, что она ей неожиданно велика. Затем едва заметно нахмурилась и глянула на куртку: а, ой, неловко вышло. "И как так получилось, что я не отдала её Марку…" - Трусова пару секунд поразмышляла над тем, что в принципе её и так всё устраивает, и олимпийку она возвращать не горит желанием… Интересно, когда все заметят, что она так и осталась в кофте Марка с тех пор как он увёл её со льда, и насколько большой резонанс это вызовет? Саша тихо усмехнулась, однако быстро вспомнила, что её снимают, и сделала вид, что покашляла.

***

- Аня, привет! - Женя Медведева поймала фигуристку, когда та вышла в холл. Щербакова обернулась и широко улыбнулась, заметив подругу. - Поздравляю с новым статусом! Ты теперь Олимпийская чемпионка! Женя долго обнимала фигуристка, искренне радуясь её победе. Она как никто знала, сколько ей пришлось пройти ради этого. - Спасибо, - усмехнулась Аня, широко улыбаясь. - пока вообще не верится, что со мной это происходит. - Аня! - послышался сзади радостный возглас Семененко. Девушка развернулась, прижимая к себе мишку, которого подобрала со льда. Женя узнал игрушку и растроганно улыбнулся, разглядывая довольное лицо девушки. - Поздравляю! Он неловко обнял Аню, погляживая её плечи. Щербакова смущённо усмехнулась и прижалась к парню, что-то шепча ему на ухо. Ребята лишь неловко переглянулись, когда поймали на себе взгляды остальных фигуристов, собравшихся в холле.

***

Трусова, за всю дорогу даже не взглянувшая на Аню, молча захлопнула дверь, заходя в номер. Щербакова вздрогнула и удивлённо подняла глаза на подругу. Девушка оторвалась от прочтения поздравлений родственников и друзей и отложила телефон. - Саш, я даже не успела и слова тебе сказать, - протянула она. - поздравляю! Ты сегодня лучшая. Пять четверных!.. Трусова лишь кивнула, бросая испепеляющий взгляд на Щербакову. - Да, наверное, - напряжённо проговорила она. - А ты, - неуверенно начала Аня, - правда сказала что-то про уход?.. Щербакова не знала, по какому тонкому льду ходит, поднимая эту тему, поэтому реакции подруги явно не ожидала. Трусова закатила глаза, затем нервно отбросила телефон на кровать и наконец ответила: - Да. Да, я сказала это в прямом эфире, а меня продолжали снимать. Ты это хотела услышать? Аня нахмурилась, в недоумении глядя на девушку. - Я даже, - начала она, и голос дрогнул. - я не знала. Это же ужасно… - Наверное, - угрюмо сказала Саша. Она лишь пожала плечами, понимая, что поднимать эту тему больше не желает: срываться ещё и на подругу как-то совсем не хочется. Она задумчиво посмотрела на Аню, обнимавшую плюшевого медведя, что-то с неловкой улыбкой читавшую в телефоне. - Женя подарил? - Трусова попыталась перевести тему, понимая, что ей просто необходимо разрядить обстановку. Фигуристка глянула на мишку в своих руках и, трепетно погладив игрушку по голове, ответила: - Ага. Бросил на лёд. Саша довольно усмехнулась, снимая тёмно-синюю олимпийку, размера на три больше нужного. Щербакова в недоумении взглянула на одежду подруги, а затем всё-таки осмелилась спросить: - А куртка откуда? Не помню у тебя такой. Трусова аккуратно повесила кофту на стул и ответила, едва скрывая ухмылку: - Это Марка. Аня удивлённо вскинула брови и хотела было сказать что-то ещё, однако в голосе Саши всё ещё чувствовалось напряжение. Щербакова лишь вздохнула, понимая, что подругу сейчас лучше не трогать. Она снова уткнулась в телефон и начала читать многочисленные сообщения, задумываясь о сегодняшнем дне. Как бы то ни было, она теперь - олимпийская чемпионка.