Игра началась

Через несколько дней мы подали заявление в загс. Дата свадьбы была назначена на начало апреля. Хоть у нас в запасе было даже больше, чем полгода, но мы уже начали готовиться к свадьбе. Ведь я хотел, чтобы всё прошло идеально и без форс-мажоров из-за которых, к примеру нам бы пришлось искать другой ресторан для банкета. Поэтому всю неделю мы с Яной ездили по свадебным агентствам в поисках лучшего. Ещё нас наконец-то допустили до работы. Но, к сожалению, не до дела Руслана. Следствие по делу Руслана двигалось очень медленно, постоянно куда-то исчезали улики и меня это очень злило. Ведь дело разваливалось и Руслан вряд ли бы сел. А значит, Яна снова была бы в опасности. А я не мог этого допустить. Поэтому я стал думать, что мне делать, чтобы этого не произошло. -Поверить не могу. Они закрывают дело и выпускают Руслана. Я должна что-то сделать - сказала Яна, войдя ко мне в кабинет и закрыв дверь. -Яна, я прошу тебя, не вмешивайся. Всё, о чём ты сейчас должна думать, так это о том, какое свадебное платье тебе купить. А проблему с Русланом я решу сам. В кабинет вошёл один из оперативников и сказал, что меня вызывает к себе начальник. Когда я вошёл к нему в кабинет, начальник сказал: -Ты устранишь Колесникова, пока он не начал говорить о банде и о моих с ней делах. -Я больше не буду убивать для вас. Хватит. Руслан даст показания и я посажу ту банду. И его. И вас, возможно, тоже. -Что ж. Ты сделал свой выбор. Жди последствий. -Только попробуйте навредить Яне или нашей дочери. Вас тогда тоже будут ждать последствия. Думаете, у меня нет доказательств, что вы тоже причастны к сливу информации той банде? Вы ошибаетесь - сказал я и вышел из кабинета начальника, громко хлопнув дверью. Выйдя из кабинета, я столкнулся с Яной. -Что от тебя хотел начальник? - спросила она. -Неважно. Не забивай этим голову - ответил я и направился в свой кабинет. Яна не дала мне уйти, встав передо мной и сложив руки на груди. -Ильяс, что за секреты? -Никаких секретов, детка. Он хотел, чтобы я допросил свидетеля по делу. -Какого свидетеля? И по какому делу? - спросила Яна. -Мы что, на допросе? Я же сказал, не забивай этим голову - ответил я раздражённо. -Ладно, не хочешь говорить, не говори. Но разговаривать в таком тоне со мной не нужно. Яна хотела уйти, но я остановил её, взяв за локоть. Обняв её со спины, я прошептал: -Прости. Просто я на нервах из-за дела Руслана. Дома поговорим, хорошо? Я не хочу обсуждать это здесь. Слишком много тут лишних ушей. -Хорошо. В конце рабочего дня ко мне в кабинет вошёл Марк и сказал: -Пойдём. Разговор есть. -Говори, что хотел, здесь. И побыстрее. -Нет. Пошли на улицу. Подальше от отделения. -И о чём ты хотел поговорить? - спросил я, когда мы вышли на улицу и отошли от отделения на приличное расстояние. -Это касается Яны. Я узнал, что Руслан дал против неё показания. Рассказал, что якобы Яна сливала информацию о деле банде, в которой он состоял. И что отец попросил кого-то из оперов подкинуть улики в вашу квартиру. -Твою мать! - выругался я и обхватил голову руками. -Я заберу из дела показания Руслана, а ты забери улики из квартиры. И надо будет поговорить с Русланом. Чтобы он больше не давал против Яны показания. -Я эту мразь по стенке размажу. За то, что свой рот вообще раскрыл. А ты не боишься идти против отца? Не думаю, что ему это понравится. -Ты что, до сих пор ничего не понял? Думал, что я просто хочу переспать с Яной? Это не так. Я люблю её. Уже давно. И сделаю всё, чтобы Яна осталась на свободе - ответил Марк и направился в сторону отделения. Мы вошли в отделение и я увидел, что следователь ведёт куда-то Яну. И на её руках наручники. -Отпусти её. Немедленно - сказал я, когда подошёл к ним. -Ильяс, меня ведут на допрос. А я даже не знаю почему. Мне ничего не говорят - ответила Яна и посмотрела на меня испуганным взглядом. -Уйди с дороги, Гаязов. И тебе просили передать, что предупреждали о последствиях - сказал следователь и повёл Яну в сторону допросной. -Сука! Мы не успели! - выругался Марк. -Что будем делать? -Как ты и хотел, навестим Руслана. Я договорюсь и нас пустят к нему в камеру. Ты осмотри вашу квартиру. И на всякий случай квартиру Яны и вашу машину. А я займусь показаниями Руслана. -Сначала я поговорю с Яной - ответил я Марку. -Нет. Во-первых, возможно, к вам скоро приедут с обыском. А во-вторых, сейчас тебя не пустят к Яне. Я громко выругался и направился к выходу из отделения. Я обыскал всю машину, но ничего не нашёл. Пока я ехал к дому Яны, я ругал себя. Ругал за то, что не согласился убить Руслана. Ведь если бы я это сделал, Яна была бы на свободе. В квартире Яны я также ничего не нашёл и поехал в нашу квартиру. Я осмотрел квартиру и нашёл в шкафу среди белья Яны пистолет с глушителем и окровавленную одежду, которая точно ей не принадлежала. -Подкинули, мрази. Ублюдки! - выругался я. Я вышел из квартиры, сел в машину и поехал на пустырь. Рядом была река и я выкинул пистолет туда. А одежду сжёг. Надеюсь, что Марк, как и обещал, вытащил показания Руслана из дела. Надо ему позвонить и узнать. Я приехал домой и уже хотел набрать Марка. Но я не успел это сделать, потому что в дверь позвонили. Открыв дверь, я увидел Галину Константиновну и Теону. А за ними стояли двое оперативников из нашего отделения. -Посторонним во время обыска нельзя находиться в квартире, поэтому я прошу вас уйти - обратился один из оперативников к Галине Константиновне. -Ильяс, что происходит? - спросила она. -Я объясню всё позже. Увезите, пожалуйста, Теону к моей маме - сказал я и вызвал им такси. Когда пришло уведомление о том, что такси подъехало Галина Константиновна хотела увести Теону, но она подошла ко мне и спросила: -Папа, а где мама? -Мама на работе. Но она скоро будет дома - ответил я, садясь перед Теоной на корточки. -А кто эти дяди? -Дяди, которые ищут у плохих людей вещи, чтобы доказать, что они плохие. -Но мама же не плохая? -Нет. Поэтому они ничего не найдут. Когда Галина Константиновна и Теона ушли, я позвонил маме и предупредил, что сейчас к ней привезут Теону. Мама начала расспрашивать, что случилось, но я ответил, что расскажу об этом позже и завершил вызов. Затем включил диктофон на телефоне, чтобы записать наш разговор. -По закону вы должны проводить обыск с понятыми. Где они? - обратился я к оперативникам. -Гаязов, тебе больше всех надо? Ты рот свой закрой. Или тоже в камеру захотел за препятствие следствию? Или может ты хочешь, чтобы мы позвонили в опеку и дочь Яны забрали? Ты ведь официально её не удочерял и, по сути, ты ей никто. Так что заткнись и не мешай обыску - ответил мне один из них. -Ну вы и твари! Угрожать тем, что ребёнка заберут, это низко и подло. И вы за это ответите - ответил я со злостью в голосе. Они принялись обыскивать квартиру, выкидывая всё из шкафов. Они перевернули в квартире всё. Даже все игрушки и одежду Теоны. -Гаязов, ты куда улики дел? -Какие улики? Вы же ничего не нашли. Не было тут ничего. И быть не могло. Потому что Яна ни в чём не виновата. И отсутствие улик говорит об этом. -Лучше скажи по-хорошему. -Иначе что? Будет по-плохому? Поосторожнее со словами. Я записал всё то, что вы говорили. И если вы и дальше будете пытаться доказать, что Яна виновата, я дам ход этой записи. Через час после того, как обыск закончился, приехал Марк. Мы прошли на кухню и я спросил: -Ну что? Получилось? -Да. Я выкрал показания Руслана. Осталось только поговорить с ним, чтобы он сказал, что его показания были ложными. И Яна свободна. Я проводил Марка и лёг спать. Но сон не шёл. Я так и не смог уснуть и всю ночь ходил по квартире, выкуривая сигарету за сигаретой. Утром я поехал на работу и добился того, что мне дадут увидеться с Яной. Её привели в допросную. Всё также в наручниках. -Яна, милая, как ты? - спросил я и взял её за руки. -Гаязов, убери от неё руки - сказал следователь. -Заткнись. Сними с Яны наручники. И выйди отсюда. Он снял с Яны наручники и вышел из допросной. Яна встала со стула и подошла ко мне. Я обнял её и повторил свой вопрос. -Держусь. Мне тяжело не видеть Теону и тебя. Тяжело засыпать одной, не в твоих объятиях. Но я держусь. -Малышка, я найду способ тебя освободить. И ты скоро будешь дома. Обещаю. Я всё для этого сделаю - произнёс я и взял её лицо в ладони. В допросную вошёл следователь и сказал, что Яну сейчас будут допрашивать и мне нельзя тут находиться. Как будто я сам не знаю. Сказав следователю, что если он будет заставлять Яну признать вину, я ему не дам спокойной жизни, я вышел из допросной, громко хлопнув дверью.