Безымянные_0

Надсмотрщик снова разбудил ударом железной дубинки об прутья клетки. Буч протёр глаза и посмотрел на небо. Оно было жёлтым. Самые лёгкие песчинки пыли уже витали высоко над землёй, закрывая облака. Отстояв очередь к котлу, он получил от повара чашку с едой и почувствовал, как между посудой и пальцем что-то находится. Похоже на лист с дерева. Буч хотел было достать и выбросить этот странный мусор, но тут заметил, что повар ему слегка подмигнул, после чего продолжил набирать бурду другим рабам. Буч всё понял и сделал шаг в сторону. Рядом с паладином садится не хотелось. Он и по вечерам надоедает со своей болтовнёй про Окрана и Нарко. И самое неприятное, что теперь эти проповеди нельзя пропускать. Если блефуешь, то блефуй до конца. Однако сейчас можно было сделать вид, что просто не заметил. Буч нашёл пару камней неподалёку и сел на один из них. Больше на рефлексе, чем из-за собственной инициативы, оглянулся. Не было заметно, что бы на него кто-то смотрел, но точно знал, что за ним следят. Он аккуратно достал то, что было под чашкой. Это оказался никакой не листик, а кусок пергамента. Вероятнее всего, это были те самые инструкции от авторитета. Едва начав разворачивать его, как почувствовал чью-то тяжёлую руку на своем плече. Дрожь пробежала по всему телу. Сердце быстро заколотилось. На лбу выступил холодный пот. Стражник наверняка поинтересуется, что это за странный кусок бумаги держит раб в руке. А если там имена, явки, пароли... Буч скосил взгляд вбок и увидел, что рука, взгромоздившаяся на его плече, имеет фиолетовый окарс и несколько мелких костяных наростов. - Фух... Пронесло. - Подумал про себя Буч. Это всего лишь был шек. Тот самый, с которым он говорил несколько дней назад. Других тут нет, даже среди охраны. Внезапный гость убрал руку с плеча и присел на камень рядом. - Здравствуй, гладкокожий. - Привет. - Как бы на выдохе, успокаиваясь, ответил человек. - Ты доделал свои дела? - Какие дела? - Слегка опешил Буч. - Дела, которые собирался доделать. Ты мне сказал, что доделаешь их и расскажешь о том, как нам выбраться отсюда. После чего подаришь меч и броню. - Да, точно! Я как раз этим и занимался сейчас. - Ты сейчас просто жрал кашу! - Не только. - Ответил Буч, ухмыляясь. Человек развернул бумажку. А на ней было написано всего несколько слов. "Вечером. За ужином. Подходи". Буч перевернул бумажку, но на другой стороне ничего не оказалось. На всякий случай, он порвал ее на мелкие кусочки и растоптал подошвой деревянных сандалей в пыли под ногами. - Похоже, придётся ещё немного потерпеть, дождаться вечера. - Хмрф. - Я ещё нашёл людей, которые нам помогут. Нужно выслушать их план. - То есть, у тебя плана нет? - Есть. Но те люди хотят внести в него свои коррективы. - Хмрф. - Как тебя зовут? - Чак. - А меня Буч. - Хмрф. - А ты не очень-то разговорчив. - Пустая болтовня. Это лишь вам хочется рассуждать. Если есть какая-то проблема, шек берёт своё оружие и решает её доброй дракой. Нет ничего более приятного, чем схватка с достойным противником. Великая честь пасть на поле боя. Вам, гладкокожим, это не понять. Да уж. Рваться в бой, что бы просто пасть достойно? Это явно не то, чего желал бы себе Буч. Лучше уж размеренная беззаботная жизнь, чем славная смерть. Они больше не говорили. Завтрак закончился и всех разогнали по рабочим местам. Сегодня день тянулся медленно. Вон там, всего в нескольких десятков метров, сквозь металлическую решетку ворот, маячили свободные пустоши. И уже сегодня он будет там. Обязательно. А когда окажется дома, то уйдет в запой на неделю, не меньше. Ближе к заходу солнца, ветер уже начал завывать настолько, что это нельзя было не замечать. Как и нельзя было не замечать песок, вьющийся вокруг и забивающий глаза, нос и рот. И тут опять вмешался случай. Как оказалось, в руднике сменился управляющий и тот скомандовал о прекращении работ. Раньше такого не было. Обычно, во время бури, работы продолжались, хотя производительность падала, а также иногда случались травмы и несчастные случаи. Видимо, цена простоя производства оказалась ниже, чем стоимость новых рабов. Это же Союзные Города. Здесь всё делается исключительно ради денег. Быть бедным в этих местах не только не почётно, но и даже уголовно наказуемо. Самое ужасное в этой ситуации было то, что отменили ужин. Всех загнали в клетки, закинули ломоть хлеба, да кувшин с водой. Как теперь связаться с коллегами по бегству было непонятно. Если не сбежать сегодня, то завтра уже может быть поздно. И тогда придётся ожидать здесь ещё месяц. А то и больше. Неизвестно, что может случиться за это время. - Это что же получается? Ещё целый месяц слушать проповеди поехавшего фанатика и рассказывать фантастические истории шеку, который запросто может убить за один косой взгляд, о своей несуществующей оружейной? - Воскликнул в своей голове Буч. - Нет уж! Нужно бежать именно сегодня. Плевать на всё. Даже если придётся освободить вообще всех рабов, что тут есть. Смеркалось. Ветер перегонял песок по пустому руднику. Большая часть стражи спряталась в казарме. В тепле и уюте. Остались только шестеро человек у ворот и арбалетчики за турелями на стенах. Те, что сверху, носили специальные круглые очки, которые защищали их от солнца и летящего песка. А вот те, что внизу, носили тяжёлую броню и, соответственно, металлические шлема. Против бури не помогали, зато помогали против удара киркой, например. Не дожидаясь того, как совсем стемнеет, Буч достал из штанов набор отмычек и стал ковыряться ими в замке кандалов. Здесь механизм был довольно простой, по этому отпереть их не составило труда. Бдзынь. И металлические оковы свалились с ног. Первый шаг на пути к свободе сделан. Так приятно. Дальше следовало взломать замок клетки. Вот с ним уже было сложнее. Он был другой конструкции и замочная скважина находилась снаружи. То есть, пришлось делать все манипуляции вслепую. Но даже при этом, долго возиться не пришлось. Уже с третьей попытки механизм провернулся и дверь клетки отварилась. Буч выбрался оттуда и огляделся. Видимость была ужасной. Но, по расположению знакомых предметов, можно было понять направление. Ориентируясь на них, он покрался в сторону сарая. Да, у местного авторитета и клетка была авторитетная - под крышей. Разве что не золотая. Сарай был сделан из того же камня, что добывали в этом руднике. Точнее, из бракованных блоков. Для строительства стен или дворянских домов такие уже не пойдут. Но не выкидывать же. Вот и решили приспособить под местное хозяйство. Буч осмотрелся и направился к двери. Рядом никого не было. Во всяком случае, не было видно. Набор отмычек снова затрещал в механизме. Находясь с нужной стороны, вскрывать замки было гораздо проще. Ковыряясь инструментом, Буч думал, как же этот авторитет со своими парнями собирался покинуть это "элитное жильё", если дверь отпирается только снаружи? Хотя, за его клеткой же кто-то следил всё это время. Или они просто блефовали? Едва скрипучая дверь приоткрылась, как из темноты помещения выскочила чья-то рука и затащила человека внутрь, захлопнув проём обратно. Откуда-то спереди раздался голос. - Ронг, ты чё, кретин? Тебе же ясно сказано было, что бы дождался ночи, когда все уснут и только потом приходил. Ты чуть всё не испортил. - Я не Ронг. - Что, не Ронг? А кто, мать твою? Вдруг со всех сторон послышались шуршания. Затем звук падающего полотна. И внезапно впереди, словно из ниоткуда, появилась зажённая лампа. Видимо, всё это время она была закрыта тряпкой. Тусклый свет осветил лица с дюжины лысых рабов, находящихся без кандалов и вне своих клеток. Вдруг один из них удивлённо воскликнул. - Ты не Ронг! - Я даже не знаю, кто это. - Ответил Буч. - Надо его порешать, пока беду не накликал! - Угрожающе сказал другой и в свете лампы сверкнула заточка. Его примеру последовали другие, доставая своё примитивное оружие. Буч поднял руки на уровень груди и сделал шаг назад, упёршись спиной в деревянную дверь. - Всем успокоиться! - Скомандовал знакомый голос. И из-за спины одно лысого вышел другой лысый, только с белой бородой. Тот самый местный авторитет. И, внимательно оглядев незваного гостя, скомандовал остальным опустить оружие, после чего обратился к Бучу. - О, да это же наш дебил! - И тебе здорова, старый. Уж извини, не знаю твоего имени. - Ответил тот, медленно опуская руки. - Можешь называть меня Капитан Сото. - А я Буч. - Это мне известно. - Ухмыльнулся старик, и, поглаживая бороду, продолжил. - Похоже, встреча на ужине не состоялась и ты решил прийти сам? - Именно так. Я пытался придумать новый план, но у меня ничего не вышло. Похоже, без вашей помощи мне не выбраться. - Правильно думаешь. - И каков план? - Сейчас немного подождём, пока все лягут спать, после чего ты пойдешь, отыщешь клетки своих друзей, освободишь их и, по сигналу, вы нападёте на стражников у ворот. - Чёго, блин? - Начал было громко возмущаться Буч. - Тихо ты! - Рыкнул старик. - Не ори, а то нас услышат. И тогда вообще никто не уйдёт. - Но это чистое самоубийство! - Тебе помогут. - Кто? - Увидишь. - А ты сам чем будешь заниматься? - Не твоё, собачье, дело! Глаза старика сверкнули недобрым светом и Буч понял, что на этом разговор окончен. Похоже, хочет он того или нет, придётся прорваться с боем, а не скрытно, как хотел, подставив всех остальных. А какие есть ещё варианты? Доложить обо всём страже? Ну, во-первых, его самого спросят, как он оказался вне клетки и без кандалов. А во-вторых, даже если, каким-то чудом, его не станут тут же лупить ногами по почкам и дадут высказаться, долго ли он после этого протянет? Эти люди в сарае были не единственными друзьями Капитана Сото. Как минимум, есть ещё какой-то Ронг. А, возможно, и добрая половина рабов в руднике. Вариант такой, что вариантов нет. Лампа была накрыта тряпкой и тьма снова поглотила помещение. Полную тишину нарушало лишь завывание ветра снаружи, да периодический хруст чьих-то суставов. Лишь однажды кто-то начал сиплым голосом тихо напевать: "А, как известно, мы народ горячий. И не выносим нежностей телячьих. Любим мы, зато, телячьи души..." Но внезапно пение было прервано звуком смачного подзатыльника, после чего вновь стало тихо. Не знаю, каким образом люди здесь определяли время, но спустя час или два, старый сказал, что пора, и Буча вышвырнули на улицу, как бродячего пса. Наступила ночь, а буря продолжала метать песок по руднику. Где-то там, за завесой пыли, должны были находится его товарищи по несчастью. Первым обнаружился шек. Он спал на боку, в своей клетке, накрыв голову нательной рубашкой. Так делают все, что бы защититься от пыли, если приходится ночевать под открытым небом в ветреную погоду. Отмычки затрещали в замке и через несколько мгновений он открылся. - Эй, Чак! - сказал Буч своим обыкновенным голосом, отворив дверь. При таком ветре его бы не услышали даже в клетках неподалеку, не говоря уже о казарме стражи. Но шек никак не отреагировал. Пришлось снова позвать его по имени, но в этот раз подкрепив ударом деревянной сандали по фиолетовой ноге. Только после этого тело зашевелилось. Тряпка сползла с рогатой головы и из-за неё выглянуло недовольное лицо. - Это я, Буч. Ну что, готов размозжить несколько тупых голов? - А, славная битва! - шек заулыбался. - Да-да. Великая честь и всё такое. Давай я сперва отопру твои кандалы. Буч наклонился и несколькими движениями сбросил железки. - Раздобудь себе какие-нибудь оружие и жди за складом каменных блоков. - А ты? - А я пойду за подкреплением. По сигналу от координатора мы атакуем стражу на воротах. Найти паладина оказалось немного сложнее. Одного человека отличить от другого чаще всего можно по лицу, но что делать, если у всех лица накрыты тканью? Да ещё и всё это в темноте. Побродив туда-сюда между клеток, он не придумал ничего умнее, как просто открывать все подряд. Отворив дверь ближайшей, он стянул ткань с головы, но обнаружил за ней кого-то незнакомого. Человек, по всей видимости, уставший от работы за день, не проснулся. Буч закрыл его тряпкой обратно, но при этом аккуратно отцепил от ног кандалы. В следующей клетке оказался опять незнакомый человек, однако тот во время снятия кандалов очнулся от сна. - А? Ч-что? Что происходит? - боязно забормотал тот дрожащим голосом. - Тихо ты. Я освобождаю тебя. - М-меня? - Да, тебя. Не знаешь, в какой клетке сидит Брат Суси? - К-кто? - Ну этот, паладин из святой нации. С усами чёрными. - А, этот. Где-то в конце следующего ряда направо. - Спасибо. - Э-эй! Ты это куда? - Освобождать остальных. - П-подожди, я иду с тобой! - Что? Блин... ладно. Только не шуми. Раб выглядел очень худым и слабым, но поднялся довольно резво. Буч решил не терять времени и пошёл в, теоретически, нужном направлении. Человек молча последовал за ним. Не смотря на ночь и бурю, пару раз казалось, что между клеток мелькали чьи-то силуэты. Но эти видения быстро растворялись где-то в тёмных клубах пыли. Спустя несколько метров Буч обнаружил клетку с открытыми кандалами внутри. Ещё один беглец? Вполне возможно, здесь был заточён тот самый Ронг? Далее были ещё несколько, но уже с рабами внутри, и ими ряд заканчивался. Они пришли. - Не знаешь, в какой именно из них находится тот святоша? - спросил Буч. - Н-неа. Обратил внимание, только, что его вели в эту сторону. - Досадно... Но ладно. Будем открывать все подряд. И вот тут судьба снова решила поиздеваться над Бучем. Мало того, что в клетке оказался не тот, кого они искали, так он ещё и начал возмущаться столь безобразно прерванному сну. - Ты кто? Что ты тут делаешь? - Начал было говорить раб, когда с его головы стянули тряпку. - Тихо! Мы пришли, что бы освободить тебя. - Нет! Это неправильно! Нам нельзя покидать клетки! - Да замолчи ты! - Стража! Стража! - Начал громко орать раб. Буч набросился на его своим весом, и, прижимая ладонью рот, пытаясь успокоить его. Но тот лишь больно укусил за руку. Та на рефлексе сама одернулась обратно, а человек в кандалах, снова обретя дар речи, начал громко вопить. - Стража! Помогите! - Заткнись, дурак! - раздался сзади голос раба, что шёл следом. Затем перед лицом Буча пролетела рука, сжимающая камень. С чавканьем и хрустом тот приземлился на голову несчастного. Что-то теплое брызнуло прямо в лицо Буча. Раб нанёс ещё пару ударов, хотя, лежащий человек, уже после первого перестал голосить. И тут, внезапно, по всему руднику, многократно перебивая гул ветра, заревела сирена. - Ну все. Приплыли, блин. - Думал про себя Буч. Не известно, сколько бы он проторчал там, в состоянии шока от произошедшего. Но именно эта сирена заставила его мгновенно прийти в себя. Он встал и оглянулся. На стенах и над воротами включились дополнительные прожектора. После них загорелись и несколько фонарей между рядов клеток. И вот тут стало видно то, чего не ожидал увидеть. Шныряющих туда-сюда лысых людей в лохмотьях. Возможно, их были десятки. Но буря мешала отчётливо видеть что-то дальше нескольких метров. Тут же со стороны ворот начали доносится звуки борьбы. Удары, крики, лязг металла и прочее. Возможно, ещё есть шанс. - Брат Буч! - раздался знакомый голос из соседней клетки. Как оказалось, паладин был, вот, буквально, рядом. Буч подбежал, и, без лишних слов стал ковыряться в замке. Руки тряслись, а сердце билось, как сумасшедшее. Была дорога каждая секунда. Но замок никак не хотел поддаваться. - Блин, он что, заржавел? - Возмутился Буч, пытаясь нащупать штифт. - Спокойствие, брат. Слушай своё сердце. Пусть рука Окрана направит тебя. Непутёвый взломщик остановился. На мгновение, кинул взгляд на, от чего-то улыбающегося, паладина. Сирена перестала казаться такой громкой, как раньше. Звуки борьбы как будто так же приглушились. Буч успокоился, взглянул на замок, аккуратно повёл отмычку в сторону и механизм, с щелчком, провернулся. Клетка отварилась. Паладин встретил своего спасителя объятием, после чего забрал отмычку и вскрыл свои кандалы сам. Странно, откуда этот святоша знает, как пользоваться подобным инструментом? Разве ему не запрещает его вера заниматься подобным? Эти вопросы пока остаются без ответа. Кандалы со звоном упали на пол клетки. Без лишних слов и объяснений, паладин вышел из своей клетки и подошёл к соседней, которая была последней в этом ряду. Там он так же самостоятельно быстро открыл основной замок и отдал набор отмычек рабу внутри, после чего скомандовал тому - Найди и освободи остальных братьев. Да поможет нам свет Окрана в этом царстве тьмы. - Суси обернулся. - Брат Буч, какие дальнейшие действия? - Хватаем оружие и к складу блоков! Да, сложно было назвать оружием те вещи, которые мы собирались использовать для боя. Кирки, лопаты, молотки, долото и прочие мелкие инструменты. Это всё то, немногое, что возможно было найти здесь. Мы собирались драться против тяжело бронированных охранников на воротах, а не с рабами в лохмотьях. От острых предметов толку мало. Сделать укол или порез сквозь толстый слой металла доспехов практически невозможно. Для таких врагов гораздо более эффективно использовать тяжёлое оружие. Тяжесть - это хорошо. Тяжесть - это надёжно. В какую бы часть тела не пришелся удар - урон врагу гарантирован. А замах какого-нибудь сверхтяжёлого "составного топора" или "падающего солнца" вообще невозможно заблокировать или парировать. Только отскочить или увернуться. Что в тяжёлых доспехах, естественно, сделать довольно трудно. Потому выбор пал на метровую кувалду, которой били по клиньям во время откалывания больших кусков камня от скалы. Паладин тоже взял подобное импровизированное оружие. А хилый раб, по-прежнему, следующий за ними, вооружился лишь металлическим прутом. Видимо, сил, для того, чтобы махать тяжёлыми предметами, у него не было. Группа побежала в сторону склада. И вот тут предстала интересная картина. Только сейчас Буч узнал главные подробности хитрого плана Капитана Сото. Вход в казармы был завален каменными блоками. То есть основная часть вооруженной охраны просто физически не могла принять участие в подавлении бунта. Точнее, пока не могла. От ударов изнутри, самодельная баррикада сотрясалась и, едва заметно, блоки расходились в стороны. Но и это был не единственный продуманный момент от старого авторитета. Арбалетчики на стенах находились просто под шквальным огнём из самодельных пращей. Не имея брони, как у охраны внизу, они получали значительный урон от прилетающих камней и потому не могли даже встать за турель, не говоря о том, что бы прицельно вести из неё стрельбу. Хотя один из рабов, похоже, таки словил болт в живот, и сейчас стонал на земле, корчась от боли. Шек, заметив приближение группы, выскочил из-за сарая, сжимая в каждой руке по небольшой кувалде. - Безобразие! - Возмутился тот. - Гладкокожие, вы чего так долго? Мы пропускаем славную битву! - Это грязное животное - твой слуга? - недовольно проворчал палладин из-за плеча. - Шек никому не подчиняется! - Разозлился тот. - Довольно! - Скомандовал Буч. Сейчас было не время и не место обсуждать расовые вопросы. - Вперёд к воротам! Команда ринулась на место схватки. Вот уже там дела обстояли не так радужно. Шестеро ощетинившихся дубинками стражников стояли в ряд, спиной к воротам. Да, у здешней охраны, в основном, были не мечи, а металлические дубинки. Таким оружием можно хорошенько поддать не бронированному рабу, при этом не калеча его, чтобы тот потом смог снова работать. А перед ними, выкрикивая всякие непристойности и бросая камни, стояли с десяток лысых оборванцев. Хоть перевес был на стороне беглецов, никто не решался атаковать. Точнее, одна парочка, видимо, попробовала, и сейчас лежала на земле с разбитыми головами. Не знаю, решился бы и сам Буч начать сражение, но, благо, рядом был сильный и жаждущий чужой крови, Чак. Тот, совершенно не обращая ни на что внимания, быстро двинулся на крайнего стражника. Оказавшись в паре метров от него, шек сделал замах кувалдой в правой руке, собираясь нанести удар, как бы сверху вниз. Стражник напрягся, готовясь увернуться от атаки и нанести контр-удар. Ему бы, возможно, это и удалось. Но тут, внезапно, рогатый воин резко присел и ударил левой рукой сбоку по коленному суставу. Тот хрустнул, неестественно вывернувшись и стражник, с криком боли, упал на бок. Однако, долго ему сотрясать воздух своими воплями не пришлось. Едва спина поверженного врага коснулась земли, как на его голову тут же приземлилась увесистая кувалда, находящаяся во второй руке, вминая, не предназначенный для таких давлений металл, вглубь черепа. Рядом стоящий стражник тут же набросился на шека, метясь в голову. Однако, его дубинка не достигла цели. Не имея совершенно никакой брони, стесняющей движения, Чак просто отскочил назад. Промахнувшийся стражник даже не успел опомниться, как тут же почувствовал сильный толчок в левое плечо. Появившаяся, словно ниоткуда, кувалда паладина отбросила того в сторону, хорошенько приложив об одну из каменных опор ворот. Остальные рабы, воодушевлённые потерями среди стражников, с криками ринулись в атаку. Эта всеобщая ярость охватила и Буча. Тот, вопя, словно бешеный горилло, бросился на врага, сжимая кувалду двумя руками, просто собираясь нанести удар сверху вниз. И даже в этом моменте произошло то, чего не ожидал ни один из них. Стражник схватился одной рукой на начало дубинки, а другой за конец, выставив её перед собой, тем самым, попытась зачем-то остановить движение вражеского оружия. И ему бы даже это удалось. Он был достаточно сильным и крепким. Чего нельзя было сказать о кувалде, которую использовал Буч. При соприкосновении деревянной рукояти с металлической дубинкой, та переломилась и тяжёлое навершие отправилось в свободный полёт, прямо в лицо врага. Нет, это не убило его и даже не нанесло никаких серьезных увечий, однако секундное замешательство стоило ему того, что кто-то другой железным прутом нанёс удар по кисти, выбив дубинку. А затем со всех сторон посыпались удары импровизированного оружия, от чего враг повалился на землю. К этому моменту только двое стражников стояли на ногах, едва сдерживая натиск разъяренной толпы. Буч решил, что для него боёв на сегодня достаточно. С оставшимися врагами разберутся сами, да и у него, кроме обломанной деревяшки, ничего не осталось, что бы хоть как-то помочь. Отбросив бесполезный предмет в сторону, тот бросился к механизму управления воротами. Выбив ногой рычаг затвора, руки схватились за колесо и начали его вращать. Тяжёлая металлическая решетка заскрипела, ознаменовав медленное движение вверх. Где-то со стороны казарм послышалось множество криков. Вероятнее всего, баррикада поддалась ударам и, обвалившись, выпустила основой костяк местного гарнизона. Рабы с пращами, прежде закидывавшие арбалетчиков камнями, побросали своё примитивное оружие и бросились в образовавшийся проем под решеткой ворот. Беглецы один за другим просачивались наружу, к свободе, создавая давку, ведь свободного пространства там было едва по колено. Буч продолжал крутить колесо и, когда высота нижней части ворот достигла пояса, отчётливо послышался характерный звук срабатывания механизма арбалета. Раб, пробегавший в этот момент мимо Буча тут же получил болт в шею и упал, захрипев. Похоже, этот смертельный снаряд предназначался не для этого несчастного. Арбалетчик выцеливал человека, вращающего колесо, что бы остановить открытие ворот. Перезарядка турели опытным стрелком занимает от трёх до восьми секунд. В зависимости от модели. Второго, так удачно подвернувшегося раба, может уже не быть. Буч решил не дергать судьбу за яйца, передвинул рычаг на место и пронырнул под решётку. Вот она, свобода. Наконец-то. Как же долго он этого ждал. Сколько страданий ему пришлось перенести ради этого сладостного момента. Не думая больше ни секунды, не обращая внимания на крики позади, не оглянувшись, и даже не зная направления, Буч бросился бежать прямо в само сердце ночной бури.