Это что

      Исцапапанный подоконник был узким и шатким, но Сяо всё равно взобрался на него полностью; пластик выл от каждого движения, закрашенное стекло источало холод, блестела грязно-белая плитка под солнечным лучом из форточки.       Зато тут было тише.       Ноги на подоконнике едва ли помещались, поэтому Сяо упёрся ступнями в стену — спина неприятно заныла, но и так было достаточно комфортно.       В школьный туалет вместе с грохотом не выдержавшей натиска двери ворвались звуки детских голосов. Сяо раздражённо вздохнул — младшеклассники с соответствующим им шумом и шиканьем достали из закромов сигареты — встал и, прислонившись к кафелю стены так, чтобы всех хорошо видеть, вопросительно склонил голову набок.       Он не знал их, они не знали его. Но во взгляде Сяо было что-то такое, что дети, вмиг растеряв весь свой энтузиазм покурить в туалете, вышли, даже не говоря ничего. Уж какими они наглыми и смелыми ни были, здесь их храбрость была напускной. Только не хотели выглядеть трусами в глазах приятелей.       Ребятки постарше уходят курить на улицу, отпрашиваясь у охранника, так что другие совсем не интересуют Сяо. Он погружается в собственный мир тишины на подоконнике и открывает глаза только тогда, когда чувствует — этот человек заинтересован в нём больше, чем просто незнакомец.       Паренёк из параллели. Сяо видел его один раз. Нет, не видел — слышал, понимал, что он был где-то когда-то рядом, но не мог вспомнить. Парень встаёт снова, опять облокачивается о стену, но смотрит уже равнодушно, вопросительно. Незнакомец хихикает, протягивая красное бумажное сердечко.       Но ведь сейчас не День святого Валентина. И даже не февраль.       — Это что.       — Это тебе.       Паренёк забывает здороваться — Сяо словно всю жизнь это знает. Валентинку всё ещё настойчиво суют ему в руки, и он скованно, недоверчиво её забирает — резко выхватывает, но аккуратно, чтобы, внезапно для самого себя, не показаться грубым. Бирюзовые глаза сияют благодарностью и природной хитринкой.       Синей шариковой ручкой — на красной бумаге она кажется почти чёрной — немного коряво написано: «Ты мне нравишься». И салют маленьких сердечек вокруг. И подпись: «Венти».       — Венти. — Сяо повторяет машинально, но выходит с большой долей отчуждения и холодности.       — Сяо, — улыбается паренёк с лёгкой-лёгкой насмешкой: почти и не передразнивает, что точно не в его натуре — Сяо это понятно, точно слышал этот голос сколько себя помнит.       И сказать нечего. На парня накатывает такое привычное, почти природное раздражение. Кажется, это ясно видно в выражении его лица, потому что Венти шутливо кланяется и пятится к двери, довольно улыбаясь.       И с тех пор Сяо стал ловить его взглядом чаще, чем ему хотелось бы.       Первое время, конечно, неосознанно. Но с каждым разом он всё явственней понимал, что ищет в разнопёрой толпе школьников-позеров знакомую фигурку. Походка у Венти была воздушная, пружинистая — такую запомнить было легко. И этот завлекающий взгляд бирюзовых глаз… ***       — Ты преследуешь меня.       — Да.       Этот грохот брелков на полупустом рюкзаке Сяо узнаёт даже сквозь шум перемены, пусть и слышал его всего пару раз. Венти уже не пытается прятаться — никогда не пытался — стоит перед парнем и хитро, завлекающе щурится. Но Сяо не ведётся. «Не в этот раз», — думают они оба, а Венти просто разворачивается и уходит, гремя брелками. Самый большой — непонятный стеклянный шар в металлической оправе и с болтающимися перьями — закреплён на поясе бирюзовых штанов. Бережно завязан галстук, спрятанный под нелепой шерстяной жилеткой — кто такие вообще носит? Образ Венти ветренен, хаотичен, на грани школьных правил, но в этом можно найти свой шарм. Только Сяо он всё равно непонятен.       Это казалось какой-то локальной шуткой. И окружали Венти такие же экстравагантные люди: его одноклассники, возле которых он крутился чаще, отличались от многих других, правда, они были не так интересны, как Венти.       Словно стихийное бедствие, паренёк на пару с ближайшем приятелем Итэром (а уж его знала вся школа, что даже Сяо было о нём кое-что известно) бежал в столовую в начале большой перемены. Сяо сам на обеды не ходил, да вообще ел редко, только не замечал этого: ему не было никакого дела, сыт он или голоден. Иногда по настроению брал из дома миндальный тофу, чтобы поесть в самом одиноком углу здания, чтобы никто не видел. Зачем — Сяо этого даже сам себе не объяснил бы. Просто было слишком везде шумно.       С Венти тоже было шумно, но как-то по-другому. Более приятно, что ли. Его болтовня, словно заливистая птичья трель, не досаждала, не отталкивала, хотя к этому нужно было ещё привыкнуть: всё чаще Сяо раздражался с самого себя. С чего бы этот несносный мальчишка так его интересует? ***       Они стоят и смотрят друг на друга, словно на них не натыкаются сверстники и им вообще друг друга видно. Сяо наблюдает. Венти бесстыдно пялится. Теребя пальцами косичку, он пытается улыбнуться как можно мягче и в то же время игривее. Пытается завлечь. Видно, Сяо поддаётся его обаянию, но медленно и неохотно, что Венти идёт навстречу, чтобы, не теряя зрительного контакта, подойти вплотную и прошептать в ухо какую-нибудь обаятельную глупость.       Когда-то это было чисто из спортивного интереса. Итэр однажды поспорил, что Венти не сможет подружиться с главным «дед инсайдом» школы, а тот, конечно же, без раздумий принял вызов. Венти верил, что он сам не обманется, не найдёт нечто интересное в образе Сяо и они станут просто друзьями. Но что-то пошло не так.       Венти просто казалось, что они бы друг друга поняли.       Во взгляде Сяо было своё утешение. Вот и сейчас, споткнувшись о взгляд пронзительных жёлтых глаз, Венти теряется. Он может сказать что угодно и сделать, но ничего вдруг не хочется. Даже коснуться. Венти понимает, хотя и не знает наверняка: Сяо неприятны прикосновения. И чтобы завоевать его доверие, придётся оставить зудящую тактильность и оставаться на расстоянии настолько маленьком, чтобы быть рядом. Поэтому Венти просто-напросто улыбается ему, проходя мимо, так лучезарно и только ему одному. Взгляд Сяо немного теплеет в последний момент. ***       — Венти, что-то ты тянешь кота за хвост. Выпускаться скоро будем, а ты толком так и не пообщался с Сяо. Помнишь, что будешь должен мне желание? — Улыбка Итэра, как всегда, мягкая и беззлобная. Сегодня они с Венти вышли из школы вдвоём, и парень не преминул вспомнить о споре, который и так слишком затянулся. Венти понимает, что Итэр не попросит ничего такого, что бы сильно стесняло, но перед ним всё равно неловко.       Он скрывает смущение, отвернувшись. Что он может сказать?       — Эхе, ещё бы я не помнил. — И, чтобы отвлечь друга, сам переходит в наступление: — А как там у тебя с А…       Теперь уже отвернулся Итэр, непроизвольно ухватившись за лямки рюкзака. Венти рассмеялся и по-дружески хлопнул парня по плечу.       За углом показался Сяо, бодро шагающий в полном одиночестве. Итэр, завидев его, мгновенно взбодрился и взглядом указал на него. Венти в ответ поиграл бровями, мол, намёк принят.       — Ну, тогда удачи! — Парень финально дал пять и пошёл к калитке, а Венти побежал в сторону Сяо.       В голове было приятно пусто. Достаточно приблизившись, чтобы его было слышно и видно, Венти позволил сорваться с языка заветной фразе:       — Давай прогуляемся?